Ночь. Дым. Два лазгана и громадная рельса-пушка.
Вокруг дула рельса-пушки возник яркий голубой всполох, а потом прогремел выстрел. Взрыв! Куски стали, резины и керамики разметало во все стороны, огненный цветок стал плясать в своём обыкновенном безумии на останках вражеского танка. Ряды шарцев дрогнули, но не ослабили напор.
- Вольт, пехота достаёт игрушки посерьёзнее! - крикнула молодая лисичка, держащая лапы на консоли вооружения танка.
- Вижу, Астра, - коренастый лев, командир, глядел во все глаза на дисплей пулемётной турели. – Шухер, ходу, ходу, ходу!
- Понял, командир! – отозвался третий танкист, немолодой уже росомаха за штурвалом и педалями.
Громадный танк типа Е-10 «Монолит», краса и гордость инженерной мысли Леомийской Империи, сорвался с места, выстрелив градом земляных комьев из-под гусениц. Сенсоры танка чётко улавливали каждое движение неприятеля – тут, похоже, целый взвод шарцев! Необитаемая башня повернулась точно на группу койотов-пехотинцев, что уже подняли свои ракетомёты.
- Отведайте лазера! – с жутким смехом лисичка с позывным Астра нажала на пару жирных красных кнопок.
Дисплей бортового тепловизора взорвался красными струями. Два лазгана по бортам башни «Монолита» выстрелили сжигающими всё на своём пути лучами. Это была не самая высокая мощность – её понизили в угоду лучшей скорострельности. И сразу пятеро шарских солдат зажарились, запеклись в собственных экзокостюмах. Вонь горелой шерсти и мяса захватила всё вокруг, но три танкиста Леомии её не чуяли в своей верной бронекапсуле.
- В нас летит ракета, Вольт! – воскликнул старый росомаха – все дисплеи перед танкистами окрасились красным, зазвучала сирена.
- Я доверяю своему танку, - был ответ опытного командира.
Активная защита танка сработала быстро – контрбоеприпас вырвался навстречу шарской ракете, ещё миг – и жуткий взрыв! Танк уже вне опасности.
Командир шарского взвода приказал отступать. Койоты в бронированных экзокостюмах принялись оперативно откатываться прочь от жуткой леомийской боевой машины, мимо уничтоженного собственного танка. Автоматы, ручные пулемёты – всё это просто смешно против легендарного леомийского танка!
- Вольт, они драпают! – воскликнула лисичка Астра. – Можно мне?..
- Давай, Астра, угости их! – дал своё добро командир. – Шухер, давай задний ход!
- Слушаюсь!
Громадный танк тронулся назад, его массивные задние звёздочки и опорные катки закрутились в другом направлении. А огромная рельса-пушка жуткого калибра сто восемьдесят миллиметров направилась точно на отступающий шарский взвод. Выстрел! Из дула вырвались на невообразимых скоростях сотни опасных сферических пуль из вольфрама. Жуткие крики койотов! Кровь, плоть во все стороны, превращённые в крошку кости. Кровь, кровь, реки крови! Картечные снаряды – то, что ненавидят все пехотинцы всех армий мира!
- У меня на теплаке настоящий салют! – лисичка подняла в восторге лапы вверх.
- Молодцы, - сказал командир. – Мост наш.
Танк двигался кормой вперёд по мосту через одну из бесчисленного множества рек Шар-а-Варии. Они удержали эту переправу. В небе уже жужжат леомийские дроны. И с берега уже видны приближающиеся огни прожекторов союзных бэтээров с союзными пехотинцами.
Ворча двигателем, Е-10 встал на своём берегу реки. На его броне белел бортовой номер – 930. Сияющие в ночной темноте синим светом сенсоры казались глазами какого-то монстра. Экипаж танка под номером 930 выполнил свою боевую задачу.
***
Утро наступило. Солнце вновь пустило свои лучи на землю. Роса на траве и лепестках полевых цветов. Голубое небо. И пока ещё прохладно.
Только птицы не поют. Птицы напуганы. Сталь, взрывы, кровь. Всё это теперь – обыденность на полях Шар-а-Варии. И, в частности, этого участка близ города Торфуград. Всё стало теперь тревожно и опасно здесь.
Громадный танк Е-10 «Монолит» с номером 930 двигался по неровному асфальту дороги, гордо приподняв ствол рельса-пушки. Сенсоры, сияющие синим светом, теперь казались не такими яркими. Турель с тяжёлым пулемётом пока опустила свой ствол, но она была готова ожить в любой момент. Два лазгана, способные прожечь стену хорошего бункера, пока мирно «спали». Символ леомийской военной промышленности величаво двигался по контролируемой территории. Казалось, что сама сталь дышит гордостью.
- Не могу я уже! – рыкнул лев Вольт в своём кресле. – Ей-богу, сколько месяцев мы уже тут землю месим! Всё никак не можем надрать зад этим шарцам, чтоб их!
- А, что? – росомаха Шухер открыл глаза. Прикосновением лапы к шлемофону он что-то выключил. – А, прости, командир. Я тут отвлёкся…
Вольт хмуро поглядел на своего мехвода. Их танк двигался на автопилоте, и мехвод вполне мог позволить себе отвлечься. Но привычка Шухера слушать через шлемофон классическую музыку могла кого угодно вывести из себя.
- Ты ненавидишь шарцев просто за то, что они нарушили твой привычный уклад жизни, - сказала Астра, сидящая на своём месте наводчика. – Вся Леомия стала совсем другой после того, как войска пошли на Шар-а-Варию. И я и моя семья точно.
Лисичка заметно погрустнела. Рыжая прикрыла глаза и положила ладонь на свою вытянутую мордочку. Лязга гусениц и шума катков здесь, внутри, слышно не было. И она могла полностью уйти в невесёлые раздумья.
- Я… любила своего папу. Любила. Хочу больше всего на свете чтобы шарцы наконец сдались, и Блакибоба получил по заслугам!
Астра всхлипнула. Шухер положил ей на плечо лапу, а Вольт передал ей седативное средство.
- Спасибо, - Астра запила средство водой из фляги. – Мой папа – старый подпрапорщик. Себя не жалел ради своих солдат. Но в плену его жутко замучили. Залили в рот монтажную пену. Я хочу сама стрелять по дворцу Блакибобы из этой вот рельса-пушки!
Лисица грозно рявкнула, сжав кулаки. Танк тем временем, развив приличную скорость, заканчивал свой путь.
Шухер грустно опустил взгляд на свои нижние лапы. Он уже совсем не молод. На плечах его погоны с продольным галуном – вахмистр танковых войск. Элитных танковых войск. Вахмистр Панцергардии. Не очень-то высокое звание, но ему большего и не надо. Он - водитель самого крутого танка во всём Фурроне, как любят говорить журналисты от оборонки. А на этой войне он лишился одной своей нижней лапы – нечаянно наступил на маленькую и от этого самую подлую и гадкую мину Шар-а-Варии. И теперь одна его лапа бионическая.
- Я солидарен с тобой, Астра, - сказал росомаха. – Я много чего лишился на этих полях. Лапа – в том числе. Буду давить гусеницами шарских тварей, и меня не остановит никакой противотанковый комплекс!
- Эх, а я просто хочу, как в старые добрые довоенные встречать каждое утро со свежей чашкой «Крахтора» и закусывать пончиком из ближайшей пончиковой, - командир принялся внимательно глядеть на свой дисплей. – Довоенные дни, я так по ним скучаю! Я, может, и не такой большой патриот как вы, но я просто хочу, как раньше поскорее есть послаще и спать помягче.
«Крахтор» - популярный леомийский бренд кофе.
- Так, бойцы, база уже близко, - Вольт что-то нажал на своём служебном планшете. – Нас ждёт отдых, а нашего коня – обслуживание. Самое оно после боя...
Вольт вздрогнул всем телом. Шухер остановил танк. Астра прикрыла рот обеими ладонями. То, что увидела команда на дисплеях повергло их в ужас.
Астра потянулась к какой-то кнопке на панели управления, но Шухер остановил её.
- Нет, лисичка. Они могут быть где-то рядом.
- Пусть откроет, - сказал Вольт. – Я доверяю своему танку. РЛС говорит, что шарских дронов поблизости нет.
И люк танка открылся. Экипаж вылез на дорогу. И сразу же все трое сняли шлемофоны.
- Упокой Небесный Прайд их души, - произнёс Вольт, опустив голову.
Перед танком под номером 930 и его танкистами чернело с десяток остовов крупных машин. Не боевых, даже не военных. Судя по уцелевшим деталям, это была колонна реанимобилей – такие оперативно оказывали помощь раненым военным и мирным жителям. Такие реанимобили снабжались лёгкой бронёй, но, похоже она их не спасла. А рядом – раскуроченный броневик, судя по форме, типа «Щитоносец» - такие броневики снабжались устройствами РЭБ для борьбы с дронами. И даже такой защитник не спас медиков и их пациентов от налёта шарских дронов.
Астра подошла к одному из остовов вплотную. Коснулась трясущейся лапой синей стрелки на обгоревшем борту – символа медицины в мире Фуррона. Лисица не могла сдержать слёз. И вскоре она злобно зарычала и притопнула лапой.
- Поехали, Астра, - Вольт и Шухер повернулись к танку. – Шарцы будут у нас кровью харкать, это мы обещаем!
Остаток пути три танкиста проделали в молчании.
База гвардейской Айэмэйловской бригады встретила свой танк. Девятьсот тридцатый проехался широкими гусеницами по специальным настилам и занял своё место в лесополосе, в убежище под маскировочной сетью. Команда техников тут же принялась осматривать его, вооружившись инструментами. Вокруг располагались неприметные блиндажи и землянки, укреплённые бетоном. На своих постах находились гвардейцы, вооружённые противодронными ружьями, расчёты глушилок тщательно мониторили небо.
Рядом стояло несколько квадроциклов, гвардейцы в сервоброне изучали какие-то бумаги, подкреплялись пайками, некоторые обрабатывали раны соком личинок муленов. Тут, на полях Шар-а-Варии, Императорская лейб-гвардия Леомии оставалась высшей элитой вооружённых сил. Стальная дисциплина, доведённые до автоматизма навыки, идеальный, насколько это возможно на фронте, порядок. Айэмэйловская бригада – пример для всей остальной группировки войск.
- Вольт, Шухер, Астра, - перед тремя танкистами вырос мощный лев в сервоброне офицера с нагрудной плашкой капитана. – Рад видеть вас. Превратили шарский взвод в кашу из мяса! Сам я в своё время попал под картечный выстрел танка во время войны с Ае – врагу не пожелаешь! Чудом меня тогда экзокостюм мой спас.
- Нет, врагу как раз пожелаешь, - сказал Вольт. – Спасибо, Вихрь. Это всё наша Астра, она у нас спец по салюту для шарцев.
Лисичка ответила лишь коротким взглядом. Юная воительница всё не могла отойти от увиденного ею ужаса на дороге.
- Мост занят нашими благодаря вам, - капитан с позывным Вихрь отошёл, освобождая путь. – Идите, Щек вас ждёт.
- Господин лейб-гвардии полковник, экипаж девятьсот тридцатого танка явился! – звонко отрапортовал Вольт, войдя в блиндаж командования.
Мощный блиндаж, укреплённый габионами и прочным бетоном. Работают полевые компьютеры, на своих местах штабные офицеры. А командир бригады уже ждал троицу – сильнейший лев, боевой киборг, в камуфлированном поддоспешнике – такие надевают под сервоброню.
- Вижу, бойцы, - полковник Щек махнул лапой, позволив расслабиться. – Ну, с новой победой вас. Мост через речушку Серую наш благодаря вам. Ваш танк там в одиночку настрелял шарского мяса тонн пять. Я уже получил благодарность от командира армейцев – вы спасли десятки жизней его парней. Приставлю вас к медалям.
Но Вихрю хватило одного взгляда на лицо полковника, чтобы понять – скоро атмосфера в блиндаже переменится. Командир девятьсот тридцатого танка «Монолит» сам не заметил, как выпустил когти. Это не ушло от внимания командира бригады.
