Stargate Commander: История "Рассвета". Часть 5.

Млечный Путь

Земля

Подземное расположение объекта «Город»

Кабинет гвардии майора Дегтярёва А.С.

Регулярный доклад из зоны бедствия – единственный надёжный способ координировать действия по спасению это самое бедствие терпящих. Без координации спасателей со спасаемыми шансы последних на выживание катастрофически снижаются, а при определённых раскладах и вовсе становятся сугубо отрицательными.

Потому, невзирая на чрезвычайные энергозатраты (хоть и на несколько порядков меньшие, нежели при использовании звёздных врат по назначению), и осуществлялась прямая связь Млечного Пути с Великой Стеной Слоуна, где пыталась не склеить ласты потерянная экспедиция.

Пока что, надо признать, пыталась довольно успешно.

От действительного на сегодняшний день протокола безопасности набило оскомину, но майоры с полковниками ещё слишком малы, чтоб отменять директивы, установленные генерал-майорами и генерал-полковниками. Раз сказано, что перемещение по объекту связных лиц, присутствующих ментально в чужом теле, допустимо лишь при сопровождении, лиц, оговорённых к очному контакту с ними, так оно и исполняется.

Потому гвардии майор Дегтярёв мог сколько угодно ругаться от усталости про себя и вслух, но исправно встречал из узла связи всех, кто прибывал с ним на контакт.

До сих пор это, по большей части, делал полковник Мигунов, и ныне он же исполнил сие вновь. Истребованы все положенные пароли с отзывами, перепроверена личность офицера штатными заковыристыми вопросами, и было выдано приглашение проследовать в кабинет.

Ну, не располагает пока что Земля технологией идентификации сознания в теле человека путём сравнения ментального слепка с оригиналом. Оттого и приходится прибегать к ухищрениям даже, если «на том конце провода» коммуникационной платформы Древних человек, пользующийся изрядным доверием «своих».

Гвардии майор вернулся в свой кабинет в сопровождении полковника Мигунова, ныне пребывавшего в теле некоего лейтенанта «Гостомыслов И.Д.». А уже в отсеке возвращения хозяина пенатов ожидали лейтенанты Косоруков и Кошкина.

Так-то, конечно, младшие по званию в присутствии старшего подняться с мест обязаны, но, когда люди действительно делом заняты, а не знание уставов демонстрируют, на такие мелочи, традиционно, забивают болты. Особенно, если учесть разницу не в званиях, но в должностях оппонентов.

– Прошу, Михаил Павлович, проходите.

Дегтярёв придержал дверь для входящего и закрыл её с глухим стуком после того, как гость вошёл в помещение.

– Благодарю, Александр Сергеевич, – отозвался тот непривычно молодым для себя голосом.

Кошкина с Косоруковым дежурно поприветствовали «Звезду», после чего хозяин кабинета принялся заводить разговор в не менее дежурное русло.

– Чем на этот раз порадуете, товарищ полковник? – спросил он, садясь на своё рабочее место. – Как там решение загадки тысячелетия?

– Боюсь, поводов для радости немного.

«Звезда» занял свободное кресло за столом напротив места майора.

– Гладко было на бумаге, да забыли про овраги, – одной фразой полковник резюмировал положение дел вверенной ему экспедиции. – Юный гений Юли справился с теоретической частью порученной ей задачи. Девочка считает, что нашла способ отправить людей на Землю через звёздные врата. С её слов, она рассчитала всё вплоть до расхода энергии. Сильно в подробности не вдавался, мой седой мозг далёк от астрофизики. Но остался сущий пустяк: практические испытания теоретических выкладок. Если сумеем провести тестовый запуск и условный испытатель пройдёт на вашу сторону невредимым, то миссия удалась. Можно вытаскивать нас с этой Богом забытой планеты.

Кошкина посмотрела на Мигунова, перевела взгляд на своего дядю:

– Я бы сказала, что поводов для радости, как раз, хватает, – осторожно вставила племянница Дегтярёва. – Разве нет? Люди вернутся домой практически в полном составе с минимальными потерями, да ещё и принесут с собой знания потерянного анклава Древних. Это ли не успех?

В отличие от девушки, Александр Сергеевич успел повидать некоторое дерьмо. Потому прекрасно пронимал, когда ложка дёгтя портит бочку мёда.

Понимал это и лейтенант Косоруков. Потому враз потяжелел взглядом сразу, как только замолк Михаил Павлович.

