Старшие Сестры

Матушка, за последние семнадцать лет потеряла всякую надежду слепить из Аксиньи сестру милосердия или на худой конец, потенциальную наследницу фамилии. Каждое день рожденье, начиная с 7 лет, она дарила дочери очередные ценнейшие рукописи по медицине или домоводству в изысканно отделанных золотом и кожей обложках. Но Аксинью интересовали исключительно обложки. Налюбовавшись ими, она забрасывала фолианты на самые дальние полки библиотеки. Девушка знала, как мать мечтает, что бы кто-то из ее дочерей получил Молитву от ее Величества, с каким усердием она вбивала все эти годы в ее голову и сестры священные писания, особенно Судьбу. Зная, насколько это для нее важно, Аксинья с особым усердием игнорировала все ее попытки наставить ее на истинный путь Судьбы дочери солдата.

Но в ее восемнадцатилетие все пошло не по плану. Матушка, графиня Крылова обычно первая заходила в покои старшей дочери и пока служанки несли подарки и готовили праздничные одежды она произносила короткую, но очень торжественную речь о ее Судьбе и Долге перед семьей и государством. А после завтрака, Младшая сестра подарит что ни будь сделанное своими руками, мешочекрасшитый бисером и золотыми нитями для благовоний или носовой платок, Анастасия была прекрасной рукодельницей. Потом урок каллиграфии, единственные урок против которого она не протестовала, математики и истории. Даже в день рождения матушка не делала ей поблажек: “В 18 лет твоя Судьба будет записана в родовой книге, ты как Старшая дочь солдата, должна блистать на страницах истории”. Дочь солдата, эта фраза набила оскомину еще в детстве.

А потом, состоялся бы прием в главном зале поместья, в разгар которого, сын графа Мохова, красавец и мечта всего высшего света Александр, сделает ей предложение родовой фамилии и сердца. Он слишком часто стал делать визиты в их дом, стараясь подгадать время, когда чата Крыловых будут отсутствовать и провести совсем немного времени на едине с Аксиньей в их саду, осыпая ее с головы до ног намеками и пространными обещаниями. А что это как не предвестник предложения и свадьбы. Если так, то матушке придётся забыть о ее возможном статусе наследницы. Она знала, что сможет уговорить отца на замужество и передать первенство младшей сестре. Не смотря на то, что ее отец, Генерал Лебедев, герой Турецкой войны известный крутым нравом, с дочерями был очень мягок и уступчев, в отличии от жены, истинной генеральши.

Она надеялось, что восемнадцатилетие станет точкой отсчета ее прибывания в семейном поместье и начала новой жизни в качестве жены и матери. И он действительно стал точкой отсчета, только не такой, о которой она грезила вот уже несколько лет.

Матушка была беременна третьем ребенком, мальчиком. Это сказала Белая Сестра акушерка, вызванная сразу после подозрения на беременности. Эта женщина, вся какая то иссохшая с мутным взглядом не вызвала у Аксинья доверия, хоть та и видела ее не дольше минуты у покоев матери. «Вот, что с женщиной делает работа. Они становятся некрасивыми и злыми.»- многозначительно сказал Александр в саду, в тот же вечер на тайной встрече. Срок ее уже подходил, графиня стала медлительной и еще раздражительней чем обычно. Она стала чаще уставать и дольше спать в своем кабинете иногда засыпая прямо на домовой книге. Поэтому Аксинья не сильно расстроилась, что матушка не пришла к ней в утро праздника. Но по настоящему удивило ее то что, вместо ее старой гувернантки Агафьи Пантелеевны, растившей ее с пеленок, степенной и статной женщины всегда держащей осанку с горделивостью императрицы, в комнату с шумом вбежала ее дочь, 14 летняя Таня, девчонка на побегушках которая после скомканного приветствия сразу начала что то быстро тараторить и размахивать руками.

— Да не торопись ты, Татьяна— сказала Аксинья нехотя вставая с кровати— я не слова не понимаю.

— Я говорю не волнуйтесь сударыня, матушка моя пошла к вашей матушке, тобиш к Графине, рожает она, ну вот, а врач то наш в отъезде, завтра должен быть, поэтому послали за другим в город, вот.

Уже? Говорили, что срок подойти должен через месяц только. Я пойду к ней.

— Нет, не нужно. Мама моя велела передать, чтобы вы одевались и шли завтракать, кушать подано, вот, я вам помогу, вот- выпалила Таня и начала подготавливать ее утреннее платье.

