Стальной кочевник 3

Рассвет едва разгорался, когда мы оставили машины в начале улицы. Отсюда до школы было метров триста.

Я проверил автомат, передёрнул затвор. Рядом стояла шестёрка «офисных». Дмитрий, Юра, Сергей, Максим, Олег и Анатолий. Смотрели на цель спокойно, без нервов. На лицах — никаких эмоций.

Сергей поднёс к глазам монокуляр, осмотрел здание.

— Двое на крыльце. Курят.

— Ждём, — коротко ответил Дмитрий.

Я поправил разгрузку, прислушался к себе.

Сегодня мы не за трофеями. Точнее, не только за ними. Главное — проверка. Проверка того, чему парни научились за эти недели. Скилл, как они говорят.

Неделю назад.

— Есть картинка, — сказал Сергей, не отрываясь от ноутбука.

Мы сидели в подвале полуразрушенного дома на окраине Города. На экране — трансляция с дрона, зависшего высоко над зданием школы. Трёхэтажная, с облезлой штукатуркой и разбитыми окнами. Во дворе — три пикапа, микроавтобус, на крыльце — пара человек с автоматами. Один курил, второй просто стоял, опершись о косяк.

— Сколько там может быть народа? — спросил Дмитрий, вглядываясь.

— Человек двадцать пять, — прикинул я, отталкиваясь от количества транспорта и обычного расклада в таких бандах.

Сергей приблизил картинку. На втором этаже, в окне с решёткой, мелькнуло чье-то лицо и сразу исчезло.

— Снимай всё, — Дмитрий подался вперёд, вглядываясь в экран. — Окна, двери, входы-выходы. Карту склепаю, отыграем каждый метр.

Дрон завис, меняя ракурсы и заглядывая в разбитые окна. Сергей водил стиком, заставляя камеру медленно огибать здание. На экране поплыли детали: ржавые пожарные лестницы, заваренные с торцов двери, мешки с песком у окон первого этажа — самодельные огневые точки. На крыше — пулемётное гнездо, прикрытое шифером и старыми дверями. Пулемётчик спал, развалившись на матрасе.

— Вон тот угол, — Максим ткнул пальцем в экран. — Видите? Провода тянутся. Генератор у них в подвале или в пристройке.

— Значит, подвал жилой, — кивнул Олег.

— И кухня, — добавил Юра. — Вон, из трубы сбоку дым. Столовая на первом этаже, справа от входа.

Я прикинул, запоминая. Вход один — парадный, с крыльцом. Чёрный, судя по всему, заварен. С торцов есть не закрытые мешками окна — узкие, но пролезть можно.

— Посты меняют каждые четыре часа, самое удобное время — с утра. — констатировал Олег

— Утром и пойдём, — согласился Сергей. — Но сначала карта. Мне нужно пару дней, чтобы перегнать в движок.

— Два дня — нормально, — сказал я.

Дрон сделал последний круг и начал снижаться. Сергей захлопнул ноутбук, спрятал в рюкзак. Мы бесшумно покинули подвал, растворившись в руинах Города.

Три дня назад. Турбаза.

— Заходите, — скомандовал Сергей.

На экране шесть фигурок в чёрном двигались по виртуальной школе. Те же коридоры, те же лестницы, те же двери — точная копия реального здания, построенная по съёмкам с дрона. Даже освещение Сергей подогнал — тусклое, с провалами в темноту, как в настоящих коридорах.

— Двое на входе, — отметил Дмитрий, глядя на радар.

— Проходи левым крылом, через спортзал. Я правым, через столовку. Встречаемся на втором.

Пальцы замелькали по клавишам. На экране фигурки разделились, нырнули в разные проходы. Я сидел рядом на стуле, смотрел, пытался вникнуть в их логику.

— Серый, у тебя фланг открыт, — бросил Олег, не отрываясь от монитора.

— Вижу. Дима, прикрой.

— Понял.

