Специальная операция

Мир Росс 128, Главный учебный центр Управления Инквизиции, 2424 год.

- Удачи, лейтенант… - Грегор Панч закрыл дверь и повернулся лицом к своему столу. Постоял несколько секунд без движения. Вспомнил себя молодым лейтенантом.

Новоиспеченный инквизитор вышел в прекрасном расположении духа. Майор Панч усмехнулся про себя: «Лучшее оборудование, которое можно было только представить! Сопляк, подготовка на коленке, опыта никакого. А в такие дела влез! С этим миром определенно что-то не так».

Панч ощутил себя брюзжащим стариком.

- Вот она, старость!

Подошел к стойке, выключил экран и опустился на стул. Протезы привычно легко выполнили все движения. Он до сих пор не привык, что нет необходимости сидеть. Если только для души. Искусственные ноги и опорный позвоночный столб экзоскелета не устают - хоть весь день на ногах проведи.

Привычным движением Панч распечатал подогретый контейнер с ужином. Откусил ломоть мяса. Сморщился. Дрянь. Ни вкуса, ни запаха. Зато по структуре свинина, да и питательными веществами накачана как надо. По сравнению с полевым пайком полувековой давности – ресторанный деликатес.

Кроме странного лейтенанта посетителей сегодня больше не будет. Можно было заняться своими личными делами.

А личных дел у старого майора и не было.

Какие у него могут быть личные дела?

Правая рука - из искусственных тканей, имитация мышц с почти прозрачной защитной оболочкой. Левая - пронизана каркасом из тугоплавкой вязальной проволоки - замена раздробленных костей. Обе ноги искусственные, без декораций. Как в древних фильмах про роботов – стальные пруты, трубки, шестеренки, гофры шлангов и связки кабелей разной толщины и цвета. В ранце за спиной он носил искусственные легкие, которые в любой момент могли включиться в работу, потому что свои, родные, в любой момент могли отказать. Вместо левого глаза в череп был встроен оптический модуль последнего поколения. Модуль позволял видеть в любых условиях и был доступен только для снайперов спецподразделений. Панч получил его не благодаря медицинской страховке. Правый глаз почти не видел, но менять его на протез Панч пока не был готов. Все-таки с правым глазом они были вместе с рождения…

«Чертова развалюха…» - подумал Панч про себя перед сном.

Система Эпсилон Индейца, Мир Д, 2330 год

- Проклятый кусок камня! Кому это дерьмо могло понадобиться? – водитель погрузчика ругался без остановки. Иногда его шлем сбоил и подключался к общей сети склада. Нескончаемый поток забористой ругани в такие моменты был слышен всему комплексу.

Кладовщик, огромный мужик, с открытым забралом шлема, стоял в углу полутемного склада. Недовольство водителя вызывало у него усмешку. Протерев лысину затертой замшевой перчаткой, кладовщик еще раз глянул в планшет. Погрузка шла быстро. Осталось подобрать еще с десяток контейнеров и все будет готово. Главное не перепутать метки на грузе. Любая оплошность может принести огромные проблемы. Если же все пройдет гладко, его личный счет пополнится весомой суммой.

- Что б ты подавился этими долбаными ящиками, чертов сукин сын! – не унимался водитель. – Хренов контейнер, опять перекосило!

У кладовщика замигал индикатор входящего звонка на планшете. Оглянувшись, нет ли кого рядом, он опустил забрало шлема и ответил на вызов.

- Хэррис на связи, да, сэр.

- Порадуй меня, ж-жадный ублюдок! – Кладовщик порадовался, что нет видеосигнала. Этот абонент, как всегда, был груб и заносчив.

- Грузим как муравьи, да. Скоро закончим.

- Время, как ты меня утомляеш-шь!

- По графику, в 19 часов, да. Все как договорились, да. Когда выполните свою часть сделки?

- Как только увиж-жу, что все внутри. Ш-шаттл стартует, и ты получиш-шь свое. И не вздумай ош-шибиться с контейнерами. Ты помниш-шь, что за этим последует.

- Помню, да. Не ошибусь. Мне надо работать, сэр.

Хэррис передернул плечами. После редких разговоров с этим клиентом всегда оставалось гадкое чувство, будто голыми руками собирал змей в мешок.

Погрузчик стоял без движения. Водитель что-то ковырял под приборной панелью.

- Что там у тебя? – Раздраженно крикнул Хэррис, снова открыв шлем.

- Опять коротнул, грёбаное старье!

- Долго будешь сопли жевать?

- Моё дело телячье – обоссался и стой! Пусть шестерёнка чинит, мне за это не платят!

- Возьми другой кар, времени нет.

Водитель, удивленный такой щедростью, бросил умерший погрузчик и пошел за другим. Кладовщик еще раз глянул на таймер. Надо было успеть, во что бы то ни стало. На этой треклятой планетке, вращающейся по «восьмёрочной» орбите вокруг двух карликов, пропустить время взлета означало, в лучшем случае, выговор за перерасход топлива шаттла. А, учитывая именно этого заказчика, можно было получить неприятности посерьёзнее.

Метрополия, Евразийский континент, Рим, 2331 год.

Коптер аккуратно приземлился на посадочное поле. Огромная машина, едва коснувшись площадки колесами, опустилась на брюхо. Винты замерли почти мгновенно. Бесшумно открылся бортовой люк. На свежий воздух вышли трое.

Охранник шел чуть впереди. По сторонам почти не смотрел, пиджак застегнул - расслабился. Все-таки особняк семьи Бруджа был безопаснее любого другого объекта, а самая опасная часть пути - полет - осталась позади. За ним шел мужчина неопределённых лет и неопределённой наружности. Встретишь на улице такого… А, впрочем, его на улице не встретишь. Секретарша, перебирая в руках только ей видимые страницы электронных документов, не отставала. Путь до дверей здания занял пару минут.

- Добро пожаловать, сир. – Охранник возле лифта коротко поклонился.

За несколько секунд лифт успел почти незаметно ускориться и затормозить. Почти сотня метров под землей. Короткий коридор и мужчина с секретаршей вошли в огромный кабинет. Он окинул взглядом собравшихся, молча прошел к креслу во главе длинного стола, сел. Девушка заняла место по левую руку.

- Ну что же, господа, я слушаю. – Четко проговаривая слова начал он.

- Позвольте, я начну, господин Бруджа. – Со своего места поднялся худощавый старик. Не отрываясь, он смотрел на главу собрания. - Мы были вынуждены перейти к активным действиям, поскольку меры секретности были нарушены. Контрразведка коммунистов узнала о готовящихся акциях. Сейчас туда направлен отдельный батальон. Командующий операцией имеет достаточно ресурсов и полномочий, что бы помешать...

