Спирас. Книга 2

22.10.2016 г.

Первый мир, княжество Цирит

46 лет после Революции

16:45

Алиса

Алисе всегда казалось, что осенью небо синюшнее, чем всегда. И особенно - по субботам… Никогда и нигде не бывает настолько синего неба, как осенью в субботу. И самое классное, что можно сделать в промежутке между летом и зимой – это отправиться в такую вот яркую субботу в лес, чтобы насладиться желто-багряными пейзажами.

Но сейчас, под покровом золотых ветвей, Алисино внимание приковывала иная красота. Пожалуй, не менее великолепная. Красная полоса тянулась перед ней по земле, извиваясь гибким телом и ускользая в гущу деревьев.

Метка, защищающая мир людей от монстров, не выглядела по-настоящему надежной. Кого эта тонкая ленточка сможет остановить? Ее кое-где даже сухие листья засыпали! У Алисы по спине пробежало стадо мурашек. Возможно, они решили устроить чемпионат по бегу на дистанцию в одну женскую спину.

Она представила, как тонкая алая змейка держится зубами за свой хвост, образуя живое кольцо. Внутри приютились люди. А что снаружи? Всего лишь ужасные твари, ненавидящие род людской и готовые уничтожить его, дай только волю.

У викингов тоже был похожий змей… Ёмрун или Ёрмунганд. Но та зверюга была придумана огромной и сильной – одно имя чего стоит, не выговоришь, – а местная змейка не сойдет даже за его дочку, разве что новорожденную.

Мурашки на спине решили, что кто-то из участников прибег к допингу, и забег нужно повторить. Алиса обхватила сама себя и яростно потерла плечи. То ли замерзать начала, то ли просто дрожь по телу.

Солнце уже коснулось верхушек деревьев, становилось прохладнее, живот подвело от голода, и натертая мозоль давала о себе знать. Пора было продолжать путь, но Алиса по какой-то причине не могла оторвать взгляд от красной, границы. Единственная преграда между людьми и неминуемой смертью. Кажется ерундой, но ведь много сотен лет действует!

Забавно, но эта алая ленточка с ее титаническими усилиями вызывала довольно-таки уютные мысли. Это все равно, что лежать ночью под одеялом, укутавшись, как следует, и понимать, что граница ни в коем случае не должна быть нарушена, в противном случае монстры, населяющие темные углы комнаты, тут же нападут. Особой опасности подвергается конец нижней конечности, которому, видите ли, стало жарко. С одной стороны страшно, а с другой - уютно! Понятно же, что граница кровати несокрушима, как змей викингов со сложным именем, и как смелая тонкая полоска, защитница Первого мира.

Алиса долго завороженно таращилась в глубину леса за змейкой. Потом она поправила очки-переводчики и прошептала:

- А если долго стоять, они покажутся?

- Кто? – Люций не следил за ходом ее мысли и решил потупить.

- Монстры.

- Нет, они стараются держаться подальше от полосы метров за четыреста-пятьсот.

Этот княжеский отпрыск стоял поодаль с видом экскурсовода, крайне уставшего от своей профессии. Алиса верила в глубине души, что этот его вечно надутый вид – только маска или привычка аристократа и обычно не принимала такие мелочи во внимание.

Пока злой экскурсовод Люций изучал состояние своих бежевых мокасин, она сделала несколько шагов к алой змейке и занесла ногу, чтобы опустить ее в опасную зону. Разумеется, она не собиралась там расхаживать! Хотелось лишь слегка оглядеться, вдохнуть чужеродный воздух и понять, есть ли ощутимая разница между Тем лесом и Этим.

Однако ее потрепанный кроссовок не успел пересечь заветную черту. Люций отдернул Алису так резко, что она еле удержалась на ногах. На месте усталого экскурсовода теперь стоял доктор-психиатр, поймавший пациента за поеданием клея.

- Ты разум потеряла? – взревел сиятельный князь, оттягивая Алису за шкирку от границы. – Желаешь окончить свою жизнь в желудке у грязного монстра?

В стрессовых ситуациях Люций никогда не переходил на низкопробную речь, а наоборот, начинал изъясняться слишком изящно.