Короткие очереди на экране, пара вспышек — и двое вражеских ботов исчезли.

— Левое крыло чисто, поднимаюсь на второй.

— Правое чисто, тоже на второй.

Четыре часа они гоняли эту карту. Сначала просто запоминая маршруты — где какие двери, куда ведут лестницы, где можно залечь, а где простреливается насквозь. Потом Сергей накидал ботов — штук двадцать, с простым скриптом: патрулировать и стрелять при обнаружении. К вечеру первого дня боты перестали быть проблемой — их выносили за минуты, без потерь.

На второй день Сергей усложнил: боты получили усиленный интеллект — прятались за укрытия, вызывали подмогу, пытались обходить с флангов. Тогда пошли первые потери. Дмитрий выматерился, когда его «убили» в четвёртом раунде.

— Какого хрена? — он откинулся на спинку стула. — Они же боты!

— Умные боты, — спокойно ответил Сергей. — Привыкай, в реале тоже не дураки.

К концу второго дня они приноровились. Начали работать в парах, прикрывать друг друга.

Потом разделились на две команды, и началась настоящая мясорубка. Я смотрел, как они двигаются, перекрикиваются, матерятся, когда проигрывают, и довольно ухмыляются, когда выигрывают. Они словно забыли для чего всё, и просто играли. Как дети.

— Попробуй, Босс, — предложил как-то Анатолий, отодвигаясь от компа.

Я покосился на него. Прозвище прицепилось ко дня неделю назад, как раз когда мы закончили с первой серией тренировок. Сидели вечером, курили на крыльце, обсуждали планы. Кто-то обратился так, и прижилось. Босс — и всё. Коротко и понятно.

— Давай, Босс, — поддержал Дмитрий. — Покажи класс.

Я сел за комп. Опыт у меня уже был — за эти дни я тоже немного научился. Но всё равно первый же бот убил меня через десять секунд. Анатолий заржал.

— Босс, ты куда попёр? Там же прострел!

Второй раз меня убили через пятнадцать секунд. Уже лучше. Третий — продержался полминуты, но так никого и не снял.

К концу второго часа я начал понимать, как они мыслят. Не просто «беги и стреляй», а просчитывать на несколько шагов вперёд. Где противник может быть, куда пойдёт, откуда ударит. В какой-то момент я даже снял двоих подряд — боты попались нерасторопные, застряли в дверях.

— О! — Анатолий хлопнул меня по плечу. — Босс, красава! Дабл-килл!

— Неплохо для новичка, — усмехнулся Дмитрий. — Главное в реале не затупи.

— Постараюсь, — ответил я, отодвигаясь от компа.

Сергей глянул на часы, потянулся.

— Всё, на сегодня хватит. Завтра прогоним с ботами по полной. Послезавтра — в город.

— Принято, — кивнул Дмитрий.

Они начали расходиться. Кто-то пошёл ужинать, кто-то просто спать. Я задержался в серверной, глядя на экран с застывшей картой школы. Странное чувство — знать каждый угол здания, в котором ни разу не был. Но знать так, будто прожил там всю жизнь.

— Босс, идёшь? — окликнул из двери Анатолий.

— Иду.

Я выключил ноут и вышел в коридор. Где-то гудел генератор, обеспечивая нам этот островок цивилизации посреди хаоса.

***

Часовые на крыльце докурили, потянулись и скрылись в дверях. Сергей подождал несколько секунд, потом коротко бросил:

— Дима, Юра — левое, через спортзал. Толя, Макс — правое, через столовку. Мы с Олегом — центр. Босс, за нами, прикрываешь тыл.

Я кивнул, сжимая автомат.

— Пошли.

Мы вошли в холл через разбитую дверь. В нос ударила вонь — перегар, моча, табак. На полу окурки, бутылки, чей-то ботинок.

— Чисто, — в наушнике голос Дмитрия из спортзала.

— Принято.

— В столовой чисто, — доложил Максим.

