Созвездие Лиры

Август… золотое время для походов: днем солнце уже не обжигает, а вечера еще достаточно теплые, чтобы подолгу можно было сидеть у костра. Сидеть и слушать завораживающие истории: страшные и веселые, сказочные и правдивые, грустные и жизнерадостные. Вот как сейчас, мы всем классом расположились вокруг костра и замерли в ожидании новой истории от Олега Петровича.

Олег Петрович — наш классный руководитель, а еще — он мой отец, и с ним не соскучишься. Я так говорю не потому, что он мой отец, а потому, что благодаря ему, у нас в школе в течение года часто проходят какие-нибудь конкурсы или соревнования. Даже свои уроки он иногда проводит в игровой форме, и тогда весь материал, который он нам объясняет, хочешь не хочешь, а запоминаешь! А еще, с четвертого класса он каждый год водит нас в поход — покорять очередные вершины стойкости характера! «Выносливости и терпению надо учиться!» — говорит он. Поэтому в прошлом и позапрошлом году мы не уходили далеко от города — мы учились стойкости и выносливости. Но в этот раз Олег Петрович сказал, что мы уже достаточно большие и готовы покорить вершину горы по-настоящему! Как оказалось потом, гора, на которую нам предстояло идти, была невысокая, и мы сначала даже расстроились, на что Олег Петрович сказал: «Главное в походе — преодолеть не горы, а себя! Дойти до цели и не свернуть с пути!».

И вот, первый день похода был пройден. Вечерело. Дрова в костре мирно потрескивали, а языки пламени, привлекая наше внимание, извивались, наперебой стремясь к звездам в ночное небо, словно указывая нам, куда смотреть.

— Олег Петрович, а какую историю Вы нам расскажете в этом путешествии? — спросила наша староста Тоня. Она всегда была бойкой девчонкой и старалась во всем быть первой, даже если это касалось простого вопроса или ответа. Ну и, конечно же, она была отличницей.

— Сегодня я начну вам рассказывать музыкальную историю о приключениях мальчика… — начал отвечать ей Олег Петрович, но его неожиданно перебили.

— Музыка-а-альную… — грустно протянул мой друг Костя. Он всегда сразу говорит все, что приходит ему в голову.

— Тебе не нравятся истории, связанные с музыкой? — удивился Олег Петрович.

— А что там интересного? До, ре, ми, фа, соль, ля, си… вот и вся музыка, — монотонно сказал Костя, уныло поглядывая на поднимающийся в небо дым от костра. — Давайте лучше про пиратов! — уже с азартом в голосе предложил он.

— Да, давайте про пиратов! Про разные всякие приключения! — подхватили остальные мальчишки.

— А расскажите нам про космических пиратов, Олег Петрович! — громко попросил Костя, перекрикивая остальных.

— Да! Что-нибудь интересное о космосе! Можно?! — попросила Тоня, поддерживая интерес мальчиков. — Вы не переживайте, можете рассказывать про космос! Нам, девочкам, такое тоже интересно! Правда же, девочки? — сказала Тоня и обвела взглядом всех сидевших вокруг костра ребят.

Все девочки, в поддержку Тониных слов, одновременно закивали головами.

— А в этой истории тоже будет много космических приключений, — сказал Олег Петрович.

— Вы же сказали, что история о музыке, — удивленно сказал Костя.

— Но это не значит, что в ней не будет путешествий на другие планеты. Возможно, даже будут встречи с инопланетными существами и путешествиями во времени…

— Все это будет в одном рассказе? — удивились ребята.

Они успокоились и сразу же заерзали на своих местах, усаживаясь поудобнее, поправляя под собой подушки, спальные мешки, коврики… в общем, все то, на чем они сидели.

— Это, наверное, длинная история! — сказала Тоня. — Вы не успеете нам сегодня все рассказать. Нам ведь завтра рано вставать, а значит, сегодня мы должны лечь спать вовремя.

— Ты, как всегда, права, Тоня, — согласился Олег Петрович. — Режим — прежде всего!

— У-у-у… — расстроились ребята.

— Эту историю я вряд ли успею рассказать вам и за два вечера. Я буду рассказывать ее каждый день на протяжении всего нашего путешествия, — успокаивая их, сказал Олег Петрович. — И чтобы я успел вам ее рассказать, вы должны — что?.. — добавил он и замолчал, ожидая ответа от ребят.

— Сидеть тихо и не перебивать Вас! — выкрикнул один из мальчиков.

— Это верно. А еще?

— Не задавать вопросов, чтобы Вы не отвлекались! — сказала одна из девочек.

— Ну, как же без вопросов? Вопросы задавать можно и нужно! Это не помешает. У кого-то есть еще какие-нибудь предположения? — спросил Олег Петрович.

— Думаю, мы должны Вас слушаться днем, чтобы все запланированное успеть сделать. Иначе к вечеру у нас не останется времени послушать продолжение этой истории, — высказал я свое предположение.

— Ты почти угадал, Алексей! В походе мы должны быть не только хорошими и верными друзьями, но и слаженной командой!