- Расслабься, корнет, - сказал Щек. – Да, ты прав, не всё так радужно.
- Что ещё? – спросил Шухер, крепче впившись когтями в свой снятый шлемофон.
- Наше положение подвешено на волоске, - полковник уселся в кресло и пригласил своих танкистов тоже присесть на стулья.
- В смысле «наше»? – спросила Астра.
- Я имею в виду, всей нашей группировки войск. Группировки «Вектор».
Вольт принялся буравить взглядом своего полковника. Такого он услышать не ожидал. Их войсковая группировка – группировка «Вектор» - наступает на южные провинции Шар-а-Варии, вдоль побережья Молочного моря. Город Вэкла – крупнейший шарский порт – уже взят. По шарскому флоту и логистике нанесён мощнейший удар. На очереди город Чочин, ещё один большой портовый город. При его потере Шар-а-Вария лишится всего своего флота – и военного, и гражданского. Она больше не сможет получать помощь от стран Елизаветградского Альянса по морю. И тогда Золотая Колокольня – столица врага – падёт через считанные месяцы. А это именно то, о чём мечтает он, Вольт, всё это время на фронте. Но что же может помешать войскам «Вектор»?
- День назад шарцы сбили наш административный самолёт. На нём летел полковник Генерального штаба Лиан Гром с ультрасекретными документами. Это касается контрнаступления шарцев. Они планируют ударить по нам.
Шухер ударил кулаком по воздуху. Астра поникла ещё больше. Вольт глухо зарычал.
- Полковник Гром выжил, но сейчас он скрывается в болотистой местности, куда он упал. В восьмидесяти километрах вглубь территории шарцев. Командование планировало послать ему на помощь вертолёты, но как раз там у шарцев новейшие ПЗРК системы «Жало-5» - такие могут насолить нашим летунам по-крупному. Поэтому их высокопревосходительства решили доверить это дело нам, гвардии. И я, как гвардейский командир, выбираю для миссии спасения полковника вас.
Все трое вздрогнули – им показалось, что изнутри их обожгло что-то горячее и тягучее, от чего их сердца стали биться с новой силой. Их экипаж должен спасти полковника из Генштаба. Нет, не только его. Всю группировку «Вектор»!
Вольту показалось, что что-то навалилось на его плечи с жуткой силой. Спасти группировку. Своих братьев из гвардии и армейцев. Если он сделает это – то проклятая война наконец закончится. И он опять будет пить кофе «Крахтор» со свежими пончиками на балконе своей квартиры в родном Лорсове. Спасти полковника с документами – и тогда уж шарцы у него попляшут!
Астра и Шухер невольно переглянулись. Юная девятнадцатилетняя лисица-капрал посмотрела в глаза старому росомахе. Молодая лисица и пожилой росомаха вместе. Они сошлись в одном – с Шар-а-Варией и режимом диктатора Блакибобы нужно заканчивать как можно скорее!
***
- Выступаете через четыре часа, - голос полковника Щека не терпел возражений, только холодную сталь приказа. - Полковник Гром вышел на связь два часа назад. Он залёг в старом бункере мелиораторов, координаты я сбросил на ваш планшет, Вольт. Сигнал слабый, шарцы активно глушат. Связь с ним может оборваться в любой момент.
Вольт принял планшет, глядя на мигающую точку глубоко в шарских тылах. Болота. Леса. Ни дорог, ни твёрдой почвы.
- Танк не пройдёт, господин полковник, - подал голос Шухер. Он постучал когтем по своей бионической лапе - старая привычка, когда нервничал. - На карте сплошная топь. Мы там сядем на брюхо быстрее, чем шарцы успеют сказать «Блакибоба».
- Пройдёт, - Щек поднялся из-за стола и подошёл к тактической голографической карте. Лазерная указка упёрлась в синюю полосу реки Серой, той самой, что они отстояли ночью. - От реки на восток тянется старая лесовозная узкоколейка. Шарцы ей не пользуются - дорога разбита, мосты взорваны ещё в прошлом году при отступлении. Но насыпь сохранилась. Ваш «Монолит» пройдёт по ней, как по рельсам.
- А мосты? - спросила Астра.
- Восстанавливать на ходу, - отрезал полковник. - Вас прикроют инженерники. Они уже грузят понтоны и рельс-пакеты на «Пины». Встретите их в устье, у развилки.
«Пины» были, пожалуй, самыми известными БРЭМ в вооружённых силах Леомийской Империи.
Вольт молчал. Четыре часа. Этого времени едва хватит на полноценную проверку машины. А после боя у моста «Монолит» даже не обнюхали как следует.
- Разрешите идти готовиться? - Вольт встал, вытянувшись.
- Идите. И, Вольт... - полковник замялся всего на секунду. - Верните Грома. И документы. Без них у «Вектора» кишка тонка будет держать оборону.
Экипаж вышел из блиндажа в сырую утреннюю муть. Солнце уже поднялось выше, но его лучи тонули в серой дымке, тянущейся от болот. Где-то далеко ухала тяжёлая артиллерия, похоже, шарцы нащупывали дальние тылы.
- Пойду вздремну часок, - зевнул Шухер, потянувшись так, что хрустнули суставы. - Мне ещё эту колымагу по шпалам гонять.
- Разбуди через два, - кивнул Вольт. - Астра, со мной. Проследим за техниками.
***
Лесополоса, где укрылся 930-й, гудела как растревоженный улей. Вокруг танка суетились техники из ремонтно-эвакуационной роты — коренастые львы и барсуки в промасленных комбезах. Трое уже забрались на броню и возились с креплениями лазганов.
- Осторожнее там, ёлы-палы! - рычал на них пожилой байбак с нашивками вахмистра. - Линзы мне не поцарапайте! Это ж оптика, а не зеркало в сортире!
- Здорово, Хомяк, - Вольт хлопнул вахмистра по широкому плечу. - Что с моей девочкой?
- А, корнет... - байбак, которого за глаза, да и в глаза, звали Хомяком за любовь к запасам и вечно набитые щёки (сухим пайком, разумеется), вытер лапы ветошью. - Жить будет. Лазганы перегрелись знатно, но мы уже гоним охлаждайку по новой. Рельса цела, ствол не повело. Картечницу перезарядили? А то я смотрю, у вас там ящики пустые.
- Перезарядим, — Вольт обошел танк, положив ладонь на тёплую ещё броню. «Монолит» словно вздохнул, остывая после ночной гонки. Бортовой номер 930 белел на башне, заляпанный грязью. - Хомяк, нам в рейд. Глубокий. До восьмидесяти километров.
Байбак присвистнул, отчего его усы смешно затопорщились.
- Это куда ж вас Прайд несёт? К Золотой Колокольне?
- Если повезёт - то и до неё, - усмехнулся Вольт. - Давай, Хомяк. Проверь ходовую. Рельса чтоб стреляла как зверь, сенсоры чтоб видели сквозь землю. Чтоб ни один шарский дрон нас не засёк до того, как мы его срисуем.
- Сделаем, командир, - вахмистр уже не улыбался. Он повернулся к своим: - Отставить перекур! Работаем! Скирд, тащи новые траки на ведущие, старые подустали. Шмель, проверь глушители активной защиты, чтоб не заклинило. Махно, давай на крышу, сенсоры протереть! Живо!
Астра поднялась по трапу на броню. Она любила этот момент - когда танк ещё пахнет битвой, гарью, нагретым металлом, но техники уже вливают в него новую жизнь. Лисица провела лапой по холодному стволу крупнокалиберного пулемёта, что сиротливо торчал из турели.
- Патроны перебрать, - скомандовала она подбежавшему молодому волчонку-технику. - Лента была влажная, могло раздуть гильзы.
- Есть, капрал! - парень исчез в недрах грузовика с боепитанием.
Вольт тем временем спустился вниз, к корме, где Хомяк уже колдовал над открытым моторным отсеком. Оттуда валил горячий воздух с запахом масла и озона.
- Смотри, корнет, - байбак подсветил фонариком внутрь. - Видишь трещину на патрубке? Ещё пара таких рывков, и вы бы масло по дороге растеряли. Хорошо, что встали.
Вольт присмотрелся. Волосная трещина на толстой резине маслопровода. Действительно, вовремя заметили.
- Меняй.
- Уже, - Хомяк ловко, несмотря на возраст и кажущуюся неповоротливость, орудуя ключами, откручивал хомуты. - Сейчас новый поставлю, и будет как зверь.
Мимо протарахтел квадроцикл, таща прицеп с длинными ящиками. Картечные снаряды для рельсы. Вольт махнул лапой, показывая, куда ставить - к погрузочному люку.
- Астра! Прими боезапас!
Лисица уже была внизу, открывая тяжёлый бронированный ящик-контейнер в корме. Техники подкатили тележку со снарядами. Каждый — тяжёлый цилиндр с маркировкой «180-мм картечь, Ш-2».
- Это для пехоты, - прокомментировал один из львов, кряхтя от натуги, загружая снаряд в приёмник. - Ух, хорошо идёт. Тонн пять вчера шарцев на неё положили?
- Шесть, - буркнула Астра. - Мало.
Техник удивлённо глянул на неё, но промолчал.
Подошёл Шухер, уже без шлемофона, в одной майке, несмотря на утреннюю прохладу. Густая шерсть на груди свалялась от пота. Он присел на корточки рядом с ленивцем, разглядывая траки.
- Хомяк, грунтозацепы не сточились?
- Проверяли. Две трети ещё, - откликнулся байбак, не вылезая из моторного. - Для леса пойдёт. Для болота, если по насыпи - тем более.
- Насыпь насыпью, а там, может, и напрямик придётся, - Шухер потрогал мощный палец трака. - Ладно, прорвёмся.
Вольт открыл люк и нырнул внутрь. В танке было душно, пахло потом и копотью. На полу валялись пустые гильзы от сигнальных ракет, огрызки пайка. Он включил системы. Засветились дисплеи, пошла самодиагностика.
- Борт-Электроника, статус.
Монотонный женский голос (синтезатор в танке ласково называли «Няшей») заговорил:
«Системы брони: 98% целостности. Требуется замена композитной плиты в районе левого лазгана».
Вольт поморщился. Попадание осколка. Надо менять.
«Ходовая часть: давление в гидравлике в норме. Траки: износ 34%. Двигатель: требуется замена масла через шестьдесят моточасов».
- Хотя бы так, - пробормотал лев.
В люк просунулась голова Астры.
- Вольт, Хомяк спрашивает, будем ставить навесную броню против дронов? Есть решётки.
- Ставь. И «мангалы» на корму и башню. Нас дроны там замучают.
Астра кивнула и исчезла. Сверху залязгало - техники уже тащили тяжёлые сварные решётки, чтобы навесить их поверх основной брони. Танк обрастал защитой, как ёж иголками.
Вольт вылез обратно. Суета вокруг «Монолита» достигла пика. Два тягача с прицепами привезли понтоны - надувные лодки-платформы, которые крепились к бортам и позволяли танку преодолевать водные преграды. Инженеры в резиновых костюмах уже накачивали их воздухом.
- Это ещё зачем? - спросил Шухер, подходя.
- Мало ли, - пожал плечами Вольт. - Река там широкая. Мосты мы, может, и наведём, а может, и нет.
Через три часа «Монолит» стоял готовый. Зелёный, огромный, в навесных решётках, с понтонами по бортам, он походил на бронированного бегемота, готового лезть в воду. Лазганы блестели чистыми линзами, сенсоры на башне вращались, сканируя небо. Рельса-пушка смотрела в небо, её жерло было заткнуто специальной заглушкой.
Экипаж собрался у гусеницы. Техники, уставшие, но довольные, курили в стороне, запивая работу крепким чаем из термосов.
Хомяк подошёл к Вольту и протянул ему промасленную лапу.
- Готова твоя невеста, корнет. Не подведёт. Я за неё головой отвечаю.
