Спрут Шайтанабада

1.

С самыми радужными надеждами и понятным волнением приехал Рустам Рузибаев в город Шайтанабад, столицу предельно южной республики Средней Азии. Там он, учащийся школы милиции, должен был проходить практику в ОВД Али-бабаевского района. Тревожно размышлял, как встретят его в коллективе, сумеет ли он достойно показать себя, не ударить лицом в грязь?..

Трясясь в салоне автобуса, он увидел неподалёку от себя двух дюжих усачей милиционеров. Позавидовал их могучей стати, силе. Неожиданно заметил, что к ним сзади пристроился горбоносый юнец в тюбетейке, который профессионально обшаривал карманы блюстителей порядка. С криком разъярённого коршуна ринулся на него… Милиционеры схватились за карманы и каждый обнаружил там руку вора. Посмотрели на него и ахнули:

- Да это же Мирзо Душманянц! Столько лет его ловим, а поймать не можем!

Поблагодарили Рустама и потащили преступника в отделение милиции. Практикант постеснялся сказать им, что тоже учится на милиционера и скоро будет их коллегой. Уж больно хлипким показался он сам себе в сравнении с этими двумя богатырями.

В Центральном ОВД Рустам начальника не застал, а представляться следовало сначала ему. Его пригласили посидеть в следственном отделе. Практикант робко уселся на краешек стула, восторженно глядя на умудрённые жизненным опытом лица инспекторов. Они с головой ушли в работу, не обращая внимания на практиканта.

- Совершенная загадка, - прошептал инспектор Барот Кудлаев, самым внимательнейшим образом изучая документы уголовного дела.

- Что за загадка? – осмелился спросить Рустам.

Кудлаев снисходительно оглядел юношу и поведал:

- У завхоза Алибека Тухтаева убили жену. Сколько ни бьюсь, а подходящей версии не подберу.

- А каковы у жертвы были отношения с мужем?

- Хуже некуда. Особенно с того дня, когда она прознала, что у него имеется молодая любовница, которая должна родить ребёнка.

- Возможно, Тухтаев и убил свою жену, чтобы отделаться от неё, - смущаясь от собственной смелости, выдвинул версию практикант.

- Э, нет, у него стопроцентное алиби: во время убийства супруги он находился в соседней комнате.

- А кто это алиби подтверждает?

- Он сам, Алибек Тухтаев.

- А можно ли ему верить?

- Действительно, - оживился инспектор, - как это я сам раньше не подумал, ведь он врёт, как сивый верблюд! Всем известно, что он слово скажет – дважды соврёт! Тем более в тот вечер соседи хорошо слышали его ссору с супругой, стучали в окна и двери, требовали, чтобы Алибек с женой прекратили бедлам. Вызывали милицию. Милиционеры приехали, долго стучали, но дверь им хозяева не открыли. Тогда они взломали её и увидели труп женщины. Алибек находился в соседней комнате и сказал, что не знает, кто бы это мог сделать. Теперь я ясно вижу, что наиболее вероятный убийца – это он. Большое спасибо, дружище, ты натолкнул меня на правильный путь.

Рустам смущённо заалел щеками.

Инспектор Ахмад Вазлонов с надеждой обратился к практиканту:

- Может быть, ты и о моём деле послушаешь. У тебя свежий взгляд, вдруг подскажешь что-нибудь дельное.

- Пожалуйста, с удовольствием, - откликнулся практикант, - а что у вас за дело?

- Вот послушай. Месяц назад Салом Курдюков в восемь часов вечера в тёмном переулке остановил Шера Каландарова, хотел спросить, как пройти в музей? Тот его оттолкнул почему-то. Салом Курдюков неловко взмахнул рукой и нечаянно угодил прямопо челюсти Каландарова, сломав её. Своим также ненарочным движением ноги переломил голень Каландарова. Тот упал. Курдюков сердобольно нагнулся к нему, дабы оказать помощь, но запнулся о камень и нечаянным пинком переломал по два ребра на каждой стороне груди Каландарова. При этом Курдюков попытался удержаться на ногах, ухватился за камень и нечаянно им разбил голову лежащего Каландарова, который от этого скончался. И я не могу понять…

- А что тут понимать? – не утерпел юноша. - По-моему, тут всё предельно ясно.