- Я это знаю и без Вас! Не испытывайте мое терпение!

- Да, сир, мы действуем. В составе оперативных сил ООН есть наши люди. Открытие месторождений редкоземельных металлов мы держим в тайне. Колониальный транспорт проекта «Столетний космический корабль» уже расконсервирован и принимает технику и специалистов.

- Опережаете график? Хоть одна хорошая новость.

Марс, Штаб Полевого учебного центра Космических десантных войск, 2331 год.

-…таким образом, товарищ капитан, Ваш опыт пригодится нам, как нельзя лучше. Вопросы? - Лощеный генерал, едва старше самого капитана Грегора Панча, замер около голографического макета местности.

Образ Мира Тау Кита-Пять то увеличивался, то уменьшался, монотонно вращаясь вокруг своей оси. Предполагаемая схема первой фазы десантной операции светилась стрелками и прочими условными знаками по всей поверхности Мира.

- Вопросы, Грег? – из собравшихся только генерал Верещагин, из главного разведывательного управления, позволял себе обращаться к любым собеседникам на «ты» и по имени.

- Никак нет, товарищ генерал. Готов к выполнению поставленной задачи! – Выдержав правильную паузу, ответил Панч. Уверенность в себе гвардии капитан демонстрировал идеально.

Последний час генерал из штаба миротворческих сил ООН объяснял ему, как силами одного десантно-штурмового батальона, усиленного разведывательно-диверсионной ротой, вернуть под контроль метрополии целую планету. Внеочередное звание майора – неплохой аванс. Батальон укомплектован ветеранами с богатым боевым опытом. Роту из сил специального назначения выбирал лично генерал Верещагин. Один из младших командиров - его сын. Выделенные силы говорили о сложности задачи. А интуиция подсказывала, что неудачу допускать нельзя.

- Вы лично получите доступ ко всей имеющейся у нас информации. Бортовая сеть крейсера в Вашем распоряжении. – Адмирал из флота ООН встал и направился к выходу. Генерал, проводивший брифинг, поспешил за ним. Продолжение вечера явно интересовало их больше.

Панч стоял, соблюдая устав, пока Верещагин не махнул ему рукой, разрешая сесть. Адъютанты собрали документы, планшеты и вышли из зала. Теперь можно было поговорить.

- Что скажешь, дружище? Попахивает чем-то знакомым? – Верещагин усмехнулся сам себе.

Новоиспеченный комбат подошел к стойке с напитками, выбрал самую дорогую бутылку, капнул в два бокала бронзового коньяка.

- Не то слово, командир. Помнишь историю на Ио и Ганимеде, лет десять назад? Все начиналось с такого же беззубого брифинга. Возьмите пару взводов, бандиты, проверьте… Если бы не твое решение и моя скорость – там бы нас и записали в пропавшие без вести. А тут целый Мир. И - деликатно?!

Со стороны можно было решить, что Панч заводится. В обществе друзей он позволял себе немного эмоций. А приказ оставался приказом, несмотря ни на что.

- Совету безопасности не нужны новостные заголовки о вторжении армий из метрополии на свободный мир. Новости с Тау Кита давно идут тревожные, и нашу подачу проглотят. Меня беспокоит другое: почему всё так быстро завертелось?

Пауза затянулась. Панч прокрутил в голове варианты ответа и не нашел ничего лучше:

- Свобода и расстояние вскружили головы местным заправилам. В первый раз что ли? Будем исходить из этого.

- Не в первый. Много жертв, все произошло быстро и организованно. Колония там из первого поколения, чуть более двух веков. Развивалась постепенно. Самостоятельна уже давно, но без сепаратизма. А тут движение за независимость! Мы даже не успели толком взять в разработку вождей. Между нами - двоих моих агентов перевербовали. Они на той стороне, но мы продолжаем с ними игру. Такого масштабного пидарятника давно не было.

- Пока не высадимся, вряд ли поймем, что произошло. Ещё плеснуть? Надо действовать.

Верещагин кивнул.

Орбита Марса, Большой десантный корабль «Хайнань», 2331 год

Панчу выделили тот самый батальон, куда он пришел молодым лейтенантом после училища. Некоторых офицеров и сержантов он знал лично. Начальник штаба учился вместе с ним, только на курс младше. Командир одной из рот был его постоянным напарником по вечерним загулам в Лондиниуме - столице Марса. Назначение нового командира офицеры приняли хорошо. Панча знали в космодесанте. Уважением он пользовался вполне заслуженным. Тем более, его предшественник ушел на повышение – в штаб бригады.

Диверсионная рота была придана по настоянию Верещагина. В профессионализме бойцов и офицеров сомневаться не приходилось, всё-таки главное разведуправление. Но для лучшего взаимопонимания на поле боя нужно было попотеть. Постоянные тренировки – решение проблемы. До Тау Кита лететь чуть меньше месяца. Выходы в реальный космос - каждые несколько дней, не менее чем на двенадцать стандартных часов. Вот это время и было в распоряжении Панча.

На борту коммунистического чуда космической техники – огромного новейшего десантного корабля - были установлены системы «обманутой реальности», как их называли сами изобретатели. Эта технология выросла из древней системы виртуальной реальности, использовавшейся в сфере развлечений более ста лет назад.

Саму большую проблему за время полета составляли часы нахождения в нереальном космосе. Полеты через кротовые дыры были освоены давно. Колонисты проходили через эти испытания сотни лет назад. Наилучшим способом уберечь экипаж и пассажиров от вредного воздействия изнанки мира были криогенные камеры. Для гражданских перелетов идеально – заморозил всех, прилетел к цели путешествия через несколько месяцев, разбудил. С восстановлением помучаются пару дней, ничего страшного. Но для боевых операций. К тому же требовалось время для совместной тренировки подразделений. В системе Тау Кита ходить кругами некогда – вынырнут в реальность максимально близко к пятому миру. Решили ограничиться полумерой – бойцов-десантников в сон, офицеров погонять на тренажерах вместе с диверсантами. Когда корабль будет нырять из реальности, бодрствующие бойцы, чтобы не мешать экипажу, остаются либо в своих кубриках, либо в кают-компании.

Почему такие сложности? Дело в том, что во время перехода в нереальном космосе на кораблях частым явлением были серьёзные поломки оборудования. Магистральные трубопроводы, вспомогательные системы, второстепенные и маломощные энергоузлы – все это выходит из строя с кучей спецэффектов. Жизненно важные отсеки – двигательный, рубка, криогенный и модули вооружения – никогда не выходили из строя и проблем не создавали. Космонавты, которые не были погружены в криогенный сон, страдали от разнообразных, но временных расстройств психики. После возвращения в реальный космос проблемы у людей проходили сами собой. Когда эта закономерность с чрезвычайными происшествиями подтвердилась массой свидетельств, предположили, что энергоемкие технологии каким-то образом защищали отдельные элементы корабля от воздействия не изученных энергий нереального космоса. Однако, проводить исследования в нереальности было дорого. И некогда. И некому. Пару-тройку энтузиастов от фундаментальной науки в расчет можно было не брать. Открывшиеся возможности по заселению и освоению ранее недоступных миров притягивали к себе всё внимание и капиталы.