- Спасибо, вахмистр, - Вольт крепко пожал лапу. - Если вернёмся - выставлю тебе ящик коньяку.
- Трофейного, шарского? - хитро прищурился байбак.
- Обязательно.
Астра стояла чуть поодаль, глядя на восток. Туда, где за лесами и болотами ждал своей участи полковник Гром. Она сжимала в кулаке маленький армейский жетон - отцовский. Тот самый, что прислали вместе с похоронкой.
- Астра, - позвал Шухер. - Залезай. Кофе там, в термосе, «Крахтор», между прочим. Командир расщедрился.
Лисичка обернулась, улыбнулась краешком рта и полезла на броню.
Вольт забрался последним, захлопнул люк. В танке снова загудели системы, засветились экраны, запахло озоном от включённых экранов.
- Шухер, заводи.
Дизель «Монолита» чихнул, кашлянул и взревел, наполняя бронекапсулу привычной вибрацией.
- Астра, проверь лазганы.
- Есть. Первый готов, второй готов, рельса на предохранителе, пулемёт заряжен.
- Няша, проложить маршрут до точки сбора инженеров.
«Маршрут проложен. Время в пути – сорок семь минут. Рекомендуемая скорость – тридцать пять километров в час, - откликнулся синтезатор.
Вольт надел шлемофон, настроил связь с полковником Щеком.
- Восемьсот двадцатый, я - девятьсот тридцатый. Готовы к выдвижению.
В наушниках зашипело, потом раздался твёрдый голос командира бригады:
- Доброй охоты, девятьсот тридцатый. Прайд с вами.
Вольт откинулся в кресле, глядя на экраны. Впереди была неизвестность, болота, шарцы и, возможно, смерть. Но сейчас, в этом танке, со своей командой, он чувствовал себя почти неуязвимым.
- Шухер, погнали.
Танк лязгнул гусеницами, срываясь с места, и скрылся в утреннем тумане, унося на броне номер 930 и три жизни, от которых теперь зависела судьба целой армии.
Туман клубился над низинами, цепляясь за верхушки сосен липкой серой ватой. «Монолит» шёл ходко, несмотря на размокшую после ночного дождя грунтовку. Шухер держал скорость ровно тридцать пять, как завещал командир, и танк послушно перемалывал грязь широкими траками.
Внутри бронекапсулы было тепло и монотонно гудели системы. Астра пила кофе маленькими глотками, уставившись на тактический экран. Там, на зелёной сетке местности, медленно ползла синяя стрелка их танка, а впереди, у развилки двух просёлков, мигала жёлтая метка - инженеры.
- Вольт, - позвала она, не оборачиваясь. - А если шарцы уже там? Если они перехватили сигнал?
- Не перехватили, - отозвался лев, не отрывая взгляда от своего планшета. - Частоту меняли каждые полчаса по новой сетке. У шарцев нет таких мощностей, чтобы пробить нашу гвардейскую криптографию. Да и глушилки у них только точечные.
- Откуда такая уверенность? - Шухер хмыкнул, ловко огибая яму, которую тепловизор высветил на дороге. - У них «Жало-5» появилось. А это значит, что Елизаветградский Альянс подкинул им новые игрушки. Могли и средства РЭБ подкинуть.
- Могли, - согласился Вольт. - Но наша разведка молчит. Значит, пока чисто.
Астра допила кофе, заткнула термос пробкой и убрала в сетку под креслом. Лапы сами легли на консоль вооружения, пальцы привычно поглаживали резиновые накладки джойстиков. Наводчик в «Монолите» отвечал за всё: от лазганов до рельсы. И Астра любила свою работу. Любила до дрожи, до острого предвкушения, когда на экране появлялась вражеская цель и можно было нажать красную кнопку.
- Тормози, - вдруг скомандовал Вольт. - Стоять.
Шухер послушно сбросил газ, танк качнулся и замер, утробно урча двигателем на холостых.
- Что там? - Астра впилась глазами в экраны.
- Няша, остановка по маршруту. Пассивный режим, глушить двигатель.
«Принято. Двигатель отключён. Переход на аккумуляторы. Время автономной работы - четыре часа», - доложил синтезатор.
В бронекапсуле стало тихо. Только тихое гудение вентиляции и едва слышный писк электроники. Вольт откинул крышку небольшого лючка у своего кресла и выдвинул перископ - старый добрый оптический прибор, не боящийся никаких глушилок.
- Что там, командир? - шёпотом спросил Шухер.
- Развилка. Наши инженеры. Но… - Вольт замолчал, всматриваясь. - Что-то не так.
Он передал картинку с перископа на общий экран. Астра и Шухер увидели: на разбитой лесовозной дороге, у начала узкоколейки, стояли три «Пина» - бронированные ремонтно-эвакуационные машины инженерных войск. Рядом копошились фигурки в серых комбезах. Но над дорогой, низко-низко, почти над самыми верхушками сосен, висела чёрная точка.
- Дрон, - выдохнула Астра.
- Вижу. Не наш. Шарский разведчик.
- Они его не видят? - Шухер подался вперёд. - Почему не глушат?
- Глушат, - Вольт всмотрелся внимательнее. - Видишь, мигает красным? Это у него помехи, но он висит. Выше зоны поражения наших ружей. А у «Пинов» нет ракет, только пулемёты.
Дрон висел метрах в трёхстах, явно сканируя местность. Если он передаст картинку - шарцы узнают о месте сбора. И тогда вся операция пойдёт прахом.
- Астра, - Вольт резко обернулся. - Лазган правый, сможешь достать?
Лисица прикинула расстояние, угол, помехи от тумана.
- Если подойти метров на пятьсот… Но нас засекут по вспышке. Тепло от луча. Дрон, может, и упадёт, но шарцы поймут, откуда стреляли.
- А если снять его с первой очереди, без разогрева? - вмешался Шухер. - У лазганов есть режим «импульс». Мощность меньше, но и нагрев слабее.
Астра покачала головой:
- На такой дистанции импульс рассеется. Нужна полная мощность. Иначе только поцарапаем.
Вольт задумался всего на секунду. Потом решительно взял микрофон.
- Восемьсот двадцатый, я девятьсот тридцатый. Вижу дрон-разведчик у вас над головой. Приготовьтесь к зачистке. Как только я сниму его - вы включаете глушилки на полную и уходите под мост. Вопросы?
Из наушников донёсся взволнованный голос командира инженеров:
- Принял, девятьсот тридцатый. Только… вы же спалите себя?
- Я надеюсь, что нет. Готовьте понтоны. Нам ещё мост наводить.
Вольт отключил связь и повернулся к Астре.
- Стреляй. Полная мощность. Цель - дрон. Как упадёт - сразу меняем позицию, откатываемся назад, в лес. Шухер, как выстрел - давай задний ход, не жалей гусеницы.
- Понял, командир.
- Няша, запуск двигателя. Режим - тихий ход.
«Двигатель запущен. Уровень шума - минимальный. Режим «стелс» активирован», - прошелестел синтезатор.
«Монолит» бесшумно, насколько это вообще возможно для пятидесятитонной махины, тронулся с места. Электромоторы вспомогательного хода позволяли двигаться почти беззвучно, только лёгкий шелест гусениц по траве выдавал присутствие танка.
Астра поймала дрон в перекрестье прицела. Чёрная точка на фоне серого неба. Маленькая, юркая. Но лазган не промахивается.
- Цель захвачена. Баллистика… Есть. Дистанция восемьсот семьдесят метров. Ветер северо-западный, три метра в секунду. Вношу поправку.
- Жди моего сигнала, - Вольт следил за инженерами на экране. Те, получив команду, начали суетливо собираться, заводить «Пины», готовиться к рывку под мост. - Сейчас… Ещё немного… Давай!
- Выстрел!
Астра вдавила красную кнопку на консоли. Внешние камеры показали, как из правого лазгана на башне вырвался ослепительно-голубой луч. Тонкий, как игла, он прошил туман, ударил точно в дрон. Чёрная точка вспыхнула алым, рассыпалась искрами и камнем рухнула вниз, в болото.
- Есть! - вскрикнула Астра.
- Назад! Шухер, назад!
Танк дёрнулся и рванул кормой вперёд, взрывая грунт. Гусеницы взвизгнули, подминая под себя кусты и мелколесье. «Монолит» уходил в спасительную тень сосен, пока шарцы не успели засечь точку выстрела.
- Стоп! - скомандовал Вольт, когда деревья сомкнулись за кормой. - Глушим всё. Пассивный режим.
Снова тишина. Только частое дыхание троих в бронекапсуле.
- Няша, анализ эфира.
«Анализ завершён. Зафиксированы попытки запроса от шарских дронов к сбитому разведчику. Ответа не последовало. Повторные запросы прекратились через двадцать секунд. Активных поисковых сигналов не зафиксировано».
- Не поняли, - выдохнул Шухер. - Думают, сбой?
- Или думают, что упал из-за помех, - Вольт потёр переносицу. - В любом случае, у нас есть форточка. Астра, молодец. Чистая работа.
Лисичка довольно улыбнулась, но улыбка быстро сползла. Она смотрела на экран, где инженеры уже выводили свои «Пины» из-под моста, махая лапами, приглашая танк к переправе.
- Вольт, а если они пошлют второй дрон? Или беспилотник-камикадзе?
- Пошлют, - спокойно ответил лев. - Но не сразу. Им нужно время, чтобы поднять второй борт с базы. А мы за это время должны переправиться и уйти в глубь болот. Там нас не достанут - туман, лес, сплошная зелёнка. Тепловизоры слепнут.
- Если только у них нет новых «Жал» с тепловым наведением, - буркнул Шухер.
- Есть, - Вольт кивнул. - Потому и идём по узкоколейке. Старая железная дорога - единственное место, где нас не засекут с воздуха. Шпалы, рельсы, балласт - всё это даёт ровный тепловой фон. Мы будем просто частью дороги.
- Гениально, - хмыкнула Астра. - Наш Генштаб иногда думает.
- Ладно, хорош языками чесать. Шухер, выдвигаемся к инженерам. Скорость - 20, чтоб не шуметь. Астра, держи лазганы в готовности, но без команды не стреляй. Нам сейчас лишний шум ни к чему.
Танк снова ожил, бесшумно выкатился из леса и направился к развилке. Инженеры уже разворачивали понтонные секции, готовя переправу через речушку, что преграждала путь к узкоколейке. Вода в ней была тёмная, илистая, но ширина позволяла навести мост за полчаса.
«Монолит» подошёл к самой воде, остановился. Из-за БРЭМов вышел немолодой медведь в экзокостюме и бронежилете, с нашивками поручика инженерных войск. Он поднял лапу в приветствии.
- Здорово, гвардия! - крикнул он, подходя ближе. - Видел ваш выстрел. Красиво сняли стервятника. Я - Медовар, командир инженерной группы. Будем знакомы.
Вольт открыл десантный люк и высунулся по пояс:
- Вольт, корнет. Сколько времени нужно на мост?
- Да тут работы на полчаса, - Медовар махнул лапой в сторону реки. — Грунт плотный, понтоны встанут как надо. Только вот… - он замялся. -Узкоколейка дальше, говорят, местами разбита. Шпалы гнилые, рельсы повело. Ваш «Монолит» тяжёлый. Не провалится?
- Это уже моя забота, - ответил Вольт. - Вы главное переправу обеспечьте. А дальше мы сами.
- Добро, - медведь козырнул и побежал к своим.
Астра проводила его взглядом и снова уставилась на экраны. Там, на восточном краю карты, всё так же мигала спасительная точка - бункер, где прятался полковник Гром. До него оставалось семьдесят пять километров.
Семьдесят пять километров болот, мин, шарских патрулей и, возможно, смерти.
- Шухер, - тихо сказала она. - А ты правда веришь, что мы вернёмся?
Росомаха покосился на неё, почесал бионическую лапу.
- Верю, лисёнок. Не в первый раз. Танк у нас зверь, командир - голова, а ты… - он усмехнулся. - Ты у нас самая злющая лисичка на всём фронте. С такой не пропадёшь.