- Ты же сам сказал, что они за полкилометра отсюда! – просипела Алиса. Железная рука в тонкой перчатке так сжала ее куртку, что слегка передавила горло.

- Решила приманить, чтобы ближе подошли? Они людей за десятки миль чуют!

Алиса вдохнула наконец воздух.

- Если бы я боялась того, чего следует бояться, то не обнаружила бы этот мир.

Фраза звучала так пафосно и красиво, что Алиса сама себе поставила в душе галочку.

- Ты его обнаружила благодаря сну, - едко возразил Люций.

- Это не важно, - сквозь зубы процедила она.

- Ну что, ты довольна? Границу, наконец, увидела, обедом для монстра чуть не стала… Пошли уже, где там твое очередное озеро?

Алиса сняла с уставшей спины рюкзак и достала подробный атлас Цирита. Эта ужасная книжища весила, наверное, килограмм пять, и Люций был, несомненно, прав, когда распекал ее за перевес рюкзака, но у них ведь не прогулка, а Экспедиция. Так что в этом вопросе Алиса была уверена, что страдает не напрасно. А вот по поводу одежды к его советам стоило бы прислушаться. Яркое осеннее солнце било в глаза, но абсолютно не грело, погода могла измениться в любой момент.

Сам-то Люций вырядился, как всегда, великолепно, отдав предпочтение своей любимой ярко- бежевой гамме. И, разумеется, по погоде: длинный светлый плащ и теплый шарф, изящно обмотанный вокруг шеи. Темные очки в специальном нагрудном кармашке - и у него, и у Деймоса глаза уже практически привыкли к солнечному свету. Алиса же начинала дрожать на все холодающем ветру. Она и рада была бы одеться по-другому, но тонкая осенняя куртка была ее самой теплой одеждой. На новую тратиться не хотелось - деньги и так таяли слишком быстро.

Алиса перелистала страницы атласа. Потрепанная библиотечная книжища со всех сторон была утыкана разноцветными закладками. Последняя страница изображала западную границу Цирита, у которой они сейчас и стояли, и уходила дальше в серую неизведанную область, оставляя за книжными полями земли страшных монстров.

- Итак, озерный марафон подходит к концу, осталось последнее озеро! – Объявила Алиса весело, но в душе горестно вздохнула - вероятность того, что последнее озеро окажется тем самым, из ее сна, была очень мала. - Пойдем же! – потянула она Люция. – Вечно тебя не дозовешься. Покажи мне границу! Жить без нее не могу! А давай на нее лишних полчаса потаращимся!..

Люций так здорово поджал губы, что она заподозрила – юмор он все-таки понимает, просто считает шутовство занятием низким.

Они направились в сторону, противоположную от алой змейки, и углубились в лес.

Каждый шаг отдавался болью в натертой ноге, но открывающийся вид ее компенсировал. Рыжее заходящее солнце освещало осенний лес, создавай изумительные цветовые эффекты. Этот день был просто создан для того, чтобы найти озеро из снов!

Лес Цирита, что простирался практически по всему княжеству, величественный и торжественный, пробуждал детский восторг и благоговение. Если бы лесу можно было дать титул, Алиса бы нарекла его Царь-Лес! Порой казалось, что перед входом в таинственную глубину, нужно попросить разрешения, поклониться и принести жертвоприношение, тогда золотой исполин, уже пропустивший в свое нутро прохладу осени, смилостивится и покажет ей то самое озеро… Может еще не поздно принести жертву? Люций вполне упитанный.

Конечно, Алиса понимала, что их сегодняшнее озеро скорее всего окажется не Тем Самым. В этом нет ничего страшного, можно будет поискать и в других княжествах… Вот только… Обитаемые земли в этом мире – всего лишь десятая часть от Тех – Алиса обернулась в сторону почти не видимой уже змейки. Вдруг мальчик послал ей образ озера, расположенного Там? Вот это был бы плохой исход, для мира монстров даже карт нет, придется найти способ, чтобы…

Люций прервал ее внутренний монолог самым невежливым образом. Как жаль, что законы вежливости не распространяются на задумавшихся людей. Было бы забавно сказать: «Люций, я вообще-то думаю. Не смей меня перебивать!» Но увы, такого правила не существовало, так что ничто не помешало Люцию открыть рот и выдать наиглупейшую фразу:

- Кстати, давно хотел спросить. Мы уже больше месяца тратим выходные на то, чтобы таскаться по глубинке Цирита. Изучаем леса, ищем одно единственное озеро… А зачем?