Майор Панч и капитан корабля коммодор Сунь Бин решили, что риск оправдывал возможность значительно повысить готовность подразделения. Коммунисты были заинтересованы в успешном завершении миссии. Вложенные в Тау Кита средства должны были стать основой экономического скачка Поднебесной Империи в ближайшем поколении. Каждый второй орбитальный завод принадлежал либо коммунистической партии, либо крупному бизнесмену с загадочным прищуром. На самой Тау Кита Пять половина населения были потомками колонистов с транспорта «Фэнхуан». Долгое время они открыто поддерживали попытки установить протекторат именно их метрополии над миром, а впоследствии и над всей системой Тау Кита. И вот, когда до голосования по этому вопросу в Совете безопасности ООН осталось подать рукой, такие неожиданные и кровавые события.

Где-то в космосе. Большой десантный корабль «Хайнань», 2331 год

- Третий прыжок! Почти двое суток торчать по каютам! – один из молодых сержантов диверсионной роты, Вильсон, встал с койки и нервно шагал по кубрику. Три шага до двери, разворот, три до переборки, разворот.

- Да не маячь ты, дай поиграть! – Его сосед, старший сержант Петренко, был раздосадован неожиданной помехой его виртуальным развлечениям. Он сидел на своей койке, лицом к проходу, на голове и руках были шлем и перчатки дешевенькой виар-системы, а сам он был затянут в тактильный костюм, куда более современный.

- Да знаю я твои игры – опять кого-нибудь по подворотням щемишь. Красивая хоть?

- А то! – огрызнулся Петренко, взмахнув руками и задев шагающего туда-сюда сержанта. – Сядь уже!

- Да пошел ты! Сколько уже торчим как в клетках! А потом нас гоняют до седьмого пота. Ушибы с растяжениями зажить не успевают, как опять на тренажеры!

- Ну и что, потом с десантурой в бой идти. Хрен его знает, что там, на Тау Ките. – Петренко стянул шлем и потянулся за бутылкой пива. – Закончим там, найду себе настоящую бабу!

- Ага, коренастую и перекачанную. Там же полтора-же!

Вильсон распалялся, но не давал злости захлестнуть его с головой.

Петренко напротив, расслабился, отхлебнул прохладного пива и вновь взял шлем в руки.

- Как-нибудь справлюсь. Сядь ты, дай доиграть! – он толкнул проходящего мимо Вильсона.

- Да ты достал! - Вильсон едва удержался, чтобы не ударить сослуживца.

Петренко должен был зависнуть в виар-системе минут на пятнадцать, может чуть больше. Времени должно было хватить, решил Вильсон и, сдернув с полки свой рюкзак, спешно стал доставать из него небольшие карточки. Черные прямоугольники, толщиной с лист бумаги и размерами с треть ладони он аккуратно накинул на шлем своего соседа. Одну карточку он прилепил на комплекс датчиков контроля помещения.

- Ну все, суки, доигрались… - прошипел сам себе боец и выхватив из разгрузки на вешалке шоковую дубинку выглянул в коридор.

Никого. Кровь в висках пульсировала, но сознание было предельно ясным. Убить, скрыть следы, убить еще кого-нибудь. Если сейчас он не совершит задуманное, шанс больше может и не представиться. Вильсон не планировал облажаться. Действия опережали мысль. Всё происходило как будто само по себе.

Пожар в кубрике – легко. Шлем Петренко был старым и дешевым, мог замкнуть. Старший сержант потерял сознание от удара током, упал, залил энергоблок костюма пивом. Энергоблок старый, начался пожар. Вильсон в это время спал. Проснулся, увидел, что случилось, попытался вытащить сослуживца, получил удар током. А в это время огонь уже охватит весь кубрик. Петренко ударился головой об угол стола, когда Вильсон пытался вытащить его из горящего кубрика. Наглотался дыма до потери сознания. Откачают. Нормальная схема, рабочая. Систем видеозаписи в жилой зоне нет. Исполнение было на высоте.

Он аккуратно закрыл за собой дверь и поспешил к ротному складу снаряжения. По пути никого не было – все дисциплинированно сидели по кубрикам. В кают-компании были только несколько офицеров. Если он попадется, вариантов не много. Карцер, трибунал и тюрьма.

На складе он сразу нашел свой личный бокс, аккуратно, чтобы не шуметь, положил дубинку на пол, вскрыл замок, забрал детонаторы. По одному микро-устройству спрятал под ногти больших пальцев. Затем вернулся в кубрик, забрав по пути магнитный замок с дверей кают-компании. Никто ничего не заметил.

Сигнал пожарной тревоги после поджога раздался слишком быстро, но план сработал. Вильсона без сознания и Петренко без признаков жизни вытащили из задымленной каюты. Системы вентиляции и пожаротушения локализовали пожар, ликвидировали возгорание и удалили из жилой зоны весь дым.

В рубке корабля между коммодором Бином и майором Панчем состоялся неприятный разговор. Коммунист жаждал крови. По его мнению, происшествие было однозначно следствием действий подчиненных Панча, и тот факт, что один из них погиб, не освобождал второго от ответственности. Пожар на борту во время нахождения в варпе был смертельно опасен.

- Коммодор, мы проведем расследование сами. Это вопрос чести. Наказание, в случае подтверждения вины наших людей, будет самым суровым, вплоть до смертной казни. Это в моих полномочиях, и Вы это знаете! – Панч убеждал капитана, и коммунист, похоже, согласился.

- Вы будете предоставлять мне всю информацию по запросу. Только уважение к Вашему командиру заставило меня принять такое решение. Тактические дроны будут контролировать коридоры корабля. Предоставьте мне почасовой план мероприятий Вашего подразделения до прибытия в систему Тау Кита. – Коммодор был холоден, но пошел на уступки.

- Благодарю Вас, коммодор Бин.

Выходя из рубки, майор Панч выдохнул и кивнул своим ротным командирам, ждавшим его в коридоре:

- Расследование в наших руках. Я хочу знать все, что делали эти двое последние пару месяцев. Как Вильсон?

- Тяжелый, но очнулся. Наглотался дыма до полусмерти. Могли не успеть. Личные дела у Вас в планшете. – Командир взвода, где служили оба сержанта, нервничал, и было из-за чего. – Разрешите я…

Панч остановил его, подняв ладонь.