Астра фыркнула, но на душе стало чуть теплее.
Снаружи залязгало - инженеры разворачивали понтоны, готовясь навести переправу. «Монолит» терпеливо ждал, урча двигателем на холостых. А в сером небе, высоко-высоко, уже кружил второй шарский разведчик, но его сенсоры слепли в тумане, и он не видел стальную тень, затаившуюся у воды.
Война продолжалась.
***
Туман над болотами сгущался к полудню, но солнце так и не пробилось сквозь серую пелену. Восемнадцать километров южнее, в полосе шарской обороны, на бетонном пятачке среди леса, стояли пять машин.
Лёгкие гусеничные бронетранспортёры «Кирпич» — угловатые, коробчатые, с широкими траками, чтобы не проваливаться в болотистый грунт. Передняя часть бронекорпусов была скошена под острым углом, чтобы лобовая броня лучше держала попадания, а по бортам, на низких поворотных турелях, крепились спаренные пулемёты. Но главное оружие пряталось на крыше — пусковые установки противотанковых ракетных комплексов «Луч-П», способные прожечь броню любого танка, если зайти с фланга или кормы.
На бортах каждой машины, поверх грязно-зелёного камуфляжа, белели грубые кресты — символ армии Шар-а-Варии. Белое на сером, будто вымазанные известью кости.
Возле крайнего БТРа, опершись спиной на гусеницу, сидел шакал. Высокий, поджарый, с жёсткой седеющей щетиной на морде. Комбинезон экзоскелета сидел на нём как вторая кожа - гидравлика на ногах и руках чуть заметно шевелилась, подстраиваясь под каждое движение. Шлем валялся рядом, на траве, но оружие - короткоствольный автомат необычного калибра - лежало на коленях.
Майор Скорпион.
Он смотрел на экран планшета, где медленно крутилась запись с последнего дрона. Вот кадр: три леомийские машины у реки, возня инженеров. Потом яркая вспышка, помехи - и тишина.
- Девятнадцатая «Пчела» не вернулась, - доложил подбежавший койот в таком же экзоскелете, с нашивками сержанта. - Последние кадры передала перед потерей сигнала. Леомийцы у Серой реки. Инженерка. И кто-то крупный, господин майор. По тепловому пятну — танк. Тяжёлый класс.
- Танк, - Скорпион не повернул головы, продолжая смотреть в планшет. — Один?
- Один. Инженерные машины типа «Пин», три штуки. Наводят понтонную переправу.
Скорпион усмехнулся - недобро, одними уголками губ.
- Значит, не просто так прут в болота. Дальше только узкоколейка и наши тылы. Полковник Гром, который вчера грохнулся со своим штабным бортом, до сих пор не найден. Думаешь, совпадение?
Сержант молчал, переминаясь с лапы на лапу. Он знал: майор не любит, когда лезут с предположениями. Скорпион сам делал выводы. Всегда.
Шакал поднялся, отбросил планшет на сиденье бэтээра. Экзоскелет согласно качнулся, помогая движению. Роста в нём было под два метра, и сейчас, на фоне угловатой брони «Кирпича», майор казался частью этой машины - такой же жёсткий, холодный, заточенный под убийство.
- Они пойдут по насыпи, - сказал он, глядя на север, где за лесом угадывались болота. - Другого пути нет. «Монолит» по топи не пройдёт, сядет на брюхо. Значит, узкоколейка. Старая лесовозная ветка, мосты взорваны, но насыпь держит. Они будут латать переправы на ходу.
- Мы их встретим, пан майор? - сержант уже знал ответ, но спросил для порядка.
- Встретим. - Скорпион повернулся к бэтээрам. Пять машин, двадцать пять бойцов в экзоскелетах, пять ПТРК «Луч-П» с боезапасом по четыре ракеты на ствол. Этого хватит, чтобы превратить любой леомийский танк в догорающий металлолом. Если знать, куда бить. - Поднимай фурров. Выходим через десять минут. Курс - на старый мост у Чёрной пади. Там самое узкое место. Если они пойдут - пойдут через него.
Сержант козырнул и побежал к машинам, выкрикивая команды. Бэтээры ожили, заурчали двигателями. Из люков повыскакивали бойцы - койоты, шакалы, пара росомах, все в экзоскелетах, все с автоматами. Быстро, без лишнего шума, они загружались обратно, проверяли оружие, крепления гранат.
Скорпион остался стоять, глядя на север. В голове прокручивались кадры хроники двухлетней давности. Сгоревший квартал в приграничном городе. Леомийская артиллерия работала по позициям, но накрыла жилые дома. Под завалами тогда нашли его брата. Младшего. Глупого. Который пошёл в тероборону, потому что «надо защищать родину».
Защитил.
Майор медленно сжал кулак. Гидравлика экзоскелета тихо зашипела, усиливая хватку.
- За родину, - прошептал он одними губами. - Я тебе покажу родину, леомийская мразь.
Он забрался в головной бэтээр, захлопнул люк. Внутри было тесно, пахло соляркой, потом и оружейной смазкой. Бойцы сидели на скамьях вдоль бортов, молчали, только глаза блестели в полумраке.
- Цель - тяжёлый танк, - коротко бросил Скорпион, включая внутреннюю связь. - Один, но живучий. «Монолит». Бьём с флангов, в корму и ходовую. «Лучи» выжигаем по две ракеты на цель. Не подставляйтесь под лазганы - они режут экзоскелеты как масло. Работаем из засад, быстро, грязно. Вопросы?
Вопросов не было. В отряде Скорпиона вопросы задавали только один раз - когда он только принял командование. С тех пор желающих не находилось.
- По машинам. Погнали.
Пять бэтээров, урча двигателями, один за другим втянулись в лес, направляясь к старой узкоколейке. Широкие гусеницы легко перемалывали болотистую почву, оставляя за собой глубокие колеи, быстро заполнявшиеся мутной водой. На бортах, словно клеймо, белели кресты Шар-а-Варии.
Внутри головной машины Скорпион включил планшет с картой местности. На экране высветилась узкоколейка, извивающаяся через болота. Красным маркером он отметил Чёрную падь - место, где старая железнодорожная насыпь сужалась до десяти метров, а под ней, в тёмной воде, прятались остатки свай взорванного моста.
Там. Только там.
- Заходим с юга, - бросил он водителю - молодому койоту с нашивками старшего солдата. - Становимся в линию за насыпью. Маскировка - полная. Пока они не подойдут к мосту - огня не открывать.
- Понял, пан майор.
Скорпион откинулся на жёсткую спинку сиденья, прикрыл глаза. Экзоскелет тихо гудел, подпитываясь от бортовой сети. В голове крутилась одна мысль, холодная и острая, как лезвие ножа:
«Я иду за тобой, леомиец. И я не промахнусь».
Бэтээры уходили всё глубже в лес, в серую мглу, где даже птицы не пели. Там, впереди, их ждала узкоколейка, старый мост и танк с номером 930 на броне.
***
А в это время «Монолит» уже пересёк реку. Понтоны, наведённые инженерами, выдержали пятидесятитонную махину, хотя и просели так, что вода захлестнула гусеницы по самые ступицы. «Пины» суетливо сматывали тросы и сворачивали секции, готовясь уходить обратно, в относительную безопасность.
Внутри бронекапсулы было тихо. Астра молча просматривала сектора обстрела, Шухер сосредоточенно вёл машину по разбитой насыпи, а Вольт изучал карту.
- До Чёрной пади сорок километров, - сказал он. - Там старый мост. По данным разведки, взорван, но мы попробуем восстановить. Если нет - пойдём вброд, глубина там небольшая.
- А если шарцы уже там? - спросила Астра.
Вольт помолчал, потом ответил:
- Значит, будем прорываться. У нас нет выбора.
«Монолит» полз по узкоколейке, оставляя за собой ровный след на проржавевших рельсах, вросших в насыпь. Сенсоры необитаемой башни вращались, сканируя горизонт. Впереди была только серая мгла и война.
***
Узкоколейка вела их через болота, как старая, проржавевшая нитка, нанизывающая на себя редкие островки твёрдой земли. «Монолит» полз со скоростью пешехода - быстрее было нельзя, насыпь местами проседала под пятидесятитонной махиной, и Шухер то и дело сбрасывал газ, пропуская под гусеницами особо подозрительные участки.
Внутри бронекапсулы висела тягучая тишина. Астра уже четвёртый час не отрывала глаз от тактического экрана, где зелёной мутью расплывались болота, а редкие птички - свои, леомийские дроны-разведчики - метками пропадали в серой зоне непроходимой топи.
- Вольт, - позвала она негромко. - У меня странное эхо на сенсорах. Юго-восток, двадцать градусов. Будто металл.
Лев мгновенно подался вперёд, всматриваясь в её экран.
- Няша, усилить сектор 7-12, пассивный режим.
«Выполняю. Анализ спектра... Обнаружены множественные металлические объекты. Классификация затруднена из-за помех. Вероятность техногенного происхождения — высокая», - отчиталась электроника.
- Засада, - выдохнул Шухер, не оборачиваясь. - Чует моя бионическая лапа - засада.
- Не каркай, - огрызнулась Астра, но когти сами собой впились в резину джойстиков.
Вольт молчал, просчитывая варианты. Узкоколейка здесь сужалась, насыпь шла по гребню старой дамбы. Справа и слева - топь, непролазная даже для «Монолита». Впереди - остатки моста, Чёрная падь. Идеальное место для засады.
- Шухер, стоп. Глушим всё. Пассивный режим.
Танк замер, погрузился в тишину. Только сердцебиение троих в бронекапсуле да тихий писк приборов.
- Если там шарцы, они нас уже засекли, - сказала Астра. - Тепловизоры, сейсмодатчики...
- Знаю. - Вольт потёр переносицу. - Но если они там, то сидят тихо и ждут, пока мы подойдём к мосту. Значит, у них есть время. И у нас есть время подумать.
Он развернул карту на центральном экране.
- Смотрите. Мост взорван, пролёт обрушен. Чтобы пройти, нам надо либо восстанавливать, либо спускаться в воду и форсировать по дну. Глубина там - по башню. Рискованно, но можно.
- А если они ударят, когда мы полезем в воду? - Шухер покачал головой. - Мы там - как утка в пруду. Ни скорости, ни манёвра.
- Значит, не полезем. - Вольт ткнул пальцем в точку на карте. - Здесь, в трёх километрах восточнее, есть старый объезд. Лесовозы когда-то таскали брёвна в обход моста, насыпали грунтовку. Она, конечно, заросла, но, может, пройдём.
- А если шарцы знают про этот объезд? - спросила Астра.
- Тогда они нас там и встретят. Но у нас есть фора - они думают, что мы пойдём напрямую, через мост. Потому что так бы поступил любой здравомыслящий танкист.
Шухер хмыкнул:
- А мы, значит, нездравомыслящие?
- Мы гвардия, - усмехнулся Вольт. - Нам можно. Разворачивай, Шухер. Тихо, без рывков. Астра - лазганы в готовность, но огня не открывать без команды. Если там засада, мы должны увидеть их первыми.
Танк медленно, буквально по сантиметру, начал разворачиваться на узкой насыпи. Гусеницы крошили старые шпалы, но «Монолит» слушался штурвала как послушный конь.
***
В трёх километрах южнее, в густом осиннике, замаскированные ветками и маскировочными сетями, стояли пять «Кирпичей». Скорпион сидел в командирском кресле головной машины, глядя на экран, куда транслировалась картинка с беспилотника.
- Уходят, - подал голос сержант-койот сзади. - Пан майор, они не пошли к мосту. Разворачиваются.
Скорпион молчал. Он видел. Тяжёлый леомийский танк, который он уже мысленно похоронил в трясине Чёрной пади, вдруг проявил осторожность. Значит, командир там не дурак. Значит, игра будет интереснее.
- Они знают про старую лесовозку, - сказал он наконец. - Идут в обход. Сержант, карту.
Койот мгновенно развернул планшет с местностью. Скорпион пробежал пальцем по изгибам старой дороги, прикидывая расстояния.