Майор тоже не светился лучезарной улыбкой.

– Это даже не бесплатный сыр в мышеловке, – отозвался дядя племяннице. – Тут попахивает чем-то куда менее приятным. Я прав?

– Как никогда. Если, опять же, верить Юле, они с Котовым сумели установить причину, по которой Древние покинули звёздную систему.

История «Атлантиды» ещё свежа в памяти причастных, потому провести аналогию не составило труда.

– Чумной мор? – предположил Косоруков.

– Ультрамассивная чёрная дыра.

Пусть все присутствующие носили погоны офицеров, но гордым званием астрофизиков не наделён никто из них. Потому словосочетание и не произвело такого эффекта разорвавшейся бомбы, как могло бы. Но предчувствия не обманули: новость действительно неприятная.

– Вас затянет в гравитационный колодец? – нахмурилась Кристина.

– Не на нашем веку, – хмыкнул полковник. – Но дамоклов меч над нами висит, да. Со слов Юли, и её доводы подтверждает Котов, обнаружен поток гравитонов, который свидетельствует о безмерной активности чёрный дыры, не идущей ни в какой сравнение с известными нам. И, если я правильно понял, эта пульсирующая тварь раз в какой-то астрономический период времени разряжается, изрыгая какой-то выброс. Настолько мощный, что он способен стерилизовать целые звёздные скопления от любой сложноорганизованной жизни, не приспособленной к жизнедеятельности в условиях жёсткого радиационного воздействия.

– О каких воздействиях речь? – спросил майор, больше для галочки. – Десятки рентген в час, сотни, тысячи?

– Мы умрём раньше, чем осознаем, что начался клеточный распад наших тел.

Собравшиеся не относились к числу впечатлительных или слабохарактерных граждан. Да, безусловно, погибших будет жаль, и некому окажется предать их тела земле, пусть и чужой. Но подобные новости – повод шевелить мозгами, а не изливаться горючими слезами, заранее оплакивая павших.

– Когда ожидать светопреставления? – мрачно спросил Дегтярёв.

– После дождичка в четверг. Как сказали наши доморощенные специалисты, предсказать активную фазу выброса невозможно. О случившемся мы узнаем непосредственно в момент. Пока что наблюдаем отголоски грядущего цунами. Но Большая Волна нас ещё не настигла.

– Способов разведки «Волны» явно нет в наличии…, – пробормотал Косоруков.

– Скорость света, товарищ лейтенант, – коротко отозвался Мигунов. – Выброс накроет с его скоростью, будто лампочку включили. Мы не увидим «приближающийся поезд» и не успеем среагировать.

– Про укрытия под землю или воду, так понимаю, спрашивать нет смысла, – процедил Александр Сергеевич. – Не успеете ни вырыть, ни организовать.

– Даже, если бы могли успеть, – пожал плечами полковник. – Ультрамассивная чёрная дыра – это не вспышки на Солнце, которые длятся по несколько дней, недель или месяцев. Активность подобных образований может длиться годами и столетиями. Нам не пережить его, что бы ни предприняли.

Кристина тяжело вздохнула и откинулась на спинку кресла.

– «Атлантиду» можно оставлять в резерве, – мрачно констатировала девушка. – Слишком рискованно отправлять единственный корабль-город Древних в топку, которую разнесёт в любой момент.

– Не говоря уже о том, что ребёнка на смерть отправили, – в тон ей вторил лейтенант Косоруков. – Юлька на той стороне тоже со всеми упокоится во век.

– С Юлей вопрос давно решённый, – нехотя выдавил из себя майор. – На случай, чреватый угрозой её жизни, есть распоряжение организовать ей связь через коммуникационную платформу Древних. Даже, если в случае неотвратимой гибели она лишится тела, сознание со всем её «я» окажется на Земле. Юля – слишком ценный кадр, чтоб позволить ей умереть там. Без обид, товарищ полковник.

– Ожидаемо, – кивнул тот.

О том, чья жизнь будет разменяна на сохранение разума юного гения, присутствующие тактично предпочли не дискутировать.

– В остальном без существенных происшествий, – вздохнул «Звезда», вслед за Кристиной откинувшись на спинку своего кресла. – Продолжаем окапываться на верфях. Разбили полноценный лагерь, закрепились на месте, провели энергоснабжение, установили периметр безопасности, осваиваем производственные мощности для изготовления инструментов первой необходимости. Питьевой водой обеспечены в неограниченных количествах, нормировать потребление необходимости нет. Нет необходимости в расходовании медицинского обеспечения. С тех пор, как «Рассвет» проявил инициативу и снабдил нас трофейным саркофагом гоа`улдов, наш штатный фельдшер натурально отдыхает. Всё мелкое и крупное на всех пациентах заживает, как на собаках.