От такой наглости Алиса чуть не споткнулась. Вот это да! А она-то была уверена, что уже заколебала братьев своей историей, а этот аристократишка посмел так ничего и не запомнить! Она ведь рассказала ее семнадцать с половиной раз - один раз не полностью.

Алиса хорошо помнила тот вечер, когда впервые открыла им всю правду. Они сидели в ее комнате, поедали припасы с тележки и раскрывали друг перед другом все карты. Она рассказала не только о переселении из другого мира, но и о том странном сне, который стал его причиной, и про мальчика у озера. Только о спиралях умолчала - просто решила, что не нужно слишком много выкладывать сразу, а потом так и не собралась. А братья в ответ признались в своем аристократическом темном прошлом.

Их дружба оказалась несколько странной, но была полезна обеим сторонам. Так Алиса получила для себя неистощимый источник знаний о новом мире и чуть позднее придумала озерный марафон. Братья на удивление быстро согласились, и теперь они тратили все субботы и воскресения на турпоходы по лесам и сличали все имеющиеся на картах озера с призрачным из Алисиного сна. Теперь вот все озера Цирита были пройдены, осталось последнее.

За время их марафона, Алиса рассказывала братьям о Втором мире, они о Первом. Чаще всего они были втроем, но иногда, как сейчас, вдвоем, с Люцием, так как Деймос оставался в школе.

И после всего этого Люций смеет спрашивать, зачем они сделались юными гидрологами?..

Сам напросился!

Медленно и членораздельно она начала:

- Мне приснился сон, пока я еще была в своем мире… (Может быть, случайно хлестнуть его веткой? Хоть костюмчик запачкает, а то задолбал из каждой их прогулки возвращаться идеально чистым!) – …во сне я увидела мальчика у озера.

- Я не об этом! – испуганно поспешил перебить ее Люций. - Давай предположим, что сегодняшнее озеро оказалось тем самым. И что дальше? Ты же не думаешь, что все это время мальчик стоит там и ждет, когда ты его найдешь?

- Конечно я так не думаю. Моего мальчика там нет, это несомненно, но озеро - единственная к нему зацепка. Кто знает, может быть, он оставил там послание для меня или сообщение, или подсказку, или все вместе.

- Алиса, а ты не задумывалась, что твой мальчик может оказаться не тем, за кого себя выдает?

- А кем, девочкой?

Шутка вышла тупой и Люций ожидаемо закатил глаза.

- Нет конечно! Но вместо того, чтобы слепо пытаться найти его, задумайся, зачем ему было заманивать тебя сюда?

- Приглашать!

- Да какая разница? - Люций начал выходить из себя.

- Большая разница. Никуда он меня не заманивал. Ты просто не понимаешь, нужно было видеть его! – Люций открыл было рот, чтобы поразить ее новой порцией аргументов, но она оказалась проворнее: - А давай я расскажу тебе все, что уже выучила о монстрах и границе!

- Ты пытаешься сменить тему.

- Не-е-ет! С чего ты взял? До озера нам идти примерно пятнадцать минут, этого времени как раз хватит. Я вчера энциклопедию о флоре и фауне западной части дочитала.

- Ну ладно, давай.

Видно было, что Люций колеблется, но лишь мгновение. Ему нравилась роль преподавателя - все самодовольные душнилы обожают быть умнее собеседника, особенно, если есть возможность демонстрировать это.

- Ты в курсе, что являешься редким представителем вида Душнил Самодовольных обыкновенных? – спросила она.

- И что это значит?

- Расскажу как-нибудь на лекции про свой мир, а пока слушай: Монстры, или Фраусы, если использовать профессиональный жаргон, представители вида Мендациум… или как-то так, подкласса Традитион, были созданы Кирасом Кордером путем генной инженерии с использованием магии. Бывший император, псевдо бог, использовал их для узурпирования и контроля над гражданами… Слушай, а границу тоже он создал?

- Да.

- А почему она после революции и его смерти не перестала работать?