- Здесь, - он ткнул в точку, где грунтовка выходила из леса на открытое пространство перед небольшой речушкой. - Второй мост, через Кривушу. Он цел, но узкий. Танк будет переползать медленно. Выдвигаемся туда.
- Но, пан майор, - осмелился подать голос молодой лейтенант из второго бэтээра по связи. - Если они пошлют разведку вперёд? Увидят нас?
- Не увидят, - отрезал Скорпион. - Лес густой, мы засядем в ста метрах от дороги. Они пройдут мимо, а мы ударим с фланга в корму. «Монолит» - машина тяжёлая, башня необитаемая, но кормовые сенсоры у них слабее. Бьём по двигателю и ходовой. Обездвижить - и добить.
- Принято, пан майор.
- Всем машинам - маршрут три. Двигаться колонной, дистанция пятьдесят метров. Глушилки на полную, связь только в крайнем случае. Вышли.
Пять бэтээров бесшумно, насколько позволяли широкие гусеницы, тронулись с места, оставляя за собой примятую траву и сломанные кусты. Внутри головной машины Скорпион откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.
Брат снился ему каждую ночь. Молодой, глупый, в нелепо сидящей форме бойца теробороны, с автоматом наперевес. «Я буду героем, пан майор! - кричал он тогда, смеясь. - Я покажу этим леомийским котам!» Показал. Лежит теперь в братской могиле под Торфуградом, если вообще что-то осталось от него после прямого попадания.
Скорпион открыл глаза. В них не было ни боли, ни сомнений. Только холодная, ровная ярость.
- Я иду, брат, - прошептал он одними губами. - Я иду.
***
«Монолит» тем временем выбрался на старую лесовозку. Дорога и вправду заросла - молодой осинник пробивался прямо по колее, и Шухеру приходилось буквально продираться сквозь него, с хрустом валя деревья. Но грунт держал, насыпь была плотной.
- Вольт, - Астра впилась взглядом в сейсмический датчик. - У меня вибрация. Сзади, километрах в пяти. Моторы. Не наши.
- Гусеничная техника?
- Похоже. Несколько единиц. Движутся параллельным курсом, южнее.
- Обходят нас, - Шухер стиснул штурвал. - Хотят перехватить у следующего моста.
Вольт кивнул. Логика противника была понятна. Если там сидит грамотный офицер, он просчитает их маршрут. Значит, надо просчитать его ходы на шаг вперёд.
- Сколько у нас до Кривуши?
- Километров восемь, - ответила Астра. - Если они идут напрямую, встретят нас там.
- Хорошо. - Вольт потянулся к микрофону. - Восемьсот двадцатый, я девятьсот тридцатый. Выхожу на связь с риском перехвата. У меня подозрение на засаду в квадрате 14-22. Как поняли?
В наушниках зашипело, потом сквозь помехи пробился голос полковника Щека:
- Девятьсот тридцатый, вас едва слышно. Подтверждаю: наша разведка засекла движение пяти «Кирпичей» в вашем секторе. Командует предположительно майор с позывным Скорпион. Очень опасный экземпляр. У него личные счёты к нам. Будьте предельно осторожны.
- Принято. Конец связи.
Вольт отключил микрофон и обернулся к своим.
- Слышали? Скорпион. Личные счёты.
- Это хуже, чем просто приказ, - буркнул Шухер. - Такой будет драться до конца.
- Тем более мы не имеем права проиграть. - Астра поправила шлемофон, и в её голосе зазвенела сталь. - У меня к шарцам тоже счёты. Посмотрим, чьи круче.
- Шухер, - Вольт принял решение. - Давай полный газ. Сколько выжмет двигатель? Нам нужно выйти к Кривуше раньше, чем они займут позиции.
- Рискованно, командир. Мотор завоет.
- Пусть воет. Но если мы придём первыми - выберем позицию сами и встретим их как положено.
Шухер оскалился, вцепился в штурвал и вдавил педаль газа в пол. «Монолит» взревел дизелем, взметнул комья земли из-под гусениц и рванул вперёд, сминая молодую поросль как траву.
- Астра! - крикнул Вольт, вцепившись в подлокотники. - Рельсу к бою! Картечь! Если успеем - встретим их на открытой местности.
- Есть! - Лисица забегала лапами по консоли, вводя данные в систему управления огнём. - Рельса готова, лазганы в режиме очередей, активная защита - автоматический режим.
- Няша, отключить ограничители скорости!
«Ограничители отключены. Режим - форсированный. Рекомендую пристегнуться», - бесстрастно сообщила электроника.
Танк нёсся по старой лесовозке, оставляя за собой дымный след. Впереди, за стеной леса, уже угадывался просвет - река Кривуша и мост, который должен был стать их спасением или ловушкой.
Восемь километров. Семь. Шесть.
Где-то там, параллельным курсом, мчались пять угловатых коробок с белыми крестами на бортах, ведомые шакалом, потерявшим брата.
Гонка начиналась.
***
Лес по обе стороны лесовозки слился в сплошную тёмно-зелёную стену. «Монолит» мчался на пределе своих возможностей, и каждый трак, каждый каток вибрировал так, что, казалось, ещё немного - и машина развалится на части. Шухер вцепился в штурвал мёртвой хваткой, его бионическая лапа чуть подрагивала, передавая вибрацию от брони прямо в кости.
- Командир, движок закипит! - рявкнул он, косясь на датчик температуры. - Ещё пять минут такого режима - и мы встанем посреди леса с паром из всех щелей!
- Держи, сколько сможешь! - Вольт не отрывал глаз от карты. - Три километра до Кривуши. Если они нас опередят - мы трупы.
Астра молчала, вцепившись в джойстики. На её экране сейсмические датчики рисовали пять отчётливых точек, движущихся параллельным курсом. Шарские «Кирпичи» шли на полной скорости, но их трасса была прямой, как стрела, - старая просека, которой леомийские картографы даже не отметили на своих картах.
- Они быстрее, - глухо сказала она. - Ещё километр - и они выйдут к мосту раньше нас.
Вольт выругался сквозь зубы. Потом резко повернулся к Шухеру:
- Сворачивай с дороги. Напрямую, через лес.
- Ты с ума сошёл?! - Шухер даже обернулся, забыв про дорогу. - Там же бурелом, валуны... Мы сядем на брюхо через сто метров!
- Там просека, - Вольт ткнул пальцем в карту. - Старая, заросшая, но на спутниковых снимках видно. Лесовозы когда-то таскали брёвна напрямик к мосту. Если успеем - выскочим прямо перед носом у шарцев.
- А если не успеем? - тихо спросила Астра.
Вольт посмотрел ей в глаза.
- Тогда встретим их в лесу. Без манёвра, без флангов, в упор. Но лучше так, чем подставить корму под «Лучи» на мосту.
Шухер скрипнул зубами, но спорить не стал. Рванул штурвал вправо, и «Монолит», сминая молодые сосны как спички, съехал с насыпи прямо в чащу.
Внутри бронекапсулы начался ад.
Танк прыгал на валунах, кренился так, что Астра едва не вылетела из кресла, многотонные стволы деревьев с хрустом ломались под гусеницами, и глухие удары по броне гремели как барабанная дробь. Система стабилизации орудия выла на пределе, пытаясь удержать рельсу в горизонтальном положении.
- Няша, отключить стабилизацию! - заорал Вольт, вцепившись в подлокотники. - Всё равно стрелять сейчас не будем!
«Стабилизация отключена. Рекомендую пристегнуться... ещё крепче», - отозвалась электроника, и в её синтезированном голосе Астре почудилась ирония.
- Она издевается, - прохрипела лисица, вжимаясь в кресло.
Шухер молча правил, вгрызаясь взглядом в картинку с передних камер. Лес кончился внезапно - будто кто-то срезал стену деревьев ножом. Впереди открылось болотистое пространство, а за ним, метрах в трёхстах, угадывался мост через Кривушу.
Пустой.
- Есть! - Шухер ударил кулаком по штурвалу. - Мы первые!
- Не ори, - оборвал его Вольт. - Астра, сканируй берег. Где они?
Лисица уже вовсю водила сенсорами, выжимая из них максимум.
- Вижу! - выдохнула она. - Южнее, в километре. Выходят из леса к мосту... Они нас не видят, мы за бугром!
- Отлично. Шухер, стоп. Глушим двигатель. Полная тишина.
«Монолит» замер, припав к земле за невысоким холмом, поросшим чахлым кустарником. Дизель заглох, и в наступившей тишине стало слышно, как бешено колотится сердце у каждого из троих.
- Астра, пассивный режим. Смотреть, не дышать.
Она кивнула, не сводя глаз с экрана. Там, на краю леса, одна за другой выползали угловатые коробки «Кирпичей». Пять машин. Широкие гусеницы, скошенные лбы, на бортах — бело-серые кресты. Они выстраивались в линию, готовясь занять позиции для засады.
- Красиво встали, - одними губами прошептал Шухер. - Как на параде.
- Они думают, что мы всё ещё на лесовозке, - так же тихо ответил Вольт. - Что подойдём к мосту с севера, а они нас встретят.
- А мы встретим их, - Астра плотоядно оскалилась, и в этом оскале не было ничего от милой лисички. Только хищник, почуявший добычу.
- Погоди. - Вольт поднял лапу. - Дай им расслабиться. Пусть выйдут на открытое место, развернутся бортами. Тогда и ударим.
Секунды тянулись как резиновые. Пять «Кирпичей» один за другим выползали из леса на твёрдый грунт у моста. Из люков повыскакивали солдаты в экзоскелетах - серые фигуры с автоматами, быстро занимающие позиции вокруг машин. На командирском бэтээре, чуть в стороне, стоял шакал. Высокий, в экзоскелете, с непокрытой головой. Он смотрел на север, туда, откуда должен был появиться «Монолит».
Скорпион.
Астра почувствовала, как шерсть на загривке встаёт дыбом. Даже через экран от этого шакала веяло такой холодной злобой, что хотелось отвести взгляд. Но она смотрела. Смотрела и ждала команды.
- Ещё немного... - прошептал Вольт. - Пусть развернутся. Пусть...
Скорпион вдруг резко повернул голову. Прямо в их сторону.
- Он что-то почуял, - выдохнул Шухер.
- Поздно, - Вольт рубанул лапой воздух. - Астра, огонь! Рельса - картечь по группе! Лазганы - по крайним!
- Есть!
Астра вдавила кнопки.
«Монолит» взревел дизелем, выскакивая из-за холма. Необитаемая башня развернулась с молниеносной скоростью, и рельса-пушка выплюнула сгусток смерти.
Картечь - страшное оружие. Сто восемьдесят миллиметров, начинённых вольфрамовыми шарами, накрыли группу шарских солдат у крайнего бэтээра. Фурров просто не стало - там, где только что стояли бойцы в экзоскелетах, теперь дымилось месиво из стали, плоти и крови.
- Есть! - заорала Астра, переключаясь на лазганы.
Два голубых луча ударили по бортам «Кирпичей». Лазганы «Монолита» были рассчитаны на бункеры и тяжёлую броню, и тонкая обшивка шарских бэтээров не выдержала и секунды. Одна машина вспухла огненным шаром, взорвавшись вместе с боекомплектом. Вторая задымила, из пробитого борта повалил чёрный жирный дым.
Но шарцы не были новичками.
Скорпион, едва увидев вспышку выстрела, уже нырнул в люк своего бэтээра. И через мгновение три уцелевшие машины рванули с места, разворачиваясь и уходя из-под обстрела.
- Уходят, гады! - Шухер уже жал на газ, бросая «Монолит» в погоню.
- Не уйдут! - Астра ловила в прицел юркие коробки, но те виляли как зайцы, используя каждую складку местности.
- Астра, берегись! - заорал Вольт, увидев на экране предупреждение системы активной защиты.
Из крайнего «Кирпича» вылетела ракета. «Луч-П» - смертоносное оружие, созданное как раз для таких случаев. Тонкий, быстрый силуэт понёсся к «Монолиту», и система активной защиты сработала в автоматическом режиме. Контрбоеприпас вырвался навстречу, взрыв разорвал ракету в сотне метров от танка.
