Спонсоров не сажают

ПРОЛОГ: Закон не по карману.

Март 2026 года. Сеульский следственный изолятор.

Дождь хлестал по мутному стеклу крошечного окна под потолком, словно пытался смыть грехи этого места. Но бетонные стены камеры-одиночки впитали слишком много.

Кан Джин У сидел на ледяном полу, прислонившись затылком к стене. Его дыхание вырывалось изо рта хриплыми облачками пара. Правый глаз заплыл, рука плетью висела вдоль тела — сломали на последнем «неофициальном допросе».

Он усмехнулся разбитыми губами, почувствовав во рту металлический привкус крови.

Три дня назад он был звездой Центральной прокуратуры Сеула. «Бешеный пес» Кан, следователь из элитного отдела по борьбе с коррупцией, чьего имени боялись председатели крупнейших корпораций страны. Он верил в Закон. Верил, что прокурорский значок — это абсолютный меч, разящий порок.

Какой же он был идиот.

Лязгнул тяжелый засов. Металлическая дверь со скрипом отворилась, впустив в камеру тусклый свет коридора и запах дорогого мужского парфюма с нотками сандала.

На пороге стоял мужчина в безупречном темно-синем костюме. На его лацкане тускло блестел золотой значок с символом прокуратуры — весами правосудия.

Чхве Мин Гук. Заместитель Генерального прокурора Южной Кореи. Человек, который отдавал Джин У приказы.

Кан Джин У даже считал своим наставником.

— Выглядишь паршиво, Джин У, — мягко, почти с отеческой заботой произнес Чхве, аккуратно переступая лужу на полу своими блестящими туфлями.

Следом в камеру бесшумно скользнули двое крепких мужчин в черных плащах - это «чистильщики» из службы внутренней безопасности. У одного в руках была толстая нейлоновая веревка.

— «Файл Икс», — прохрипел Джин У, с трудом поднимая взгляд на начальника.

— Список ваших теневых фондов. Офшоры, через которые чеболи платили вам за закрытые дела. Я ведь нашел его, сонбэним и там доказательства того, что вся верхушка прокуратуры - это просто купленные шлюхи на содержании у бизнесменов.

Чхве Мин Гук тяжело вздохнул и достал из внутреннего кармана пиджака белоснежный платок.

— Ты был моим лучшим псом, Джин У. Самым преданным. Когда я натравливал тебя на неугодных политиков, ты рвал им глотки, не задавая вопросов. Зачем ты полез туда, куда не следовало?

— Я прокурор, — процедил Джин У, сжимая здоровую руку в кулак.

— Моя работа - это защищать закон.

Чхве тихо рассмеялся. Звук был холодным, как лезвие скальпеля.

— Закон? — Заместитель Генерального прокурора присел на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с избитым следователем. — Джин У, ты так ничего и не понял. Закон - это просто текст на бумаге. Он не имеет силы без Капитала. Кто оплачивает предвыборные кампании политиков, которые пишут эти законы? Кто содержит наши семьи, пока мы получаем жалкую государственную зарплату? Чеболи и их деньги. Ты думал, что твой значок делает тебя богом? Значок - это просто ошейник и ты попытался укусить хозяина.

Чхве выпрямился и брезгливо отряхнул брюки.

— В новостях скажут, что следователь Кан Джин У не выдержал позора после того, как его уличили во взяточничестве, и повесился в камере. Твоя мать не получит пенсию, а твое имя сотрут.

Он кивнул людям в плащах. Те шагнули вперед.

Джин У не сопротивлялся, у него не было сил. Когда жесткая нейлоновая петля стянула его горло, а тело оторвалось от пола, он смотрел в холодные, спокойные глаза Чхве Мин Гука.

Легкие горели огнем. Тьма начала заволакивать зрение.
В свои последние секунды Кан Джин У не молился.

«Правосудие без денег - это просто слова...» — билась в угасающем сознании последняя, кристально ясная мысль.

