Совершенно случайно

«Должна ли и я пойти в полицию?»

Я сидела на скамейке в парке, возле пруда и смотрела на белого лебедя, медленно дрейфующего по идеально ровной глади.

Лебедь был сыт, я бы даже сказала перекормлен уже любителями утреннего моциона на природе, и потому очень ленив. Его больше интересовала возможность устроится подремать, а не ожидать от нервной дамочки на скамейке ещё одной порции съестного.

Мне было из-за чего понервничать. Я оказалась в довольно неприглядной ситуации.

Я была самой первой, кто видел огоньки на кроссовках, правда не я лично Дину обнаружила. Но зато, могла, гуляя, повторить весь путь убийцы, если он пошёл к лестнице и поднялся на набережную. И что это значит? Что я протопталась по всему его пути и уничтожила все улики и следы?

Или я могла видеть его, если он направился назад, по берегу. А кто мне шёл на встречу? Я же не помню ничегошеньки!

Пока никому из ребят-официантов не пришло в голову упомянуть обо мне при опросе полицейскими, но это до поры до времени. Сегодня-завтра кто-нибудь из них нечаянно про меня скажет и все мои расспросы и неформальные кухонные беседы будут выглядеть крайне странно. Полицейские могут заинтересоваться и прервать мои длительные прогулки. Вместо моря я буду сидеть в душной маленькой комнатёнке и бесконечно объяснять по какой такой причине мне интересна погибшая девушка.

Ну, и последнее, я только что молоденьким девчонкам втолковывала прописные истины об общественном долге, а сама все ещё сижу на скамейке и пялюсь на толстого лебедя...

Всё, встаём и идём в полицию.

В начале Курортного проспекта мне пришла в голову мысль, что надо подумать, как я буду объяснять в полиции, что не сразу рассказала об увиденном.

«Ну, ладно, в сам тот день, мне стало плохо. Меня отвёз в гостиницу полицейский, но за несколько минут ничего толком не объяснишь. А потом? Столько времени уже прошло, можно было бы прийти и рассказать, а я молчала и ходила гулять...

Удастся ли мне внятно втолковать?

Надо зайти взять кофе».

Ошпарив язык и нёбо большим нечаянным глотком обжигающего кофе, пожалела себя, бедняжку. Зачем мне все это надо? Девочку я своим походом в полицию не верну, нервы себе истреплю. Кругом такая толпень профессионалов, что справятся и без моих жалких крох информации. Да и какая это информация, Боже мой!, – в ночи что-то сверкнуло!

Продолжая придумывать отговорки, я медленно переходила от одной витрины магазина к другой, надолго зависала, рассматривая поделки из янтаря, обувь, шмотки ... с величайшим вниманием и во всех подробностях. Маленькими медленными глоточками тянула кофе, – ведь его надо сначала допить! – неприлично идти в присутственное место с весёленьким пластиковым стаканчиком и говорить о погибшей девочке. И куда этот стакан потом девать в полиции? Не на подоконнике же оставлять...

Очень хотелось остаться порядочной, не замараться и оправдаться, прежде всего, перед самой собой....