Совершенное творение

Совершенное творение природы или ее фатальная ошибка?

Мы древнейшая и единственная на данный момент цивилизация этого мира. Мы умеем размножаться, но не научились умирать. Вернее как — мы можем погибнуть при неблагоприятных условиях, но не сами по себе, не от старости. Мы венец эволюции и единственная тупиковая ветвь. Когда-то в доисторические времена в нашем мире были и другие существа, но теперь нет. Мы их съели. Мы съели все доступное органическое вещество и заполнили своими телами мировой океан. Теперь есть нечего и мы не размножаемся, но этого и не нужно. Места все равно больше нет. Мы живём вечно и некоторые достаточно давно, чтоб стать разумными. Никто не умирает, если только не случится какой-то природной катастрофы. Вот помню, пару тысяч лет назад с неба упал горящий объект. Вода вскипела вокруг него и многие собратья погибли. Зато у остальных было много питательного вещества, они размножились и дали следующее поколение - последнее. Ведь для поддержания жизни нам ничего не надо, кроме солнечного света, но чтоб завести потомство - нужно есть...

Знаю, что эта цепочка мыслей уже века ходит у меня в мыслях по кругу и как только додумаю до конца, она запустится снова. Но что делать, надо же чем-то себя развлечь. С соседними собратьями не поговоришь на эту тему. Они не склонны к философии.

Хотя сегодня мы наблюдали что-то необычное. Племянник Сяш пробежал куда-то. Он, видимо, очень спешил, наполовину высунулся из воды и, перебирая ложноножками, заскользил прямо по телам сородичей, проминая их на ходу и проваливаясь между ними. Сородичи неодобрительно булькали вакуолями и хмурили свои зрительные элементы. А что такого? Может, он захотел путешествий. Он ещё молодой и не знает, что путешествовать больше незачем, везде одно и то же: вода и толща наших тел от дна до поверхности. Сяш как как раз из того поколения, последнего. Ну, после падения небесного тела. Сомневаюсь, что он когда-то ел или знает вообще что это такое — еда. Так и будет скитаться, не зная причины своего волнения, но следуя рудиментарному инстинкту, прежде чем повзрослеет и поубавит пыл и навеки остепенится в одном положении, подставив хлоропласты солнцу.

Поиск лучшего места под солнцем лишен смысла. По сути любое место в нашем мире годится для этого. Он весь равномерно освещается солнцем, кроме ночного времени, естественно. Так что нигде не будет недостатка в энергии. Можно выбрать лишь ближайших соседей, с которыми приятно обмениваться мыслительными импульсами, если они не такие зануды как я. И не пинаются. Так что беги, Сяш, беги. Это событие еще долго будут вспоминать как сенсацию.

Опять какая-то движуха. Два события за один год это уже не очень хорошо, а тут буквально — за одни сутки! Братец Эм зачем-то разинул свою пищеварительную вакуоль и сомкнул ее вокруг Дофа. Братец Доф недовольно посмотрел на это дело и попытался возразить, но его мыслеимпульс уже был экранирован внутри Эма. Интересно, как они будут разруливать это недоразумение?

Тут я увидел, что внутри Эма в двух других вакуолях уже сидят два наших собрата, опасливо переглядываются и рассматривают что-то в третьей. Вакуоль активно сокращалась, в ней различались ложноножки, полускрытые мутными пищеварительными жидкостями.

Долго наблюдал и пытался дать оценку этому событию. Движение вакуолей что-то смутно напоминало...

Да он же их ест! - накрыла меня невероятная догадка.

Похоже не только меня. «Осторожно...», «так не делается...», «оставь его...», «ты странный...» - зазвучали вокруг наши общие мыслеимпульсы. Они звучали вяло, озадачено, и разрозненно, а потому не оформлялись в четкую мысль.

Кто-то попытался переместиться в сторону от Эма, протискиваясь между телами сородичей. Тщетно. Это надо делать на поверхности, как Сяш.

Двое других переглянулись, тоже разинули свои пищеварительные вакуоли и захватили соседей. Решили попробовать? Мне не нравится эта тенденция. Ничего хорошего из нее не выйдет. Вот увидите.

