Созданная. В тени сознания

Кабинет 204.

Джек Доуэлл.

«Агент издательства «PublishMe»

Так гласила табличка перед моими глазами.

Сегодня как никогда стены кабинета 204 ожидали моего прихода, конечно больше его владелец.

Джек Доуэлл. Это имя знакомо многим поклонниками литературного искусства и каждый хоть раз в номинации на очередную премию видел его подопечных. Джек был одним из немногих агентов, о котором всегда говорили и ждали очередной его неординарной идеи.

Так в свои тридцать пять Джек сумел сколотить приличное состояние, карьеру и при этом смог оставить в себе еще крупицы человечности (очень на это надеюсь).

Тяжело выдохнув, я решаюсь открыть дверь. Джек словно знал, что я несколько минут гипнотизировала его дверь и уже ждал меня, опершись на стол руками.

- И как это понимать? – Его голос был спокоен. Но глаза говорили об обратном. Темно-голубые глаза Джека словно пытались испепелить меня. Думаю я первая в мире женщина, которой достался такой взгляд от него. Раньше по неопытности и собственной глупости и я попала под чары эти глазенок.

- Для начала, привет. – говорю я, словно ничего не случилось, и как обычно кинула сумку-мешок на небольшой диван, а затем и свою тушку. В конце концов, злиться должна я, а не он.

Резко встав из-за стола, Джек достал телефон и протянул его мне. Неохотно взяв это чудо технологий, я посмотрела на экран:

«Сегодня словно умерла частичка меня, сегодня она ушла…

Надеюсь, ты найдешь лучшего писателя, чем я и он оценит уже МНОЮ рассмотренный в тебе талант…»

И в конце смайлик разбитого сердечка.

Вот же… Конечно, Джоан не мжоет без этих «представлений» в соц. сетях. Теперь она будет давить до тех пор, пока их каждого утюга не будет звучать новость, что я такая коварная и хитрая бросила ее – нежную и ранимую писательницу.

Пробежав еще несколько раз по строкам, я отдала Джеку телефон и подняла на него взгляд. Джек был похож сейчас на помидор, его всегда спокойное лицо покрылось пятнами, а на шеи выступили жилки.

- Спроси у своей любимой Джоан, «как это понимать?». – Немного передразнивая, сказала я. Не могла удержаться.

- Что между вами случилось? Черт! Ты же с ней даже не выделать последние три дня!

- Да Джек, три дня, я узнала САМА три дня назад, то о чем ТЫ должен был мне сказать! – я уже не могла остановиться, моей ярости не было придела. Рывком открыв сумку, я достала папку:

- Подавитесь! Это последнее что я рисую для Джоан! В отличие от нее, я знаю, что такое преданность. – Встав с дивана, я схватила суку и выбежала из кабинета. Слезы обиды жгли глаза, и я быстрее пошла к лифту. Скорее уйти из этого проклятого агентства.

*ТРИ ДНЯ НАЗАД *

На календаре было 20 апреля, а это значило…

Что у меня совсем нет времени!

Время сдачи горит и последние пять дней я не выходила из дома. Что уж там говорить, я не помню, мылась ли я.

Протяжное мяу, оторвало меня от экрана планшета. Эсмеральда сидела на подоконнике и смотрела на меня своими янтарными блюдцами, по торчащим вперед усам было понятно, что кошка не довольна:

- Не смори на меня так, сейчас покормлю. – В ответ последовало еще одно «мяу». Эх, Эсмеральда права, работа работой, а кушать надо. Кошку кажется, удовлетворил мой ответ и грациозно спрыгнув, она пошла в сторону кухни.

Вздохнув, я отложила перо графического планшета и еще раз оценила результат своей работы. В целом, все было готово. По крайней мере эта страница, но еще пять были в стадии черновика. Время в угу экрана показывало, что утро кончилось и началась вторая половина дня.

Вокруг рабочего стола, как и на нем, валялись пачки из под чипсов и прочих радостей гастрита, а под столом чинно в ряд стояли пустые банки из под энергетика. Не смотря да прилично съеденное количество гадости, желудок давно прилип к спине и требовал хоть крошки.

Окинув взглядом кабинет я поняла, что он явно требует уборки. Сейчас эта комната больше походила на место, где взорвалась мусорка ( мусорка с красками в том числе), чем на кабинет творческой личности. Кабинет представлял из себя просторную комнату с тремя окнами на одну сторону. Раньше это была спальня родителей, но пару лет назад они решили перебраться поближе к городу, а я осталась одна. Дом был не большой, но достаточно уютный: две спальни, кухня, ванна с туалетом.

