Стальной цветок в плену интриг

В комнате царила абсолютная тишина, так что я могла услышать биение собственного сердца, быстрое и частое. «Тух-тух-тух-тух». Словно у птички, попавшейся в силки.

Наверно я и была вроде той птички, только отправилась в чужие сети добровольно, полностью осознавая, что делаю.

Минуло две недели с того момента, как госпожа Лао предложила мне сблизиться с госпожой Сяо. И около полутора лет с того дня, как я вернулась в прошлое.

Все эти долгие месяцы я отчаянно старалась выжить и хоть что-то изменить.

Я училась заводить полезные связи и находить покровителей. Я получила дар видеть то, что недоступно другим. Я едва не утонула, когда меня столкнули в пруд, и едва не стала изменщицей, когда меня пытались подставить.

Мне думалось, что я прошла долгий путь, но, оглядываясь назад, изменения оказались совсем крошечными, едва значимыми.

Да, я сблизилась с Янь Лэном, командиром тайной стражи. Но в этом не было особой моей заслуги – он первый подошел ко мне.

Да, я смогла предотвратить пожар, и госпожа Чун стала относиться ко мне лучше. Но, как оказалось, она и прежде была неплохим человеком, просто я этого не замечала.

Да, я узнала, что госпожа Гуй владеет слабым магическим даром. Но госпожа Гуй, хоть и была высшей наложницей, однако в дела других предпочитала не лезть. В первую очередь она защищала саму себя, так что и мне помочь ничем не могла.

Да, я спасла сына госпожи Лао, и она сохранила свое положение. Я надеялась, что это поможет обрести мне могущественного союзника, но в итоге оказалось, что она никогда не доверяла мне.

Скорее наоборот, мою искренность она посчитала подозрительной. И пока я от всей души желала ей помочь, госпожа Лао искала в моих действиях дурные намерения.

Но я сама была виновата.

Вполне ожидаемо, что такая холодная и расчетливая женщина никогда бы не поверила в чужую доброту.

Она была близка к императору и фактически управляла слабовольной императрицей. У нее имелась влиятельная семья и связи. Она занимала слишком высокое положение и была окружена врагами.

Неудивительно, что каждого человека, пытавшегося приблизиться к ней, она воспринимала как угрозу или вражеского посланца.

Она жила в мире, где просто не существовало искренности, а каждый чего-то от нее хотел, будь то деньги или власть.

Просто я сама была слишком наивна, чтобы осознать это раньше. И по-глупому верила, что госпожа Лао увидит в моих поступках только желание помочь, не более.

Осознать правду оказалось горько и больно. Словно все мои труды были напрасны, а мои чистые порывы растоптали и извратили.

Но мне пришлось взять себя в руки – больше ничего и не оставалось.

Ведь, как бы на самом деле ни относилась ко мне госпожа Лао, я должна была сделать то, ради чего вернулась в прошлое. Должна была предотвратить смерть императора и найти его настоящего убийцу.

А пока что, кроме госпожи Сяо, никаких других подозреваемых у меня не было, так что с ней следовало разобраться в первую очередь.

Поэтому, даже узнав об истинных чувствах госпожи Лао, я собиралась воплотить ее идею в жизнь.

Да, это было бы тяжело и опасно, даже если бы госпожа Лао доверяла мне. А уж без ее поддержки это было опасно вдвойне. Но и бездействие не могло привести ни к чему хорошему, а мне давно следовало учиться играть по местным правилам. А не надеяться на то, что справедливость восторжествует сама собой.

Тем более, что на следующий день, после нашего с госпожой Лао разговора, последний шанс получить доказательства причастности Сяо к смерти наследного принца исчез. Ведь Лифэнь сообщила мне, что тайный городской дом евнуха Цзюн Юя сгорел.

Вряд ли это произошло случайно – скорее уж кто-то прознал о нем и поджег нарочно. И я не знала, успела ли благородная супруга там что-то найти или нет.

Зато точно знала, что даже если и успела, то мне об этом никогда не расскажет.

Ничего страшного…

Да, я рассчитывала на Лао и полагала, будто приобрела могущественную союзницу в ее лице. Но даже без нее я могла справиться. Ведь у меня оставалась верная Мэйли, призрачная Лифэнь и Янь Лэн.