Увидели мы очень скоро. Один из племянников, из того поколения, что не ели, так увлекся этой новой темой, что заглотил аж шестерых под неодобрительное ворчание старших.

Тут случилось то, чего никто не ожидал и никогда такого не видел — его оболочка треснула и разорвалась. Проглоченные толпой вылились из нее, вопя. Вопль на секунду оглушил всех, кто был поблизости. Это было как один неразборчивый, громкий и страшный импульс. Его подхватили соседи и он волной пошел дальше и дальше к горизонту. Там далеко, собратья не видели что происходит, но поняли, это нечто ужасное. Мы же, все, кто оказался рядом, смотрели на проглоченных; у них всех были ожоги на оболочке.

Вслед за ними из разорванных вакуолей вылилась мутная жидкость — она оказалась едкой и жгучей. Волна нового вопля прошла от тех, кого коснулось это вещество.

Теперь уже все, и я в том числе, кинулись в разные стороны. Образовалась давка. Кого-то выкидывало на поверхность, других придавило к дну. Мне посчастливилось оказаться в числе первых. Подчиняясь всеобщей панике, я бежал по телам не разбирая дороги.

Хаос нарастал лавинообразно. Усики, ложноножки, разинутые вакуоли и прозрачные оболочки мелькали передо мной как в кошмарном сне.

Не помню, как меня вынесло на гребень копошащихся тел. Остановившись и оглянувшись, я обмер. Мир изменился до неузнаваемости.

Только что спокойная, равномерно заселенная гладь моря колыхалась и шла волнами. Она начала разделяться на участки мелководья и холмы студенистой массы. По мелководью лениво и одиноко плавали раздутые собратья, с наполненными пищеварительными вакуолями. От них с истеричными воплями бросались в рассыпную нижние ряды «холмов», меняя их очертания. Верхние ряды соскальзывали и растекались, карабкались обратно. Казалось, каждый такой «холм» это отдельный живой организм, как древнейшие многоклеточные.

Над морем звучал гул мыслеформ, создавая причудливые смыслы. В этом гвалте трудно было разобрать, какие мысли принадлежат мне.

«Плохо, плохо, плохо!»

«Интересно! Движуха!»

«А где Феф? Кто видел братца Фефа?»

«Мне не пошевелиться! Слезайте!..Э!»

«Я не вижу! Что там происходит? Эй, скажите пятому ряду, что сквозь них уже не видно!»

«Когда все закончится, уж я им устрою!»

«Свободное вещество... Будет много еды.. новое поколение.. надо успеть, пока не кончилась еда... Посторонись!»

«Эй, куда прешь!»

Тут новая догадка пронзила меня как молния. Теперь не нужно ждать и искать свободное вещество. Некоторые собратья догадались использовать и то, что пока не освободилось... Теперь это наш новый мир, и как раньше уже не станет...

Я вбросил эту мысль собратьям на обсуждение.

«А так можно было?» - понеслись мыслеформы

«А хорошо ли это?»

«Плохо, плохо, плохо!»

«Не знаю, но если это плохо, то почему стало возможно?»

«Да, но какая разница? Это же то же самое...»

«Будем есть и размножимся! Конечно это хорошо!»

«Нас станет больше, а места нет, это плохо!»

«Нет, нас станет меньше!»

«Это тоже плохо»

«Они съедят нас и размножатся, а мы — нет!..»

«Тогда мы съедим их!»

«Вот прыгай туда и ешь их сам!»

«А нас не разорвет?»

«А у нас тоже внутри такая жгучая дрянь?»

«Если не есть и не размножаться, то какой смысл во всем этом существовании?»

«Если все будут есть всех, то какой смысл? Наших потомков тоже съедят!»

«Да слезайте уже с меня! Дайте посмотреть, кто кого ест!»

День клонился к закату, и скоро наступила тьма. Мы не спали сколько могли. Все застыли и прислушивались к тому, что происходило внизу. Солнечная энергия, запасенная днем, медленно кончалась. Мы уже не могли двигаться, говорить и думать в полную силу. Один за другим собратья отключались.

