Становление Демиурга

Смерть не была черной пустотой. Она была вспышкой зеленого пламени, криком мальчишки и оглушительным треском разбивающегося зеркала, которым была его собственная жизнь.

Том открыл глаза.

Вместо потолка Большого зала над ним раскинулось тяжелое, набухшее свинцом небо Велена, из которого сочилась липкая, холодная морось. Он лежал в грязи, перемешанной с пеплом и костями, в месте, которое пахло не магией, а гнилью, старым потом и дешевым вином. Первым делом он ощутил не страх, а пугающую, давно забытую ясность. Мысли больше не метались, как затравленные звери в клетке; его разум, десятилетиями разъедаемый безумием и расколами души, вновь стал острым и холодным, как лезвие из гоблинской стали.

Он поднялся, чувствуя, как под кожей перекатываются живые, сильные мышцы. Посмотрев на свои руки, Том не увидел восковой бледности и когтей монстра. Это были руки человека — того самого тридцатилетнего Тома Реддла, который когда-то покинул «Горбин и Бэрк», полный великих амбиций. Его душа, некогда разорванная на жалкие клочки, странным, непостижимым образом срослась, наполнив тело целостностью, которой он не чувствовал с юности.

Он инстинктивно потянулся к карману мантии, но пальцы нащупали лишь пустоту. Бузинная палочка исчезла. Его собственная палочка из тиса — тоже.

— Значит, снова нищий сирота? — прошептал он, и его голос, лишенный змеиного шипения, прозвучал в тишине полей мертвенно-спокойно.

Его одиночество длилось недолго. Из тумана, со стороны выжженной деревни, показались три фигуры. Грязные доспехи с чужого плеча, вонь немытых тел и жадный блеск в глазах — дезертиры, стервятники войны, чей мир теперь состоял лишь из мародерства.

— Гляньте-ка, — хриплым голосом выдавил один из них, сплевывая под ноги темную слюну. — Господин в шелках решил вздремнуть в наших краях.

— Сапоги хорошие, — добавил второй, вынимая ржавый тесак. — И рожа больно чистая. Может, за него выкуп дадут? Или просто вырежем язык, чтоб не орал, когда будем снимать кожу?

Том смотрел на них так, словно изучал копошащихся в навозе насекомых. Отсутствие палочки должно было напугать его, но в глубине его существа пульсировала магия — дикая, первородная, не скованная куском дерева. Он был одним из величайших магов в истории своего мира, и эти жалкие смертные еще не понимали, что стоят на пороге собственного ада.

— Вы совершаете ошибку, — произнес Том. Его голос был едва громче шелеста жухлой травы, но дезертиры невольно вздрогнули. — Последнюю в вашей никчемной жизни.

— Ишь, заговорил! — главарь шагнул вперед, замахиваясь для удара.

Том не шевельнулся. Он просто сосредоточился на движении крови в жилах этого человека, на хрупкости его шейных позвонков. Ему не нужны были заклинания. Только воля.

Воздух вокруг него внезапно сгустился, становясь ледяным. В следующее мгновение рука дезертира, сжимавшая тесак, неестественно вывернулась. Раздался сухой, отчетливый хруст костей, заглушенный внезапным воплем боли. Человек упал на колени, но невидимая сила подхватила его за горло и вздернула вверх.

Двое других застыли. Их примитивные умы не могли постичь увиденного.

— Колдун! — взвизгнул один, пытаясь развернуться и бежать.

Том слегка повел ладонью в сторону. Невидимый клинок, сотканный из чистой воли, рассек воздух. Голова беглеца отделилась от плеч с такой легкостью, словно была сделана из мокрой бумаги. Кровь фонтаном брызнула на серую землю Велена, окрашивая пепел в багровый цвет.

Третий упал на землю, скуля и закрывая голову руками. Том подошел к нему медленно, почти грациозно. Он чувствовал, как мир вокруг откликается на его зов — этот мир был полон грубой, необузданной энергии, которой он жаждал коснуться.

— Где я? — спросил Том, глядя сверху вниз на дрожащего человека.

— Велен... ко-королевство Темерия... или Редания... — заикаясь, выдавил дезертир. — Там... там замок... Вроницы... Кровавый Барон...

Том проследил за направлением его трясущегося пальца. На горизонте, сквозь пелену дождя, проступали очертания крепости на холме.

— Благодарю, — мягко сказал Том.

Он не стал марать руки. Сердце последнего дезертира просто перестало биться, не выдержав ужаса, который Том транслировал прямо в его разум одним взглядом.

Темный Лорд поправил мантию и зашагал в сторону замка. У него не было палочки, не было армии и не было имени в этом мире. Но у него был шанс. И на этот раз он не позволит никаким пророчествам встать у него на пути.