– Ох, уж, этот «Рассвет»…, – буркнул Дегтярёв. – Куда ни кинь – всюду этот крендель… Я вас понял, Михаил Павлович. Белову с Прохоровым доложу. Обидно будет, конечно, если потеряем планету. Один-единственный вопрос. «Рассвет» и Юля справились с порученным заданием по сбору информации? Если случится эвакуация через врата, они смогут принести с собой физические носители с данными, или вся их работа останется сгорать в радиоактивных потоках от выброса чёрной дыры?

– Справились, Александр Сергеевич, – заверил собеседника полковник. – Не переживайте. Уж на что Котов раздолбай, а Юля – юная особа, но с профессиональной ответственностью у обоих всё «Слава Богу!».

Кристина улыбнулась краем губ.

– Как-то подозрительно спелись этот Котов с нашей Юленькой. Того и гляди, уведёт нашу красавицу боевой специалист.

– Я больше скажу, – хмыкнул Мигунов. – Самолично являлся свидетелем и получателем просьбы от девочки попридержать этого самого боевого специалиста в загашнике годика три. Мол, она вырастет и нарожает ему кучу детишек.

Лейтенант Косоруков взорвался гомерическим хохотом на весь отсек. Широко улыбнулась и Кошкина. А вот Дегтярёву было не до смеха. Даже, если Юля и выстроила на Котова некие матримониальные планы, сбыться им суждено лишь в том случае, если оба – и девочка, и «Рассвет» – вернутся на Землю живыми. И если вернуть Юлю, даже в виде сознания, посредством коммуникационной платформы Древних – прямой приказ в резервной папке на случай угрозы жизни девочки, то в отношении прочих участников экспедиции ничего подобного не выдавалось. Вне зависимости от того, будет кто-то выжидать до совершеннолетия Рыковой, но теперь они могут рассчитывать только на свои ресурсы и умение их грамотно использовать. На горизонте витает не иллюзорная вероятность похоронить весь личный состав пофамильно заочно.

– Наш пострел везде поспел, – усмехнулась девушка. – Но я согласна с Юлей. Если правда хоть на половину то, что мы накопали о нашем орденоносном друге, кто знает… Может, я бы встала первой в очередь на него.

– Только через мой труп, – предупредил племянницу дядя.

– Ой-ой-ой, – передразнила его она. – Уж и пошутить нельзя.

Атмосферу разрядили, но от этого проблемы сами собой не решились.

– Я поговорю с командованием, – выдохнул гвардии майор. – Вероятно, для ускорения процесса, всё же, перебросим к вам кого-нибудь из научного корпуса. Юля, быть может, и гений сколько угодно раз, но задача для неё весома. Есть шанс, что она не успеет справиться.

Между строк читать умели абсолютно все. Решительно каждый из присутствовавших понял, что хотел сказать офицер. Юлю отзывают на Землю, чтоб минимизировать риски для Рыковой. В её теле исполнять возложенные на неё обязанности будет кто-нибудь другой.

– Я организую соединение как можно раньше, – отозвался полковник. – Не для протокола, коллеги, но взял на себя ответственность выписать ей увольнительную и не кантовал делами. Девочка без продыху трудилась целый месяц, оказывается, зная, что рискует вместе со всеми. Не поднимая паники и не рассказывая никому, молча продолжала решать задачу, покуда не добилась успеха. Хотя бы теоретического.

Кошкина с нескрываемым уважением в адрес Рыковой поджала губу.

– У кого-то нереально стальные нервы, – констатировала она.

– И титановые яйца, – добавил Косоруков. – Продолжать продуктивно работать и спать ночами, зная, что сидишь на пороховой бочке с горящим филитём? Теперь понимаю, почему эти двое сработались. То «Рассвет» хтонический звездец на «Колыбели зла» раскидал чуть ли не в соло, то девчонка буквально с дулом у виска загадку века решила… Однозначно, они друг друга стоят…

– Повременим с заочной свадьбой, – вздохнул Александр Сергеевич. – Ещё есть, что рассказать, Михаил Павлович? Уже для протокола.