- Вовсе нет, - со вздохом покачал головой инспектор Вазлонов. – Ясно только то, что это непреднамеренное убийство. Непонятно только одно: как деньги, часы и джинсы убитого оказались у Салома Курдюкова.

- А вы его об этом спросили?

- Да, спросил. И его самого, и его дядю, который занимает солидный пост в министерстве торговли. Они оба руками разводят: мол, мы сами удивляемся. Говорят, придумайте что-нибудь, вы же умный человек, опытный следователь. Я вот уже месяц голову ломаю, а объяснить загадку никак не могу.

Рустам только хотел заговорить, как пришёл наконец начальник ОВД и пригласил практиканта к себе в кабинет.

Мамад Мамаевич Мураев имел внешность седовласого льва: осанистый, плечистый, с гривой ещё довольно густых волос. Над волевым подбородком нависал орлиный нос. Взор имел проницательный, цепкий. Он доброжелательно оглядел практиканта:

- Конечно, пока ты хлипковат для милиционера, но это дело поправимое. Побольше налегай на общефизическую подготовку, почаще посещай спортзал. Жить будешь в нашем, милицейском, общежитии на улице Кахрамон. Вот тебе пропуск туда. Пароль: «Честь и отвага», а отзыв – «Благородство и мужество». По вечерам никуда не ходи. Сам понимаешь, как и везде, у нас криминогенная обстановка: небезопасно показываться на улицах. Да и в общежитии будь осмотрительнее, лишний раз из комнаты не выходи, а то ведь и туда хулиганьё проникает. Работать будешь под чутким руководством нашего лучшего инспектора Акбара Барсалина, он тебя во всём натаскает. О тебе ему уже сказали, возьмёт под свою опеку.

…Акбар Барсалин пил кок-чай и сразу же протянул пиалу юноше, сказав:

- Сегодня отдыхай, рабочий день заканчивается. Завтра с утра займёмся делами. А сейчас часок попьём чай – и по домам.

Инспектор Кудлаев поглядел в окно и обрадовался:

- Наши патрульные машины уже приехали. Если бы не начальник, то они бы уже развезли нас по домам.

- Быстро и безопасно, - подхватил Барсалин. – Ежели топать пешком, то обязательно привяжется какой-нибудь хулиган или даже нападёт бандюга. Вот жизнь пошла!

- Нам-то ещё терпимо, а каково остальным гражданам, - покачал головой Вазлонов, - с ними хулиганьё вытворяют что захотят, удержу нет! Беспредельщина, одним словом?

- А разве не милиция должна уберечь их от бандитов? – несмело спросил Рустам и по воцарившейся тишине понял, что сморозил глупость.

- Ты малый неосведомлённый, поэтому так говоришь, - пояснил Барсалин. – В нашем Шайтанабаде просто зверская преступность. Куда до неё итальянской или американской мафиям. Если кого тронешь, то в порошок сотрут!

- А у нас машины не на каждого работника имеются, из оружия всего лишь по пистолету имеем, паре наручников и дубинке. Бензина в обрез, рации берут лишь в пределах десятка километров, а у мафиози спутниковая связь. Чувствуешь разницу?

- Да и как бороться с бандюками с такой зарплатой! – негодующе бросил Кудлаев. Его реплику все единодушно поддержали. – Это видимость одна, а не зарплата! Пусть тот, кто её нам платит, сам лезет под пули.

- А какая молодёжь растёт! – возмущенно начал Вазлонов. – Наглая-пренаглая! На днях я заметил мальца, что сморкался в неположенном месте. Говорю ему: «Иди сюда», а он мне отвечает: «А пошёл ты!..» Ну, послал в известное место.

- А вы что? – поинтересовался Рустам.

- Что мне оставалось делать, я и пошёл…

Присутствующие укоризненно покачали головами, дружно обругали мальца с дерзким языком и принялись допивать чай.

Через полчаса на дежурных машинах милиционеров повезли по домам. Рустама доставили на улицу Кахрамон, в общежитие.

После длительной и самой дотошной проверки всех документов, выслушав пароль, его пустили. Как он потом узнал, даже звонили в ОВД, проверили, тот ли он, за кого себя выдаёт. После этого проводили в комнату с зарешечёнными окнами, где уже жил участковый инспектор лет двадцати пяти Юсуфбек Бузург-заде. Уже смеркалось, Рустам зажёг свет, чем вызвал сердечный приступ у соседа.