- Я сам. Слишком мало времени. К Вильсону никого не пускать. Вскрытие уже началось?

Последняя фраза была адресована корабельному медику, и тот ответил спустя пару мгновений, так же по внутренней корабельной сети.

- *говорит на своем языке*... Простите, товарищ майор, у нас на борту иностранцы не частые гости. Я уже в морге, через пару минут начну. Можете присутствовать. Предварительные выводы не заставят себя долго ждать.

- Буду немедленно, док.

В медотсеке кроме Вильсона и Панча больше никого не было. Комбат не мог понять причину поступка молодого бойца. Полгода как из учебки. Боевой опыт – ровно одна операция по поддержанию мира, два месяца в заштатном городишке аграрной колонии. Друзья, хорошая семья, никакой чрезмерной агрессии. И теперь он главный подозреваемый в убийстве. Если бы не осмотр всей палубы, на которой расквартированы бодрствующие бойцы, главную и единственную улику вряд ли бы обнаружили. Осмотр кубрика ничего не дал. Вскрытие показало, что смерть наступила от удушья. Время, в которое укладывалась смерть Петренко, получение им травмы головы и пожар, около пяти минут. Мало, но в то же время и очень много. За это время Вильсон успел добраться до склада снаряжения, взять то, что ему было необходимо для поджога, вернуться, организовать пожар и специально наглотаться дыма.

Такая точность в воссоздании событий основывалась на одном факте. В помещении склада снаряжения разведроты была найдена дубинка. Среди личного снаряжения в сгоревшей каюте была найдена только одна такая же.

Объяснение случившемуся было только одно.

- Надеюсь, Вы, товарищ майор, отдаете себе отчет в серьезности произошедшего.

- Не сомневайтесь, товарищ коммодор. Подозреваемый взят под стражу немедленно. В медотсеке дежурят мои люди.

- Этого недостаточно. Я не допущу корпоративных войн на своем корабле! Убийство, аварийная ситуация... Преступник будем содержаться под стражей в корабельном карцере.

Спорить с капитаном Панч не мог. После разговора с Вильсоном остался неприятный осадок. Версия о наемнике одной из корпораций, имеющей виды на Тау Кита приводила коммунистов в бешенство. Панч был с ней почти согласен, но прямых доказательств не было.

Полномочия коммодора Бина позволяли ему распоряжаться подозреваемым. Дальнейшее расследование откладывалось на неопределенный срок. Пока операция на Тау Кита Пять не будет завершена, Панчу про это странное убийство придется забыть.

Орбита Тау Кита-Пять, Большой десантный корабль «Хайнань», 2331 год

Десантные боты были загружены под завязку полчаса назад. Сопротивления не ожидалось, но порядок высадки соблюдали строго. Два звена штурмовиков должны были проверить и зачистить зону высадки. До столицы, где по данным радиоперехвата находились штаб и основные силы мятежников, от места высадки было около сотни километров. Достаточно близко для наземного марша. Достаточно далеко, чтобы избежать попадания в зону действия противокосмической обороны.

- Командуйте, товарищи офицеры. До встречи на земле. – Майор Панч направился к своему боту. Командиры рот разбежались по огромному десантному ангару.

Штурмовики уже полчаса кружили в верхних слоях стратосферы, но реакции с поверхности не было никакой.

- Товарищ майор, на связи командир «грачей». – Оператор батальонной системы связи по кивку Панча переключил канал на командира.

- Аякс на связи, какие новости с небес? Прием.

- Говорит Прайм, противодействия не наблюдаю. Нас даже не ведут. Спущусь пониже, проверю зону высадки. Доклад в случае изменения обстановки. Прием.

- Вас понял, вылетаем. Прием.

Майор Панч окинул взглядом пассажирский отсек бота. Который раз всё было одинаково. Он десантировался курсантом, командиром взвода, ротным, а теперь и командиром десанта на целый мир. Бронекостюмы бойцов активированы, дроны замерли возле створок отсека на едва заметных пилонах, освещение давно приглушено. Размышления остаются позади. Начинается работа.

- Аякс пилотам. Поехали.

- Сапоги не подведут. – Голос первого пилота прогремел в наушниках. – Поехали!

Пять ботов не спеша вылетели из шлюзов, разбежались на приличное расстояние друг от друга и спецоперация на Тау Кита-Пять началась.

Тау Кита-Пять, степь в ста километрах к северу

от Ксин-Чи, 115 год (по местному календарю)

Командир разведвзвода лейтенант Грубый убрал планшет, глотнул из фляги воды, осмотрелся ещё раз.

Никого.

- Оса - Аяксу. Чисто. Выдвигаемся. Приём.

- Принял. Приём.

Следующий доклад через десять минут, надо двигаться дальше. Три бронемашины не останавливались почти час, а признаков жизни всё не было. Если бы с местом высадки не промахнулись, то уже могли бы увидеть столицу этого мира. Пока одни поля и пустыри.

Боты с десантом сбились с курса на пару сотен километров. Перед высадкой неверно рассчитали координаты из-за размеров планеты и повышенного тяготения. Ошибку заметили навигаторы бронемашин после позиционирования по спутниковой группировке десантного корабля. Грузиться обратно и лететь было поздно - у ботов не было лишнего топлива. А запаса хода бронемашин хватало с избытком. Значит марш-бросок.

Доклад одного из разведчиков прозвучал неожиданно, хотя выход к этому объекту был запланирован.

- Оса Аяксу. Вижу огороженную территорию. Квадрат, стороны примерно по километру. Забор из колючки, вышки, по десятку на сторону. Внутри дюжина ангаров. Очень много людей. Более двух тысяч тепловых отметок. У охраны на вышках и в помещениях штаба легкое стрелковое вооружение. Сигнатур техники не наблюдаю. Нас не видят. Наблюдаю объект тремя дронами. Оперативная карта-схема в батальонной сети. Приём.

- Принял, Оса. Продолжайте наблюдение. Прием. - Майор Панч уже оценивал возможное противодействие противника. Офицеры собрались возле его бронемашины.

- Атакуем так, чтобы они не успели ничего передать в эфир. Учитывайте более пяти тысяч заключенных. Охват, первая и вторая роты, вот ваши позиции и направление действия. – На трехмерном планшете отобразились знакомые красные стрелки, с указанием таймингов. – Третья рота: запуск дронов, блокада сетевой связи, одновременный ракетный удар по вышкам. Диверсанты в резерве, взвод отправляете разведчикам. Время: «ч» минус тридцать минут. Ракеты по моей команде. Пленные только командиры или руководство, по ситуации. Штаб, вызывайте один бот, как раз через полчаса понадобиться для эвакуации раненых.