— Значит все старшие горничные там? — Сказала Аксинья, беря расчёску и начала приводить светло русые волосы в порядок. “Не за что не доверю этой такое важное дело!”-подумала она.

— Да сударыня, именно так, вот. Значит сегодня у вас появился сества или брат

— Брат – уверено сказала девушка

-— А может и сестра, а если сестра, то тогда вы точно станете н…

— У меня будет брат! — сказала она чуть громче чем рассчитывала, от чего Таня чуть не выронила платье, — Белая сестра так сказала — добавила Аксинья уже мягко- родители заранее узнавали.

— А а , вона как, интересно. Ну значит и у вас день рождения в один день будет, здорово правда?

Как только сборы были закончены, Таня, очень гордая проделанной работай к которой ее раньше не допускали, сопроводила ее в столовую. Ее отец, Граф Алексей Крылов: почти пятидесяти лет отроду, полностью седой, но без единой залысины, широкоплечий, всегда по-военному просто одетый и ее младшая сестра София, 15-летняя русоволосая девушка по случаю праздника принарядившаяся и надушившаяся уже приступили к завтраку.

— Доброе утро батюшка, Анастасия, как вам спалось? — сказала она присаживаясь.

— Доброе, опять припозднилась. — Сказал Алексей Викторович, его улыбка спряталась в густых усах.

— Для дочери солдата, тебе не достает дисциплины. — Анастасия явно пыталась подражать тону матери.

— Ах, простите, матушка дочь нерадивую. Я постараюсь исправиться— она постаралась сделать вид раскаивающейся грешницы.

— Именно, именно. Что бы избежать Пустоты, прочти священное послание женщинам из «Судьбы», с 1 по 99 страницу и выпиши все слова с буквой А в 3ем слоге.

Аксинья притворно возмущённо посмотрела на отца, чтобы и его включить в перепалку. Он был тот еще балагур и охотно включался в шутливые беседы дочерей, но сейчас только отрешенно размешивал в чашке давно растворившейся сахар ни замечая никого.

— Отец? Алексей Викторович?

— Ваше высокоблагородие! — выкрикнула София.

Только после этого он оторвался от своих мыслей и посмотрел на дочерей.

— Не хорошо это.

— Что не хорошо? — Спросила София

— Не тот срок, с вами все было как по часам и прошло все легко. А сегодня – он не успел закончить фразу как в столовую быстрым и четким шагом солдата прошла старшая горничная.

— Ваше светлость, врач прибыл и уже у графини, просил передать, чтобы вы поднялись к нему.

Граф встал, выпил чай залпом, поморщился словно от водки и командирским тоном приказ- Аксинья, Анастасия, вся подготовка вечера теперь на вас, вам поможет Агафья. И не дожидаясь ответа промаршировал к выходу.

Девушкам пришлось завтракать быстро. Анастасии надо подшить платье к вечеру, партниха уже приехала, а Аксинье разобрать письма Графини, отправить ее самые глубочайшие извинения, что она не сможет присутствовать на всех вечерах в текущей месяце. Тему родов надо как можно тоньше обойти. А вечером, она должна занять место хозяйки дома и встречаться гостей. Отец будет нести караул у спальни графини пока она не разрешится от бремени. Он был очень привязан к Софии с которой они познакомились на поле боя когда та еще была Сестрой милосердия, только закончившей курсы. Прям там, на поле боя их священник и обвенчал. Идеальная пара с точки зрения священного писания. До свадьбы София была дочерью обычного солдата и свадьба с графом, на тот момент капитаном прославившемся в бою, быстро вознес ее в общество. Церковь одобряла такие союзы, а вот в высшем обществе ее приняли с неохотой. До сих пор, за глаза, некоторые ее называли «Бродяжкой», особенно выходце из семей отвергнутых графом невест, но покровительство императрицы Катерины полку Сестер не давала злым языкам развязаться на полную катушку. За оскорбление Сестры, даже бывшей, можно было получить приличный штраф, стоит только ей отправить письмо в царскую канцелярию.

Кабинет графини всегда наводил на Аксинью скуку. Казалось, он полностью состоит из книжных шкафов. Все тома, были рассортированные по темам, авторам и даже цветам. Матушка лично вытирала с них пыль, ни одной живой душе в доме нельзя было прикасаться к ним под страхом порки. Аксинья никогда не питала любви к литературе, истории, точным наукам. Графиня перепробовала все: шантаж, уговоры, ультиматумы, тонкая лесть и грубая ласка не возымели должного успеха, но поняла одно, ее была однозначно гениальной лентяйкой.