Алиса хорошо знала вот это выражение лица Люция. Симфония, сочетающая в себе удовлетворенное самодовольство с ноткой снисхождения.

- Для ответа нужно вспомнить второй закон Стефана Пропета, - промурлыкал он.

- Любая совершенная магия есть событие, изменить которое может только последующая произошедшая магия, - отбарабанила она.

Для лучшего понимания Алиса переиначила этот закон так: Сравним магию с программированием. Созданная программа или приложение будут работать, даже если с программистом что-то случится – например, смерть. Но в ее понимании программу все равно нужно регулярно обновлять, проверять и обслуживать. Поэтому алая змейка, брошенная на произвол судьбы, в автономное плавание, вызывала у нее сомнения.

- Видишь, я знаю про этот закон, просто странно, что спустя столько лет она работает так же хорошо и не портится.

Люций задумался и выглядел не таким самодовольным.

- Это заклинание наложил Виктор, - наконец разродился он. Произнес с такой торжественной трагичностью, что невольно напрашивался ответ: «О нет, только не Виктор! За что-о-о?»

Кажется, Люций чего-то подобного от нее ожидал, но Алиса его разочаровала, переспросив:

- Кто-кто?

- Мы тебе про него еще не рассказывали, о нем упоминать, вроде как, плохая примета. В общем, люди до сих пор боятся императора, но чуть ли не сильнее боятся его карающего меча. Рассказывают, что он обладал удивительной, не подвластной физическим законам магией. Фактически, мог творить что угодно, нарушал законы природы. Его называли карающим мечом, потому что он был правой рукой императора, его исполнителем, цепным псом.

- А почему он слушался императора? Его тоже убили? А как это сделали, если он был таким сильным? А пытались выяснить, что за магией он владел? А магия вашей семьи имеет отношение к магии Виктора? А назови какой-нибудь пример ее использования помимо змейки, то есть границы. А… а… а это не то озеро.

Они только что вышли к небольшому, заросшему водорослями озерцу. Живописное местечко, яркие осенние пейзажи, но совершенно не те. Ни сосен, ни песчаного берега, ни мальчика.

Алиса крепко сцепила челюсть и сказала сама себе в очередной раз: «Без истерик! Оно все равно найдется… наверное.»

Потом она достала свой бортовой журнал, сняла очки-переводчики и сделала очередную запись:

«22.10.2016 г.

Озеро…»

- Я нарекаю тебя «Озеро орлиное гнездо»! – произнесла она вслух для торжественности.

Заметив непонимающий взгляд Люция, Алиса спохватилась, нацепила очки и повторила:

- Я нарекаю тебя «Озеро - зеркало гиганта»! Да, так лучше! Ну, потому что оно большое и практически идеально круглое, а в атласе у него нет имени.

- Ты не расстроилась?

В голосе Люция даже чувствовалось искреннее переживание.

- Нет, с чего бы это?

- Это же последнее озеро в Цирите.

- Успокойся, еще десять княжеств… девять. Ваш Эмбер не считаем, во сне я отчетливо помню солнце. Вот если во всех княжествах не окажется того самого озера, тогда… тогда тоже ничего страшного, всего-то нужно будет найти способ путешествовать за красной границей, среди монстров. Если бы я переживала из-за каждой неудачи, не…

- Нашла бы этот мир, - договорил Люций

- Ага, точно. Ладно, давай возвращаться, Деймос там уже соскучился. Надо узнать, прошла ли его голова. Я только запись сделаю.

- Ничего страшного, соскучился, бедненький деби… - конец фразы утонул в потоке неясных, но очень эмоциональных восклицаниях, это Алиса сняла очки.

Нужно уже начать учить местный язык!

Очередная запись гласила:

«В Цирите искомый объект не обнаружен»

Обратный путь занял почти два часа, и это был отличный результат. Ориентироваться в лесу они научись сразу после первого озера. В тот раз с возвращением возникли трудности. Они бродили по лесу практически до ночи. Алиса начинала паниковать, Люций сердиться, а Деймос не переставая хихикал, из-за чего, объединенные общим порывом, Алиса с Люцием чуть не отколошматили засранца. После этого он соизволил воспользоваться своей «супермагией», и через полчаса они уже были в школе. После этого случая Алиса приобрела компас (благо в этом мире его тоже изобрели), научилась им пользоваться при помощи атласа, и во второй раз уже было лучше. Они всего лишь часик по лесу побродили, зато сейчас Алиса без каких-либо проблем вывела Люция к остановке.