Да и госпожа Лао… пусть она не доверяла мне, но цель у нас все-таки была одна. И я точно знала, что она непричастна к смерти императора, ведь к тому моменту благородная супруга и сама была мертва.

Просто теперь мне следовало быть вдвойне осторожней. Не выкладывать все сразу госпоже Лао, как делала это прежде, а играть по своим правилам. Балансировать между ней и Сяо, чтобы ни одна из них не догадалась, что я знаю куда больше, чем им хотелось бы.

И хорошо, что я не попыталась прямо остановить госпожу Лао от ее плана с фальшивым покушением. Иначе она стала бы подозревать меня еще больше, а может и вовсе решила бы убрать с доски, посчитав слишком опасной.

Может она и не любила убивать каждого, как это делала госпожа Сяо. Но на ее руках наверняка была чужая кровь, причем немало.

Остаток времени я готовилась ко встрече с госпожой Сяо.

Мне нужно было идеально сыграть свою роль, чтобы она ничего не заподозрила. Поэтому я раз за разом оттачивала выражение своего лица, полуулыбку и взгляд. Повторяла слова, которые собиралась сказать ей, подбирая идеальную интонацию.

Часами стояла перед зеркалом, чтобы каждый мой жест, каждое движение бровей или взмах ресниц выглядели идеально.

И вот, наконец, я отправила Мэйли с запиской. Точнее, с двумя записками. Первую из них служанка передала госпоже Лао через Лю Сюня – нельзя было, чтобы благородная супруга начала подозревать меня еще сильнее.

Текст ее был прост, но понятен лишь нам двоим:

«Я закончила свою вышивку и сегодня отправила ее в подарок. Надеюсь, рукоделие окажется достойным похвалы».

Это значило, что я готова приступить к исполнению замысла госпожи Лао.

А вот над письмом для высочайшей благородной супруги мне пришлось постараться куда больше, тщательно подбирая каждое слово. Ведь в будущем я хотела стать к ней ближе, а значит нужно было показать свое почтение и вызвать хоть толику любопытства.

«Высочайшая благородная супруга Сяо, ваши мудрость и сила вызывают во мне искреннее восхищение, которое бы мне дерзновенно хотелось выразить лично. Осмелюсь ли я надеяться, что вы проявите благосклонность к скромной наложнице, и позволите мне разделить с вами чашечку чая? Не среди чужих взглядов, а в тишине и уединении, ведь есть кое-что, чем я хотела бы поделиться с вами. Ожидающая вашего решения с трепетом и надеждой, наложница Ли Юэ».

К счастью, подобное письмо и впрямь сработало – как и предсказывала благородная супруга, уже на следующий день госпожа Сяо вызвала меня к себе.

Испросить разрешения у госпожи Чун оказалось несложно, хотя, как только Мэйли принесла приглашение, меня начало потряхивать от волнения.

По пути во дворец высочайшей благородной супруги это волнение достигло своего предела, так что я то и дело вытирала потные ладони о платье, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

Так страшно мне не было даже в пещере шаманки. Я привыкла быть искренней, а теперь вступала в опасную игру, где постоянно требовалось лгать, держать лицо и следить за каждым своим взглядом. И я отчаянно боялась ошибиться.

Когда паланкин остановился возле дворца Вечного Долголетия, я сделала несколько глубоких ровных вдохов, но это помогло мало. На пороге я оступилась и едва не упала, с трудом сумев удержать равновесие благодаря Мэйли, сопровождавшей меня. Ее теплая рука немного привела в чувство, так что дальше шла уже более уверенно.

Несмотря на просьбу о личной встрече, в чайной зале, куда нас привел евнух, было много народу – служанки и другие наложницы, жившие во дворце.

Сама госпожа Сяо занимала место хозяйки, расположившись за столом на небольшом возвышение.

– Высочайшая благородная супруга, примите этот скромный подарок в знак моего искреннего почтения, – я поклонилась и кивнула Мэйли, что передала одной из служанок Сяо небольшой сверток.