Аксинья попробовала поудобнее устроится в высоком резном кресле с жесткой обивкой и вначале взяла в руки не дописанное письмо. Всего пару строк, а потом смазанные буквы и капли чернил. Похоже схватки застали ее прям за написанием. Но имени адресата не было, а пара строчек гласило.

«Мой ангел, сочувствую твоему положению, Судьба жестока с нашими желаниями, а иногда даже слишком. Ее тропы извилисты и сложны, но возьму её свои руки…», на этом строчки обрывались. Поэтому она сложила его на краешке стола и приступила к еще не вскрытой стопке конвертов.

Приглашения на бал. «Князь Потемкин просит сделать ему честь, пожаловать в маскарад, сего февраля 8 дня 1879 года в Аничков дом в 6 часов», остальные письма были схожего содержания.

Аксинья пощекотала нос кончиком пера. Беременность, а тем более роды как тема в высшем обществе считалась неприличной, женщины до последних дней являлись на мероприятия скрывая животы, а остальные делали вид, что ничего не замечают. Поэтому она думала, как же вежливо отказаться не называя причину на прямую, но и что бы было понятно. Аксинья написала пару вариантов на черновике, а как стала довольна результатом, переписала в 6 писем, старательно выводя каждую буковку, заменяя только имя адресата.

«Примите, прошу Вас, мои глубочайшие извинения за то, что не смогу разделить с Вами и прочими почтенными гостями радость предстоящего бала. Обстоятельства, в кои я ныне поставлена, не позволяют мне покинуть дом, ибо Судьба благословил меня ныне особыми заботами, требующими моего неотлучного присутствия.

Я искренне сожалею, что лишаю себя удовольствия видеть Ваше изысканное общество и восхитительное празднество, кое, без сомнения, будет превосходно устроено под Вашим мудрым руководством. Надеюсь, что в скором времени Провидение позволит мне возобновить наши светские беседы, и я с радостью воспользуюсь первым же случаем, дабы засвидетельствовать Вам моё почтение лично.

До того времени остаюсь с совершенным уважением и преданностью, Ваша Графиня София Крылова.»

Вначале, она думала написать письмо от своего имени, но поразмыслив, решила, что у графини и так хрупкое положение в обществе, поэтому, ответ от находящейся в очень интересном положении женщины, но не смотря на это нашедшая силы написать ответ, будет воспринято с большим пиететом. Да и скопировать, тонкий, но простой подчерк матери было не сложно, Аксинья делала это почти с удовольствием.

В процессе написания она думала:“ В скором времени и меня это ждёт, светские обязанности. Надеюсь, после замужества, я как можно скорее уеду в поместье Александра, в деревню, в Лесное, подальше ото всех, у Минеральных вод”. В мечтах она уже была статной, степенной женщиной с большим хозяйством и с таким же большим количеством слуг. Уже полгода они с сыном Графа Мохова планировали будущее. Девушка искренне не могла понять, почему родители против ее замужества с ним. Ладно еще матушка, она всегда была против, а отец, всегда баловавший старшую дочь в этом вопросе, был несгибаем. Официальная причина была то, что у парня еще молоко на губах не обсохла, он не был не в одном сражении, а дочери генерала и Сестры милосердия полагается в мужья настоящий солдат, тот кто уже смотрел смерти в глаза, а не тот кому звание и чин был куплен на именины.

Аксинья с лёгкостью надеждой просматривала каждое письмо, вдруг, среди них найдётся письмо от от Графини Моховой, ведь она была чуть ли не единственной настоящей подругой матери, она могла ей написать о планах на счет судьбы дочери, но желанного конвертика не нашлось. Но зато в столе, среди горки уже прочитанных писем, нашёлся недавно вскрытый конверт от нее.