Через пятнадцать минут подошел экипаж, который шел до школы господина Рикмора. Внутри оказалось людно и как всегда пестро от нарядов. Свободных мест почти не было, но они удобно устроились в конце длиннющего экипажа… Удобная все-таки штука - магия расширения пространства! Алиса недавно узнала, как она работает. Для того чтобы маленький экипаж стал внутри огромным, нужно всего лишь найти помещение, размер, которого вы хотите позаимствовать, например ангар, и поменять площади местами. Теперь внутри экипажа будет просторно, а в ангар поместится разве что несколько людей.

«Так… по пять руберов за проезд», - подумала Алиса, печально уставившись на жадный денежный автомат у дверей экипажа. Пусть он жадным вовсе и не был, а просто выполнял свою работу по сбору денег, но в результате со всеми разъездами и тратами, у нее осталось не больше пяти тысяч руберов от первоначального бонуса – подарка контрабандистов. Конечно, на какое-то время этого еще хватит, но на что жить потом?

«Все, больше никаких трат! – решила она. - Кормят ее в столовой бесплатно, за жилье платить не нужно, за обучение тоже, а одежду зимнюю… ну ничего, что-нибудь придумает!»

- Ага, и не говори, он такой молодец столько сил на учебу тратит, – очень громко шушукались девчонки, сидящие на сиденьях перед ними. Кажется, они из их школы.

- Слушай Лука, ты уже выучил…, - начала было Алиса, но Люций шикнул на нее, она замолчала, и заметила, что он внимательно слушает разговор девчонок. Странно это было. Алиса не могла представить Люция, подглядывающим или подслушивающим. Это как-то не в его стиле, что ли? Она не удержалась и тоже прислушалась.

- Ага, я в еженедельнике читала последние новости. Там говорится, что Деймос с головой ушел в изучение силы тьмы. Пишут, он практически не выходит из княжеского дворца и не показывается в обществе.

В душе Алиса самодовольно улыбнулась. Говорят о ее друге, и не знают, что он прямо здесь, ну точнее, в школе.

- Бедненький, хотя он и раньше не особенно публичной личностью был, не то, что Люций. Кстати, что там про него пишут?

- Да ничего, уже два года нормальных новостей нет. С тех пор как титул брату передали, он практически затворническую жизнь ведет.

- Бедненький.

- Да у тебя все бедненькие!

Алиса, украдкой глянула на Люция. Он прищурившись смотрел в пол и выглядел совсем не веселым.

Интересно, как бы отреагировали эти девицы, узнай они, что Люций Винтер сидит сейчас за их спинами? А что это за журнал такой, в котором пишут про братьев, нужно будет почитать как-нибудь. Хотя нет, ведь для того чтобы почитать, нужно купить, а она сейчас в режиме жесткой экономии! Никаких лишних трат.

А Люций, кажется, совсем погрустнел. Чего это он? Девчонки ничего плохого вроде не говорили. Спустя секунду Люций заметил взгляд Алисы, и тут же на его лицо залезло привычное презрительное выражение.

Остаток пути до школы они прошли молча.

«Как же все-таки близко школа находится от границы!» - думала Алиса, уже вернувшись в школу.

В общем коридоре гудел народ. Алиса мимоходом здоровалась со знакомыми, но не останавливалась. Сейчас ей не хотелось, ни играть в местные настольные игры (на ее знакомство с этими «настолками» Люций и Деймос как-то потратили целый вечер), ни в гости на чаек, ни на разборки, чья же очередь убираться в туалете.

Оказавшись в своей комнате, Алиса плотно прикрыла дверь, отгородившись от шумного из коридора.

Мрачная комната встретила ее прохладой - перед выходом Алиса забыла закрыть окно. Нужно было бы сделать это сейчас, достать солнечный мешочек (он весь день заряжался) и сесть учить конспект Гаргашмыги, - история ведь уже во вторник! - Но вместо этого Алиса разулась и просто плюхнулась на кровать.