Кабинет - чисто условное название, по своей сути эта была комната с воплощением всего моего безумства: книжные шкафы ломились от обилия книг и комиксов, все находилось в творческом беспорядке, поэтому среди макулатуры можно было найти фигурки персонажей, статуэтки животных и прочую ерунду. Рабочий стол занимал место напротив окон по середине комнаты. Помимо планшета и компьютера на нем хранились черновики моих работ, так что это было самое незахламленное место (по сравнению с остальным). Так же здесь было место и для Эсмеральды: когда-то купленный мною на радостях комплекс из домиков и когтеточки, не вызвал в кошке интерес, только как еще одна поверхность, чтобы запрыгнуть на подоконник. Собственно, из-за этой строптивой особы в доме не было не одного горшка с цветком. Бордовые стены были завешены плакатами и постерами, которые перекочевали из моей комнаты, так же среди певцов и актеров висели в рамочках наши с Джоан брошюры с премьерами новых историй или встреч с фанатами. Я никогда не задумывалась над местами для хранения всего своего барахла: поэму два маленьких стола из «Икеи» были под завязку завалены красками, кисточками, фломастерами. Листы для акварели, скетчбуки, альбомы, папки, холсты разных форм и размеров хаотично валялись на полу или подпирали стены.

Громкое «мяу» Эсмеральды уже донеслось с кухни, встав наконец-то из-за стола, я пошла на призыв этой наглой дамы.

Эсмеральда чинно восседала около миски, ее хвост ходил их стороны в сторону. В миске кошки было пусто, как и в миске с водой, но это не говорит о том, что она ее выпила т.к. под миской наблюдалась маленькая лужица. Эсмеральда была гордой персидской кошкой: густая, длинная черно-серая шерсть, приплюснутый черный носик, пушистый серый воротник и шикарный длинный хвост. Эсмеральда дама уже преклонного возраста, хоть по человеческий меркам ей всего 12 лет, но по-кошачьи – она была динозавром. Эсмеральду родители оставили мне, кошка не очень уважала в целом людей и могла напакостничать, но почему-то ко мне она была более снисходительной.

Моя кухня была не очень большой, но и не маленькой. Она вмещала в себя кухонный гарнитур с плитой и посудомойкой, холодильник, мусорное ведро, кухонный стол с четырьмя стульями. Я любила кухню, хотя не часто готовила, но светлые стены и мебель придавали мне сил, чтобы сварить хотя бы чашечку кофе. При всей моей любви к кофе, кофеварки у меня так и не появилось. Отец всегда говорил, что лучший кофе, тот который ты сварил сам, а не бездушная машина.

Достав турку из нижнего ящика гарнитура, я засыпала кофейный порошок, залила водой и поставила на плиту. Пока кофе варится, я решила помыть чашку. Все же приятнее пить кофе из чистой посуды, чем из той, в которой уже посилилась новая жизнь. Я не забыла и о кошке, ее миска тоже прошла процесс мойки. Насыпав корм, я поставила миску перед кошкой. Через несколько минут я уже сидела за столом, пила кофе и слушала чавканье Эсмеральды.

Эту идиллию прервал звонок телефона, который шел из недр завала в кабинете. С неохотой, я побрела в комнату и нашла свой телефон на столике с красками:

«Райс Митчелл»

Я нажала на значок принятия вызова:

- Привет – сказала я.

- Приветик, слушай, ты же смотрела на календарь? – голос Райса был как всегда нервный, он помощник Джоан и большая часть работы сваливалась на него.

- Не волнуйся, к завтрашнему вечеру последние пять страниц будут у тебя. Ты же знаешь, как долго Джоан выбирает и все меняет на ходу даже будучи на отдыхе. – Немного шутливо сказала я, чтобы Райс хоть немного расслабился, уверена, в его голове уже зрели отмазки для Джоан, если бы я ничего не сделала. Хоть за три года, что я работаю с этой парочкой, я не пропустила ни одного срока сдачи, Райс волновался всегда как в первый раз, что поделать, такова его натура.

- Ох, вот и отлично. – На этом телефонный разговор закончился. Ладно, из всех моих знакомых в мире бизнеса, Райс – самый нормальный.

На размышления времени не было, поэтому я снова села за стол и начала работать, сейчас осталось самое сложно из всего процесса: нарисовать все так, как это было в воображении Джоан.

Судьба свела меня с этой эксцентричной женщиной почти три года назад, на тот момент Джоан уже была известна как «Джоан Вуд – писательница детективных романов, которые читали, начиная от домохозяек и заканчивая бизнес леди».

Наше с Джоан сотрудничество заключалось всего в двух вещах: Джоан пишет очередную невероятную историю о приключениях девушки – детектива по имени Салли. А я в свою очередь переношу ее текст в рисунки с той атмосферой и эпичностью, которой хочет она.

Страдаю я от этого? Думаю, нет, скорее мне все равно. На страницах романа люди видят только то, что хочет их любимая писательница, меня же в этих картинках нет совсем.