Аксинья опаслево покосилась на портрет Графини в массивной дубовой раме, на ней София выглядела куда более миловидной чем в жизни, да и взгляд был мягкий. Девушка посчитала это знаком одобрения Судьбы. Она развернула письмо и углубилась в чтение

“София, ангел мой, что мне делать? Мы с тобой вместе прошли через все полевые госпитали войны, вопреки статусу вышли замуж за людей выше нас, верно следовали Священному Писанию выполняя свой долг и что мы получили? Я знаю, что ты грустишь о том, что так и не родила третью дочь, что бы старшая получила шанс на получение Молитвы, но у тебя хотя бы есть дочери, у меня не одной. Недавно опять Судьбе опять было угодно послать мне тяжкое испытание, лишив того, что я так лелеяла в сердце и носила под ним. Ныне я по совету лекаря прибываю в уединении и покое. Мое тело уже не выдержит еще одного испытания. Двое сыновей так и не стали для меня успокоением, старший Александр известный волокита, хоть и отучился в военной академии, но женщины и балы его интересуют больше чем сражения, слишком мы с графом его избаловали, пятерых служанок пришлось рассчитать и отослать повитухам. Пыталась я повлиять на него, но он и отца не слушает, а меня и подавно “ Аксинья прервалась от чтения и посмотрела на портрет матери. “ Не может быть, что бы это писали про ее Алексашу, про самого милого и вежливого мужчину.» С ней он себя ведёт обходительно и любезно. Волокиты, отвратительные соблазнители о которых шептались подруги и предупреждали гувернантки. Их видно издалека. Аксинья успокоила себя мыслью о том, что отец всегда говорил, что графиня Мохова слишком экзальтированна и любит драматизировать. Удовлетворившись этой мыслью, она продолжила чтение.

“ а младший хоть и спокойный и добрый мальчик, но совсем не боец, больше тяготеет к церкви, молитвам да Священным Писаниям. Некому мне передать свои знания и мудрость. Знаю, Белая Сестра акушерка еще перед замужеством сказала мне, что будут только сыновья, но надежда меня не покидала.

Как только ты выйдешь из своего положения, приходи ко мне на чай, мне без тебя и твоего совета тяжело. Судьба жестока и если попробовать ее поймать, она жестко ударит по носу. Оплачем несчастную долю дочери солдата.»

Аксинья аккуратно вернула письмо на место, упёрлась лбом в ладони и тяжко вздохнула.

“ Сдалось им это! Вон, остальные матери радуются, когда есть сыновья и что, дочерей не нужно в Белую казарму отправлять, а они… Не зря про них говорят, что …”- девушка боязливо глянула на портрет как будто бы он мог прочесть ее мысли и донести хозяйке. “ ничего”- сказала она вслух- Скоро родится брат, она выйдет замуж и от нее отстанут!

А-а-а-а-а

Крик, хоть и приглушённый раздался с другого этажа, из маминой спальни. Аксинья от неожиданности вскочила чуть, не опрокинув чернильницу.

“Родится брат и от меня отстанут”- прошиптала как молитву, “ а если нет ?”- в голове всплыло воспоминание, служанка работающая в саду, рыжей и миловидной, чуть младше ее. Неделю назад должна была родить, крики были слышны во всем доме, с самого утра до ночи. Отец даже отправил семейного врача, чтобы тот помог несчастной девушке, но тот не успел добраться. Не роженица, ни ребёнок ночь не пережили. Тела увезли в закрытой повозке в тот же день, Аксинья видела из окна как что то белое и длинное выносят из входа для слуг. В комнате несчастной в тот же день уже жила новая служанка. А что если мама… Нет, нет. Матушка говорила, что та некрасивая Сестра, приходившая в их дом, сказала, что родится здоровый мальчик, а значит она должна выжить, да и отец позвал лучшего врача и двух акушерок. Конечно, жаль, что среди них не было ни одного кто владеет Молитвой дарующей благословение снимать боль, но многие женщины пренебрегали такой помощью в день родов. Считалось, что, если мать не прочувствует всю боль и муку, она не сможет полюбить свое дитя.

Эти мысли немного успокоили девушку, да и криков больше не было. Она прибралась на столе и направилась в свою комнату.

Родители никого не славились расточительством, мать не заказывала дорогие ткани из-за границы или модные украшения каждый сезон, а отец никогда не играл в карты на деньги и не делал ставок. Они часто видели как расточительство сгубит семьи. Вон граф Онежки, давал три бала ежегодно и промотался вконец из за чего его наследник был вынужден женится на барыне шестидесяти лет отроду, что бы хоть как то поправить положение дел. Но правила приличия требовали, чтобы бал в честь дня рождения был торжественный и запоминающийся. Аксиния надеялась, что сегодня еще и свершится ее Судьба! Хоть отец и наказал управлять организацией бала, но домоуправительница справлялась со всем прекрасно сама лишь изредка для приличия спрашивала мнение Аксиньи.