Мы замерли у лестницы. Сверху доносились голоса, шаги, лязг посуды. Бандиты просыпались.

— Ща будет весело, — тихо сказал Олег.

— Работаем, — оборвал Сергей.

Из коридора вышли двое — видимо, сменщики тем, что курили. Прошли мимо, даже не взглянув в тёмный угол.

Сергей поднял руку, подождал.

— Начали.

Два выстрела — два трупа. Офисные били чётко в голову, это считалось у них «по красоте». Даже сейчас, в бою, они действовали как на тренировке — хладнокровно, экономно, без лишних движений.

Мы рванули вверх.

Второй этаж встретил нас криками. Выстрелы внизу уже услышали. Из дальней комнаты выскочили трое с автоматами, паля на ходу.

Я вскинул ствол, но выстрелить не успел. Олег и Анатолий сняли всех троих за долю секунды, сработав короткими, экономными очередями.

— Минус три, — бросил Олег.

— Вперёд, — Сергей уже двигался по коридору.

Из-за угла высунулся ствол, полыхнул вспышками. Пули взбили штукатурку у нас над головами. Мы залегли.

— Дима, фланг! — крикнул Сергей в гарнитуру.

— Вижу, — отозвался Дмитрий.

Через секунду с той стороны, откуда стреляли, раздались выстрелы — и всё стихло.

— Минус два, — доложил Дмитрий.

Мы поднялись, двинулись дальше. Каждая дверь — проверка, каждая комната — зачистка. Где-то внутри орали, бегали, стреляли в ответ, но абсолютно безрезультатно. Парни двигались как единый организм — молча, слаженно, без пауз. Слова были только для координации, и тех — минимум.

В класс влетели двое, пытались залечь за партами. Я зашёл за Олегом, но выстрелить опять не успел — Олег уже добил второго, даже не глядя.

— Минус два.

На лестнице третьего этажа завязалась перестрелка. Сергей и Максим зажимали их снизу, Дмитрий с Юрой заходили с другой стороны. Я прикрывал тыл, на случай если кто-нибудь выскочит из боковых комнат.

— Готово, — доложил Дмитрий.

— Третий этаж чист?

— Чист.

— Подвал, — скомандовал Сергей. — Босс, Олег, Толян — со мной. Дима, Юра, Макс — с другой стороны.

Лестница в подвал уходила в темноту. Внизу тускло горели лампочки, слышались крики — там уже знали, что мы идём.

Сергей прижался к стене, выглянул.

— Вижу четверых у входа. Остальные за колоннами.

— Сколько всего? — спросил Олег.

— Ещё человек пять-шесть. Ждут.

Я выглянул. Подвал — большое помещение с бетонными колоннами. У входа баррикада из ящиков, за ней кто-то есть.

— Работаем, — Сергей распределил жестами. — Гранату, потом зачистка.

Максим достал гранату, выдернул чеку, бросил точным движением. Она упала прямо за ящики.

Взрыв — крики, щепки, пыль.

И мы рванули.

Сергей дал очередь по тем что справа, один упал сразу, второй успел выстрелить в ответ — пуля чиркнула по стене рядом. Анатолий снял его с двух выстрелов, даже не сбавляя шага.

Из-за колонн застрочили автоматы. Мы залегли, пули взбивали пыль, цокали по бетону.

— Дима, дави справа! — скомандовал Сергей. — Макс, гранату!

Максим метнул ещё одну — она взорвалась между колоннами, и стрельба на секунду стихла. Этого хватило. Дмитрий и Юра выскочили с фланга, поливая позиции короткими очередями.

Я рванул вперёд, перекатом за колонну. За ней прятался мужик с обрезом — он даже не успел развернуться. Я выстрелил в упор.

Наконец-то.

Олег и Анатолий работали вместе. Двигались синхронно, прикрывая друг друга. Олег давил огнём, Анатолий заходил с фланга и снимал тех, кто пытался отступить. Они не разговаривали, только изредка обменивались жестами или короткими — «чисто», «есть», «минус».