- Есть перехват! - выдохнул Шухер.
- Второй пуск! - крикнула Астра. - Слева!
Вторая ракета ушла с другого фланга, и система не успела перестроиться. Контрбоеприпас рванул слишком близко, ударная волна хлестнула по броне, но «Монолит» даже не покачнулся.
- Тяжеловат ты для них, родимый! - оскалился Шухер, врезаясь в строй шарцев.
Астра била из лазганов короткими очередями, не давая бэтээрам возможности прицелиться. Один «Кирпич» задымил, попав под луч, и резко свернул в сторону, пытаясь укрыться за деревьями.
- Уходит!
- Пусть, - Вольт смотрел на карту. - Главное - мост. Нам нужно на ту сторону, пока они не вызвали подмогу.
- Но там же Скорпион! - Астра обернулась к нему, в глазах горело бешенство. - Он уйдёт!
- Он не уйдёт, - твёрдо сказал Вольт. - Он будет ждать. Потому что у него личные счёты. И потому что мы только что положили половину его отряда. Такой, как он, не отступит. Он будет мстить.
Шухер вывел «Монолит» к мосту. Переправа была цела, старая, деревянная, но крепкая. Танк осторожно ступил на настил, мост заскрипел, но выдержал.
- Проезжаем, - скомандовал Вольт. - Астра, держи сенсоры на юге. Он где-то там.
- Знаю, - тихо ответила лисица, впиваясь взглядом в экран.
«Монолит» пересёк Кривушу и углубился в лес на том берегу. Впереди было ещё семьдесят километров болот, мин и засад. И где-то там, в серой мгле, прятался шакал, потерявший брата и теперь потерявший половину отряда.
Он придёт.
Обязательно придёт.
***
В дымящемся, пробитом «Кирпиче», залёгшем в лощине среди болот, Скорпион молча смотрел на экран, где одна за другой гасли метки его машин. Три из пяти. Тридцать два бойца. Осталось двенадцать.
- Пан майор... - начал было сержант, но шакал оборвал его взглядом.
- Молчать.
Он перевёл взгляд на север, туда, где скрылся леомийский танк.
- Ты заплатишь, - прошептал он, и в этом шёпоте было столько ненависти, что сержант невольно поёжился. - За каждого. За брата. За всех.
Скорпион включил связь с уцелевшими машинами:
- Всем. Ремонт, перезарядка, маскировка. Мы идём за ними. И мы их достанем. Даже если это будет последнее, что мы сделаем в этой жизни.
В наушниках щёлкнуло - три голоса ответили коротко и жёстко:
- Слушаем, пан майор.
***
А в «Монолите» было тихо. Астра смотрела на пустой экран, где исчезли силуэты шарских бэтээров, и чувствовала, как внутри поднимается холодная, тягучая волна.
Он вернётся.
И в следующий раз они встретятся лицом к лицу.
***
«Монолит» уходил всё глубже в запретные топи. Узкоколейка давно кончилась, и Шухер вёл машину по едва заметным просекам, ориентируясь только на карту в планшете да редкие метки, оставленные разведкой. Лес вокруг стоял мрачный, сырой, пропитанный запахом гниющих растений и застоявшейся воды. Даже днём здесь царил серый полумрак.
- Вольт, - Астра в который раз проверила сенсоры. - Сзади чисто. Километров на десять вокруг ни одной металлической отметки.
- Они не отстанут, - отозвался Шухер, не оборачиваясь. - Скорпион - шакал матёрый. Он идёт по следу, просто держит дистанцию, чтобы мы его не засекли.
- Согласен, - кивнул Вольт. - Но сейчас не до него. Наша задача - найти Грома. Няша, последние координаты сигнала?
«Координаты получены. Объект предположительно находится в квадрате 23-18. До цели - двенадцать километров. Рельеф - болотистая низина, возможны локальные возвышенности», - доложила электроника.
- Двенадцать километров, - Астра вздохнула. - Целых двенадцать. А кажется, что мы уже год тут ползаем.
- Терпи, лисёнок, - Шухер усмехнулся в усы. - На войне время по-другому течёт. Час как вечность, а вечность - как миг, когда в тебя ракета летит.
Вольт молчал, всматриваясь в карту. Что-то его тревожило. Слишком тихо. Слишком спокойно. Шарцы не могли не знать, что в их тылах разбился вражеский самолёт. Они должны были прочесать каждый метр этих болот. Но до сих пор - ни одного патруля, ни одной засады.
- Странно это, - сказал он вслух. - Почему они не ищут Грома? Он же упал восемьдесят километров от линии фронта. Это их территория. А мы уже почти на месте, и ни одного шарца.
- Может, прочёсывают другими квадратами? - предположила Астра. - Болота большие.
- Может, - не стал спорить Вольт. - Но сердцем чую - тут что-то не так.
- Смотри в оба, командир, - Шухер сбавил скорость, вглядываясь в топь перед собой. - Дальше, кажется, только пешком. Гусеницы сядут.
Он был прав. Узкая полоска твёрдой земли, по которой они шли последние полчаса, обрывалась в непролазную хлябь. Дальше простиралось настоящее болото - с кочками, ряской и чёрной водой, в которой, наверное, и на лодке-то не везде проплывёшь.
- Вольт, - Астра подала голос. - Я что-то поймала. Слабый сигнал. Рация, работает в ждущем режиме. Код... наш! Леомийский военный код!
- Где?! - Вольт подался вперёд.
- Прямо по курсу. Километра два, не больше. Но сигнал очень слабый. То ли батареи садятся, то ли глушилки мешают.
- Он там, - выдохнул Шухер. - Живой.
- Астра, держи связь, попробуй выйти на него. Шухер, ищем место для стоянки. Танк оставляем здесь, дальше пойдём пешком.
- Пешком? - Астра округлила глаза. - По болоту?
- А ты хотела, чтоб мы на танке по кочкам проехали? - огрызнулся Вольт, но без злобы. - Шухер, найди сухой пятачок. И маскировку - полную. Если нас здесь засекут - мы в мышеловке.
Шухер покрутил головой, оценивая местность, и ткнул пальцем в небольшой холм, поросший густым ивняком.
- Вон там. Грунт вроде плотный. И сверху сетку натянем - с воздуха не увидят.
- Добро. Заводи.
«Монолит» осторожно, буквально на ощупь, подполз к холму и замер среди кустов. Шухер заглушил двигатель, и в наступившей тишине стало слышно, как где-то далеко ухает какая-то болотная птица.
- Няша, режим глубокой маскировки. Отключить всё, кроме пассивных сенсоров и системы оповещения. При любом движении вокруг - буди нас.
«Режим активирован. Системы переведены в спящий режим. Время автономной работы — до семидесяти двух часов», - отчиталась электроника.
- Астра, проверь оружие. Экзокостюмы - полная проверка. Мы идём лёгкими, но готовыми ко всему.
- Есть, командир.
Они вылезли из танка через десантный люк. Снаружи было сыро и зябко, пахло тиной и прелыми листьями. Астра поёжилась, натягивая шлемофон и проверяя крепления лёгкого бронекостюма - не чета тем монстрам, что носили шарцы, но от осколка защитит.
Шухер остался в танке - старый росомаха вызвался прикрывать отход, если что, и следить за сенсорами. Вольт и Астра, пригибаясь, двинулись в сторону болота.
- Держись за мной, - шепнул лев, ступая на первую кочку. - Куда шагаю - туда и ты. Ошибёшься - утонешь.
- Я не дура, - огрызнулась лисица, но послушно ступала след в след.
Болото встречало их чавканьем и холодом. Вода просачивалась сквозь высокие берцы, но гидроизоляция держала - спасибо интендантам, не забыли пропитку. Астра то и дело поглядывала на компас, сверяясь с координатами, и на сейсмодатчик, вшитый в наруч.
- Сигнал сильнее, - прошептала она. - Совсем близко. Метров триста.
- Вижу, - Вольт кивнул в сторону небольшого холма, поросшего корявыми соснами. - Там. Бункер старый, мелиораторов. Гром должен быть внутри.
Они подобрались ближе, залегли в кустах на краю холма. Астра включила тепловизор - и чуть не вскрикнула от радости.
- Вольт! Там внутри! Одна фигура! Живая! Лежит, но шевелится!
- Тихо ты, - шикнул на неё лев, но в глазах его тоже зажглась надежда. - Осмотрись. Может, засада.
Но засады не было. Болото вокруг молчало, только ветер шелестел жухлой травой да где-то далеко каркала ворона. Вольт поднялся, махнул лапой Астре, и они, пригибаясь, побежали к бункеру.
Тяжёлая металлическая дверь была приоткрыта. Внутри пахло сыростью, плесенью и ещё чем-то кислым — то ли медикаментами, то ли потом. Вольт включил фонарь на шлеме, луч света выхватил из темноты бетонные стены, ржавые трубы и...
- Гром!
Полковник – мощнейший тигр - лежал на старом матрасе, укрытый какой-то рванью. Левая нижняя лапа была замотана бинтами, пропитанными кровью и грязью, лицо - в ссадинах и синяках. Но глаза - глаза открылись, и в них мелькнуло узнавание. На нём – полевой камуфлированный китель и бронежилет на нанотрубках, на груди – нашивка с полковничьим погоном – два просвета цвета хаки без звёздочек.
- Свои... - прохрипел он. - Свои, прайд вас дери... Я уж думал, не дождётесь.
- Господин полковник, - Вольт опустился рядом на колено. - Корнет Вольт, экипаж девятьсот тридцатого. Мы за вами.
Гром попытался усмехнуться, но вышла только жалкая гримаса.
- Один танк? За мной? Да вы... самоубийцы?
- Это гвардия, пан полковник, - Астра вдруг выпалила и сама удивилась своей дерзости. - Мы по-другому не умеем.
Гром посмотрел на неё, и в глазах его мелькнуло что-то похожее на уважение.
- Лисичка... Астра, капрал... - он, кажется, читал личные дела. - Дочь подпрапорщика... Знаю твоего отца. Хороший был воин.
- Был, - тихо ответила Астра, отводя взгляд. - Шарцы замучили в плену.
В бункере повисла тяжёлая тишина. Гром перевёл взгляд на Вольта.
- Документы... - зашептал он, хватаясь за грудь. - План шарского контрнаступления... Они... Они знают, что я упал... Они ищут... Надо... Надо доставить...
— Доставим, господин полковник, - твёрдо сказал Вольт. - Обязательно доставим. Астра, помоги.
Вдвоём они подняли Грома, который оказался на удивление лёгким - то ли от недоедания, то ли от потери крови. Тигр зашипел от боли, но смолчал, только зубы сжал.
- Танк... Танк далеко? - прохрипел он.
- Километра полтора, - ответил Вольт. - Но через болото. Придётся нести.
- Я дойду, - Гром упрямо мотнул головой. - Не впервой.
Но идти он не мог. После первых же десяти шагов нога подломилась, и Гром рухнул бы в топь, если б Вольт не подхватил его.
- Астра, бери автомат и прикрывай. Я понесу.
- Командир, он тяжёлый...
- Я сказал - понесу. Идём.
Вольт взвалил полковника на плечи и, пошатываясь, двинулся назад, к танку. Астра шла сзади, нервно оглядываясь и сжимая автомат. Каждый шорох, каждый всплеск воды заставлял её вздрагивать и вскидывать оружие.
Но болото молчало.
Они прошли уже половину пути, когда Астра вдруг остановилась как вкопанная.
- Вольт... - голос её дрогнул. - Сзади... Слышишь?
Лев замер, прислушался. Сначала ничего, только ветер и чавканье трясины. А потом — далёкий, едва уловимый рокот моторов.
- Гусеничная техника, - выдохнул он. - Не наши.
- Они нашли нас?
- Или вышли по следу. Шухер их должен был засечь. Надо торопиться.