Тоня быстро подняла руку.

— Говори, Тоня, что ты хочешь нам сказать?

— В команде главное — одинаково распределить между всеми обязанности! Тогда все будет сделано вовремя! Правильно, Олег Петрович? — подскочив, отчеканила Тоня.

— Да. Но не одинаково. Достижение общей цели зависит от взаимопомощи. Не все хорошо смогут справиться с одним и тем же заданием. Нужно разумно распределять обязанности. Вот как сегодня: девочки расчищали место для костра, в то время как мальчики собирали дрова.

Олег Петрович посмотрел на часы и запахнулся в плед. Ребята умолкли в ожидании обещанного захватывающего дух рассказа.

— Так вот… — начал Олег Петрович, — на чем я там остановился… Ах да, я же еще ничего не успел вам рассказать! Ну как, все уселись удобно? Готовы слушать?! Эта история произошла с обыкновенным мальчиком по имени Гера, и было ему тогда лет пятнадцать. Он был чуть-чуть старше вас. Гера был прилежным и послушным мальчиком. И, когда родители решили отдать его в музыкальную школу, он согласился с ними. Музыка ему нравилась, и он решил, что будет учиться играть на скрипке. Сначала ему было интересно учиться, но потом желание заниматься стало угасать, и никто не мог снова заинтересовать его игрой на скрипке. Но, чтобы не расстраивать родителей, он продолжал ходить в музыкальную школу. Обычно Гера бережно обращался со своими вещами, но из-за нежелания заниматься он стал безалаберно относиться к музыкальному инструменту, иногда оставляя скрипку без футляра, а потом и вовсе перестал за ней ухаживать. Все это привело к тому, что однажды скрипка, которую он положил в рюкзак, чтобы не тащить ее отдельно в футляре, поломалась по дороге в музыкальную школу. Гера сел на лавочку возле небольшого пруда недалеко от школы и стал раздумывать, что же ему теперь делать. Ему стало очень жалко свою скрипку и у него даже появилось желание поиграть на ней. Но назад пути не было. Он достал и обнял свой поломанный инструмент. У него защемило сердце, вспомнив, как плохо он к ней относился. Гера едва не расплакался и закрыл глаза. Но подлая слезинка все же просочилась через его реснички и покатилась по щеке.

— Что случилось, молодой человек? — спросил его проходящий мимо старик.

Гера открыл глаза и быстро вытер рукой слезинки. Он внимательно посмотрел на старика. На голове у него был черный цилиндр, на плечи накинут короткий плащ, а в руке он держал деревянную трость. Странное одеяние, — подумал Гера, — наверняка, он не из наших мест, у нас взрослые так не одеваются.

— Я вижу, ты чем-то очень расстроен? — спросил старик. Он подошел и присел рядом.

— Я не плачу, — сказал Гера, пытаясь незаметно вытереть мокрую руку о штанину.

— Когда случается беда, плакать не стыдно, — сказал старик и протянул Гере белый платок с вышитыми на нем двумя закорючками, вырисовывающими ромб.

— Спасибо, не надо, я уже не плачу, — признался Гера. — У меня вот… — сказал он и показал расколотую скрипку.

— Да… это — беда. Этой скрипке уже ничем не помочь. Как же это произошло? — спросил старик.

Гера ничего на это не ответил. Он снова крепко сжал в своих объятиях скрипку, а на его глаза снова накатились слезы, которые он изо всех сил пытался удержать.

— Как тебя зовут? — спросил старик.

— Гера.

— Я могу помочь твоей беде, Гера! — сказал он.

Мальчик резко повернулся, и одна слезинка не удержалась, скатилась по щеке и упала на плащ собеседника.

— Но Вы же сказали, что ей уже ничем не поможешь, — глядя на него с надеждой, сказал Гера.

— Этой скрипке, да. Но! Я могу помочь достать тебе новую скрипку.

— Новую? Это очень дорого. У меня нет таких денег, — печально сказал Гера. Он опустил голову и стал выковыривать носком ботинка камешек из земли.

— Если ты испортил скрипку, молодой человек, это еще не повод портить хорошие ботинки! Идем, я отведу тебя в музыкальный магазин.

— Я же сказал, что мне не за что купить новую скрипку. Если бы у меня были деньги, я бы уже сам давно сходил в этот музыкальный магазин, — недовольный настойчивостью незнакомца, буркнул под нос Гера.

— Это не простой, а волшебный музыкальный магазин. Им заведуют моя жена и внучка. И они обязательно придумают, как помочь твоему горю. Ты же не хочешь расстраивать своих родителей?

— Конечно же, не хочу, — взбодрился Гера. — А где этот магазин?

— Прямо у нас за спиной, — сказал старик и оглянулся назад.

Гера посмотрел в ту же сторону и увидел небольшое двухэтажное здание с парадной резной дверью и большим балконом, обвитым плющом темного серо-зеленого цвета. Весь дом был каким-то блеклым и создавал унылое впечатление.