А внизу продолжалось неторопливое шевеление. Те, кто решил есть — ели. Ели заснувших собратьев из нижнего ряда, ели ошметки тех, кто пожадничал и лопнул, обползая лужи жгучего вещества. У них была энергия и вся ночь впереди. У нас — нет.

Это было моей последней мыслью перед сном.

Утро приготовило множество новых сюрпризов. Холмы за ночь никуда не делись. Но верхний слой их покрылся какой-то странной, коричневатой корочкой, блестящей на солнце, абсолютно не прозрачной. Я оглядел себя. На мне тоже была эта корочка. Та сторона тела, что оставалась всю ночь на воздухе, высохла и не шевелилась. Это причиняло определенный дискомфорт, но в конце концов, какой мог быть комфорт после всего случившегося?

Мы вернулись к обсуждению. Несколько собратьев выразили желание еды и размножения и их почтительно пропустили вперед, дав спуститься с холма на мелководье. Некоторые особи попытались есть на месте, не дождавшись согласия поедаемых, их спустили с холма безо всякого почтения. В результате среди нас остались только те, кто не собирался есть других и категорически не хотел быть съеденным. Мы стали думать, как нам быть дальше.

Если все оставить так — нижние ряды скоро поредеют. Надо было защитить их от пожирателей. Тут нам пригодился наш новый высохший покров. Решили использовать его в качестве защиты, так как вакуоль пожирателей не натягивалась на твердого и сухого распластанного собрата. Но когда он долго пребывал в воде — снова становился мягким и нужно было его сменять.

Произошло шевеление. Верхние, высохшие кое-как спустились к уцелевшим нижним и объяснили им суть дела. Нижние поползли наверх сушиться. Установили график смен. Скоро наш холм был весь покрыт защитной корочкой. Бывшие братцы и племянники, а теперь по единогласному мнению просто - Пожиратели - проплывали мимо, брезгливо морща мембраны и потрясая усиками. Сородичи показывали им нецензурные мыслеформы.

Через несколько дней возникла новая проблема. Глубинные ряды не получали достаточно солнечного света и влаги. Они стали малоподвижными и неразговорчивыми. Мы хотели включить их в график обмена, но не могли добиться от них ясного ответа и движения в нужную сторону. Они стали тугими и слиплись в ком. Мы плюнули на попытки расшевелить их и назначили им функцию каркаса. Соседние холмы иногда шевелились и растекались без каркаса, а наш выстоял.

Прошло много лет. Пожиратели еще бродят по мелководью и них среди давно нет ни одного знакомого. Новое — двадцатое или двадцать пятое поколение — мелкие, глупые. Кучкуются стайками, чтоб защититься от себе подобных. Потом лидер стайки начинает их есть и стайка разбегается.

Наш холм стоит, как и немногие соседние. Хотя холмами это уже трудно назвать. Твердая ветвистая структура, в десять раз выше первоначального студня. Полая внутри. Мы научились запасать и передавать энергию солнечного света. Специально выделенные особи собирают его сидя на ветвях и курсируют по вертикали разнося энергию всем остальным. Члены внешней службы корки и внутренней службы каркаса уже не покидают своих мест. Говорят они тоже мало. Основные решения принимаем мы, немногочисленные мыслители. Мы с высоты обозреваем окрестности и держим связь с соседями. Иногда не смотря на корку, извне к нам проникают пожиратели и начинают поедать мягкие слои. Мы научились расправляться с ними а заодно получать свободное вещество для тех, кого нужно размножить. Вот почему наша структура стала выше и больше.

Как и жалок я был, когда плавал в одиночку в безопасной теплой водичке и считал наш вид гениальным творением. Кругом были такие же независимые бездельники, мы называли друг друга собратьями и время от времени обменивались ленивыми и пустыми мыслишками.

Сейчас я руковожу высокоорганизованной структурой, где каждый четко исполняет свою функцию, защищен и снабжен всем необходимым. Правда поглупели братишки от такой жизни. Ну и ладно. Умом они и раньше не блистали.