Он рванул вперёд, забыв про усталость. Астра побежала следом, спотыкаясь о кочки и мысленно молясь всем богам, чтобы они успели.
Впереди, сквозь редкий лес, уже виднелся холм с ивняком, где прятался «Монолит». И оттуда — короткая вспышка света. Шухер подавал сигнал: «Вижу вас. Торопитесь. Опасно».
- Бежим! - крикнул Вольт.
Они бежали.
А сзади, набирая обороты, приближался рокот шарских машин.
***
В «Монолите» было тесно, как никогда. Астра втиснулась в кресло наводчика, Вольт - в командирское. Грома кое-как уложили на пол бронекапсулы, пристегнув ремнями к свободным нишам. Полковник был бледен, дышал тяжело, но держался.
- Шухер, заводи, - скомандовал Вольт, захлопывая люк. - Полный газ. Назад, к узкоколейке.
- А если они нас там встретят? - Шухер уже запускал двигатель, и «Монолит» вздрогнул, оживая.
- Встретят - прорвёмся. Астра, полный боевой. Рельсу зарядить бронебойным. Лазганы — на автоцель.
- Есть, командир.
«Монолит» рванул с места, ломая кусты, вылетая на твёрдую почву. Сзади, километрах в трёх, из болот уже выползали угловатые коробки «Кирпичей». Пять машин - все, что остались у Скорпиона, и ещё несколько - видимо, подмога, вызванная по рации.
- Шесть целей, - доложила Астра. - Идут рассредоточенно. Хотят взять в клещи.
- Не дадим. Шухер, держи курс на тот холм, где мы их встретили. Там узкое место, они не смогут развернуться.
- Понял.
Танк мчался, взрывая гусеницами землю. Внутри бронекапсулы всё дрожало и гремело. Гром на полу застонал, но не открывал глаз.
- Держись, господин полковник, - прошептала Астра. - Мы вытащим вас. Мы обязаны.
А сзади, в головном «Кирпиче», сидел Скорпион и смотрел на экран, где метка леомийского танка уходила всё дальше.
- Не уйдёшь, - прошептал он, и его жёлтые глаза вспыхнули холодным огнём. - Всем машинам - полный газ. Мы берём их живыми. Особенно командира. Я хочу поговорить с ним лично.
- Слушаем, пан майор, - отозвались динамики.
Гонка продолжалась.
***
Скорпион откинулся в кресле, глядя на мигающую точку.
- Я достану тебя, леомиец, - прошептал он. - Клянусь братом.
И «Кирпичи» рванули в погоню, взрывая гусеницами болотную жижу.
В «Монолите» Астра вдруг резко обернулась.
- Вольт! Они ускорились! Идут напролом!
- Вижу, - лев смотрел на карту. - Шухер, сколько до гатей?
- Пять минут, если не сядем.
- Жми.
Гром приоткрыл один глаз, жёлтый, мутный от боли.
- Документы... - прохрипел он. - Если не выйдем... уничтожьте... Взрывчатка в кейсе... Красная кнопка...
- Не каркайте, господин полковник, - отрезал Вольт. - Выйдем. Мы - гвардия.
Танк нёсся сквозь болото, уходя от погони. А впереди, среди серой мглы, уже угадывалась твёрдая земля - старые гати, проложенные ещё лесозаготовителями.
Там, на твёрдой земле, они встретятся снова.
Скорпион и экипаж девятьсот тридцатого.
Последняя схватка приближалась.
«Монолит» нёсся по гребню старой насыпи, которую местные когда-то называли гатями — брёвна, уложенные прямо в болото, поверх них — слой грунта и гравия. Сто лет назад здесь таскали лес, потом бросили, и теперь гати поросли мхом и чахлым кустарником. Но они держали. Пока держали.
Внутри бронекапсулы всё гремело и тряслось. Шухер вцепился в штурвал так, что когти процарапали резиновую оплётку. Гром на полу зажимал лапами кейс и глухо рычал каждый раз, когда танк подпрыгивал на особо крупной кочке.
- Шесть целей, - Астра не отрывала глаз от тактического экрана. — Идут веером. Два справа, три слева, один прямо по курсу сзади. Пытаются охватить.
- Умный шакал, - процедил Вольт. - Хочет зажать нас на узкой насыпи. Чтобы не развернуться.
- И чтобы бить в борт с двух сторон, - добавил Шухер, выкручивая штурвал, огибая провал в гатях. - Классика.
- Астра, лазганы - по крайним. Не дай им приблизиться. Шухер, если кто выскочит вперёд - дави гусеницами, не жалей.
- Понял, командир.
Астра вдохнула, выдохнула и положила лапы на джойстики. На экране - два силуэта справа, пытаются обойти по более твёрдой почве. Лазганы «Монолита» дрогнули, наводясь на цель.
- Первый - выстрел!
Голубой луч полоснул по верхушкам деревьев, ударил в головной «Кирпич». Бэтээр вильнул, но броня держала - лазган бил с дальней дистанции, мощность падала.
- Чёрт, - выдохнула Астра. - Далеко. Только царапаю.
- Бей по гусеницам! - крикнул Гром с пола. - Они легкие, ходовая у них открытая!
Астра послушалась. Второй выстрел — и правый «Кирпич» клюнул носом, одна гусеница лопнула, машину развернуло поперёк насыпи.
- Есть! - взвизгнула лисица.
- Не отвлекайся, левый борт! - Вольт ткнул пальцем в экран.
Три «Кирпича» слева уже выходили на прямую наводку. Расстояние - восемьсот метров. Для ПТРК «Луч-П» - опасная близость.
- Пуск! - заорал Шухер, увидев дымный след.
Активная защита сработала в долю секунды. Контрбоеприпас вырвался навстречу, взрыв разметал ракету в ста метрах от борта. Но следом летела вторая.
- Не успевает система! - Астра вцепилась в джойстики, разворачивая башню. - Лазган! По ракете!
Безумная идея. Сбивать ракету лазганом - всё равно что иглой ловить муху в шторм. Но Астра попробовала. Голубой луч ударил в пространство перед танком, и - о чудо! - ракета клюнула носом, потеряла управление и ушла в болото, взорвав фонтан чёрной жижи.
- Есть! - заорала Астра. - Я сбила ракету!
- Молодец, - выдохнул Вольт. - Но их там ещё много.
Он не ошибся. Три «Кирпича» слева открыли беглый огонь из пулемётов. Пули застучали по броне «Монолита» как град. Для танка это была только косметика, но тонкая оптика сенсоров могла пострадать.
- Господин корнет, - вдруг подал голос Гром. Он приподнялся на локтях, жёлтые глаза горели лихорадочным огнём. - Дайте мне связь с вашим мехводом.
- Зачем, господин полковник?
- Я знаю эти гати. Я их изучал. Там, впереди, есть развилка. Одна ветка ведёт к узкоколейке, вторая - к старому лесоповалу. Если мы свернём на лесоповал - там твёрдая земля, бетонные плиты. Мы сможем развернуться и встретить их лицом к лицу.
Вольт глянул на карту. Развилка действительно была - через километр. Лесоповал - тупик, но там можно принять бой на своих условиях.
- Шухер, слышал?
- Слышал, господин полковник. Вера - рисковая.
- Выбирать не приходится.
- Тогда держитесь.
Танк прибавил ходу, оставляя за кормой фонтаны грязи. Сзади «Кирпичи» не отставали, но один, с перебитой гусеницей, уже застыл на насыпи, из него выскакивали солдаты в экзоскелетах.
- Пехота высаживается, - доложила Астра. - Может обойти болотами.
- Пусть, - отрезал Вольт. - Сейчас главное - не дать себя расстрелять с флангов.
Развилка показалась внезапно - старая, заросшая, но указатель ещё торчал, ржавый, с едва различимой надписью «Лесоповал - 3 км». Шухер крутанул штурвал, и «Монолит» свернул на вторую дорогу.
Гати здесь были шире, грунт плотнее. И впереди действительно угадывалось что-то похожее на промышленную площадку - остатки бараков, ржавая техника, бетонные плиты.
- Место для боя, - одобрил Гром и бессильно откинулся на пол. - Дальше я пас. Делайте, что должны.
- Астра, - Вольт уже просчитывал варианты. - Как войдём на площадку - разворачиваемся кормой к лесу. Чтобы они не зашли с тыла. Встречаем в лоб.
- А если с флангов?
- Там болото. Не пройдут. Только если пехота, но экзоскелеты в топи не полезут - утонут.
«Монолит» вылетел на бетонные плиты бывшего лесоповала, взметнув пыль. Шухер развернул машину, подставляя противнику лобовую броню. Астра уже заряжала рельсу бронебойным - для «Кирпичей» это был гарантированный пробив.
- Идут, - сказала она.
Из-за поворота, взрывая гусеницами грунт, вылетели пять «Кирпичей». Скорпион в головном, видимо, понял манёвр и теперь пытался затормозить, но было поздно - они выскочили на открытое пространство, прямо под прицел «Монолита».
- Огонь! - рявкнул Вольт.
Рельса выплюнула бронебойный снаряд. Сто восемьдесят миллиметров вольфрама ударили в первый «Кирпич» - машина просто исчезла в огненном шаре, разлетевшись на куски металла и пластмассы.
Лазганы ударили по второму и третьему. Один бэтээр задымил и резко свернул в сторону, пытаясь укрыться за развалинами барака. Второй получил прямо в моторный отсек и замер, из него повалил чёрный дым.
Но два оставшихся - четвёртый и пятый - успели рассредоточиться. И из четвёртого, того самого, с отметкой командирского, вылетела ракета.
- Пуск! - заорала Астра.
Система активной защиты сработала на автомате, сбивая ракету. Но следом вылетела вторая - и третья. «Луч-П» били залпом, пытаясь перегрузить защиту.
- Не успеваем! - Астра колотила по кнопкам, пытаясь перехватить все цели.
Одну сбили. Вторую. Третья... Третья ударила в борт.
«Монолит» содрогнулся. Внутри бронекапсулы погас свет на секунду, потом зажглись аварийные лампы. Астра ударилась головой о панель, Шухера швырнуло на штурвал. Гром на полу зарычал от боли.
- Доклад! - заорал Вольт, вцепившись в кресло.
- Няша, состояние!
«Попадание в правый борт, в район четвёртого опорного катка. Броня пробита частично, повреждён один из лазганов. Ходовая - нарушена, правый лазган не работает. Двигатель - в норме. Системы жизнеобеспечения - в норме. Активная защита перегружена, перезарядка - тридцать секунд», -доложила электроника ровным голосом.
- Астра, ты цела? - Вольт обернулся к лисице.
- Жива, - прохрипела та, ощупывая голову. - Лазган правый... не бей...
- Вижу. Шухер, можем двигаться?
- Можем, - росомаха вытер кровь с разбитой губы. - Но манёвренность... мы теперь как утка хромая.
- Всё равно. Астра, бей из левого. Рельсу заряжай картечью - они сейчас пехоту высадят.
Он не ошибся. Из уцелевших «Кирпичей» посыпались солдаты в экзоскелетах. Серые фигуры с автоматами, быстро занимающие позиции за бетонными плитами, за ржавой техникой. Их было фурров пятнадцать — остатки отряда Скорпиона.
- Пехота, - выдохнула Астра. - Много.
- Рельса - картечь по квадрату 5. Огонь!
Выстрел. Сотни вольфрамовых шаров выкосили пространство перед танком. Четверо шарцев просто перестали существовать, ещё трое упали, заливая бетон кровью. Но остальные залегли и открыли ответный огонь.
Пули застучали по броне, по сенсорам. Астра взвизгнула, когда один из экранов погас, засыпанный осколками.
- Ослепли наполовину!
- Не ной, - рыкнул Вольт. - Шухер, дай газу, врезайся в эту кучу!
- Есть!
«Монолит» рванул вперёд, давя гусеницами бетонные плиты. Пехота шарахнулась в стороны, но один экзоскелет не успел - гусеницы перемололи его в лепёшку.