Гости начали прибывать к 6 часам, к тому времени девушка облачилась в модное атласное, голубое, практически невесомое платье, обшитое жемчугом и бисером, а русые волосы ей уложил парикмахер в высокую затейливую причёску. Вооружившись веером и гостеприимной улыбкой, она начала исполнять обязанности хозяйки дома, встречать гостей, а младшая сестра взяла на себя роль развлекать их свецкой болтовнёй и новыми сплетнями. Ведь один из главных критериев успешности приема, в том что беседа ни в одной компании не прекращались не на минуту.

Отец, вынужденный оставить жену, спустившийся из спальни матери чернее тучи и занял место рядом с Аксиньей у входа, словно заступил на дежурство, спокойно и без лишних слов. На робкий вопрос о матери, он сказал: “ у вас сейчас другая работа, не ударь в грязь лицом. Роды иногда могут идти сутки, с вами София тоже долго мучалась. Возможно уже сегодня вечером она разрешится от бремени.

Первым прибыл дядя, брат отца, коренастый мужчина с невероятно широкой улыбкой и такими же широким животом с 3 сыновьями и женой.

— Здравствуйте, дорогой мой старший брат. А ты все не меняешься, все такой же суровый вояка.

— И я рад тебя видеть Виктор, неужели эти орлы мои племенники! Как летит время. - мужчины пожали руки и неформально похлопали друг друга по плечу.

— Анна Николаевна, рад и вас видеть, вы все хорошеете и хорошеете ,– Анна, пышная и очень миловидная женщина с капной медовых волос, приветливо улыбнулась и протянула руку для поцелуя.- А вашей прекрасной дочери сегодня не будет?

— О нет, нет дорогой, наша Милочка сейчас учится в Смольном, сейчас только так девушка может приблизиться к королевскому двору. Ах, если раньше Смольный был способом избавиться от лишних ртов, то теперь …

— А я считаю правильно, юным леди нынче нужно образование, без него их мужья могут промотать все деньги или лежать на боку. Вот нам с тобой брат, это не грозит. — мужчины добродушно расхохотались, а Анна Николаевна обратилась к Аксинья

— Дорогая, а ты все цветёшь, всем больше и больше становишься похожа на матушку, только волосы у тебя светлые. Как она себя чувствует?

— Спасибо, Вы, мня балуете. А матушке сегодня о о о очень нездоровится, но возможно попозже ей станет лучше- женщины перекинулись многозначительными взглядами. — У такой милой девушки должно быть много ухажёров, есть ли хоть один достойный ? — Аксинья не успела ответить

— В этом деле не нужна поспешность, Анна. Моя дочь достойна самой прекрасной партии и Судьбы.

Анна Николаевна хотелось возмутится, ведь маленькой графине сегодня 18, а она в этом возрасте уже была помолвлена второй раз ( первый жених скончался от белой горячки), но ко входу подъехали следующие гости и им с отцом пришлось переключить внимание.

Целый час они приветствовали гостей, очень быстро все лица слились в одно, девушке уже хотелось пройти со всеми в залу, найти подруг которые уже прибыли и обсудить последние новости. Но самый долгожданный гость так и не появился, молодой граф Мохов, неделю назад, на званом обеде в его доме клялся, что не в коем случае не пропустит праздник. Огромная светлая зала наполнилась людьми, шелест платьев и перестук каблуков сливались с музыкой небольшого оркестра, а, ее Судьба, так и не пришёл. Юная графиня старалась скрыть обиду и непрошенные слёзы разговорчивостью и звонким смехом даже над самой несмешной шуткой.

Последними прибывшими гостями стали Графиня Сорокина с дочерью. Зашли они тихо и отдав положенное уважение хозяевам торжества, сразу привлекли всеобщее внимание, не яркой красотой или изящными манерами, а тем, что Графиня Сорокина показушно и претенциозно, по мнению Аксиньи, пришла в парадном платьях Белых Сестёр, больше напоминающей военный мундир с юбкой. А Екатерина, ее дочь, была по коротко стрижена, как принято у юных Сестер, черные волосы едва доходили до плеч.