— «Если бы... если бы у меня был еще один шанс... я бы не стал служить Закону. Я бы купил его. Я бы купил вас всех...»

Тьма стала абсолютной. Раздался хруст шейных позвонков.

— Эй! Новичок! Ты оглох?!

Громкий хлопок по столу заставил его вздрогнуть.

Джин У резко распахнул глаза, судорожно втягивая воздух. Он вцепился руками в собственное горло, ожидая нащупать жесткую веревку, но под пальцами оказался лишь туго завязанный галстук.

Воздух не пах сырым бетоном и кровью. Он пах дешевым растворимым кофе «Maxim», пыльными папками и дешевым одеколоном.

Вокруг стоял невыносимый гул. Трещали факсы, надрывались стационарные телефоны, кто-то громко ругался, перекрывая шум работающих вентиляторов. Яркий люминесцентный свет резал глаза.

— Прокурор Кан Джин У! Ты спать сюда пришел?!

Джин У медленно оторвал взгляд от своих рук. Идеально чистых, без единого синяка или шрама.

Перед его столом стоял Пак Тхэ Су — старший прокурор отдела по экономическим преступлениям. Тот самый Пак, который в 2012 году сядет за решетку из-за подставы, а потом сопьется. Но сейчас Пак выглядел молодо, его волосы еще не тронула седина, а лицо было красным от гнева.

Пак швырнул на стол Джин У пухлую синюю папку с гербом прокуратуры.

— Дело о растрате на стройке в Каннаме. Проведи допрос подозреваемого до обеда и закрой дело за недостатком улик. Приказ сверху. Надеюсь ты понял, хубэ?

Джин У не ответил. Он медленно перевел взгляд на экран пузатого монитора, стоявшего на его рабочем столе. В правом нижнем углу мигали цифры:

12 мая 2008 года. 09:14 утра.

2008 год.
Восемнадцать лет назад. Год, когда он только выпустился из Института судебной практики и переступил порог Центральной прокуратуры Сеула как самый молодой и перспективный новичок.

Джин У дрожащими пальцами коснулся левого лацкана своего дешевого пиджака. Там, на ткани, ощутимо тяжелил холодный кусок металла.

Значок прокурора.

— Эй, Кан Джин У, тебя контузило? — раздраженно прикрикнул Пак, наклоняясь ближе. — Я спрашиваю, ты дело закроешь?!

Джин У закрыл глаза на секунду. Воспоминание о нейлоновой петле на шее, фантомная боль до сих пор отдавалась в горле. В ушах звенел холодный смех Чхве Мин Гука: «Закон - это просто текст на бумаге...»

Он открыл глаза. В них отражался холодный, расчетливый мрак.

2008 год. Грядет глобальный финансовый кризис. Эпоха, когда чеболи будут прятать миллиарды долларов в черных кассах, а фондовый рынок будет штормить так, как никогда в истории. И он, Кан Джин У, знает каждый тайник. Каждое грядущее падение акций. Каждое нераскрытое преступление на ближайшие восемнадцать лет.

— Да, старший прокурор Пак, — голос Джин У прозвучал неестественно ровно и спокойно. Он медленно встал и отвесил идеальный, положенный по уставу поклон в девяносто градусов.

— Я займусь этим делом. Ни одна крыса не уйдет от Закона.

Пак довольно хмыкнул, хлопнул его по плечу и пошел к кулеру с водой, не подозревая, что только что отдал приказ человеку, который разрушит эту страну.

Джин У выпрямился, его пальцы легли на синюю папку.

«Вы были правы, Заместитель Генерального прокурора Чхве», — подумал он, глядя на суетящихся коллег.

— «Закон ничто без Капитала. Поэтому в этой жизни я стану самым богатым Спонсором в Корее и куплю вас всех... по скидке.

P.S: Решил попробовать данный жанр, если вам понравится не скупитесь на комментарии и лайки, да бы я понимал заинтересованна ли аудитория. ( Приятного Чтения)❤️