Союз Огня и Льда

Сумерки окутали Хогвартс фиолетовой дымкой, а озёрная гладь отражала золотые блики факелов, расставленных вдоль берега. Великий зал гудел от голосов: студенты всех трёх школ перемешались в ожидании начала церемонии. Карл Вальтер, стиснув зубы, стоял в тени колонны, наблюдая, как ученики Шармбатона в своих бледно-голубых мантиях грациозно прохаживаются мимо. Их смех звенел, как колокольчики, и это раздражало. Особенно — её смех.

София Делакруа. Даже имя звучало слишком... легко. Карл видел, как она, словно танцуя, прошла мимо стола Дурмстранга, её волосы цвета воронова крыла переливались в свете свечей, а пальцы небрежно касались висевшего на шее кулона — кристалла, в котором мерцала звезда. Он знал, что это не просто украшение: такие амулеты в Шармбатоне выдавали лишь тем, кто владел магией света. «Показуха», — подумал Карл, чувствуя, как в груди закипает знакомая злость. Его собственная магия, тёмная и яростная, как пламя дракона, не нуждалась в таких побрякушках.

— Вальтер, перестань сверлить взглядом Шармбатонцев, — пробасил рядом Ростислав, капитан команды Дурмстранга по боевым заклинаниям. — Выглядишь, как дракон, у которого отобрали добычу.

Карл хмыкнул, но промолчал. Его внимание всё равно возвращалось к Софии. Она стояла рядом с директором Шармбатона, мадам Максим, и что-то горячо доказывала, жестикулируя так, будто рисовала в воздухе узоры. «Слишком эмоциональна», — отметил он. В Дурмстранге таких учили сдерживать порывы. Слабость чувств считалась позором.

— Добро пожаловать! — Голос Дамблдора, усиленный магией, прокатился под сводами зала, заставляя всех замолчать. — Сегодня мы открываем Турнир Трёх Волшебников! Пусть победа достанется сильнейшему... или сильнейшей!

Аплодисменты грянули, но Карл едва их слышал. Его внимание приковал Кубок Огня, установленный на помосте. Пламя взметнулось вверх, и в его язычках проступили первые имена.

— Чемпион Хогвартса — Эдгар Гримсби ! — объявил Дамблдор, и шестикурсник из Пуффендуя , крепкий юноша с копной рыжих волос, поднялся с места под одобрительные крики.

Карл сжал кулаки. «Теперь наша очередь». Он знал, что Дурмстранг не проигрывал Турнир уже семьдесят лет. Когда пламя окрасилось в кроваво-красный, он шагнул вперёд, но...

— Чемпион Дурмстранга — Карл Вальтер! — выдохнул Дамблдор, и зал взорвался криками.

«Да». Карл поднял подбородок, принимая одобрительные возгласы однокурсников. Но вдруг пламя вспыхнуло снова — на этот раз лазурью.

— Чемпион Шармбатона — София Делакруа!

Карл замер. София, широко распахнув глаза, медленно подошла к помосту. Её рука дрожала, когда она потянулась к Кубку. В тот же миг пламя вспыхнуло так ярко, что все зажмурились. А когда Карл открыл глаза, София стояла рядом с ним, а их ладони были соединены огненной нитью, исходящей из Кубка.

— Что это значит? — прошипел Карл, пытаясь отдёрнуть руку, но нить держала крепко.

— Я... не знаю! — София впервые за весь вечер выглядела растерянной. Её звёздный кулон пульсировал в такт с пламенем.

— Похоже, магия Кубка связала их, — пробормотала мадам Максим, бледнея. — Такого не случалось со времён...

— Со времён войны 1512 года, — закончил директор Дурмстранга, вставая. Его лицо превратилось в гранитную маску. — Когда союз школ едва не погубил магический мир.

В зале повисла тишина. Карл чувствовал, как София дрожит, но не от страха — от ярости.

— Это недоразумение! — воскликнула она, поворачиваясь к Дамблдору. — Я не могу соревноваться вместе с... — Она осеклась, глядя на Карла так, будто он был гремлином, испортившим её платье.

— К сожалению, выбор Кубка не оспаривается, — вздохнул директор Хогвартса. — Вы пройдёте первое испытание вдвоём.

Карл сжал зубы. «Союз с Шармбатонцем? Лучше сразиться с драконом в одиночку».