Алия Сорокина была подругой императрицы еще с институтских времен, вместе они служили в военном госпитале во время крестьянского восстания и болотной войны. Одна из самых приближённых к императрице особ и первая женщина помимо самой Императрицы, заседающей в Тайном совете, а ее дочь Екатерина, должна была в сентябре отправится в Институт и продолжить дело матери. Графиня была известна тем, что без каких-либо Молитв, дарующих освобождение от боли, вынула из своей ноги осколок шрапнели, зашила и перевязала прям на поле битвы и пошла дальше вытаскивать раненных из под пуль, а тяжело больным могла облегчить смерть при помощи скальпеля. А также была одной из первых ассистенток Доктора Пирогова, помогала проводить операции прям на месте сражения. Выжившие пациенты очень часто просили руки смелой девушки. Алия на своей спине вытащила из под пуль больше 100 солдат из за чего взыскала огромный почет и уважение среди военных, уступающий разве что самой императрицы. Отец Аксиньи, лично познакомившейся с ней в госпитале, приглашал ее часто. Очень влиятельная и знаменитая женщина одновременно с этим была и презираемой частью общества, ведь после смерти супруга, Генерала Сорокина, не вышла замуж повторно, а также планировала отдать все наследство дочери после ее возвращения. На сердце и судьбу ее дочери была очередь. Ходили слухи, что девушка даже хотела тайно сбежать с избранником. Но суровая мать, пресекла побег самым жестким способом. Способ от сплетни к сплетни менялся: то ли собственноручно убила юношу, то ли повесила на него самое жестокое преступление, «кража и использование Живых чернил» и его под видом каторжника казнили на площади.

Мать и дочь Сорокины очень охотно общались с графом Крыловым и еще двумя почтенными офицерами, когда Аксинья наконец то смогла добраться до стайки подруг: тонких, изящных девушек, одетых по последнему писку моды. Звонкие голоса манили, поэтому юная графиня поспешила присоединиться к беседе.

— Милая Аксинья, какой изысканный вечер, ваш прием как всегда блистателен- все только о вас и говорят.

— Ах, вы слишком добры сударыня, но мне очень приятно, что Вы отметили.

— Жаль только не видно сударя Мохова, а ведь моя матушка говорила, что он часто бывает в доме Крыловых, не знаете, что с ним, неужели недуг ? — Наталья, дочь маркиза Земского, полногрудая, весёлая пышечка с очаровательными щечками, сделала преувеличено испуганные глаза и приложила веяр к губам. Это был подлый удар, многие считали, что Мохов компрометирует Аксинью такими визитами.

— Не знаю милая Наталья, не знаю, приглашениями занималась матушка, но ей не здоровится сегодня, не могу спросить был ли ответ на приглашение.

— Но столько слухов, что вы помолвлены?

— Просто слухи. — Аксинья мучительно пыталась придумать в какую увести разговор в безопасное для нее русло как ее внезапно спасла сестра, вынырнув из толпы танцующих.

— Как вам барышня Екатерина Сорокина? Выглядит необычно и мне кажется, что короткие волосы очень изящно смотрятся. Всех курсисток так стригут?

— Милая Анастасия, вы слишком бесцеремонны, но тут не поспоришь, она очень ярко показывает свое превосходство над всеми. – Аксинье так не казалось, но она была рада, что тема сменилась, поэтому многозначительное кивнула.

— Говорят- задорно продолжила сестра, — что, цесаревна тоже сейчас в академии.

— Быть не может, великие княжну, а уж тем более цесаревну, никогда в здравом уме не отправят в этом месте, пригодном только для дочерей солдатни и разорившихся семей, но никак не для барышень. Ну или тех несчастных кому боги не послали братьев или не вышли вовремя замуж. Княгини учатся во дворце.

— А как же княжна Ксения, бабушка ее величества, она же и основала академия для Сестер. Императрица сама там когда-то обучалась. Да и наследницу никто уже несколько лет не видел? - Строго возразила Анастасия. Не смотря на возраст, она достаточно уверенно держалась.

— Императрица обучалась там до того, как ее отец стал императором. А если цесаревну никто не видел, значит она за границей, выбирает мужа из принцев– заключила Наталья и щелкнула веером как бы ставя точку в теме и начала новую. -А Сорокина совсем не красавица, наверное и правильно, что собирается стать Белой сестрой, хоть какой-то шанс на замужество.

— Тут ты не права, - подхватила Аксинья- Она будет наследницей большого состояния, а щёголи на деньги падки. Ее мать в тайном совете, возможно она уже жената просто тайно. – они захихикали.

— Слышали ли ты анекдот?

«Сорокина спрашивает Императрицу:

— Почему в Альтерии парламент, а у нас- тайный совет?

— Потому что, альтерцы обсуждают все открыто, а у нас все открыто, н не обсуждается» - Девушки опять захихикали, прикрывая рты веерами.