Многие могут подумать, что эгоистично с моей стороны так рассуждать, ведь я зарабатываю (и не плохо) своим любимым делом. Но по факту я просто приняла условия игры, которую мне предложили.

В начале своей карьеры, я часто мучилась мыслями: правильно ли поступаю? Не загоняю ли я себя на второй план? Не гроблю ли я свой талант? Со временем мне понравилось это чувство – быть в тени. Я всегда в тени Джоан, она как никак пишет роман, она воплощает сопливую идею о сильной и независимой женщине в жестоком мире мужчин (уверена, в головах ее читательниц именно так все видится). А я – только даю ее персонажам облик. Не смотря на все это, была и группа людей, которым были интересны мои иллюстрации, а не книга. Но они сталкивались со скалой разочарования, когда узнавали, что ни одной моей работы, ни одних моих рисунков из прошлого нигде нет.

Я противоречила сама себе прошлой: хотела быть известной за счет своих работ, но известна за счет фантазии другого человека. Прошлая я была наивна и мечтала покорить мир своими картинами, но она не знала, что приносила себе больше вреда, чем пользы…

Пролетело несколько часов за кропотливой работой. В этот раз я делала не просто иллюстрации, а несколько разворотов со сценами из книги. Джоан решила, что немного комиксов впишется в ее книгу и заинтересуют читателей. Что же, слово творца – закон.

Солнце уже приближалось к горизонту, когда я решила оторваться от планшета и немного отвлечься. Я решила проверить соц. сети: в фейсбуке как всегда был поток постов с бессмысленными фразами или мыслями, которые я кстати никогда не читала, но лайкала ради приличия. Многие авторы, с которыми водится Джоан такие же эксцентричные, как она и легко могли обидеться, если не замечаешь их очередную «гениальную» мысль.

В инсте так же особо ничего не было, но истории Джоан с ее мини-отпуска я обязана была посмотреть. Не смотря на всю свои популярность и успешность, моя писательница была очень зависима от чужого мнения и от каждого комментария. Пару «пальцев вверх» и «поцелуйчиков» думаю ее удовлетворят и не выльется во фразы «Ты что не сморишь мои истории?!».

Так же я зашла в почтовый ящик и обнаружила несколько электронных писем со спамом, рассылки непонятно от кого. Я уже было хотела выйти из «почты», но заметила письмо, которое судя по дате, пришло вчера вечером. Как всегда из-за сбоя в режиме сна, я не слышала ни одно оповещение.

Заголовок письма гласил: «Они просто тебя используют». Я могла бы просто удалить это, как очередной спам, но что-то заставило меня нажать на иконку.

«Дорогая Аманда, позвоните, если захотите узнать правду».

Я пробежалась по фразе несколько раз и вообще ничего не поняла. Помимо номера телефона, к письму прилагалось ряд фотографий, которые я тут же открыла: несколько первых фото были с изображением моих черновиков, которые я когда-то оставила у Джоан дома. А вот на следующем фото уже был чистовик, но с переработанным вариантом…

Быстро метнувшись за стол, я открыла картинки на планшете. Что за…?

В основе явно лежали мои рисунки, точнее забракованные или «не подходящие моей героине». Хоть рисовка и стиль похожи, но это нарисовано не моей рукой. Я судорожно пыталась найти малейшею зацепку: подпись, символ, да что угодно, лишь бы хоть как-то понять, кто это нарисовал.

Пролистав фото до конца, я поняла – это не просто картинки или зарисовки, это черт возьми, продолжение книги Джоан (как я думаю).

Но зачем Джоан кто-то еще? Столько лет я была одна и никогда не шло речи о помощнике или сторонних иллюстраторах. Я попыталась вспомнить, хоть малейший намек, на подобное, но ничего не приходило на ум.

К тому же условия, на которых мы работали полностью противоречили содержимому в письме. Одно из главных принципов и требований писательницы были: я работаю только с тобой и не с кем другим. В свою очереты ты – рисуешь только для меня и не для кого другого. Под запретом были даже работы для выставки (но меня это устраивало). Таков был наш контракт.

Выдохнув, я посмотрела еще раз на самое первое фото: рука держит листок с черновиком, а на заднем плане обстановка стола Джека. Скорее всего, не известный адресат каким-то образом попал в кабинет моего агента и роясь возможно в поисках чего-то другого нашел и это.

Меня словно накрыли куполом, в ушах звенело, а рот наполнился слюной. Так, не поддаваться панике! Мысли разбегались и сливались просто в набор слов.

А вдруг это афера, ловушка? Да что угодно, но теперь эти станицы с фото словно отпечатались на обратной стороне век.

Несмотря на растерянность, я решила, что утром позвоню по загадочному номеру из письма, а затем уже буду действовать дальше. Сейчас мне нужно хоть немного сна.