- Разве можно проявлять такую неосторожность? – воскликнул он. – Сначала нужно плотно зашторить окна, проверить, чтобы не было щелей у занавесей, а лишь затем включать свет. У нас аллах один знает что делается!

Дверь Бузург-заде запер на задвижку и замок, накинул толстенную цепь, затем удовлетворённо произнёс:

- Бережёного аллах бережёт!

Когда позже Рустам собрался прогуляться по городу, участковый инспектор заохал:

- Тебе что, жить надоело? Приключений на тыловую часть тела ищешь? Да ты можешь и не вернуться обратно – угодишь в больницу или в морг. У нас же в Шайтанабада ужасная преступность: душман на душмане сидит и душманчиком же погоняет!

У практиканта мурашки по коже пробежали, но на попятную он не пошёл. Побоялся, что будет выглядеть трусом. Решил про себя: «Будь, что будет!»

2.

Вечер был тёплым, ласковым. Несмотря на это улицы города оказались почти безлюдными. Лишь у здания вытрезвителя Рустам повстречал толпу вдрызг пьяных мужиков. Они окружили юношу и принялись нагло вымогать деньги на опохмелку. Рустам рассердился, скрутил зачинщика, осмелившегося поднять на него руку, и оттащил к дверям вытрезвителя. Там не хотели открывать дверь, боялись. Практикант показал удостоверение, только тогда его впустили и приняли задержанного.

Рустам увидел, что приведённый им пьянчуга – единственный пациент, клиент. Удивился:

- Почему у вас никого нет?

- Так ведь не идут, - последовал ответ. – Хоть мы и зовём, завлекаем.

- Добровольно никто сюда не придёт, нужно заставить!

- Да вы что! – собеседники практиканта замахали руками. – Да они разгромят весь вытрезвитель и нас поубивают! Мы этих пьянчуг стороной за километр обходим. Нам жить не надоело!

Рустам подивился таким словам. Простился, вышел на улицу и увидел, что оставшиеся хулиганы далеко не ушли, ибо передвигались со скоростью подвыпивших черепах, спотыкаясь и падая на каждом шагу. Схватив двух за шиворот, он дотащил их до вытрезвителя и передал в руки санитаров. Потом переправил по тому же адресу и остальных – всего одиннадцать человек.

Отойдя от вытрезвителя метров на пятьдесят, заметил в канаве двух мертвецки пьяных человек, храпящих на всю улицу. Юноша и их перенёс в вытрезвитель.

Далее повстречал четверых мужиков, идущих зигзагами и пьяно матерящихся. В ответ на его замечание не шуметь, они с кулаками набросились на практиканта. Он легко одолел их приёмами самообороны и погнал к вытрезвителю… Словом, через час вытрезвитель оказался заполненным до предела. Его работники плакали от счастья, благодаря со слезами на глазах юношу.

Теперь уже практикант продолжал свою прогулку в куда лучшем настроении, испытывая удовлетворение от не зря потраченного времени.

Подходя к городскому банку, он заметил тёмные зловещие фигуры, которые усердно взламывали замок, не реагируя на истошно вопившую сирену. Милицейский патруль, проезжавший по улице, при её звуках на полных газах умчался вдаль.

Рустам кинулся на злоумышленников и после недолгой борьбы связал ремнями из их же собственных брюк. Затем отвёл в ОВД, которое оказалось поблизости, за ближайшим углом, на улице Бурдючной. Там его сердечно поблагодарили за поимку опасных рецидивистов. При расставании крепко пожали руку.

А минут через пятнадцать Рустам снова вернулся сюда, уже в сопровождении двух квартирных воров, которых задержал вместе с огромными узлами, тяжесть которых пригибала их до земли и они шли, чертя носом асфальт.

После привёл вооружённого ножом и пистолетом грабителя, четверых подростков, «разувавших» автомашину, неосмотрительно оставленную хозяином на ночь у дома… Скоро камера предварительного задержания оказалась забитой битком и её обитателям пришлось стоять по стойке «смирно». Даже дышать пришлось согласованно: одни – по очереди - делали вздох, а другие - выдох. Иначе было невозможно из-за неимоверной тесноты.