— Сударыня Аксинья, я так и не смогла поблагодарить вас за прекрасный прием и поздравить с днем рождения вас лично – погруженные в беседу девушки не заметила, что объект разговора незаметно подошла.

— Что вы, не стоит. Я рада, что вы с матушкой оказали нам такую честь. Жаль графиня Крылова не смогла быть с нами, она очень уважает вашу семью.

— Вас скоро можно будет поздравить с сестрой или братом?

— С братом. Родители воспользовались услугой Белой Сестры с соответствующей Молитвой.

Аксинья окинула гостью с головы до ног. Что бы злые языки не говорили, а Екатерину дурнушкой мог назвать только слепой. Да, ее фигура была грубовата и ростом она превосходила многих мужчин. Но лицо, строгое и изящное, да глаза, большие как у куклы, могли очаровать. Аксиньи задержался на ее коротких волосах.

— А, это правда, что Сестры должны остричь сами себя? - слова слетели с губ прежде, чем она их обдумала. Испугалась, что покажется грубой, но Екатериной спокойно, с лёгкой улыбкой ответила.

— Нет, по традиции это должна сделать мать, символа, что раньше мы принадлежали ей, а теперь службе.

— Как вы думаете, за 3 года волосы назад могут отрасти? – спросила Наталья.

— Да, но знаете, с короткими было намного удобнее. Но, немного скучаю по более праздничным прическам, как у вас, например, очень элегантно.

— Спасибо, это очень мило с вашей стороны, но почему Сестры после выпуска носят только косы ?- в глаз Екатерины промелькнуло удивление

— Вы не знаете? Ваша матушка не рассказывала? Сестра может попрощаться с косой только если выйду замуж, а пока она есть, значит она на службе. Ее сердце и душа принадлежит Императрице и империи. Это как с военной формой. Когда мужчина надевает ее, он солдат и должен служить отечеству, а мы как солдаты, только несем жизнь на поля сражений. Так, что это для нас это честь. — она гордо расправила плечи.

Аксинья собиралась еще, что-то спросить, но внезапно рядима материализовалась старшая горничная Агафья, лицо у нее было напряжено.

— Барышня, вы срочно должны пройти в комнату Графини, ваш отец уже там.

— Я тоже должна пойти, - встревоженно сказала Анастасия.

— Нет, позвать велели лишь вашу сестру, а Вы, должны остаться и присмотреть за гостями.

С этими словами она развернулась и быстро пошла к выходу из зала.

Аксинья в скомкано попрощалась с Екатериной и Натальей, и чуть ли не бегом, направилась за служанкой. Ей даже в голову не пришло попросить ее идти по медленнее. Старшая горничная всегда была степенной и важной, а такая спешка была ей не свойственно, что могло говорить только об одном, случилось что-то из ряда вон выходящее. Неужели... Что-то случилось с мамой? Эта мысль подстегнула ее и девушка, игнорируя все правила приличия приподняла юбку, обогнала старшую горничную, практически взлетела по лестнице и на полном ходу врезалась в большую лаковую дверь, спальня мамы.

— Барышня, подождите!

Но она не слышала ее. Дёрнула позолоченную ручку и распахнула тяжёлую дверь так, что она громко ударилась о стену.

“ Мама!”

Аксинья ворвалась в опочивальню. Дыхание сбилось и ей потребовалось секунд 20 чтобы отдышаться. В комнате был отец, он с грустным видом смотрел на нее, а в руках держал небольшой свёрток. Служанка, такая же запыхавшаяся вбежала за Аксиньей.

— Барышня, вам надо..

— Все хорошо, можете подождать за дверью, нам надо поговорить с дочерью.

— Как прикажете графиня. — Не смотря на сбитое дыхание, служанка постаралась как можно бесшумное выйти и закрыть дверь.

Голос матери её успокоил. Аксинья подбежала к кровати что бы обнять графиню, но взгляд поймал что-то странное и не логичное. Сверток, который мама держала в руках. Но .. Стоп. Девушка еще раз посмотрела на руки отца, потом на руки матери. Ей не показалось.

— Их… двое? - она слышала о близнецах, даже однажды видела на прогулке абсолютно идентичных мальчиков подростков, одетых в одинаковую форму гимназистов.