Внутри лежал дорогой чай и ароматный мешочек, вышитый мною – приходить с пустыми руками было бы невежливо.

– Благодарю тебя, сестра. Присаживайся, – госпожа Сяо махнула рукой, даже не глянув в сторону подарка.

На ее подкрашенных губах играла доброжелательная улыбка, но я видела, что на самом деле она смотрела на меня со смесью пренебрежения и жестокого любопытства. Словно ребенок, который разглядывает насекомое, пытаясь решить его дальнейшую судьбу. Раздавить? Или отпустить? А может, посадить в деревянную коробочку?

– Спасибо, что оказали мне честь и позволили разделить с вами это чаепитие, – я почтительно улыбнулась в ответ, еще раз церемониально поклонилась и присела напротив, куда указала госпожа Сяо.

Та кивнула в ответ и велела одной из своих наложниц:

– Сестра, будь добра, налей наложнице Юэ чай. Сегодня она моя дорогая гостья.

Я двумя руками приняла чашку, сделала три маленьких глотка и постучала пальцами по столу в знак благодарности.

Какое-то время все наслаждались чаем, затем потек неспешный разговор.

В целом, это не особо отличалось от чаепития в моем дворце, хотя я рассчитывала, что госпожа Сяо сразу встретится со мной наедине. Но возможно таким образом она хотела заставить меня потерять бдительность. Или же просто решила проверить мое терпение и сперва понаблюдать за мной, как уже наблюдала прежде.

В любом случае, я ни на мгновенье не забывала о том, зачем пришла, и старалась вести себя соответствующе.

Наконец, госпожа Сяо накрыла свою чашку рукой, дав понять, что больше не будет, и произнесла:

– Что ж, сестра Юэ, следуй за мной.

Она поднялась и все остальные тоже поднялись, чтобы проводить ее поклоном, а спустя пару минут мы оказались в личных покоях высочайшей благородной супруги.

В этот раз госпожа Сяо не предложила мне сесть, словно решив показать свое превосходство. Она молча разглядывала меня, а я стояла напротив, ожидая, пока госпожа Сяо позволит мне начать разговор.

От вновь накатившего волнения в ушах зашумело, но в этот раз верная Мэйли осталась за бамбуковыми створками.

Похоже, пришла пора серьезного разговора. И мне никак нельзя было сейчас ошибиться.

Быть любезной – жадные люди всегда любезны с теми, кто сильнее их. Сохранять лицо. Подобострастно улыбаться.

Тишина продлилась не меньше минуты, а после госпожа Сяо наконец проговорила:

– Так чем ты хотела поделиться со мной, наложница Ли?

– Благодарю, что уделили мне свое драгоценное время, госпожа Сяо, – я в очередной раз поклонилась, выставив вперед сцепленные руки. – Воистину, вы мудрее и добрее всех в Запретном Городе.

Льстить у меня получалось плохо, но сразу выложить ей цель своего визита я не могла. Уже оплошала с госпожой Лао, и в итоге она приняла мою искренность за ложь и корысть.

Нельзя было повторить ту же ошибку.

Перед госпожой Сяо я должна предстать жадной до власти, но не имеющей никаких связей наложницей, желающей обзавестись могущественной покровительницей.

Но о таких желаниях никто не говорит прямо.

Вдобавок, мне следовало показать ум и хитрость, чтобы госпожа Сяо посчитала меня полезной. Но не слишком – госпожа Сяо не должна была увидеть во мне угрозу.

Ох, и как же все это сложно…

– А госпожа Чун говорила, что ты совсем не умеешь льстить, – усмехнулась госпожа Сяо.

– Просто госпожа Чун неспособна должным образом позаботиться о своих младших сестрах. Равно как и благородная супруга Лао, – ответила я.

Намек был довольно грубым, но и слишком затягивать не стоило, чтобы госпожа Сяо не потеряла терпение.

– А мне казалось, вы с госпожой Лао довольно близки, – хмыкнула Сяо. – Ты ведь частенько бываешь в ее дворце.

– Верно, – я кивнула. – За минувший год я частенько бывала в ее дворце, но так и осталась низшей наложницей, не удостоившейся чести посетить императорские покои.