– На самом деле, много чего. Для начала…

Великая Стена Слоуна

Гея

Это оказалось проще, чем я думал.

Честно говоря, в преддверии космической катастрофы галактического масштаба (а выброс из ультрамассивной, как выяснилось, чёрной дыры иначе и не назовёшь), стоило ожидать, что все ринуться махать вёслами изо всех щенячьих сил в попытке умотать от надвигающегося Армагеддона. Но нет же. Палыч здраво рассудил, что, раз Большой Писец может материализоваться в любой миг, то нет разницы, сделает он это через час, день или неделю. Отдых есть отдых, распорядок есть распорядок. Если мы попрали что одно, что другое, то самое время водворить всё на круги своя.

С этими радостными новостями мы с Юлькой и нагрянули в медсанчасть, где в нечастые минуты досуга на крепко сколоченной койке, закрытой шкурами, лежала, отдыхая, Томка.

– Салют свидетелям Гиппопотама, – махнул рукой я с порога.

– Сейчас к логопеду пойдёшь, – пригрозила мне Беляева. – Как можно в имени Гиппократа допустить пять ошибок?!

Юлька устало улыбнулась.

– Элементарно, Ватсон.

Беглый осмотр посещения показал полное отсутствие наличия пациентов. Единственные действующие лица во всём отсеке – я, Рыкова-младшая, Беляева и, как ни странно, Рыкова же старшая, которую не сразу заприметил.

– Есть две новости! – игнорируя угрозу логопедом, с порога объявил во всеуслышание, чтоб завладеть инициативой разговора. – Хорошая и просто охеренная!

Не, ну, а чего? Беляева не при деле, отдыхает.

Рыкова-старшая тоже валяется на койке, сбросив берцы, сняв с тела китель и накинув его на себя вместо одеяла. Заболевает, что ли? Вроде бы, жарко для покрывала. Озноб? Или это от усталости и упадка сил?

– Новость первая, хорошая! Наша умница-разумница таки-распедалила проблему и изобрела способ возвращения наших бренных ошмётков до дома. Осталась лишь практическая проверка и отработка в поле, и мы готовы тикать до хаты.

Про нависшую над нами дамоклову угрозу от ультрамассивной чёрной дыры оповещать не стал. Не для того выбивал увольнительную у Мигунова, чтоб увольняемые терзались от неизбежного.

– Новость вторая, просто охренительная! Палыч выписал нам увольнительные пендали на трое суток, чтоб мы в преддверии тяжёлой умственной работы отдохнули после месяца напряжённого труда. Потому, я, Юлька, и вы обе снимаемся с якоря и газуем, куда глаза глядят. Отсыпаемся, наслаждаемся, отдыхаем душой и телом.

Реакция молодых женщин оказалась менее бурной, чем можно было ожидать. Томка, хотя бы, слабо улыбнулась, памятуя наш уговор. Анька же осталась безучастной, будто её это даже не касалось.

– За три дня режим не восстановишь и в рабочий ритм не войдёшь, – уже без лишних или неуместных увеселений сообщил я, говоря об этом как о проблеме. – Но впереди ещё много работы. Наглеть больше не стал. Стандартные трое суток отдыха в награду за все наши лишения – и айда, трудиться.

Беляева едва заметно, но повеселела и ожила.

– Новости и впрямь одна краше другой, – с улыбкой отозвалась медик, садясь на койке. – Когда отбываем?

– Хоть немедленно! – объявил я. – Из особых указаний – оповестить дежурного, где нас искать не случай ахтунга. Сколько вам дать времени на сборы для небольшого пикника? Еда, вода, купальники...? Которых наверняка нет...

Теперь улыбнулась Юлька.

– Думаю, два доктора с высшим образованием и техник придумают, как решить вопрос с купальниками. Это не самая большая проблема.

Беляева кивнула.

– Согласна. С кремом от загара проблем немного больше. У нас его нет. Местная звезда сопоставимого с Солнцем класса, а мы почти что на экваторе планеты.

– Это тоже решаемо, – заверил их.

В конце концов, слесарь-оружейник я или да? Не придумаю, как не обгореть на солнышке?!

Рыкова-младшая повернулась ко мне.

– Дай нам час на сборы, – попросила мелкая. – Можно тебя попросить пока заняться погрузкой? Ты организовал нам отдых. Значит, уже накидал список организационных моментов. Сможешь подготовиться сам?

– Как два байта переслать.