— Пятерых взяли, — доложил Дмитрий.

— Ещё трое в углу, — отозвался Максим. — Прячутся за ящиками.

— Гранаты нет, — сказал Сергей. — Работаем так.

Они двинулись к ящикам. Я прикрывал, контролируя сектор. Из-за ящиков высунулся ствол, полоснул наугад. Пули прошли высоко.

Дмитрий и Олег зашли с двух сторон одновременно. Короткие очереди — и тишина. Но один, видимо, был только ранен — попытался отползти, загребая руками.

Дмитрий подошёл, вытащил нож. Короткое движение — и всё. Без слов, без эмоций.

— Осмотреть, — скомандовал Сергей.

Мы рассредоточились. Я пошёл вдоль стены, но больше никого не нашёл.

Минут через десять начали подтягиваться к точке сбора. Олег вышел из темноты, вытирая нож о тряпку. Анатолий тащил охапку автоматов. Дмитрий и Юра волокли ящик с патронами. Максим нёс несколько рюкзаков.

— В подсобке ящик с тушняком, — доложил Максим. — Берём?

— Всё берём, — ответил Сергей. — Дима, Юра, машины подогнать к чёрному ходу.

— Принято.

Двое скользнули наверх. Остальные продолжили собирать трофеи. Я оглядел подвал — теперь здесь было тихо. Только трупы и запах пороха.

Анатолий вышел из-за колонн, тащил ещё несколько автоматов.

— У этих «калашей» много. И патроны есть, три цинка.

— Грузи.

В углу за бочками нашёлся ещё один — видимо, прятался всё это время. Увидел меня, замер, даже дышать перестал. Молодой, лет двадцати, без оружия, трясся мелко. Я посмотрел на него, но стрелять не стал. Не потому что пожалел — просто это сделал Олег проходя мимо. Короткая очередь — и готово. Он пошёл дальше, перешагнув через тело.

В другом конце наткнулись ещё на двоих. Они забились в старый шкаф, прижались друг к другу. Когда открыли дверцу, один закричал — тонко, по-бабьи. Дмитрий выстрелил, не глядя. Никто не проронил ни слова.

— Всё ценное взяли?

— Оружие, — отозвался Максим. — Патроны, тушняк, несколько рюкзаков с барахлом. Ещё аптечки нашли, и ящик с бухлом.

— Хватит. Уходим.

Поднимались быстро, без лишних слов. Наверху уже светало, солнце золотило верхушки деревьев. Дмитрий с Юрой подогнали два пикапа к чёрному ходу — из тех что стояли во дворе. Ключи торчали в замках.

— Загружаемся.

Грузили споро. Ящики с патронами, охапки автоматов, пулемет, консервы — всё летело в кузова. Я не помогал, смотрел, как они работают — молча, чётко, без суеты. Они ещё не вышли из режима. Для них это был просто очередной раунд. Очистить территорию, собрать лут, отойти.

Через десять минут было пусто.

Сергей оглянулся на школу, потом на парней. Все стояли, ждали команды. Никто не курил, не разговаривал, не улыбался. Только смотрели на него пустыми глазами.

— Все целы?

Кивки.

— Отходим.

***

На турбазу въехали когда солнце уже поднялось высоко. Ворота распахнулись, пропуская машины, и тут же закрылись за нами.

Во дворе было привычно людно. У столовой женщины развешивали бельё, у хозяйственного корпуса несколько мужиков кололи дрова. При виде машин все замерли, провожая нас взглядами.

— Всем здравствуйте, — коротко бросил я, выбираясь из кабины.

Парни высыпали из машин, двигаясь всё ещё как автоматы — чётко, без лишних слов, не глядя по сторонам. Режим отпускал медленно. Кто-то снял наушники, кто-то просто шёл, уставившись в одну точку. Я знал это состояние — они сейчас перезагружались, возвращались из виртуального мира в реальный.

