Стальная схватка

Соня никогда не была человеком. Она родилась в лаборатории профессора Велесова и ясно помнила первые мгновения жизни. Искрящийся свет, отраженный в белом, бил в глаза. Соня моргнула — глаза прикрыла темная пелена, спасла от слепящей яркости.

— Она – совершенство! – раздался голос, и над Соней склонилось плоское, бородатое лицо.

— Как вы ее назовете, Иван Сергеевич? – другой голос звучал чуть поодаль, в стороне.

— Sonia — Sophistical Organic Novel Ideal Article. Соня – уникальный органический образец, обладающий необычными, выдающимися способностями.

— Какие странные у нее получились глаза — фиолетовые и фасеточные, как у стрекозы.

— Ее глаза созданы на основе симбиоза клеток человека и насекомых. Они реагируют на движение, дают широкое поле зрения, на ярком солнце темнеют для поглощения лучей света. Клетки, окружающие хрусталик, образуют светонепроницаемую оболочку. Еще я добавил остроту зрения и способность к восприятию инфракрасного излучения.

— Кроме глаз Соня обладает улучшенной памятью. За считанные секунды ее мозг способен воспринимать, обрабатывать и сохранять огромный поток информации. Тысячи нано-роботов внутри Сони отвечают за защиту и быструю регенерацию тела и органов. Но главное: в Соне заложена полная свобода воли. Она никогда не будет зависеть от капризов и желаний человеческой расы.

— Вы не боитесь проявлений жестокости? Будет ли она способна отличить добро от зла? – в «другом» голосе звучал страх. – Что, если она решит кого-то убить?

— Для этого, мой друг, я и пригласил вас – одного из лучших психологов Земли. Ваша задача – разъяснить Соне моральные нормы homo sapiens. Соня создана для сохранения жизни, а не для разрушений и убийств.

— Соня, вставай!

Она резко дернулась вверх, пружинисто выпрямилась. Повернула голову и отчетливо увидела окружающее пространство. Рядом с ней стояли две одетые в белое фигуры. По ряду вторичных признаков Соня решила, что это особи мужского пола, земляне. Одна из фигур взмахнула рукой – перед Соней открылся широкий отражающий экран. С экрана на нее смотрела особь женского пола, неопознанной расы, с огромными фиолетовыми глазами, испещренными почти невидимой сетью шестиугольных фасеток. Над глазами раскинулись две темные полосы – брови, в центре лица – прямой нос с двумя круглыми ноздрями. Ниже — рот с чуть выпуклыми розовыми губами. На макушке головы торчали тонкие светлые нити – волосы. Тело было одето в серебряный костюм.

— Меня зовут Соня! – пропела она тонким голосом своему отражению.

К Соне приблизились мужские фигуры. Один – с бородой на лице и овальными голубыми глазами слегка растянул губы и произнес:

— Соня, я даю тебе свою фамилию. Отныне ты — Соня Велесова, дочь профессора Ивана Сергеевича Велесова. Твой человеческий возраст – двадцать лет. Пол – женский.

— Профессор, — воскликнул второй — психолог. – Вы же не думаете представить ее обычной женщиной? Она никогда не сможет рожать детей — вы понимаете, о чем я?

Его рост был ниже, а глаза – коричневыми, на узком лице резко выступал крупный нос. Соня решила, что возраст второго значительно меньше возраста профессора.

— К вашему сведению, Сачков, большинство земных женщин уже лет двести как не рожают детей. С этим отлично справляются искусственные репликаторы. Что касается остального – Соня способна любить, желать и даже страдать. Но эти чувства не заложены в ней изначально. Соне придется развивать их в течение всей жизни, как это делают люди. Сейчас ее эмоциональный интеллект на уровне шестилетней девочки. Надеюсь, вам удастся быстро развить чувства Сони до ее физических двадцати лет.

— Уже в предвкушении, профессор! Я впервые буду работать с «нечеловеческим» мозгом. Это так увлекательно!

«Второй» широко растянул губы и приблизился к ней. Соня тут же почувствовала отклонение от нормы: тело пронзили холодные нити. Руки слегка сжали гладкую поверхность, на которой она сидела. В застывших глазах многократно отразилось носатое лицо психолога. Ей это не нравится. Что-то не так!

Следующие месяцы Соня провела в закрытой комнате, изучила ее до мелочей. С каждым днем в комнате становилось все больше предметов. Сначала убрали высокий стол с датчиками, на котором она очнулась. Принесли узкую кровать, накрытую тонким хрустящим покрывалом.

— Разве мне нужен сон? – спросила она профессора.

— Не нужен! Я хочу, чтобы ты освоила образ жизни человека. Люди спят каждые сутки. Ты также будешь на несколько часов ложиться на эту кровать и закрывать глаза.

— Могу я думать, пока мои глаза закрыты?

— Конечно, дорогая! – профессор легко прикоснулся к Сониному плечу. Непонятное ощущение касания чужой руки беспокоило Соню, вызывало в ней чувство тревоги.

После кровати в комнате появились два кресла, а на запястье Сони профессор прикрепил терминал для входа в инфосеть. Ей предстояло прочесть – загрузить гигабайты информации по истории, биологии, экзобиологии, квантовой физике, межрасовым и межпланетным коммуникациям. Соня часами сидела в кресле перед голографическим экраном и впитывала данные в свой юный мозг.

Каждые сутки приходил носатый психолог, и они подолгу беседовали. Разобрали ее эмоции, мысли и чувства. День ото дня Соня училась понимать себя и окружающих. Ее необыкновенные глаза умели распознавать мельчайшие движения лиц, считывать эмоции.

— Олег, когда мне разрешат выйти из комнаты? – как-то спросила она.

Соня знала: за дверью есть другие помещения. Ее неудержимо тянуло посмотреть на «внешний» мир Земли своими глазами. Вдохнуть воздух, почувствовать движение ветра, касание солнечных лучей. Увидеть незнакомых ей людей.

— Наш комплекс находится глубоко под землей, — рассказывал Олег. — Со времен первой межпланетной войны все важные объекты Земли убрали с поверхности. Мы можем подняться на лифте и прогуляться по «наземному» городу, если желаешь.

— Желаю! – внятно произнесла Соня, а в ее глазах размножились фрагменты лица психолога.

«Эти глаза – явная неудача Велесова, — решил психолог. – О чем он только думал, когда посадил на лицо Сони жуткие фиолетовые гляделки? Могла быть красивой девушкой – а выглядит монстром».

На следующий день психолог выдал Соне костюм—скафандр из плотной ткани и легкий звукопроницаемый шлем.

— Мое тело уже содержит защиту от вредоносной среды, — Соня слегка подняла брови – изобразила удивление, как ее учили.

— Знаю! – отмахнулся психолог. – Но профессор сказал: ты не должна показывать другим, что отличаешься столь сильно. Иначе тебя могут захватить и использовать в научных целях.

— Что это значит? Меня разберут на составные части и будут изучать строение внутренних органов? – спокойно уточнила Соня.

— Скорее всего! – проворчал психолог Сачков, помогая девушке надеть скафандр с ненужным запасом кислорода. Плотно застегнул, прикрепил шлем, посмотрел. Если не обращать внимания на глаза – обычная землянка.

Психолог тоже нацепил скафандр и они вышли за дверь. Перед Сониными глазами тянулся длинный коридор с бегущей вдаль стальной дорожкой. На дорожке возле двери стоял аэрокат — платформа на гравиподушке с держателями и панелью управления. В обучающих роликах Соня видела, как люди передвигаются на аэрокатах, и уверенно шагнула в центр платформы. Психолог встал рядом, положил руку на панель, и они устремились вперед. Платформа плыла – ехала, набирала скорость, замедлялась на поворотах. Соня осматривалась: вокруг мерцали датчики дверных замков. Порой навстречу плыли другие платформы.

В конце пути их ждала прозрачная труба-лифт. Платформа остановилась, Олег и Соня спустились на пол. Олег коснулся датчика на стенке лифта, часть трубы отползла в сторону, и они вошли. Лифт бесшумно летел вверх, мелькали коридоры, люди в белых костюмах, скафандрах, в незнакомой и красивой одежде. Соня щелкала глазами окружающий мир, собирала в копилку, фиксировала, запоминала. Когда движение остановилось, и труба выпустила их наружу, Соня резко зажмурилась — включились защитные фильтры. Какой яркий свет! Они стояли в центре высокого купола, утопающего в желтом сиянии.

Олег с улыбкой глядел на Соню.

— Здесь всегда так светло? – журчал Сонин голос.

— Это же Солнце – звезда нашей системы.

«Я видела Солнце – на экране, — думала Соня, — только не знала, что его мощь столь велика!».

— Пойдем, покажу тебе планету Земля, — Олег махнул в сторону выхода из купола.

Соня робко последовала за ним. «Опасность!» — крикнул мозг, едва она вышла наружу. На нее летели, бежали, кричали, шумели буйные вихри железных машин, людей и роботов. Поверхность планеты оглушила – ослепила Соню. Он подняла голову и обмерла.

Тонкие, ребристые башни пронзали голубое небо. Меж башен скользили блестящие точки — аэрокары. Внизу, на земле, тянулся длинный ряд лавок – магазинов с орущими динамиками-зазывалами. Соня опустила глаза – под ногами стелился грязный тротуар. Кругом летел мусор, за ним с ревом и грохотом тащился робот-уборщик, ловил, сгребал, собирал. Мимо прошли два андроида. Один – с закутанной в скафандр собакой. Другой —с огромной сумкой в стальной руке. Соня присмотрелась – глаза пустые, холодные. Что она хотела увидеть? Они слишком разные. В них нет чувств и эмоций.