Прошло еще пара сотен лет. Я задумываюсь о постройке еще одной такой же структуры, назовем ее колония. Нет, теперь не стоит проблема выживания. Хочу повторить успех из чистого любопытства.

Так же есть пара идей как его усовершенствовать.

Отрядил из мягких слоев снизу несколько молодых да смышленых. Ребята взялись за дело. Сначала наловили на мелководье молодняк пожирателей. Теперь и называть их так не удобно, слишком пафосно. Да и кроме молодняка там и не бывает никого. Они не живут так долго, чтоб успеть вырасти и поумнеть. А из молодняка можно сделать что угодно. Ребята пообщались с ними на тему пользы и преимущества жизни в наших рядах. Те загорелись. Еще бы! Жить вечно и не бояться быть съеденным! Щедрое предложение!

Наблюдаю как растет моя вторая колония, мое детище... корочки на солнце блестят, соки по сосудам бегут, солнечный свет запасают, каркас крепнет. Красота!

Пока инспектировал стройку, залип с ребятами в каркасе. Решил выслушать все их жалобы и предложения. Все бы хорошо, но до чего медленно они их формулировали. Пока дослушал последнего и пообещал со всем разобраться, пока разлепил затвердевшее тело, выбрался на верхушку колонии, а там...

Новая эра. Несколько веков прошло.

Вокруг нас лес таких же колоний. Какие-то новички во главе моих структур. Сами без году неделя, как отпочковались, а туда же! Нововведения им подавай! Какие-то новые способы расселять по миру наши колонии — размножать спорами, говорят. А я говорю, от споров с начальством не размножение, а естественная убыль происходит. А они — надо новые пространства заселять, иначе их другие захватят. Вот, говорят, света уже не хватает, соседи своими широченными хлорофильными уловителями все небо закрывают, а внизу пожиратели сумели-таки создать свои многослойные объединения. Мешки ползучие с зубами, а внутри пищеварительный сок. Куски коры теперь могут отгрызать и переваривать.

Внизу нет безопасности, наверху — нет солнца. Надо что-то делать.

Спускаемся вниз, пол дня заняло путешествие! Там тоже все по другому. Широченные дыры и толстенные корни. А между корнями один такой мешок-пожиратель застрял, зубами клацает, а выбраться не может.

«Надо его разобрать и всех особей поодиночке расспросить, как они это делают» посылаю я сигнал своим заместителям. Они уже и сами сообразили. Это ж способ передвижения всей колонии можно найти! А то со спорами еще все в теории и сырое.

Кое как отделили несколько индивидов от мешка. Но оказалось, они не разумные! Себя как личность не осознают, появились на свет уже в составе тканей пожирателя, кроме своей роли ничего делать не умеют и, как вся система работает, не представляют. Наши каркасники и то умнее!

А потом мои помощники придумали вот что. Раз эти твари так глупы и делают только одну функцию, то их можно ловить и пускать на корм колонии. Для этого придется перенаправить в корни часть ветвей и сделать более разветвленную систему. Правда, мы проиграем другим колониям в высоте, но зачем нам солнце, когда наша энергия плавает внизу?

Не нравится мне эта идея. Где-то это уже было. Но они с таким энтузиазмом принялись за дело!...

Спустя сотни лет.

Я плыву между корнями, выбирая свободные участки. Нет, не потому что боюсь быть съеденным. Сейчас только крупные структуры могут стать добычей. Одиночке абсолютно безопасно. Мне нравится вспоминать ту далекую эпоху, когда мы не делились на пожирателей и колоний. Когда были братцы и племянники, мы жили долго и помнили друг друга по именам.

Я вновь оглядываюсь вокруг. Ничто не закрывает больше солнца. Колонии не тянутся вверх, они сползли вниз и распластались сеткой под поверхностью воды, оплели корнями все мелководье. Редкие измельчавшие пожиратели шныряют между ними, едва успевая уворачиваться от ловушек. Скоро и эти закончатся. Колонии сплетаются корнями и срастаются до поры до времени. Пока одна из них не пожрет другую.

Которая из них моя первая? Уже не узнать.