При возвращении Рустама всё общежитие сбежалось посмотреть на смельчака, никто не верил, что он здоров и невредим. Сомневались: «А может, ты и не ходил по городу?..»

На следующий день в ОВД юноша узнал, что сегодня будет проведена очень ответственная операция, которая готовилась последний месяц. Кодовое название – «Удар беркута». Практикант почувствовал лёгкий мандраж и слабость в коленках: ему предстояло участвовать в настоящем, очень опасном деле. Рустаму приказали находиться рядом с Акбаром Барсалиным, неукоснительно выполнять его указания.

Около сотни милиционеров сели по машинам и с громко включенными сиренами помчались по улицам. Минут через пять оказались возле колхозного рынка «Народный». Здесь машины остановились. Милиционеры попрыгали наружу и побежали цепью, окружая продавцов.

К удивлению практиканта, толстомордые продавцы спиртного и сигарет, с усмешкой поглядывали на блюстителей закона. Стайки ребятишек со жвачками тоже особо не волновались, а вот все прочие запаниковали.

Одна старушка продавала старенький самовар, потёртые валенки и ношеную шаль. Около неё находился внучек. Старушке предъявили обвинение в вовлечении в спекуляции несовершеннолетнего. Их повели, а толпа мальчишек со жвачками гоготали:

- Они каждый день здесь бывают! Он в школу не ходит.

- А вы? – не удержался Рустам. – А вы сами ходите в школу?

Послышались злые реплики, кто-то заулыбался, а один башибузук пригрозил:

- У моего отца автомат. Я скажу ему, он придёт и убьёт тебя.

Барсалин ткнул локтём в бок практиканта:

- Не связывайся с ними, это совершенно отпетые личности.

- Такие молодые – и уже «отпетые»? – удивился юноша, но ничего не сказал.

Тем временем, пройдя длинный строй перекупщиков, милиционеры столпились вокруг седобородого аксакала:

- Из колхоза «Путь к рынку», говоришь? Это же бывший колхоз «Путь к коммунизму». Картошка из своего огорода? Справка есть? За место заплатил? А за весы?

К их неудовольствию, старик предъявил все требуемые документы.

- Да, а каково содержание нитратов в картошке?

- Не знаю, я не пользуюсь удобрениями. Денег на них нет.

- Как же тогда продаёшь картошку, если справки нет? Кто позволил? Эй, Басурманчик! Иди сюда, у тебя непорядок!

Басурманчиком звали директора рынка. Он тут же угодливо подбежал.

- Как же это так, может, в этой картошке одни нитраты да пестициды? Людей потравите!

- Виноват, брат, упустил. Каюсь! – кланялся Басурманчик. – Это мы быстро исправим.

- Сами исправим! – голос Мамада Мураева сделался предельно жёстким. – Мешок картошки отправьте ко мне домой… то есть, на экспертизу.

Вали Исматов подошёл и что-то шепнул на ухо начальнику. Тот добавил:

- Два мешка. На экспертизу. – А своему заместителю Исматову вполголоса сказал: - Весь мешок тебе слишком жирно. Поделите на двоих с Каландаровым.

Рустам ринулся к продавцу, обложенному грудой мешков с картофелем:

- А вы из какого колхоза? Откуда взяли картошку?..

Барсалин его оттащил, прошипев:

- Куда ты лезешь, это же местный авторитет - пахан всех здешних перекупщиков. Стоит ему моргнуть глазом и от нас мокрое место останется.

Рустам на некоторое время смирил себя, стараясь не глядеть на творимый шмон милиционерами. Вдруг он заметил ящики с французскими духами, около которых стояла свора парней, отдалённо напоминающих статью сказочных богатырей. Показал Барсалину:

- Смотрите, именно такие духи похищены на днях из парфюмерного магазина «Миндаль». Больше подобных никуда не поступало. Да, а вон их автомашина: номер именно такой, какой запомнили свидетели. Да и внешность этих молодчиков совпадет с приметами похитителей. Надо их арестовать.

Барсалин поморщился, словно от зубной боли:

- Может, это просто совпадение. Задержим, а потом выяснится, что мы ошиблись. Ихний босс регулярно вкушает плов в одной компании с нашим начальником. Лучше не проявлять инициативы. Понял? Это приказ.

- Ну, ежели это приказ… - пожал плечами юноша.