Начштаба кивнул, ротные командиры сверили часы с планшетом комбата. Панч, не увидев в глазах офицеров ни тени сомнения, скомандовал:

- Двадцать девять минут. К бою!

Тау Кита-Пять, столица мира - Ксин-Чи

115 год (по местному календарю)

Старик подошел к панорамному окну и замер, глядя на горизонт.

- Они где-то там… - скрипучий, надменный голос подходил его внешности и манерам. – Или уже высадились?!

- Господин, по наш-шим данным они уже должны были высадиться. Но мы не мож-жем за ними наблюдать – спутники десантного корабля полностью переподчинили наш-шу орбитальную сеть. Господин? – молодящийся офицер без знаков отличия вытянулся в нескольких шагах позади и подобострастно смотрел на своего повелителя.

- Ну что же, время не стоит на месте, поспешим и мы. Я буду в бункере. Вы готовы?

- Господин, все на своих местах. У нас преимущ-щество позиции и численное превосходство. Всего один корабль. Это батальон, максимум два. Мы их остановим, и смож-жем диктовать условия метрополии. Власти на Земле не допустят резни или долгих…

- Избавь меня от своих глупых мечтаний, Варрен. И не надо меня провожать.

- Господин! – Варрен поклонился и замер. Пока старик не вышел из кабинета он так и простоял. Когда дверь закрылась, он выпрямился, выдохнул и сел за рабочий стол.

- Сукин сын! – прошипел офицер, включая экран.

Над столом вспыхнул прямоугольник голографической системы связи. Изображение менялось, не задерживаясь на каждом кадре дольше пары секунд. Периметр столицы, космопорт, лагеря с пленными. Везде было спокойно. Эту экскурсию Варрен провел без необходимости. Привычка во все вникать никуда не исчезла. Десятки операторов и две самостоятельные нейросети следят за всем, чем только можно на этом мирке. Где бы ни появились войска коммунистов, их заметят мгновенно.

Только что прошли отклики систем автоматизированного наблюдения и операторов наблюдения – никаких следов десанта ни у одного из охраняемых объектов. Варрен удовлетворённо кивнул сам себе. Время ещё есть.

Пробежался по обороне дворца – неплохо. Контрабанда оружия за последние полвека позволила вооружиться не хуже иных сил планетарной обороны. Даже стрельбы удавалось организовывать раз в месяц, хотя денег на такие расходы никто с первого раза не выделял. Но, богатейшие россыпи титановых руд и несколько месторождений редкоземельных металлов, сделали свое дело. Деньги были. А, как известно, для войны нужны три вещи: деньги, деньги и ещё деньги.

Если получится, а может и получиться, Варрен станет самым известным и успешным командиров за последнее столетие. Остановить пару батальонов Народной освободительной армии силами даже не планетарной гвардии, а частной военной компании – дорогого стоит. А если коммунисты всё же договорятся с Москвой и получат в свое распоряжение силы посерьёзнее… Запасной план никто не отменял. Командный пункт для себя Варрен не зря выбрал подальше от столицы и любых значимых объектов.

Тау Кита-Пять, степь в ста километрах к северу

от Ксин-Чи, 115 год (по местному календарю)

- Минутная готовность! – В батальонной сети остался только один активный абонент. Комбат выдержал паузу в несколько секунд. – Эфир не засорять. Ракеты на «три». Пять, четыре, три, два, один, вперёд!

Вслед за ракетами по вышкам и выявленным постам охраны открыли огонь и стрелки. Бронемашины пока молчали. Боекомплект не резиновый. Да и охрана импровизированной тюрьмы не должна была стать серьёзным противником. Бой продолжался меньше получаса. Охрана концлагеря, как и ожидалось, заметного сопротивления не оказала.

Майор Панч уже обсуждал с начальником штаба дальнейшие действия, когда к нему подбежал боец медицинской службы.

- Разрешите обратиться, товарищ майор!

- Разрешаю. Что у вас?

- Начмед просит подойти к первому ангару.

В ближайшем от ворот ангаре начмед батальона организовал полевой госпиталь. Но своими силами он не мог справиться со свалившейся на него работой.

- В чем дело, Николай Иванович? – Панч был знаком с главным медиком батальона много лет.

- Это невообразимо, Грегор, Вы только посмотрите, что здесь!

На экранах, стоявших на огромном лабораторном столе, мелькали кадры видеозаписей медицинских опытов и даже казней. На койках и просто на полу лежали раненые и искалеченные заключенные.

- Кровь, говно, песок и сахар… - начштаба развернулся к выходу, - работаем?

Панч выругался, дал команду скинуть содержимое когитаторов на флеш-накопители и отправить на корабль.

- Они пытали этих людей! Опыты ставили! Сделай клонов и ставь опыты! Да как так-то! А казни?! Рубили головы, ёба! – начмед сам не заметил, как начал орать на командира.

- Николай Иванович, прошу Вас, спокойнее.

Картина бессмысленной жестокости заставила даже видавшего виды Панча задуматься. В помещении было полно стонущих, изувеченных пациентов. Роботы-уборщики не успевали вытирать кровь с пола. Воздух становился тяжелее с каждым вздохом.

Удивление командира сменилось злостью.

- Док, останетесь здесь. Дам Вам отделение. Медиков из штата не брать. Нам пора двигаться дальше. Время.

Начмед не был новобранцем и видел смерть не в первый раз. Успокоившись, коротко вздохнул:

- Да, понял. Будет возможность, пришлите любых врачей…

Панч кивнул. Они оба понимали, что обещаний здесь быть не может.

О том, что происходило в концлагере, знали все бойцы. Большинство видели своими глазами. Теперь к долгу и приказам добавилось желание остановить тех, кто решил перестать быть людьми.

Панч со своим начальником штаба ехали в разных машинах, но защищённая командная сеть не замирала ни на минуту.

- Ты же понимаешь, комбат, что это не просто так? Они что-то с ними делали. Ну прям видно, что эти грёбаные маньяки не просто резали людей.

- Сейчас у нас нет ни времени, ни ресурсов для расследования. Сделаем свою работу. А разгребают это говно пусть другие.

Две походные колонны направились к Кси-Чи. Вносить изменения в план действий никто не собирался. Панч не удержался от личного напутствия одного из офицеров – капитана Василия Бекетова. Первая боевая операция, где тому предстояло действовать без непосредственного руководства в отрыве от основных сил.

- Капитан, первая рота должна будет отвлечь на себя как можно больше сил противника. Максимальные разрушения. Никаких пленных. Вы должны имитировать наступление батальона. Боеприпасов не жалеть. «Сапоги» поддержат нас сразу после уничтожения систем ПВО. Дополнительно, Василий, организуй информирование окружной больницы о концлагере. Вдруг Николай Ивановичу помогут. В случае неудачи на моем направлении, прикрываете наш отход. Готов?