Пятка кровоточила, мозоль оказалась огромной. Носок прилип - хрен оторвешь, а тут даже перекиси нет…

Алиса оставила в покое приклеенный носок и улеглась, поджав ноги. Кажется, поза, в которую она свернулась, называлась позой эмбриона. Какая ирония…

Перед Люцием и Деймосом она старалась быть веселой и не думать о плохом, но…

Не то… озеро не то… совершенно не то…

Да, еще столько княжеств… Да, еще много возможностей… Чего же отчаиваться? Но почему-то только это она сейчас и испытывала: грусть, отчаяние тревогу, тоску… аж выть хотелось…

Боже, какая же глупая! Боже, какая же дура!

Дужка очков давила на висок. Алиса их сняла и положила рядом, теперь она начала думать на родном языке. Да, пусть разницу и не ощутить, но для нее это было важно.

Глаза защипало, она шмыгнула носом,

Чувства эти появились не так давно, и были настолько разношерстными, будто в котел ее души накидали сразу слишком много переживаний и эмоций.

Во-первых, какого черта это долбаное озеро оказалось не тем?! Почему мальчик не пытается на нее выйти?! Почему не хочет с ней связаться?! А вдруг не может! А вдруг ему плохо?! Да почему ж он ее вообще позвал?! Почему именно ее ждет?

Во-вторых, какого ж черта эта гребаная магия этого ВОЛШЕБНОГО МИРА, такая бесполезная?! Да в нашем мире телевизоры с телефонами волшебнее, чем все тутошнее колдовство вместе взятое! Сколько бы Люций с Деймосом не пытались обучить ее основам практической магии, ничего не получалось. А если честно, уже и не так хотелось. Какая разница, волшебство или физика, все одно сводится к бесконечным процессам и формулам.

В-третьих - и это в солянке души было самым кислым и тоскливым - Алиса очень скучала по своему миру, а самое интересное, что даже не по школе, или Катюхе, а по дому, по вечно недовольной бабушке, и вечно пьяному отцу. Стоило Алисе закрыть глаза, и сразу вспоминалось, как они когда-то гуляли летом по парку. Алиса держала бабушку за руку. Кажется, они в тот день даже качались на качелях, а с папой они часто делали журавликов из бумаги. Часто, насколько позволял его график работы на заводе и график бухания.

«Я их бросила!»

Эта мысль холодным лезвием ранила не хуже острого бабушкиного ножа, об который Алиса в детстве порезалась настолько сильно, что даже скорую вызывали.

«Я бросила старенькую бабушку и родного отца и променяла на братьев Винтер, окрестив их новой семьей. Я отвратительный человек!»

Это была холодная констатация факта. Алиса приняла, что человек она отвратительный, и что розовые ее очки дали трещину. Через эту трещину она смотрела на излишне яркий Первый мир и не понимала, как она могла так поступить.

«Я хочу домой… Решение попасть сюда было ошибкой… Если бы только вернуть время, я бы…»

Но в такие моменты Алиса останавливала поток сознания. Нужно вначале найти мальчика, это действительно важно! Нужно его найти и разобраться в Спиралях, а уже потом, возможно, вернуться домой. Интересно, примут ли ее обратно?

Такие мысли уже посещали ее по ночам. Но потом наступало утро. А утром Алиса всегда приходила к выводу, что все не так уж плохо, просто нужно потерпеть, и возвращаться никуда не хочется… Нужно просто дождаться утра, утром все будет хорошо…

***

24.01.1960 г.

Второй мир, город Москва

11:30 (Воскресение)

10 лет до Революции

Фрем

Фрем достаточно давно жил с Региной. В начале месяца они праздновали его двенадцатый день рождения, а это значит, что во Втором мире он уже четыре с половиной года.

За это время Фрем повидал многих людей-спасенышей, как он их обзывал, но такого, как этот, видел впервые.

На вид около шестнадцати лет, черноволосый, высокий и какой-то слишком прямой. Кроме этой его прямизны, ничего выдающегося. Но это если смотреть со спины, потому что таких глаз, а точнее взгляда, еще поискать.