Последняя фраза была опасной для меня – того, что для любой другой наложницы являлось благом, я боялась больше всего. Но госпожа Сяо прекрасно знала о моем положении, поэтому просто не могла его не упомянуть. А уж как отказаться от чести согреть ложе Сына Неба можно было подумать позже.

– Да, слышала Его Величество так и не вытащил табличку с твоим именем. Неужели госпожа Лао не умеет быть благодарной? Или это просто ты не умеешь быть полезной? – прищурилась Сяо.

– Я умею быть верной, если только мою верность готовы оценить по достоинству, – я поклонилась. – Вы наверняка слышали, что я помогла вылечить сына госпожи Лао. И она благодарила меня за это… словами.

– Слышала, – Сяо недовольно поморщилась. – И понимаю, к чему ты клонишь. Но быть полезной и быть верной разные вещи. К тому же, сейчас ты стоишь передо мной, так что твоя верность тоже вызывает сомнения.

– Если кому-то недостаточно года, чтобы оценить верность, значит он никогда уже не сможет ее оценить, и оставаться верной нет смысла, – покачала головой я. – Что же касается пользы… бывая в покоях госпожи Лао я успела кое-что узнать. Пускай немного, но даже так у меня остался там преданный друг среди евнухов. Да и с госпожой Лао мы не ссорились. К тому же, я могу выполнить любое поручение, которое мне дадут.

Лю Сюня я упомянула с разрешения самой благородной супруги.

– Сомневаюсь, что тебе могли доверить какие-то секреты, – усмехнулась Сяо. – Но если я все же решу проверить твою полезность, что ты захочешь взамен?

Так, это мы обсуждали. Сейчас мне требовалось показать понятную и простую для госпожи Сяо цель.

– Вы наверняка знаете, что у меня нет влиятельной родни или денег. Я недостаточна красива, чтобы привлечь внимание Его Величества и прекрасно понимаю пределы своих возможностей. Но, как и любой другой, мне хочется чего-то большего, – я изобразила на лице жадность. – Хочется подняться выше. Но не слишком высоко, ведь с высоты падать больнее. Чуть больше слуг, чуть дороже платья, чуть больше уважения.

– Хорошо, – качнула головой госпожа Сяо. – Но что ты можешь мне дать прямо сейчас, помимо своей верности?

К этому вопросу я тоже была готова.

– Слышала, у вас во дворце работает один евнух. Вам не стоит ему доверять, я видела, как он тайно передавал записки госпоже Лао, – и понизив голос, я назвала имя, которое узнала от благородной супруги.

– Что ж, я услышала тебя, – на лице Сяо не отразилось ни капли удивления. – Я подумаю над твоими словами. Но помни, если вдруг ты решила обмануть меня, то горько об этом пожалеешь.

Несмотря на угрозу, голос высочайшей благородной супруги звучал спокойно, отчего слова казались еще более весомыми. И лишь глаза ее внимательно следили за каждым моим жестом.

– Я бы никогда не посмела, госпожа Сяо, – я изобразила благоговение. – Я успела узнать, что лучше не становиться на вашем пути. И я умею учиться на своих ошибках.

Эта фраза должна была показать, что я догадалась, кто стоял за покушением, и осознала власть госпожи Сяо.

– Тогда ступай, я сама позову тебя, – Сяо махнула рукой.

Поклонившись напоследок, я мелкими шагами попятилась к выходу. Но даже покинув покои высочайшей благородной супруги, продолжала держать лицо до тех пор, пока не добралась до своего паланкина. С помощью Мэйли чинно залезла внутрь и только там, в одиночестве, скрытая от чужих взглядов, дала волю эмоциям.

Руки мелко тряслись, во рту пересохло, а в груди кололо от пережитого страха. Кололо в прямом смысле – в покоях госпожи Сяо я контролировала даже дыхание, так что сейчас жадно глотала воздух и никак не могла им насытиться.

Но, несмотря на все это, в то же время где-то внутри меня зрело новое незнакомое чувство. Наверно, то же самое испытывает охотник, увидевший в дальних кустах силуэт бегущей дичи.

Первый шаг был сделан. Теперь оставалось только ждать решения госпожи Сяо.