- Так точно, сделаем всё, что надо, товарищ майор!

По общему каналу Панч продолжил:

- Вторая и третья рота не спят, чистят коридор, который я пробью с диверсантами. Темп движения максимальный. Особое внимание уделить контролю верхних этажей зданий. Коробочки нужны целыми до самого дворца. Штурм президентского дворца по плану. Вопросы?

Нет вопросов.

- К бою. Эфир не забиваем.

Тау Кита Пять, Ксин-Чи, 115 год (по местному календарю)

На горизонте появились столичные кварталы. Дома выросли из степи внезапно. Не больше пяти-семи этажей. Много зелени. Проспект, в который вливалась междугородняя магистраль, был фантастической ширины. Сотня метров от магазинов слева до жилых домов справа. Идеальное полотно, активная разметка и никакого движения. Всю дорогу до столицы, а теперь и в самом городе в пределах видимости не было ни единого транспортного средства. Радары засекали мелкие дроны, но это были гражданские модели – службы доставки, системы городского контроля. Никаких следов военной деятельности.

Разведчики лейтенант Грубого прочесывали прилегающие улицы. Походная колонна батальона перестроилась.

На западной окраине Кси-Чи первая рота уже вступила в бой. Город выходил нитками магистралей к космопорту и промзоне. Там была организована оборона противника. Спутники и дроны давали неплохую картинку «онлайн». Но из-за отсутствия у повстанцев боевой техники, оценить их силы заранее было тяжело.

Десантники укрылись за стоящими чуть в стороне строениями зернохранилища, снайперы набивали себе счет на беспечных повстанцах, а операторы в бронемашинах пытались найти цели для управляемых ракет. Впереди, в нескольких сотнях метров виднелся пассажирский терминал космопорта.

- Товарищ капитан, есть. – Наблюдатель улыбнулся. - Два тягача, разворачивают безоткатные орудия. Множество пешек, все с оружием.

- Вижу, хорошо. Хотят все серьезно? Не разочаруем их. Я – Корсар, операторы, огонь на три. Рота! В атаку через пять, четыре, три, две…

Ракеты успели найти свои цели, позиции повстанцев заволокло дымом, кое-где сразу полыхнул огонь.

- … одна, вперед!

Десантники под прикрытием бронемашин направились к позициям противника. Автоматические пушки башенных модулей короткими очередями подавили всех выживших после первого удара стрелков противника. Первые бойцы уже готовились к зачистке ближайших ангаров, когда из выбитых взрывом дверей и окон по ним почти одновременно ударили длинные очереди из автоматов. Автоматика бронемашин отреагировала мгновенно – новые цели были уничтожены за считанные секунды. Внутрь зданий полетели свето-шумовые и осколочные. Первая линия ангаров была занята десантниками за пару минут.

И начались проблемы. Противник сдаваться или отступать не собирался. Стрельба по позициям десанта велась постоянно. Бронетехника не могла поддержать наступление из-за обилия тесно стоящих построек космопорта. Надо было действовать силами пехоты. Начнутся потери.

- Корсар «Грачам». Противник укрепился, применение техники невозможно. Прием.

- Грач-прайм Корсару. Подлетное время три минуты. Подсвети. Прием.

Снайперы прекратили стрельбу и, сменив позиции, установили лазерные целеуказатели. Снова смена позиций. До авиаудара оставалась целая минута.

- Рота, огонь не прекращать! После «грачей» выходим на вторую линию.

Штурмовики нанесли удар с пары километров. Сами машины было видно только в оптику. Ракеты превратили часть построек на одном из направлений атаки в груды щебня, рваного железа и клубы пыли. Десантники стремительно ворвались в проломы. Пространство за разрушенными стенами было усеяно убитыми и ранеными повстанцами. Многие стонали, пытаясь подняться, подбирали оружие. Но, контуженные и раненые, не могли оказать сопротивление. Меньше чем за минуту все было кончено. Все, что заслуживает, что бы в него выстрелили, заслуживает и второго выстрела. Вспоминая виденный совсем недавно концентрационный лагерь, десантники не были настроены на милосердие.

- Корсар, я – сосна-два, противник на второй линии уничтожен. Трое пленных. Зачищаем соседние здания. Прием.

- Сосна-раз, я - Корсар, занять круговую оборону. Огонь на подавление при обнаружении огневых точек. Как понял, прием.

- Корсар, я сосна-раз, есть круговая оборона и огонь на подавление. Прием.

Действия десантников были отточены в сотнях учебных и реальных боев. После зачистки помещений пассажирского терминала число пленных возросло до двух десятков. Быстрый допрос не дал результата. Повстанцы были разного возраста, мужчины и женщины. Их объединяла злость и грубость. Ругательства сыпались на десантников. То один пленный, то другой пытались вырваться, наброситься на охранявших их бойцов. В итоге всех связали по рукам и ногам и бросили в отдельной комнате. Бекетов был озадачен другим вопросом - надо продолжать давление на космопорт. Потерь при этом он стремился избежать. В это время Аякс сообщил, что основные силы начинают штурм президентского дворца. Все идет по плану. Скоро им потребуется поддержка и его роты.

Оставлять несколько сотен вооруженных повстанцев, жаждущих их смерти, у себя за спиной Бекетов не хотел. Разрушать космопорт тоже нельзя – слишком важная цель. Уничтожить могли и штурмовики, или даже удар с орбиты. «Хайнань» нес на борту необходимое вооружение. Но, не прошло и минуты, решение приняли за него.

- Корсар, я – Аякс, бросай космопорт и дуй ко мне. Тут становиться жарко. Обстановка в твоем планшете.

Судя по полученной вслед за сообщением карте, за президентский дворец предстояло сражаться куда серьезнее, чем рассчитывали ранее. Десяток выявленных казематов с безоткатными орудиями, несколько укрепленных пулеметных расчетов, полный периметр противовоздушной обороны. Удар штурмовиками исключался. Только наземный штурм.

Первая рота добралась от космопорта в район дворца в самом разгаре штурма. Дымом заволокло все. Видимость была нулевая. Целеуказатели, тепловизоры, датчики движения – все ослепло. Только так можно было вломиться в подконтрольную повстанцам зону вокруг главного здания. Далеко в тылу, со стороны космопорта раздались частые взрывы. Пять, потом еще несколько, потом отстучали несколько очередей бортовые орудия штурмовиков. Подкрепление из космопорта не будет, и в спину десанту никто не ударит.

- Аякс, я – Корсар, на позиции. Прием.