Больше уже он лишнего шага по своей воли не делал. Представил себе большущее стадо баранов и принялся их мысленно пересчитывать… Когда дошёл до тысячи двухсот третьего, его окликнули:

- Что ты стоишь столбом, живо в машину!

Влез он одним из последних, удивившись жуткой тесноте, вспомнив, что на операцию они ехали весьма даже свободно. Потом заметил, что в кузове машины появились мешки с дарами природы – картофелем, морковью, луком, рисом, тыквами и прочими.

- А-а, - догадался практикант, - это везёте на экспертизу.

Его слова вызвали гомерический хохот блюстителей порядка, причина которого юноше осталась неизвестной.

Когда же начальник садился в свою персональный автомобиль, то с ним произошло ЧП: лопнули по швам карманы и на асфальт посыпались тугие пачки банкнот.

- Зачем он носит с собой такую большую сумму? – поинтересовался Рустам у милиционеров. - Мог бы оставить их дома. С ними проводить операцию неудобно.

В кузове машины начался повальный смех до изнеможения.

- Он мешком ударенный! – прозвучала реплика.

Рустам поозирался по сторонам, стараясь разглядеть, о ком они это говорят, но никого поблизости не заметил. Растерянно заморгал ресницами.

Доехали до ОВД быстро, с ветерком. Начальник пошёл в здание первым, придерживая брюки руками, ибо они совсем расползлись, деньги нёс под майкой на груди. В результате шагал предшествуемый качающейся массой купюр. За Мураевым шагали милиционеры, сгибаясь под тяжёлыми мешками. Бадалбаев даже не устоял на ногах и свалился вместе с мешком риса. Кто-то заметил:

3.

- Себя не жалеет, а ведь в прошлый раз грыжу получил. Осторожнее надо!

…Спустя два дня ещё задолго до обеда все коллеги Рустама ушли на плов, который им устраивал завмаг Хапнербаев, и практикант остался один. Вдруг раздался телефонный звонок и взволнованный голос сообщил, что на Новоарыкской улице четверо грабителей взломали замок и проникли в квартиру. Юноша тут же помчался по указанному адресу. Прибежал донельзя запыхавшимся, ворвался в квартиру и увидел группу толстомордых мужчин, увязывающих огромные узлы. Они оцепенели. Рустам на секунду растерялся, ибо неожиданно вспомнил, что он совершенно безоружный и против подобных силачей в схватке не устоит и минуты. Но выручила сметка. Он закричал:

- Стоять всем на своих местах! Я из милиции! Чуть кто пошевелится, буду стрелять!

Сунул руку в карман и оттопырил пальцем до предела ткань, создав довольно правдоподобную видимость ствола пистолета. Грабители перепугались, дав себя арестовать и доставить в ОВД.

Тут же практикант приступил к допросу:

- Ваши фамилии? Имена? Отчества? Возраст? Где родились? Где работаете?

При последних словах задержанные начали растерянно переглядываться. Один что-то пробурчал, но юноша слов не разобрал. В это время вернулись с обеда его сослуживцы и с порога закричали:

- А-а, привет!

Рустам с удивлением увидел, как они по-братски целуются и обнимаются с задержанными. Немного спустя он узнал, что эта разбойная четвёрка работает в соседнем ОВД, все они были хорошо знакомы с местными сотрудниками. Ситуация оказалась каверзной. Понятно, задержанных с извинениями тут же освободили, а практиканту была прочитана суровая нотация, мораль которой заключалась в словах – «своих не трогай».

…Преступный мир Шайтанабада собрался на экстренное совещание. Председательствовал пахан всех паханов Абдулла Чумабаев с двойной кличкой Спрут и Каракурт. Он же взял первое слово.

- Соратники! Холера и спид на наши головы свалились в личине тощего практикантика. Домушники боятся забираться в квартиры, спекулянты опасаются обсчитать старушку даже на рубль, а самые крутые рэкетиры дрожат перед выходом на промысел, хотя каждый уже нанял себе по паре охранников. Этот вовсе не слоновотелый Рустам парализовал всю нашу организованную систему. Если дело пойдёт так и дальше, то скоро я сам выйду на улицу со шляпой в руке за подаянием. Какой я Спрут – настоящий Спрут он! Давно пора устранить помеху. Коломбек, тебе поручалась эта акция, почему не принял меры?

