Спинбол. Технология чуда

Воздух гудел от гула вентиляторов, пол под ногами немного дрожал, словно живой. Агата стояла у края поля, скрестив руки. Перед ней молодой игрок в майке с эмблемой «Геликса» жестикулировал, пытаясь объяснить:

— Как я говорил, у нас тут три зоны, и если пас идёт против вращения, то нужно учитывать и сдвиг, и потерю скорости.

— Сдвиг? — не поняла Агата.

— Ну, это поправочный коэффициент на величину кориолисова ускорения, если пасуешь не…

Он что-то еще там бубнил, весьма вольно трактуя законы физики неинерциальных систем и с полным пренебрежением к терминологии. Агата смотрела поверх его головы, её взгляд остекленел. Она кивала через каждые три слова, но в глазах читалось: «Зачем я здесь? Что это за цирк?».

Волков, наблюдавший с лавки запасных, отложил планшет. Подошёл неслышно.

— Дай-ка я, — его голос перекрыл бормотание игрока. Тот обернулся, смущённо хмыкнул и отступил.

Волков взял в руки мяч — упругий, с матовой поверхностью, чуть тяжелее земного. Повертел в руках, потом посмотрел на Агату.

— Правила, коэффициенты, зоны… Скучно, да?

Агата пожала плечами:

— Я не спортсмен, капитан. Мне важна суть, а не регламент. Сути этого вашего… — она чуть не сказала «цирка», но вовремя поправилась: — …представления я пока не понимаю. Зачем такие деньги на простое физкультурное шоу — тоже.

— Суть шоу? — Волков усмехнулся. — Суть в том, что люди платят деньги не за суть. Они платят за магию. Хочешь волшебство?

Агата подняла бровь:

— Ты же не всерьёз?

— Всерьёз, — он отступил на пару шагов от кромки поля. — Смотри.

Он не стал принимать стойку. Не стал целиться. Просто кинул мяч влево от себя — резко, но без видимого усилия, почти небрежно. Мяч полетел вдоль поверхности поля, будто незримая рука вела его по невидимой рельсе. Мяч почти не терял высоты, что для непривычного к «центрифугам» человека, возможно, выглядело бы действительно как магия.

Агата следила взглядом. Её мозг сразу начал раскладывать траекторию на составляющие: начальная скорость, сопротивление воздуха, вектор Кориолиса, радиус цилиндра…

Волков не следил за мячом. Он смотрел на Агату, слегка улыбаясь. Через несколько секунд мяч, описав почти полный круг, подлетел к нему справа. Волков даже не повернулся — просто вытянул руку и поймал его у бедра.

Агата выдохнула. Это было впечатляюще, хоть и объяснимо.

— Это не магия, — сказала она, но в голосе уже не было скепсиса, а была тихая, почти жадная заинтересованность. — Вы просто знаете параметры вращения арены и компенсируете потерю скорости воздухом, добавляя начальный импульс с поправкой на кориолисово ускорение. Это чистая физика.

Волков невысоко подбросил мяч и поймал его уже двумя руками.

— Агата, — сказал он мягко, — людям у экранов и тем, кто сидит на Галерее, всё равно, физика это или магия. Они видят, как мяч летит против всех законов, которые они знают. Видят, как он возвращается к бросившему, будто преданный пёс. Они видят чудо. А мы…

Он сделал шаг к ней, протянул мяч.

— Мы — те, кто превращает уравнения в чудо. Для этого мы, собственно, и придуманы.

Агата взяла мяч. Он был тёплым от его рук. Она посмотрела на цилиндрическое поле, на зрительскую галерею в центре, и впервые не увидела систему с заданными параметрами.

Она наконец увидела суть этой магии Спинбола. Чудо, за которое зрители по всей Солнечной системе готовы платить деньги. А Волков и его ребята — просто создатели этого чуда.