Вызов пришлось повторить еще дважды, пока сквозь треск и шуршание помех пришел ответ:

- … заходите с просп…удия… уничтожены, мы в …. Газы. Задача – забрать … и «трехсотых»…

Бекетов уверенно прочитал ситуацию. Он не стал переспрашивать, чтобы не тратить время впустую.

- Корсар принял. Выдвигаемся. – Потом переключился на ротный канал. - Сосна-три, по проспекту, вперед пятьсот метров, возможно сопротивление, огонь на подавление. Химическая опасность. У дворца забираем «двухсотых» и «трехсотых», держим периметр. Сосна-два, Сосна-раз - занять круговую оборону. Выполнять!

Сопротивления не было. По пути пришлось столкнуть с дороги горящую бронемашину. Стальной остов полыхал костром, тушить было некогда. На ступенях у служебного входа дворца лежали убитые десантники. Два бойца встретили подкрепление, уточнив Бекетову ближайшую задачу.

- Товарищ капитан, в сети новый абонент. Назвался офицером планетарной гвардии. Просит командира. Переключить?

Бекетов удивился, но ответил мгновенно:

- Переключай… назовите себя!

- Майор Варрен, планетарная гвардия Тау Кита Пять, начальник ш-штаба второго батальона. Мне нуж-жен кто-нибудь из старш-ших офицеров десанта. Это важ-жно.

Начальник штаба роты кивнул, подтверждая личность говорившего.

- Капитан Бекетов. Удивите меня.

- Я нахож-жусь в запасном командном центре. Повстанцы глуш-шили нас, пока десант не разруш-шил ретрансляторы в космопорте. Не вся гвардия на стороне врага.

- Не предпринимайте никаких действий. Оставайтесь на месте. Вышлите свои коды доступа. Когда закончим, мы свяжемся и дадим указания.

- Спасибо, капитан. Я рад, что это безумие закончится.

Президентский дворец, Ксин-Чи, 115 год (по местному календарю)

Внутрь здания смогли пробиться только со стороны служебного входа. Потери были катастрофические. Пятеро десантников погибли, еще дюжина были ранены. Разведрота потеряла почти весь второй взвод в хитро заминированном коридоре цокольного этажа.

В эфире майор Панч слышал отрывки приказов, которые сыпал командир первой роты. Тот успел из космопорта вовремя. Силы батальона рассредоточились по дворцовой площади, убитых и раненых не успевали эвакуировать. Сопротивление становилось все ожесточеннее с каждой минутой.

Повстанцы цеплялись за каждый угол, за каждую дверь. Стрельба велась из каждой щели. Впереди был еще минус второй этаж и собственно бункер. Майор Панч был удивлен наличию такого необычного укрепления. По плану дворца его вообще быть не должно. Но бункер есть. Вскрывать придется чем-то тяжелым. До дверей еще предстояло добраться – защитники колотили из пулемета почти без остановки. Судя по звуку, калибр серьезный.

- И где только они откопали это старье! – один из взводных прислонился рядом с Панчем к стене. – Дымовые, пару выстрелов из подствольников и вперед?

- Да, действуй.

Комбат отдал свои дымовые гранаты взводному, тот лихо закинул их далеко за угол, сделав отскок от дальней стены. Через пару секунд двое бойцов из разведроты, точно рассчитав паузу между короткими очередями, дали залп из гранатометов. Несколько бойцов нырнули в плотные клубы дыма. Короткая сухая очередь. Потом несколько одиночных выстрелов – контроль. Через пару секунд в эфире прозвучал доклад:

- Чисто. Впереди шлюз в бункер.

- Товарищ майор, разрешите?

Сержант с противотанковым гранатометом на плече отключил блок дистанционного управления ракетой и был готов к стрельбе. Майор Панч хлопнул его по плечу.

- Назад сам как ракета!

- Есть, как ракета!

Сержант широко улыбнулся, это было заметно даже под забралом. Затем вышел в коридор напротив шлюза, секунду прицеливался, и, нажав на пусковое табло, уронил пустую трубу на пол и нырнул за угол. Стремительности его прыжка позавидовала бы голодная пантера. Через мгновение взрыв заставил содрогнуться все здание. Коридор заволокло густым и едко пахнущим дымом. Температура возросла, но пожар не начался. Десантники закинули в пролом шлюза несколько свето-шумовых гранат и ворвались в бункер сразу после последнего взрыва.

В бункере в живых оставались всего четверо – старик, которого считали вождем всего этого безобразия, начальник его охраны и два секретаря. Старик был ранен, осколки гранат порвали ему шею и живот. Шансов выжить у него не было. Он что-то хрипел своим людям, но десантники скрутили их за пару секунд.

- Могло быть и хуже. – Майор Панч окинул взглядом бункер. – Осмотрите здесь все. Сдается мне, будут сюрпризы.

Вентиляционная система дворца все еще работала. Дым постепенно покидал помещения. Когда индикаторы на визорах шлемов показали чистый воздух, почти все бойцы стянули с лиц маски. Красные лица, горящие глаза – адреналин боя еще не отпустил. Но было заметно, что десантники начали расслабляться. Задача выполнена, противник уничтожен, сопротивление подавлено.

Майор Панч, сев за рабочее место старика, рылся в его компьютере. Терминал был связан с нейроблоком, вшитым в тело вождя повстанцев. Часть информации хранилась лично у спятившего садиста. Однако и доступной на терминале информации было достаточно, что бы похолодело внутри. Концлагерей было больше десятка. Убитых в них заключенных никто не считал. А вся программа пыток и медицинских опытов была систематизирована и описана в документах как религиозные действия и отправление ритуалов. Файлы, посвященные металлургии занимали отдельные сегменты и были защищены так же серьезно. Осталось скопировать информацию и изъять сами носители. Дело нескольких минут.

- Что же ты за чудовище… - командир десантников, не отворачиваясь от экрана, прорычал сквозь зубы. – Жаль, что ты умрешь так просто.

- Зря жалеешь, военный! – голос был знаком Панчу, а радостный тон заставил вскочить с кресла и обернуться.

Сержант Вильсон стоял у дальней стены. Забрало его шлема было поднято, а маска противогаза болталась на шее. В руках он держал пояс, снятый с одного из десантников. Боец хрипел, скорчившись у его ног – из глубокого разреза на шее толчками вытекала темная кровь.

- Замерли все! – Вильсон держал в вытянутой руке предохранитель одной из трех гранат. Взрыв в замкнутом помещении никого не оставит в живых.

- Что ты хочешь? – майор был готов воспользоваться любым выходом из этой ситуации. Переговоры были не худшим вариантом.

- Сняли пояса, оружие на пол и от себя!