Из столовой вышли Линда с Айной, направились к нам. Линда — быстрым шагом, деловито, Айна — чуть поодаль, с котом на руках.

— Ну как? — Линда подошла, прикурила на ходу.

— Нормально, — ответил я. — Человек тридцать положили. Наши все целы.

Она хмыкнула, глядя на парней.

— Тридцать значит… А выглядят — будто в магазин сходили.

Я проследил за её взглядом. Дмитрий стоял возле пикапа, лицо — ни кровинки, глаза пустые. Рядом Анатолий, такой же спокойный.

— Они ещё не отошли, — сказал я. — Через час будут в норме.

Айна подошла ближе, остановилась рядом. Кот на руках смотрел на меня жёлтыми глазами, будто спрашивал: «Ну и где вас носило?» Я погладил его за ухом — он довольно зажмурился.

— Есть хочешь? — спросила Айна тихо.

— Хочу, — ответил я. И правда, желудок напомнил о себе голодным спазмом. — Сейчас только переоденусь.

В столовой было шумно. Обычные «офисные» — те, что не ходили на задание — обедали, переговаривались, смеялись. Увидев нас, притихли, провожая взглядами. Мы прошли к дальнему столу, сели отдельно.

Галина тут же принесла тарелки — наваристый суп с мясом, гречка с подливой.

Парни ели молча, сосредоточенно. Кто-то — Дмитрий, Юра, Сергей — уже потихоньку оттаивали, перебрасывались короткими фразами. Анатолий всё ещё был не в себе, смотрел в тарелку и механически жевал. Олег и Максим тоже молчали, но взгляды уже становились мягче.

Я ел и краем глаза наблюдал за остальными, обычными «офисными». Вон те двое у окна — тощие, в очках, руки тонкие, как прутья. Месяц назад они вообще ствол в руках держать боялись. А сейчас — десять из десяти в мишень кладут.

Рядом с ними — Антон. Этот вообще смешной: очки такие толстые, что глаза кажутся выпуклыми как у рыбы. Оружия поначалу боялся, не знал с какой стороны подойти. А вчера я видел, как он пулемёт разбирал. Чистил, смазывал, щёлкал затвором — и так спокойно, будто всю жизнь этим занимался.

За другим столом — Володя. Он в первые дни вообще трясся постоянно. Однажды ночью проснулся от его крика — ему кошмары снились. А сейчас исхудал ещё больше, но глаза другие стали. Спокойные.

Я задумался, глядя на эту публику. Если так пойдёт дальше, через полгода-год это будет серьёзная сила. Не просто кучка перепуганных сопляков, а настоящее боевое подразделение. И стрелять поголовно научатся, и тактику освоят. Если, конечно, эти полгода-год будут.

Одно напрягло. Все они на меня смотрят как на командира. А мне всего семнадцать. По сути, я сам пацан ещё. Почти как Анатолий, чуть старше. Иногда просыпаюсь ночью и думаю: а что будет, если они однажды поймут, что я ничего особенного не умею? Что я просто бывший раб, который умудрился случайно выжить? И мне становится страшно. Страшно, что перестанут слушаться. Что скажут: «А по какому праву ты тут главный?» И нечего будет ответить.

Но пока слушаются. И это… это приятно. Нравится мне, когда слушаются. Когда уважают. Когда Боссом называют. Только внутри всегда червячок сидит: а заслужил ли?

За этими мыслями я и не заметил, как тарелка опустела. Отодвинул, вытер губы рукой.

— Пойду отдохну, — сказал я. — Разбудите, если что.

Остальные тоже засобирались. Кто-то пошёл в «серверную», кто-то — в казарму. Анатолий всё сидел, глядя в пустую тарелку. Я тронул его за плечо:

— Толян, иди поспи.

Он поднял на меня глаза — всё такие же пустые, но уже с проблеском сознания.