— Соня, пойдем! Что хочешь посмотреть? – Олег слегка коснулся ее руки. Соня вздрогнула и отдернула руку: она ощущала дискомфорт от прикосновений. Даже через ткань скафандра.

— Странно! Почему телесный контакт вызывает у тебя брезгливость?

— Не могу понять. Но мне это не нравится.

Олег сморщил лоб и задумался. Необычная реакция. Нужно провести ряд тестов и выявить причины. Он шагнул вперед и скользнул глазами по бойкой улице – для поездки по городу им нужен аэрокар.

Соня сделала несколько шагов, повернулась к Олегу – спросить, куда двигаться дальше, как вдруг ее резко толкнуло в сторону. Она прогнулась, перенесла центр тяжести, выпрямилась и обернулась к источнику угрозы. Рядом стоял андроид – слуга. Короткие волосы, серые глаза без ресниц, тонкие губы на спокойном лице. Узкая рука крепко сжимала красный пакет.

— Простите, мадам! Я слишком резко отклонился от аэрокара. Понимаете, я несу очень ценный груз. Здесь лекарство для моей хозяйки.

Голос андроида звучал мягко, его глаза не были пустыми, как у тех, других. Соня растянула губы — улыбнулась. Решила, что вышло не очень хорошо. Надо тренироваться у зеркала.

— Я вас прощаю. Ущерб минимальный. Я не упала.

Андроид пристально разглядывал ее лицо, особенно глаза.

— Соня, что случилось? – воскликнул Олег. – Этот андроид тебя толкнул?

— Все в порядке, Олег. Не стоит беспокоиться.

— Убирайся! – жестко крикнул психолог. – За нанесение телесных повреждений тебя могут отправить в переработку.

— Зачем так жестоко? – удивилась Соня. – Он ничего не сделал, просто хотел сберечь ценный груз.

— Соня, ты не понимаешь! Все андроиды обязаны подчиняться законам. Человек для них – святое! Они не могут причинить человеку вред.

— Олег, но ведь и я – не человек, – негромко возразила Соня.

В пылу спора они забыли о невольном свидетеле – андроиде. Он неподвижно стоял рядом с красным пакетом, прижатым к груди, и не сводил глаз с двух спорящих органиков. Странно! Ему показалось, эта женщина – человек. Ее лицо и тело — как у человека. Только глаза отличаются – фиолетовые, покрытые микроскопической фасеточной сеткой, слегка выпуклые. Возможно, что она – андроид?

— Уходи! Наказания не будет, — тихо сказала Соня.

Андроид смотрел на нее застывшим взглядом. Внезапно Соня улыбнулась. Улыбка вышла натянутой, неживой. Она – как он, андроид. Только лучше. Новая модель?

— Меня зовут Соня! – она протянула руку в серебристой перчатке скафандра.

Андроид молча подал свою – из стали и пластика – и легко пожал руку Сони.

Она не ощутила брезгливости, как от телесного контакта с человеком. Интересно: почему?

— Модель АйСи-98, — прозвенел в ответ голос андроида.

— Рада познакомиться, Айси! – сказала Соня.

Андроид слегка кивнул, сорвался с места и побежал в сторону башен из стекла и бетона. Красный пакет легко подрагивал в его стальных руках.

— Возмутительно! – ворчал Олег. – Ты рушишь нашу легенду. Профессор больше не выпустит тебя на поверхность. Представляешь, что будет, если о тебе узнают?

— Меня разберут на части, вскроют мой череп, заглянут в мой мозг, будут его изучать, — ровно ответила Соня.

— Жутко звучит! Давай соблюдать секретность. Надень-ка очки!

Олег вытащил из обширного кармана скафандра пару темных очков, протянул Соне.

Она сняла шлем, спокойно вдохнула грязный воздух, нацепила очки, снова надела шлем.

— Куда хочешь пойти? – Олег посмотрел на Соню в очках – теперь не отличить от человека. И зачем профессор придумал для нее такие страшные глаза?

— Можно в музей робототехники? – робко спросила Соня.

— В музей так в музей! – одобрил Олег и махнул рукой.

Подлетел обшарпанный аэрокар. Откинулась крыша. За рулем сидел похожий на куклу робот с зелеными огоньками глаз и тонкими стальными пальцами на руле управления.

— К башне Альянса! — распорядился Олег.

— Стоимость поездки – двадцать юниверов, — прошелестел робот.

— Соня, садись! – Олег забрался на заднее сидение аэрокара, Соня протиснулась и уселась рядом.

Ее охватили незнакомые чувства: волнение, тревога, ожидание. Хотелось увидеть – узнать как можно больше. Она сняла шлем, вдохнула запах – пластик, человеческий пот, смазка.

Аэрокар развернулся и резко взмыл в воздух.

— Как называется этот город? – спросила Соня.

— Москва, — гордо ответил Олег. – Лучший город на планете!