Никто не шелохнулся. На предателя смотрели три винтовки. Один из бойцов контролировал вход в помещение.

- Ты же понимаешь, что мы не сделаем этого. Какова цена предательства?

- Я взорву нас, мне все равно осталось…

В этот момент, воспользовавшись тем, что Вильсон стоял к нему спиной, один из бойцов прыгнул на предателя. Клинок штык-ножа вошел точно под основание черепа, а пояс с гранатами боец подмял под себя вместе с предателем. Остальные десантники среагировали почти одновременными прыжками в разные углы зала. Майору Панчу повезло больше всех – он рухнул за терминал. Взрыв прогремел почти без задержки.

Площадь у Президентского дворца, Ксин-Чи, 115 год (по местному календарю)

Десантники заняли круговую оборону. Президентский дворец под контролем. Командир батальона на связь не выходил несколько минут и Бекетов решил направить отделение во дворец. Эфир ожил очень во время.

- Корсар, я – Аякс. Задача выполнена. Срочная эвакуация раненых на орбиту. Приём.

- Аякс, я – Корсар, принял, выполняю. Приём.

Даже сквозь помехи, было слышно, что от имени Аякса отвечал командир разведроты. Канал защищен, электронная подпись комбата актуальная. Значит что-то пошло не так.

Раненых при штурме дворца не стали грузить в бронемашины. Пара ботов приземлилась на площади через несколько минут, после получения команды на эвакуацию. Двоих бойцов и комбата, полностью залитых медицинской пеной, отправили первым же рейсом на орбиту. В медблоке «Хайнаня» была возможность сохранить им жизни.

Марс, Штаб Полевого учебного центра Космических десантных войск, 2331 год.

- Выходит, что мы успели не только удержать в равновесии рынок сырья… - Верещагин как будто недоговорил. Надо было передать инициативу потенциальному противнику. За круглым столом в конференц-зале повисла тишина. Но лишь на пару мгновений.

- Очевидно, решение действовать быстро и жестко оправдало себя. – Средних лет чиновник из Совета Безопасности ООН не скрывал удовлетворения. Кто ещё, кроме представителя совбеза, мог быть одет в старомодный деловой костюм, щеголять антикварными наручными часами и запонками и иметь высочайший уровень допуска? – Ваша репутация, господин генерал, нисколько ни преувеличена! Я уполномочен…

- Товарищ. – Верещагин перебил тихо, но твердо.

- Простите, товарищ генерал, оговорился. – Учтиво улыбнулся чиновник. – Ваш язык для меня не родной. Так вот, я уполномочен вручить Вам этот приказ. Участники специальной операции на Тау-Кита-Пять получат должные награды от Организации. Но обстоятельства, открытые там, должны оставаться в тайне. Расследованием занимается управление правопорядка при Совете. Будет очень неприятно встретить неофициальные слухи о том, чем занимались сепаратисты. У нас нет полномочий повлиять на солдат и офицеров Вашего десанта, но мы надеемся на их понимание и учтивость.

- В состав трибунала должен быть включен один из моих офицеров. Вот три кандидатуры на выбор.

- Минуту. – Чиновник улыбнулся и, подняв к глазам очки, на несколько мгновений погрузился в чтение. Не выключая информационный экран визора, он беззвучно шевелил губами. – Александр Медведев. Он первый в Вашем списке, не вижу причин не допустить его к работе трибунала.

Верещагин как будто бессодержательно кивнул. Хорошо, что этот пункт не вызвал споров.

- Господа, товарищ генерал, у меня всё. Позвольте откланяться?

Несколько генералов из высшего командования миротворческих сил ООН встали одновременно с представителем Совбеза. Верещагин едва уловимо кивнул и активировал голо-экран перед своим местом. Многие были наслышаны о привычке этого старика поработать в одиночестве после подобных встреч. Хорошая, если её обладатель уже полвека принимает решения, которые потом изучают в учебниках с гифом «Особой важности» в лучших военных академиях метрополии.

Метрополия, Евразийский континент, Рим, 2331 год.

Коптер аккуратно приземлился на посадочное поле. Огромная машина, едва коснувшись площадки колесами, опустилась на брюхо. Винты замерли почти мгновенно. Бесшумно открылся бортовой люк. На свежий воздух выпрыгнул худощавый старик. Суетливо и затравлено огляделся. Надо спешить. Путь до дверей здания занял минуту.

- Добро пожаловать, господин. – Охранник возле лифта не шелохнулся.

Третий этаж. Короткий коридор. Огромный кабинет с выходом на не менее впечатляющую террасу.

- Моё почтение, сир.

Мужчина, чьё лицо запомнить было не просто, оторвал взгляд от висевшего в воздухе текста, посмотрел на старика.

- Вы не торопились, мой друг.

- Врачи задержали вылет, сердце, сир.

- Избавь меня от жалкого нытья, ты же знаешь… Почему я не вижу доклада?

Старик открыл было рот для ответа, но хозяин кабинета его опередил.

- А, есть. Успел. Я слушаю.

- Да, сир. Десант сумел взять штурмом дворец, перебить гарнизон космопорта и захватить один из концентрационных лагерей. В руках космодесанта оказалась вся информация по медицинской части. Скорее всего, и пакет по металлургии. Среди наших людей оказался предатель.

- Не стоит повторять очевидное, ты меня утомляешь!

- Да, сир. Мы вынуждены перенести акцент наших усилий на систему Тигардена. Тау Кита для нас закрыта. Предатель Варрен ведет свою игру, но мы его достанем. Я взял на себя смелость и отправил две команды киллеров. Они не знают друг о друге. Варрен не останется безнаказанным.

- Отзови их, сейчас же.

Старик не скрыл своего удивления.

- Да, сир, мгновение.

Спустя несколько секунд старик проговорил слова об отзыве контракта и тут же повторил их еще раз. Глубоко вздохнув, он поднял глаза на хозяина кабинета.

- Сделано, сир. Неустойки из моих личных средств. Простите мою торопливость.

- Не страшно, это последняя твоя ошибка.

Хозяин кабинета повернулся к так и висевшему в воздухе тексту, потеряв интерес к собеседнику. Старик осторожно осмотрелся и попятился к дверям.

В коридоре его ждал дворецкий.

- Господин, прошу за мной.

- У меня нет выбора, так ведь?

- Вы все понимаете абсолютно правильно, господин.

- Я могу поговорить с женой?

- Сожалею, господин, это не возможно. Ваша семья в безопасности, если Вы об этом. Авиакатастрофа. Погибнете только Вы, пилот и Ваш секретарь.

- Передайте мою благодарность, господину Бруджа.

- Само собой, господин. Незамедлительно после Вашего отлета.

Путь до летного поля занял пару минут.