— Ага, — кивнул и побрёл к выходу.

Я тоже поднялся, вышел из столовой. Во дворе уже вовсю хозяйничало солнце, грело спину через куртку. Несколько человек разгружали пикапы — ящики с патронами перетаскивали на склад, оружие несли в оружейку. Работали споро, без суеты. Те, кто ещё месяц назад не знал, с какой стороны к автомату подойти, сейчас перебирали стволы с видом бывалых.

И такие — почти все. За этот месяц они изменились неузнаваемо. Конечно, до профи им далеко, но база уже заложена. И спортом занимаются — Иван их гоняет каждое утро. Отжимания, приседания, бег с утяжелением. Никто, конечно, за месяц не накачался — бицепсы не выросли, грудь не раздалась. Но выносливость подтянули знатно. Если раньше после стометровки полчаса отдувались, сейчас кросс в полной выкладке бегают и ничего. Тело привыкает.

Я поймал себя на мысли, что впервые за долгое время смотрю в будущее не со страхом. С опаской — да. С пониманием, что может быть всякое — тоже. Но не с тем липким ужасом, который преследовал меня в Берее, а потом в Городе. Здесь, на этой базе, появилось что-то похожее на надежду. Хлипкую, зыбкую, но надежду.

Хотя, если честно, я не знал, оправдана ли она.

Задумавшись, сам не заметил как подошёл к комнате которую мы занимали с Айной. Толкнул дверь.

Она сидела на кровати, ждала. Кот свернулся клубком у неё на коленях. Увидев меня, Айна улыбнулась — тихой, робкой улыбкой, от которой у меня внутри что-то сжималось.

— Устал? — спросила она почти без акцента.

— Есть немного.

— Ложись.

Я скинул разгрузку, поставил автомат в угол, разделся до пояса и лёг на живот, уткнувшись лицом в подушку. Айна пересела ближе, кот недовольно спрыгнул на пол. И через секунду её ладони легли мне на спину.

Она делала массаж нежно. Её пальцы словно гладили, находили напряжённые узлы и мягко распускали их. Тепло разливалось по телу, усталость отступала.

Я закрыл глаза, проваливаясь в полудрёму. Хорошо. Спокойно.

Айна молчала. Она вообще редко говорила. За прошедший месяц она научилась вполне сносно объясняться, но на «поговорить по душам» ее словарного запаса пока не хватало.

Я повернул голову, посмотрел на неё сквозь полуприкрытые веки. Свет из окна падал на её лицо, делая кожу почти прозрачной. Тёмные глаза смотрели куда-то в сторону, пальцы продолжали работать. Красивая. Очень красивая.

И чужая.

Вот это, наверное, было самым тяжёлым. Она нравилась мне — сильно, до ломоты внутри. Но чего-то не хватало.

— Айна, — позвал я тихо.

— Мм?

— Тебе хорошо со мной?

Пауза. Пальцы на секунду замерли, — переводила, потом продолжили.

— Хорошо, — сказала она наконец.

Я перевернулся на спину, поймал её руку, прижал к груди.

— Мне тоже хорошо.

Она кивнула.

— Массируй дальше, — попросил я, снова ложась на живот.

Она послушно продолжила. Я закрыл глаза, проваливаясь в тепло и темноту. Мысли текли медленно, как смола. О том, что сегодня сделали парни. О том, что ждёт впереди. О ней.

Нравится. Очень нравится. И это, наверное, единственное, что в этом мире осталось по-настоящему человеческим. Всё остальное — война, смерть, скиллы, фраги. А это — просто тепло рядом. И пусть с ней не поговорить толком, но когда она рядом — дышится легче.

За окном шумели, стучали чем-то, перекликались. А здесь, в этой маленькой комнате, было тихо. Только её ладони на моей спине и ровное дыхание.

От автора

Действие книги разворачивается в мире "Степей". Новые локации, новые герои, новые приключения.