Час спустя. Дурмстрангский корабль.

Карл стоял на палубе, глядя, как луна серебрит воды озера. Его разум кипел. Он не заметил, как София подошла сзади, пока она не заговорила:

— Ты тоже не спишь, Вальтер?

— Уйди, — бросил он, не оборачиваясь.

— Не прикажи. — Она шагнула ближе, и её аура — тонкий аромат жасмина и магии — заставила его напрячься. — Мы должны понять, что происходит.

— Ты думаешь, мне это нравится? — Карл резко развернулся. — Ты — воплощение всего, что я презираю: слабость, театральность, эта ваша...

— Слабость? — София вспыхнула, и её кулон вспыхнул ярче. — Ты даже не знаешь, что я пережила, чтобы попасть сюда! Меня готовили к браку с каким-то вельможей, а я...

— Мне плевать на твои проблемы! — рявкнул Карл. — Завтра мы пройдём испытание, и Кубок освободит нас. А пока держись от меня подальше.

Он развернулся, чтобы уйти, но София схватила его за рукав. Её прикосновение обожгло, как огонь.

— Посмотри на нас, — прошептала она. — Мы оба заперты в клетках, которые сами для себя построили. Может, Кубок прав? Может, мы...

— Нет, — отрезал Карл, вырываясь. — Завтра ты будешь моей временной союзницей. И только.

Он скрылся в трюме, не видя, как София медленно опустилась на палубу, сжимая кулон. Её слёзы падали на дерево, оставляя следы, похожие на льдинки.

Утро. Ристалище для первого испытания.

Толпа студентов окружала арену, где уже возвышались скалы и клетки с драконами. Карл стиснул волшебную палочку, чувствуя, как адреналин смывает сомнения. София стояла рядом, её мантия развевалась на ветру, а глазы были холодны, как зимнее море.

— Чемпионы, ваша задача — добыть яйцо из гнезда двуглавого дракона, — объявил Людо Бэгман. — Но будьте осторожны: его огонь поглощает магию.

Карл кивнул. Он уже продумал тактику: атаковать дракона заклинанием «Инферно», чтобы ослабить его. Но когда клетка открылась, показав чудовище с двумя головами — одной, извергающей пламя, и другой, дышащей ледяным туманом, — его план рухнул.

— Это ловушка, — прошипела София. — Огонь и лёд... Они нейтрализуют любую одностороннюю магию.

— Тогда что ты предлагаешь? — огрызнулся Карл.

— Довериться друг другу, — сказала она тихо, и в её голосе не было сарказма. — Я создам ледяные щиты, а ты... усиливай мои чары огнём.

Карл заколебался. Мысль о сотрудничестве с Шармбатонкой казалась абсурдной. Но выбора не было.

— Хорошо. Но если ты подведёшь...

— Я не подведу.

Их взгляды встретились, и на мгновение Карл увидел в её глазах не врага, а отражение собственного страха. Он кивнул.

— Тогда начнём.

Когда первая голова дракона повернулась к ним, Карл выкрикнул заклинание, и струя пламени ударила в ледяной щит Софии. Лёд затрещал, но выдержал, превращаясь в броню. София махнула палочкой, и щит врезался в дракона, заставляя его отступить.

— Теперь твоя очередь! — крикнула она.

Карл понял. Он направил огонь на вторую голову, а София, используя его магию как основу, создала ледяные оковы. Дракон ревел, но не мог сбросить цепи.

— Яйцо! — закричала София, указывая на гнездо между скал.

Карл бросился вперёд, но тут вторая голова выдохнула ледяной туман. Его ноги сковало льдом.

— Карл! — София метнулась к нему, её палочка засветилась жемчужным светом. — Держись!

Он почувствовал, как её магия проникает под кожу, растапливая лёд. Но это было не всё: её прикосновение оставило на его руке ожог в форме драконьего крыла.

— Что... — начал он, но София уже тащила его к гнезду.

Когда их пальцы сомкнулись на яйце, арена взорвалась аплодисментами. Но Карл едва это заметил. Он смотрел на Софию, чьи волосы растрепались, а на шее красовался такой же шрам — только в форме ледяного цветка.

— Что это значит? — спросил он хрипло.

— Не знаю, — прошептала она. — Но это ещё не конец.

Их взгляды снова встретились, и Карл понял, что София права. Испытание только начиналось.