У всех спасенышей, только-только перебравшихся через границу, был одинаковый взгляд: горестно-испуганный-отчаявшийся-страдающий, боли и страдания в нем было в равной степени. Фрем знал, четыре с половиной года назад у него самого был точно такой же взгляд. Но этот парень смотрел совсем по-другому. Ему было зло! Точно, хорошее слово! Зло и безразлично одновременно.

Обычно новоприбывшие с любопытством и восторгом осматривались по сторонам, разглядывали телевизоры, электрические лампочки, яркие цвета и многое другое. А взгляд Этот ни на секунду не менялся, когда он переводил его с предмета на предмет.

И вообще, было странно, что Регина привела Этого в их уютную двухкомнатную квартиру на шестом этаже. Обычно спасеныши оставались в детдоме довольно долго: пока полностью не придут в себя и не привыкнут к новому миру.

Фрем стиснул зубы. Во-первых, воспоминания о Первом мире, родных землях, черных домах… родителях, причиняли ему боль.

А во-вторых, ужасно свело спину. Ну еще бы! Сколько он уже так стоит, согнувшись в три погибели перед замочной скважиной двери на кухню? Но разгибаться было страшно. Мало ли, Регина услышит и догадается, что он подслушивает и подглядывает.

Разговор на кухне продолжался уже около часа, хотя сложно было назвать разговором односторонний монолог Регины. Она разговаривала с новеньким на чистом языке Первого мира, родном языке Фрема. Он с удовольствием впитывал знакомые с детства слова.

Регина рассказывала об особенностях этого мира, о магазинах, школах, больницах и электричестве. Обычно те, которых удавалась спасти целой семьей (новый болезненный спазм в районе сердца), были в восторге от услышанного и хотели поскорее посмотреть на все эти чудеса. Другие, потерявшие близких, конечно продолжали горевать, но поглядывали хоть чуть-чуть заинтригованно. А этот продолжал источать одни лишь злость и безразличие.

- Вот, возьми эти очки, в них ты будешь понимать местный язык. Кстати, представляешь, магией в этом мире пользоваться не принято, они справляются теми чудесными изобретениями, о которых я упоминала ранее.

Парень продолжал молчать.

Фрем переменулся с ноги на ногу, спина стала ныть только сильнее.

- Некоторое время ты проживешь здесь, пока будут готовиться новые документы. Потом, после полного выздоровления, пойдешь в школу и выберешь свой дальнейший путь. Поверь, в этом мире есть из чего выбрать.

Спасеныш продолжал молчать и безразлично пялиться в пустоту перед собой.

- Сейчас я приготовлю нам обед, а ты пока побудешь с Фремом. Так его звали в Первом мире, здесь он Игорь. Он стоит за дверью уже довольно давно и с удовольствием отведет тебя в свою комнату. Верно, Фрем?

Регина посмотрела на дверь, и конкретно - на замочную скважину. Фрем вздрогнул, его разоблачили! Не без облегчения он выпрямился и приоткрыл дверь.

- Как скажешь, Регина. Эм… а как тебя зовут?

Парень безразлично перевел на Фрема взгляд.

- Ну, пойдем, в мою комнату, у меня стоит раскладывающееся кресло, будешь спать на нем, оно удобное…

Молчание казалось невыносимым. Фрем перевел взгляд на Регину, та лучезарно улыбнулась. Всегда она так!

- У нашего нового товарища небольшие проблемы со здоровьем, какое-то время он не сможет разговаривать. Я надеюсь, ты ему расскажешь то, о чем я еще не рассказала. Ну, ты слышал.

Фрем смутился.

- Извини пожалуйста, что подслушивал… Э-м, пойдем… Вот, это моя комната, заходи, садись, вот твое кресло…

Спасеныш прошел, сел и уставился в окно. Фрем тяжело вздохнул. Через полчаса во дворе пацаны соберутся, мяч будут гонять, а он тут с этим немым возится. И что это вообще значит «пойдешь в школу, потом выберешь путь»? Регина что, хочет оставить его у нас? Зачем? Обычно, если пришедший был ребенком, Регина определяла его к семье уже прижившихся. Почему с этим не так?