— Близнецы, — слабо улыбнулась мама — значит теперь будем праздновать 3 дня рождения в один день. — Облегчения накатило на девушку от осознания того, что мама жива. Хоть и выглядела она замученной. Волосы сбились, лицо осунулось, щеки впали, но в глазах читалась добрая грусть. Обычно собранную и строгую маму в таком уязвимом состоянии было видеть непривычно. А у отца лицо было мрачное и задумчивое. Он, не отрываясь смотрел на ребёнка на руках.

- Знакомься, это твой брат Андрей и сестра Алина – нынче популярно стало детей на одну букву называть, промелькнуло в голове Аксиньи.

«Погодите!»

— Сестра?!

— Да. Знаешь дорогая, про близнецов разного пола, я только слышала, но ни разу не видела. Судьба, великая выдумщица и…- девушке показалось, что сердце пропустило удар. По коже пробежал холодок, и она непроизвольно задержала дыхание. “ чего я испугалась?”, тело отреагировало, но разум отказывался принимать реальность.

— Кто родился раньше?

— Алиночка, теперь ты ...

— Нет!

— Аксинья, ты теперь можешь стать ...

— Нет, нет! – ноги предательски подкосились, она не стала сопротивляться и рухнула на пол. Он был так отполирован, что отражал блики от ламп.

— Я виноват, что не разрешил матери подготовить тебя – голос отца прозвучал неожиданно. Аксинья вздрогнула и обернулась, мрачный взгляд темных глаз отца был устремлен на нее. В них читалась вина и боль. – Виноват только я, зря доверился предсказанию той Сестры. Я надеялся, что ты в отличии от нас сможешь прожить тихую жизнь.

— Я тоже этого хочу! - незаметно для себя она перешла на крик, — просто скажите! Скажите всем, что он, он родился раньше! И все, ничего не придётся менять! – Голос сорвался и последнее слово она прохрипела.

— Аксинья, — в голос матушки вернулись стальные нотки, от расслабленности не осталось и следа. Она приподнялась на подушках, крепко прижимая к себе младшую сестру, - встань с колен, ты дочь солдата, это не достойное поведение. И говори спокойно, ты не ребёнок.

Слова матери отозвались в голове эхом “ не ребёнок, не ребёнок, не ..” на плече легла теплая тяжелая рука.

— Вставай дочка, мы все обсудим и решим. Не надо убиваться — это не конец и не пустота. - грубый, но теплый голос отца придал ей сил, девушка выпрямилась. Первый шок прошел, а на его место пришло странное оцепенение. Рука отца, которая все еще покоилась на плече немного успокаивала.

— Для тебя это сильный шок, да и для нас тоже. Но мы должны были сказать тебе как можно скорее. Ибо наша жизнь сильно поменяется в скором времени, твоя в том числе. — Аксинья слышала отца, но как будто через тяжелое пуховое одеяло, единственное, что она смогла вымолвить, это:

— Гости ждут, мне, наверное, надо вернуться.

— Не стоит. Думаю, тебе надо прийти в себя, а то у тебя лицо как будто тебе сегодня на плаху. Я разберусь с гостями, скажу, что ты осталась заботиться о матери.

— Да, сделай так Леша, я на тебя надеюсь. И позови ко мне Анастасию, теперь и ей нужно сказать. — голос матери потеплел и она расслаблена облокотилась на подушки- и служанку с кормилицей тоже.

Юная графиня попыталась поймать взгляд матери, но она выглядела так будто задремала, но не отпустила ребёнка.

Поэтому девушка развернулась на каблуках и направилась к выходу.

— Аксинья... Пожалуйста не злись. Это — Судьба, у нее на нас свои планы. – голос графини был почти извиняющимся. Была бы Аксинья в обычном состоянии, то записала бы это в собственные достижения, заставить графиню Крылову почувствовать вину, кому такое удавалось? Но девушка даже не обернулась, а молча вышла из комнаты и даже не заметила, как добралась до своей. “ А ведь это должен был быть вполне обычный день рождения”, подумала она, ложась на кровать. Столько мыслей роилось в голове “ Мне придётся отрезать волосы. Что об этом скажет Наталья? Говорят, что война скоро, а с кем? Я же крови боюсь, как я там выживу? Мама рассказывала, что принимала участие в операции по … Как же это называется? Кажется, ампутация ноги. А платья взять с собой не получится, наверное. Говорят, что цесаревна там. Замуж меня не возьмут получается теперь и не поеду на Минеральные воды“. Мысли атаковали голову, и она не стала им сопротивляться.

«надеюсь, я проснусь и всё окажется сном»