Стальная хватка Пандоры

Я – зверь!

Не в том смысле, что отрастил клыки, когти и хвост, а в том, что за глаза меня иначе не называют.

Я слышу, но не реагирую. На моей должности лучше, если могу взглядом вгонять в дрожь, так легче работать.

Впрочем, в данный конкретный момент «легче» – не то слово, которым можно охарактеризовать ситуацию. Конкретно, я нахожусь под завалом и на спину мне давит обвалившаяся с потолка бетонная плита.

Понятно, что не весь ее вес приходится на мой позвоночник, но дышать пока удается исключительно потому, что несколько ребер у меня заменены на титановые. Да и вообще…

Ладно. Пока правой рукой (она единственная, что у меня еще двигается) пытаюсь отгрести обрушившиеся обломки, расскажу немного о себе. Я – шеф службы безопасности поселка Тополек (узнать бы, кто придумал это дебильное название) на планете Пандора, расположенной на расстоянии восемнадцати световых лет от Солнца.

В принципе, недалеко. Но планетка еще та. Во-первых, она молодая, то есть вулканическая деятельность, разломы пандорианской коры, землетрясения – это у нас норма жизни. Во-вторых, здесь обитают очень крупные формы жизни. На Земле они благополучно вымерли 65 миллионов лет назад, а здесь пока еще процветают. Да-да, вы правильно догадались. Имеют место быть тираннозавры, гигантские диплодоки, всякая летающая сволочь типа зубастых птеродактилей и прочие радости, от которых наша малая родина давно и без сожаления избавилась.

Понятно, что среди такой экзотики работать могут только энтузиасты. (Ненавижу это слово). Когда этим идиотам объявляют об опасности и требуют немедленно перейти в убежище, чтобы сохранить жизнь, они кидаются спасать результаты своих исследований.

И ладно бы речь шла только о записях. Нет! По сигналу тревоги (воющая сирена, мигающие красные прожектора, громкие требования об эвакуации) они пытаются вместе с ноутбуками вынести еще и образцы препаратов, над которыми работали. А там все, от стеклянных колб со спорами местной флоры до пары тонн минералов, собранных в геологических экспедициях.

(Кстати, если не досмотреть, то и живого тираннозаврика могли притащить)

А когда я гоню их прочь пинками и затрещинами, я – зверь! Заодно еще садист и враг науки.

Ну да, ну да.

Теперь вот лежу под завалом.

Ибо у нас землетрясение.

Говорю же – планета молодая!

Нет, тех козлов, по недоразумению именуемых научными сотрудниками, удалось загнать в специальное укрепленное помещение, где им падение потолка на головы не угрожает. Но фишка в том, что воздуховоды, ведущие в атмосферу, завалило. А запас кислорода в аварийных баллонах ограничен.

Инструкция же предусматривает, что при начале землетрясения, сотрудники должны бежать из помещения, а не вглубь его. Но у нас все энтузиасты, так что в место, предназначенное для спасения одного-двух неудачников, не успевших выскочить наружу, набилось человек двадцать. А значит что?

Значит, что если в течение трех часов мы не сумеем проделать хотя бы небольшое отверстие для поступления кислорода, то получим действующую газовую камеру. Этакий Освенцим 2.0.

Ага.

А решать проблему должен кто?

Разумеется, шеф службы безопасности. Это, как вы понимаете, мои прямые обязанности.

И вот, разгребая куски покореженного железобетона, я ползу под завалом, чтобы пробить то вожделенное отверстие.

Понятно, что помощь рано или поздно придет и, как поется в старой пестне «Нас извлекут из-под обломков»… Вопрос лишь в том, живые мы будем к тому радостному моменту или уже нет.

Если кому интересно, что когда-то и я был энтузиастом. Именно поэтому у меня сейчас биопротез вместо правой руки, четыре ребра заменены на титановые, а в черепной коробке имеется вставка из углепластика. В общем, я киборг на минималках.

Нет, в одежде выгляжу как вполне обычный человек. А если раздеваюсь, то более всего напоминаю не до конца сгоревшего терминатора из известного фильма.

К чему я это говорю? Да к тому, что биопротез с костями из стали, развивает усилие на порядок большее, чем способен даже очень тренированный человек. Так что шансы пробиться наружу все-таки есть.

Проблема в другом – механическому устройству нужна энергия, а заряд в батареях я, продвинувшись на четыре с половиной метра, изрядно подрастратил. А масштаб завала неизвестен, так что непонятно сколько мне еще подзти.

И гадская плита на спину давит все сильнее, буквально выжимая воздух из легких. Они-то у меня родные, не синтетические. Могу и задохнуться невзрачай!

От прилившей внезапно злости изо всех сил врезал стальной рукой по преграждавшему путь куску железобетона. И кажется пререстарался – что-то хрустнуло.

Болевые ощущения в протезе я отключил, но там есть недостаток – металлические кости после перелома не срастаются!

Но, если подумать, сейчас это не актуально. Так что я напряг силы и ударил снова.

Результат оказался несколько неожиданным.

Видимо тот кусок, через который я пытался пробиться, отчасти поддерживал плиту, что давила мне на спину. В результате удара она дрогнула… и заметно просела, выбивая из меня дух. Гаснущее сознание еще успело отметить какую-то вспышку света. Но была ли то щель, образовавшаяся в крошеве бетонных обломков, или то распахнулся пресловутый тоннель, по которому якобы отлетают души умерших… В этом я не разобрался.