- Как это – не принял меры? – обиделся Коломбек. - Сделал всё, что было в моих силах. Положил ему пургену в компот, но он его не выпил, а отдал инспектору Брехуллаеву, который потом до вечера не выходил из туалета. Ни информировать нас не мог, ни защитить, зря мы платим деньги этому Брехуллаеву…

- Сам знаю, что он только бакшиш любит, а толку от него никогда не было, - оборвал Коломбека Спрут. – Что ещё предпринял, кроме пургенчика?

- Мину подложил, - угрюмо сообщил Коломбек, - указатели установил, чтобы он мимо не прошёл. Этот же охламон даже не знает, куда на мину наступать, чтобы она взорвалась. Попросил показать. Ну, я и показал… Вернее не я, а Басурманчик.

- Да, я не вижу среди собравшихся его, где этот Басурманчик? – спросил Спрут.

- Больше вы его не увидите – он на кладбище. Разве не помните, это я у вас деньги на его похороны просил. Показал он, как следует правильно наступать на мины… Наступил – и взлетел в воздух. Правда, по частям. И в разные стороны. Едва потом собрали.

- Бедняга! – искренне посочувствовал пахан всех паханов.

После этого сочувствия, высказанного Спрутом, Коломбек продолжил:

- Мы киллера из-за рубежа вызвали. Приехал очень злой туркаман. Придумал гениальный план и залез в скворечник, откуда решил пристрелить практиканта.

- А почему не пристрелил?

- Опередил его малец, косточкой от вишни в лоб пульнул. Туркаман выпал из скворечника и переломал руки-ноги. До сих пор в больнице, весь в гипс упакованный.

- И это всё?

- Потом я нанял банду хулиганов, чтобы они отмутузили практикантика. Вечером пять амбалов встали на его пути, засучили рукава, но он не испугался и не убежал, а принял боевую стойку…

- Ну и что? – спросил Спрут. – А далее, что было далее?

- Они видят, что он не боится, не убегает, ну и сами побежали. Аж каблуки дымились. Потом попросили дополнительную оплату на ремонт обуви.

- Эдак мы вовсе разоримся! – всплеснул руками пахан всех паханов. – Ну, негодяй! Что-то надо делать. Этого монстра нам не одолеть, он никого не боится и на подкуп не идёт. Придётся переехать из этого города в другой. Мои советники рекомендуют Сицилию. Тамошние комиссары каттани просто щенки в сравнении с этим спрутом из милиции… Эх, решено: уезжаем отсюда. Надо арендовать все железнодорожные составы, весь наличный автотранспорт и самолёты, включая военные, для перевозки нашего шара-бара.

…Рустам постоял с минуту возле здания ОВД, прощаясь с ним. Вздохнул, вскинул рюкзак за плечо и пошёл, обуреваемый грустными думами.

Практику он завалил. Начальник Мураев не скрывал радости при расставании, заявив, что практиканту не место в милиции. Мол, нужно подыскивать иную профессию, для этой он непригоден. Так и написал в характеристике: не понимает обстановки, неадекватно ведёт себя с людьми, много на себя берёт, путается под ногами, мешает опытным специалистам работать.

«Эх, - в который раз вздохнул Рустам, - подкачал я, мало старался. Да и с опытом туго. Одни выговоры да взыскания получал. Может, и вправду переквалифицироваться, пока не поздно? Наверное, и в самом деле работа милиционера не для меня?..»

Автобусы не ходили – Шайтанабад превратился в город пешеходов. Поезда тоже не ходили, самолёты не летали, ибо весь транспорт, как говорили, бросили на выполнение суперважного правительственного задания. Какого именно – никто не знал, не ведал. Поэтому Рустам решил идти в училище пешком. «За неделю дойду, - оптимистично размышлял он, - как-нибудь, не впервой».

Он шагал по дороге на север, а в это время с запада к городу приближалась армада самолётов, образовав сплошную тучу. Округу заполнил перестук колёс железнодорожных эшелонов, а все шоссе заполнили автокараваны с рэкетирами, гангстерами, мафиози, крёстными отцами и их сынками всех мастей и рангов. Прослышав об уходе из Шайтанабада спрута Рустама, они ликующе возвращались обратно в свой город…

Александр ЗИБОРОВ.

1991 г.