— А я раньше никогда его здесь не видел! Откуда он тут взялся?! — Гера был очень удивлен.

— Не каждый может увидеть и посетить этот музыкальный магазинчик. Надеюсь, он сегодня открыт! — сказал старик, поправляя цилиндр. Он довольно шустро для своего возраста поднялся со скамейки и, опираясь на трость, быстро зашагал к магазинчику. Гера подскочил, наспех засунул поломанную скрипку в свой рюкзак и побежал его догонять. Сделав несколько шагов от скамейки в сторону музыкального магазинчика, у Геры возникло странное ощущение, словно он пересек какой-то невидимый барьер. Сначала его обдало потоком холодного, а потом теплого воздуха и обстановка вокруг него тотчас же сменилась. Перед ним стоял уже не тусклый магазинчик. Дом был построен из красного кирпича, а плющ оказался яркого зеленого, а кое-где и красно-бордового цвета. Яркие солнечные лучи скользили по фасаду здания и, попадая на стекла, посылали всем окружающим солнечных зайчиков. Теперь музыкальный магазинчик имел сказочный вид…

Старик подошел к дому и дернул за ручку дверь, но она оказалась закрытой. Тук, тук, тук… постучал он и приложил ухо к двери. Гера подошел и тоже прислонился к двери. Так они простояли несколько секунд, но никакого движения в доме не услышали.

— Закры-ыто… — кислым тоном протянул Гера и стукнул пару раз ногой по двери.

— Нет, нет! Такого не может быть! Я знаю, когда он работает, и сегодня он должен быть открыт! — убежденно сказал старик.

— Ну-у… может быть, Вы забыли… ну, или перепутали расписание? — негромко, слегка запинаясь, сказал Гера. Ему было неловко намекать на забывчивость незнакомому старику, указывая на его пожилой возраст.

— Молодой человек! Я еще не настолько стар, чтобы забыть расписание, которое сам когда-то и составил! И тем более не глух. Прислонись еще раз к двери! Слышишь музыку внутри магазинчика?

Гера прижал ухо к двери, но ничего не услышал.

— Ну?! — спросил его старик.

— Я ничего не слышу, — ответил Гера. Заметив тоненькую щель между двумя неплотно сбитыми досками, Гера еще сильнее прижался к ней, да так сильно, что даже почувствовал, как она врезается в его щеку.

— Эх, наверное, там сегодня только моя Октавушка, а вот она уже не может похвастаться таким же отличным слухом как у меня. Ну, хватит дверь толкать, а то, не ровен час, от таких усердий ты ее еще выломаешь.

Старик отодвинул Геру рукой в сторону от двери и открыл на ней небольшую сенсорную панель, на которой вверху было что-то написано, а ниже располагался нотный стан.

— Что это? — удивился Гера.

— Это кодовый замок. Чтобы войти, надо правильно ответить на вопрос. Ты случайно не знаешь, сколько знаков при ключе в тональности ре-диез минор?

— Ре-диез минор? — удивленно повторил Гера. Он был так шокирован всем, что вокруг него происходило, что не мог сейчас быстро переключиться на сольфеджио и вспомнить эти знаки. — Ой, их там, кажется, много… я точно не помню сколько… А Вы, случайно, не знаете, там диезы или бемоли? — пытаясь собраться с мыслями, спросил Гера.

— Эх! Молодеж-жь! Ладно, пойдем обходным путем! Давай, следуй за мной и не отставай, — сказал старик и направился к углу дома.

Гера сразу же, чуть ли не след в след, последовал за ним.

— И рюкзак не забудь… — не оглядываясь, добавил старик.

Гера тут же развернулся назад к крыльцу и схватил свой рюкзак, который он, конечно же, успел забыть. И это не удивительно, ведь теперь он думал о диезах и бемолях.

— Олег Петрович, Олег Петрович… — подпрыгивая на месте, негромко закричал Костя. — А сколько знаков? Скажите, какой был код?

— Ребята, кто-то может ответить Косте? — спросил Олег Петрович и незаметно глянул на меня.

Конечно, он не просто так посмотрел на меня — я ведь хожу в музыкальную школу. И к тому же, он — мой папа и ему было бы приятно, если бы я блеснул своими знаниями по музыке. Я задумался… Но, как и у Геры, у меня сейчас вся нотная грамота из головы вылетела. Я ведь сейчас тоже весь был там, в этой истории!

— Кодом было шесть диезов, — не дожидаясь моего ответа, сказал Олег Петрович и подмигнул мне.

— Костя, не перебивай Олега Петровича, а то мы так сегодня и не узнаем, получил ли Гера новую скрипку, — сделала ему замечание Тоня. — Продолжайте, Олег Петрович! Мы внимательно слушаем!

Костя сел на свое место, и снова воцарилась тишина. Я подкинул сухую ветку в костер и огонь сразу же поглотил ее, отплатив мне множеством искр.

— Итак, впереди Геру жала встреча с волшебным магазинчиком и его милыми обитателями… — продолжил Олег Петрович.