– Ну, про все основное тебе Регина рассказала. Если наденешь очки, будешь понимать местный язык, я его уже выучил, - не без гордости похвастался Фрем, – и читать, и писать быстро научился, тут в школы с семи лет берут, я с восьми пошел, почти ничего не упустил. Ты, наверное, не умеешь читать? Я в нашем мире не умел – Фрему показалось, что этот непонятный, прямой парень совсем не похож на того, кто не умеет читать и писать.

Да что же с ним не так? И тут его осенило. Если догадка верна, то понятно, почему новый знакомец такой прямой, да и руки у него совсем белые, и лицо…

Фрем прошел по комнате, рассматривая спасеныша, и присел на край дивана, служившего ему кроватью.

- Слушай, а ты не из Адаманта случаем?

Произошло чудо, немой проявил признаки жизни! Он посмотрел на Фрема с таким видом, как будто только что заметил его присутствие, и немного склонил голову набок.

Теперь Фрему стало все понятно. Хоть Регина и переодела парня в местную одежду, у того на лице было написано: «Прибыл из рая».

- Так вот ты какой! Я вас раньше не видел.

Фрему пришло в голову еще одно предположение: а вдруг Регина его похитила? А иначе, как бы он здесь оказался? Обычно Регина забирала тех, кого удавалось спасти от императорской расправы. Но от кого нужно было спасать Адамантца?

- Э-м, ну ладно, ты, наверное, отдыхай, а я…

- А…ласт…е…ер.

- Чего? - не понял Фрем. – Ты лучше молчи, тебе же нельзя разговаривать.

Только сейчас Фрем заметил на шее парня длинный шрам.

- Ме…ня зо…вут… Аластер.

Вполне разборчиво, немного скривившись, сказал гость.

- Аластер? – переспросил Фрем.

Гость кивнул.

- Так ты что, действительно из Адаманта?

Гость снова кивнул. Фрем заметил в глазах Аластера вновь зажегшиеся язычки ненависти.

- А как ты сюда попал? – Фрем снял пионерский галстук. Алая атласная ткань так ему нравилась, что он ее носил практически не снимая, но в спортивный костюм переодеваться не спешил, похоже сегодня пацаны без него обойдутся.

- Я… мне… - слова давались новенькому с трудом и болью, но эту фразу он договорил практически без запинки, - открыли глаза…

Фрем закивал головой, хотя до понимания было еще далеко.

- А у меня родителей на глазах убили. Мы жили во Вьюрците, родителей обвинили в измене Императору. Они высказались как-то неосмотрительно. Кажется, отец что-то про налоги сказал. Виктор лично пришел, чтобы… свершить правосудие…

Воспоминание острым лезвием проехалось по сердцу. Он предположил, что если сказать свой секрет, то гостю придется ответить тем же, но не ожидал, что память тут же откроет сундук боли, который он с таким трудом держал закрытым.

Крик, кровь, очень много крови, и вот два только что живых тела падали на землю, по пути теряя жизнь, а на материнском лице застыла…

Все, хватит!

Фрем сглотнул ком в горле и уставился на Аластера. Тот кивнул, и в кивок этот было вложено больше, чем в любые слова. Простой жест говорил: «Мои тоже погибли».

- Ну конечно, вам же в Адаманте всем уже за сотню лет, - стараясь отпугнуть живую картинку, промямлил Фрем, даже не усомнившись в правильности интерпретации кивка.

Аластер печально усмехнулся и вяло покачал головой.

- Ше… шестнад…

- Шестнадцать? Да разве такое может быть?

А мать из воспоминаний Фрема, все падала и падала, а на ее лице никак не пропадала…

Всё! Закончили! Он больше не хотел об этом говорить, плевать он хотел на этого странного Адамантца и его секреты.

Незаметным движением Фрем смахнул с глаз слезинки и не нашел ничего лучше, как сказать:

- Смотри! – Фрем взял несколько книг с книжной полки и подошел к Аластеру. - Надень очки. Ты умеешь читать на нашем, так что сможешь прочитать и на местном. Это – книга про приключения, называется «Двадцать тысяч лье под водой», ты такую точно еще не читал. В этом мире очень много… хорошего…

Но Аластер не взял книгу и не надел очки, его губы растянулись в кривой усмешке, а глаза стали темнее тучи. С таким выражением он и застыл, глядя в окно. Фрем понял: на первый раз разговор окончен.