Астра била из левого лазгана короткими очередями, выжигая позиции. Двое шарцев вспыхнули факелами, заживо сгорая в своих экзоскелетах.
- Скорпион! - вдруг заорал Шухер, тыча лапой в экран. - Вон он!
Из дымящегося командирского «Кирпича» выбрался шакал. Высокий, в экзоскелете, с автоматом в лапах. Он не бежал, не прятался. Он шёл прямо на танк, стреляя на ходу.
- С ума сошёл, - выдохнула Астра.
- Он хочет умереть, - тихо сказал Гром с пола. - Или убить. Для такого честь дороже жизни.
Скорпион шёл, и пули его автомата бессильно щёлкали по броне «Монолита». Он знал, что не пробьёт. Он просто хотел смотреть в глаза врагу, когда тот его убьёт.
- Астра, - Вольт положил лапу ей на плечо. -Твой выстрел.
Лисица смотрела на шакала. На того, кто убивал её соотечественников. На командира, который вёл своих солдат в бой, зная, что они не вернутся. На брата, потерявшего брата.
- За папу, - прошептала она.
Левый лазган выплюнул голубой луч.
Скорпион упал, даже не вскрикнув. На груди экзоскелета дымилась оплавленная дыра.
Бой стих так же внезапно, как начался. Уцелевшие шарцы - фурров пять - побросали оружие и подняли лапы вверх. С ними разберутся потом, когда подойдут свои.
В бронекапсуле повисла тишина.
- Готов, - выдохнула Астра и вдруг разрыдалась, уткнувшись мордочкой в ладони.
Шухер молча положил ей лапу на плечо. Вольт смотрел на экран, где догорали остатки отряда Скорпиона.
Гром приподнялся на локтях, сжимая кейс.
- Молодцы, - сказал он тихо, по-тигриному рыкнув. - Настоящие гвардейцы. Теперь... домой.
- Шухер, - Вольт нашёл в себе силы усмехнуться. - Заводи. Поехали домой.
«Монолит», хромая на правый борт, развернулся и двинулся обратно, к узкоколейке, к линии фронта, к своим.
Впереди их ждала дорога, полная опасностей, но главное они сделали.
Они вытащили Грома.
Они достанут документы в ставку.
Война продолжалась, но сегодня они выиграли важный бой.
***
Обратная дорога заняла шесть часов. Шесть часов ада, тишины и молитв.
«Монолит» хромал на правый борт, перебитая гусеница то и дело норовила соскочить с ленивца, и Шухеру приходилось останавливаться через каждый километр, чтобы подтянуть траки вручную. Астра вылезала наружу, прикрывала его с автоматом, всматриваясь в серую болотную мглу, где всё ещё могли таиться остатки шарских отрядов.
Но шарцы молчали. То ли добивали раненых, то ли просто не рисковали соваться в топи после гибели Скорпиона.
Внутри бронекапсулы Гром лежал без сознания. Тигр потерял много крови, рана на ноге загноилась, и Астра, стиснув зубы, вколола ему обезболивающее и антибиотики из танковой аптечки. Кейс с документами она пристегнула к своему креслу и то и дело проверяла, на месте ли.
Вольт молчал всю дорогу. Смотрел на карту, на сенсоры, на израненный танк. Думал о Скорпионе. О том, что шакал всё-таки добился своего - умер с оружием в лапах, глядя врагу в глаза. Такая смерть... она вызывала странное уважение. Даже у врага.
- Командир, - Шухер отвлёк его от мыслей. - Там, впереди... Наши.
Вольт поднял глаза на экран. Там, на краю болот, у начала узкоколейки, стояли «Пины» Медовара и ещё несколько машин. Бронированные ремонтно-эвакуационные тягачи, пара бэтээров с пехотой, и даже один «Щитоносец» - броневик с мощной РЭБ, прикрывающий небо от дронов.
А над ними, низко-низко, кружили два леомийских дрона, разгоняя туман.
- Свои, - выдохнула Астра и вдруг расплакалась снова. Тихо, без всхлипов, просто слёзы текли по мордочке, и она их даже не вытирала.
- Заходим, - скомандовал Вольт. - Шухер, последний рывок.
«Монолит» выполз из болот на твёрдую землю под радостные крики инженеров. Медовар, огромный медведь, бежал к танку, размахивая лапами, и что-то орал, но сквозь броню было не слышно.
Вольт открыл люк. Свежий воздух ударил в ноздри, смешанный с запахом гари, солярки и болотной тины. Он вылез наружу, поморщившись от боли в затёкших мышцах, и спрыгнул на землю.
- Живые! - Медовар сграбастал его в медвежьи объятия, от которых хрустнули рёбра. - Живые, Небесный Прайд вас дери! Мы уж думали - всё, не выберетесь! Связи нет, шарцы рыщут, а вы...
- Еле выбрели, - Вольт высвободился из объятий, кивнул на танк. - Гром внутри. Ранен. Документы при нём.
Медовар мгновенно стал серьёзным. Кивнул подбежавшим санитарам, и те мигом забрались в танк, аккуратно извлекая тигра наружу. Гром даже не очнулся - только глухо рыкнул, когда его грузили на носилки.
- В госпиталь его, быстро, - распорядился медведь. - И кейс - в штаб, лично в лапы полковнику Щеку.
- Я сама отнесу, - Астра спрыгнула с брони, прижимая кейс к груди. Глаза у неё были красные, но взгляд - твёрдый, как сталь. - Я за него жизнью рисковала. Я и доставлю.
Медовар глянул на Вольта, тот кивнул.
- Пусть идёт. Она заслужила.
***
Штабной блиндаж встретил их гулом голосов, работой полевых компьютеров и запахом крепкого чая. Полковник Щек поднялся навстречу, едва Астра переступила порог.
- Капрал, - начал он, но лисица перебила:
- Господин полковник, документы. План шарского контрнаступления. Гром сказал - лично вам в лапы.
Она положила кейс на стол. Щек глянул на неё, на кейс, на Вольта, зашедшего следом.
- Вы... вы действительно достали его. - Он открыл кейс, пробежал глазами по первым страницам, и лицо его изменилось. — Прайд всемогущий... Это же... это полный расклад. Даты, направления, силы. Мы теперь знаем каждый их шаг!
Он поднял глаза на Астру, на Вольта, на вошедшего чуть позже Шухера, что хромал, опираясь на здоровую лапу.
- Вы спасли группировку «Вектор», - тихо сказал Щек. - Вы трое. Если бы эти бумаги попали к шарцам... если бы они ударили первыми... - Он не договорил, махнул лапой. - Все выходите. Отдыхать. Лечиться. Есть, спать. Завтра утром - ко мне. С наградами.
- Спасибо, господин полковник, - выдохнул Вольт и, развернувшись, вышел.
Астра и Шухер - за ним.
***
Лесополоса, где стоял «Монолит», гудела как растревоженный улей. Техники уже облепили танк, Хомяк орал на них, размахивая гаечным ключом, требуя бережного обращения с «девочкой». Рядом дымила полевая кухня, и оттуда тянуло таким вкусным борщом, что у Астры свело скулы.
- Идите жрите, - буркнул Хомяк, отвлёкшись от разноса молодого волчонка. - Я пока тут сам поковыряюсь. Она ж у вас, родимая, вся в дырах. Правый лазган вообще в хлам, гусеницу менять, броню варить... - Он вздохнул, почесал затылок. - Но ничего, починим. Для таких героев - всё починим.
Они сели в стороне, на брёвнах, с жестяными мисками в лапах. Борщ был горячий, наваристый, с мясом и сметаной. Астра втянула первую ложку и чуть не застонала от удовольствия.
- Вкусно, - сказала она с набитым ртом. - Как дома.
Шухер молча хлебал, изредка косясь на свою бионическую лапу. Она ныла - к непогоде, или просто от усталости.
- Ты как, старый? - спросил Вольт, отрываясь от миски.
- А что мне сделается? - огрызнулся росомаха, но без злобы. - Лапа вот... ноет. И спина. И всё ноет. Старый я уже для таких гонок, командир.
- Старый, - усмехнулся Вольт. - А бегаешь быстрее молодых.
- Привычка.
Астра вдруг отставила миску и уставилась в пустоту.
- Я его убила, - тихо сказала она.
- Скорпиона? - Шухер глянул на неё.
- Да. Он шёл на танк с автоматом. Знал, что умрёт. И я... я нажала на кнопку. И он упал. - Лисица сглотнула. - Почему мне не стыдно? Почему я не чувствую ничего, кроме... кроме злости? Он же враг. Он убивал наших. Он хотел убить нас.
- Потому что ты воин, - ответил Вольт. - Воин не стыдится убивать врага. Воин стыдится, когда не может защитить своих. Ты защитила. И Грома защитила, и нас, и всю группировку. Скорпион выбрал свою смерть. Ты просто дала ему то, что он искал.
Астра помолчала, потом кивнула и снова взялась за ложку.
***
Ночью ей снился отец. Старый подпрапорщик с усталыми глазами и мозолистыми лапами. Он сидел за кухонным столом, пил чай и улыбался.
- Молодец, дочка, - сказал он. - Я тобой горжусь.
Астра проснулась в холодном поту, но на душе было тепло.
***
Утром их вызвали к Щеку. В блиндаже, кроме полковника, сидел ещё один офицер - немолодой лев с эмблемой Генерального штаба на рукаве, с погонами бригадного генерала.
- Корнет Вольт, вахмистр Шухер, капрал Астра, - торжественно начал Щек. - Именем Императора и Небесного Прайда, за проявленные мужество и героизм при выполнении особо важного задания...
Он говорил долго, но Астра почти не слушала. Она смотрела на медали, что лежали на столе. Три штуки. Золотые звёзды на колодках цвета флага Леомии – жёлто-бело-красные, косые. Звёзды Героев Леомийской Империи.
- ...награждаются присвоением звания Героев Леомийской Империи!
Щек подошёл к каждому, прикрепил награды на грудь. Астра смотрела на золотую звезду и думала: «Папа, ты видишь? Я не подвела».
- А теперь, - генерал поднялся, - я должен передать вам благодарность лично от командующего группировкой «Вектор». Полковник Гром доставлен в госпиталь, ему сделали операцию, он будет жить. Документы уже легли на стол Императору. Шарское контрнаступление сорвано. Через месяц мы возьмём Чочин.
- А через полгода - Золотую Колокольню, - тихо добавил Шухер.
Генерал усмехнулся:
- Дай Небесный Прайд. Но вы своё дело сделали. Отдыхайте. Танк ваш ремонтируют, через три дня будет как новый. А пока - увольнительная в Гнёздово. Заслужили.
***
Гнёздово было большим мегаполисом почти с тридцатью миллионами населения. Правда, располагался он близко к шарской границе – от этого даже в таком громадном городе было неспокойно. Военные и беженцы – тут их было много даже на фоне тридцатимиллионного населения. И здесь работало кафе - маленькое, уютное, с вывеской «У Петра». И там подавали кофе «Крахтор» и свежие пончики.
Они сидели втроём за столиком у окна. Вольт пил кофе маленькими глотками, жмурясь от удовольствия. Шухер уплетал уже третий пончик, вытирая лапы о салфетку. Астра просто сидела, сжимая в ладони горячую кружку, и смотрела на улицу, где ходили фурры, ездили машины, и где, кажется, не было войны.
- Вкусно, - сказала она.
- А то, - отозвался Вольт. - Я же говорил - пончики и «Крахтор» спасут мир.
- Мир спасают танки, - буркнул Шухер с набитым ртом. - И такие, как мы.
- И пончики, - упрямо повторил Вольт. - Без пончиков никакой танк не заведётся.
Астра вдруг рассмеялась. Легко, свободно, впервые за много месяцев.
- Вы оба ненормальные, - сказала она.
- Зато живые, - оскалился Шухер.
За окном садилось солнце, окрашивая небо в оранжевые тона. Где-то далеко ухала артиллерия, но здесь, в этом маленьком кафе, было тихо и спокойно.
Война продолжалась. Но сегодня они были живы.
И это стоило всех наград мира.
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги