Стартель "Полярная звезда"

Зеркальные стены Малой поляны отражали видимое за прозрачной переборкой – медленно кружащуюся прямо по курсу планету класса А, внешне похожую на старушку-Землю, но обладающую красками куда ярче. По обычаю Солнечной федерации первая линейка открываемых миров, пригодных для жизни вида Homo Sapiens и подобных, называлась именами греческих богов. Красотка, облаченная в ажур облаков, скрывающая часть круглого лица за темно-лазоревой вуалеткой наплывающей тени, именовалась Афродитой – богиней любви, однажды ступившей на Критский песок из морской пены. Длинное и непривычное для ускоренного информационного века название, в конце концов, сократилось в разговорной речи до шаловливого Фроди, но розовый песок, покрывающий великолепные пляжи, бирюзовая вода температуры парного молока, леса, полные разнообразной ярокоперой и густошерстной живности остались. За двести лет, прошедшие с момента приземления корабля землян, Афродита превратилась в курортный рай для гуманоидов. Эффективное управление и правильно расставленные приоритеты развития бизнеса сделали планету привлекательной для инвесторов из других галактических конгломератов, включая Империю Первых – на сегодняшний день самое могущественное космическое государство, состоящее из пятнадцати звездных систем и бессчетного количества колонизированных или находящихся под протекторатом миров. На Фроди поговаривали, будто сорок процентов акций каждого из заведений категорий люкс-звезда первой величины и люкс-сверхновая принадлежат членам императорской семьи. Проработав в картеле «Большая медведица» более четырех лет, София Загайская, нынче старший администратор блока номер пять стартеля категории люкс-сверхновая «Полярная звезда», уже не считала это слухами.

Она по привычке покосилась на свое отражение. Безупречный внешний вид персонала был одной из визитных карточек клубной системы «Большая медведица». «Глаза гостей должны отдыхать на интерьерах отелей, но изумленно распахиваться при виде любого члена нашего коллектива!» – говорил в приветственном ролике для новых сотрудников Главный управляющий Клуба Анри Вессон, седой подтянутый красавец, обладающий всеми чертами, присущими обольстительному дьяволу: высоким ростом и шикарной фигурой, глазами цвета дамасской стали, четко очерченным подбородком, чувственными губами, голосом, умеющим обвораживать или устрашать, и ухоженными руками убийцы. Поговаривали, что он служил в разведке Солнечной федерации и имел высокий военный чин. Но в форме его никто никогда не видел, а о своем прошлом он не рассказывал, хотя офицерская выправка была на лицо. «Клиенты должны желать наших женщин. Клиентки – завидовать и стремиться стать такими же… В этом, кстати, им всегда поможет комплекс СПА-услуг, оказываемых Центрами красоты наших заведений! А гостьи, глядя на наших мужчин, пусть мечтают о неземной любви и звездных принцах. И тогда их кавалеры потратят свои средства на подарки, чтобы заставить дам забыть о несбыточном, наслаждаясь материальными благами, которые никогда не сможет себе позволить купить возлюбленной портье, даже обладающий внешностью Давида!» Произнося эту фразу, мэтр Вессон тонко улыбался, и лукавые морщинки бежали от уголков его глаз к вискам – единственный, после седины, признак почти сто пятидесятилетнего жизненного рубежа.

София прошлась пальцами по рвано подстриженным вискам, укладывая волосы одинаково идеально. Высокая блондинка с пышной грудью, тонкой талией и узкими мальчишескими бедрами никогда не лгала себе – холодный платиновый цвет и короткий ежик прически выбрала, чтобы стать похожей на Анри Вессона, которого боготворила. Эффектная внешность, доставшаяся от матери, наряду с отличными показателями в дипломе Академии межзвездного туризма и знанием в совершенстве десяти языков против пяти, заявленных в информации для кандидатов на вакансию администратора одного из заведений «Большой медведицы», сыграли решающую роль при выборе ее из пятидесяти претендентов на должность. Начав карьеру в планетарном отеле, или, как их называли – плателе, в должности простого администратора, спустя четыре года София дослужилась до старшего администратора – стадмина – блока, включающего в себя один технологический, два люксовых и десять стандартных уровней. И она не собиралась останавливаться. Загайская работу любила до фанатизма. Начавшись с невинного увлечения виртуальной игрой «Создай свой стартель», интерес к гостиничному бизнесу креп, перейдя на уровень призвания.

Коммуникатор на наружной стороне ладони, почему-то называемый «собачкой», издал приятный звук апрельской капели. Впрочем, София и так знала, что пятнадцать минут, отведенные персоналу на промежуточный отдых в первой половине дневной смены, истекли. «Тем, кто желает достичь успеха в системе, стоит неустанно развивать три чувства: времени, направления и опасности!» Высказывания мэтра Загайская знала наизусть, частенько цитируя подчиненным. И как показывал служебный опыт – Анри всегда оказывался прав!

София застегнула верхнюю пуговицу служебного кителя. Голубая форма чрезвычайно шла ей, оттеняя загорелую кожу и ее гордость – серо-стальные глаза, цветом напоминавшие глаза Главного управляющего.

Проглядев сообщения «собачки» и не найдя их достойными внимания, София помахала узкой ладонью подружке Фроди, величаво плывущей в звездно-атмосферном шлейфе, и покинула Малую поляну, направляясь на второй люксовый уровень. Сегодня туда перевели горничную со стандартного уровня, повысили, если можно так выразиться, в должности. Но то, что было хорошо для стандартного, могло оказаться недостаточным для люксового! Поэтому за новенькой следовало присмотреть.

Носы и шпильки бирюзовых лакированных туфель утопали в шерстяном мохнатом ковре цвета зеленого яблока. Пластика и других синтетических производных материалов в интерьере люксовых отелей «Большой медведицы» Анри Вессон не терпел. «Что сделало человека – человеком? Пластмасса? Керамастик? Дуплейн? Нет! Дерево, поглотившее искру и породившее огонь, дикий зверь, давший голому неандертальцу кожи и шкуры, глина, позволившая ему запечь рыбу на костре – вот альфа и омега зарождения цивилизации! Только натуральные материалы позволят нашим клиентам – людям прогрессивного будущего, вновь ощутить себя теми полными силы и энергии дикарями, что с воплями бегали за мамонтом, а затем расслаблялись в страстных объятиях на шкурах у костра!» София по привычке провела пальцем по вырезам в деревянных резных панелях стены. Пыли было немного. Но это означало, что Мисси Туно – новая горничная, не уделила стенам должного внимания. Такое могло пройти незамеченным на стандартном уровне, только не здесь!

Уровни Пятого блока располагались по кругу. Над нижним, технологическим, находились бассейн и ресторан, в который полагалось приходить босиком. Вместо перил ограждения пустоту от коридоров отделяли аквариумы в человеческий рост высотой, в которых плавали как обитатели земных морей, так и океанов Фроди, и некоторых других миров, отличающихся живописной флорой и фауной. Аквариумы имели причудливые формы и множество ниш у пола, что позволяло разместить внутри диванчики и кушетки, наборные деревянные комоды – восстановленные по земным лекалам из древесины ценных пород – со всякой бесплатной всячиной вроде жевательных конфет, шоколадок с символикой отеля или путеводителей по планете и «Большой медведице». Сейчас под одним из таких комодов застрял и жалобно гудел спарк – один из роботов-уборщиков, постоянно ползающих по стенам и напольным покрытиям в поисках лишней пылинки.

– Ах ты, бедолага! – пожалела его София, наклоняясь и пытаясь подцепить.

– Прекрасные виды открываются отсюда, – раздался насмешливый голос.

София, наконец, ухватила спарка за выступающий аккумулятор и вытащила на ковер. Радостно взвыв, робот развернулся и напал на не идеально чистые туфли старшего стюарда Энтони Фирса.

– Спарк намекает тебе, чтобы ты почистил обувь, – холодно изогнула тонкую бровь Загайская. – А я скажу прямо – еще раз увижу пыль на ботинках, лишишься двадцати процентов ежемесячной премии!

– Злой стадмин хуже злого ворга, – нагло усмехнулся Фирс, – но я тебя услышал! Подумаю над этим! Да отвяжись ты! – он пнул несчастного спарка, вновь загнав его в ловушку, и ушел.

София кинула ему в спину полный неприязни взгляд и снова полезла под комод. Освобожденный механизм, принимаясь за работу, благодарно мигнул верхним окуляром. А София, оправив узкую юбку, не позволяющую опуститься на корточки, подумала о том, что была бы она Управляющей отеля, ни за какие кредиты не брала бы на работу собственных родственников! Энтони Фирс приходился племянником Управляющему Пятого блока «Полярной звезды» Дагори Фирсу. Впрочем, требованиям к должности он соответствовал: жгучий брюнет с яркими голубыми глазами и улыбкой искусителя, точный в движениях, прекрасно разбирающийся в блюдах и напитках. Однако со служебной субординацией у парня были явные проблемы. Мало того, что указания стадмина он выполнял без рвения, так еще и сопровождал их ехидными, а иногда и откровенно хамскими комментариями. Загайская – пока! – терпела. Ибо справедливо полагала разговор с Управляющим о его же собственном племяннике шагом вниз по карьерной лестнице. Однако тщательно заносила проколы племянничка в собственные архивы.

За дверью одного из апартаментов слышалось гудение уборочного комбайна – машина мыла полы, очищала, ионизировала и освежала воздух, натирала стекла шкафов и обзорные переборки в тех комнатах, в которых они были предусмотрены. В Пятом блоке половина номеров, включая стандартные, располагалась на внешней части общего комплекса, позволяя гостям требовать номера со «старвью».

Софии было прекрасно известно об обитателях номера, но «собачка», поднесенная к двери вместо ключа, все же выдала информацию о постояльцах, которые, надо заметить, оказались весьма непросты. Гостья была записана в Регистре как Нана Тасали, однако известность приобрела под именем Сладкоголосой Наны. Знаменитая в Солнечной федерации и довольно известная в других системах эстрадная певица отличалась редким хрустальным тембром голоса. Большинство ее песен являлись однодневками, но встречались среди них и те, что заставляли людей плакать. На Фроди Нана прилетела отдохнуть, однако, желая скрыться от журналистов, резонно поселилась в стартеле. На планете побывала дважды – давала частные концерты в каких-то закрытых клубах, совмещая приятное для организма с полезным для кретидки. Ее спутник был не так известен, но богат и властен. Наследник состояния земных промышленников, Айвен Чайни к тридцати пяти годам оказался дважды женат, а ныне – холост. Мужчина не желал терять статус «жениха мечты», хотя его роман с Наной широко обсуждался в прессе.

Горничная Мисси, напевая какую-то легкомысленную песенку, натирала полиролью журнальный столик из зебрано с планеты Артемис. Существование по сей день предметов роскоши из натуральных материалов породило новый расцвет ручного труда и специальных средств ухода. Рисунок столешницы в точности повторял сочетание пятен светотени под лиственным деревом в солнечный день. Мисси, не замечая вошедшего стадмина, натирала пятна по очереди – темное-светлое, светлое-темное. Развлекалась... Уборочный комбайн, прозванный персоналом Мамушкой, бодро шевелил щупальцами, два из которых драили небольшой бассейн со спущенной водой, а два – причесывали лежащую на полу шкуру винторогой киварры – степного парнокопытного все с той же Артемис, отличающегося густой шерстью цвета расплавленного красного золота и «рубиновыми» рогами длиной в человеческую ногу. Рога присутствовали тут же, в виде напольного светильника. В выточенную полость каждого из них закачали светящийся гель, который реагировал на слабые энергетические импульсы пульта управления.

– Ты добавила в щетки для шерсти бальзам? – негромко спросила София.

Мисси, полностью ушедшая в полировку и пение, вздрогнула и подняла на стадмина темные как вишни глаза.

– Доброго дня, София! – приветствовала горничная. – А разве бальзам надо добавлять каждый раз?

– Каждый, Мисси, – кивнула Загайская. – После работы зайди на мостик, проговорим твои ошибки за сегодняшний день.

– Конечно, София!

Мисси вернулась к своему занятию – работала под началом Загайской уже полтора года и знала, что начальница строга, но справедлива. Вначале простит и предупредит, но потом пощады не жди! А София, вздохнув, поддернула повыше и так короткую юбку, и полезла под столы, шкафы, диваны и прочую мебель лично проверять чистоту полов. Показаться смешной она не боялась. «Хочешь быть уверен в результате труда персонала – сам проверь всех, включая ассенизаторов!»

С полами горничная справилась безупречно, однако под огромной кроватью, тоже укрытой шкурами, обнаружилась небольшая неровность под ковром. Паркет здесь был из натурального дерева, которое вполне могло потрескаться. Неугомонная София полезла под ковер и нашла… мусор! Свернутый в шарик клочок розовой бумаги из стартельного буклета. Она машинально сунула его в карман кителя, оглядела букет черно-багровых роз, стоящий на тумбочке у кровати. Сорт Гран-при – любимый сорт Сладкоголосой Наны, пришлось заказывать с Афродиты. В собственной оранжерее стартеля подобных цветов не оказалось.

– Мисси, когда закончишь уборку и выгонишь Мамушку, положи одну розу на шкуру в гостиной, – приказала Загайская.

Пришлось скрывать улыбку – столько изумления заплескалось в глазах горничной. Впору утонуть в нем!

– Но зачем? – не выдержала и задала вопрос та.

– Наша гостья – тонкая артистичная натура, – охотно пояснила София. «Ваш багаж знаний должен включать знания ваших подчиненных. И наоборот!» – Хрупкий цветок на настоящей шкуре – что может быть красивее! Только прысни на розу статика, чтобы не завяла! И удели, пожалуйста, внимание деревянным панелям в коридоре. Они пыльные.

Горничная изменилась в лице. «Пыль – одно из самых страшных разочарований всех управляющих!»

Тем временем Загайская продолжила обход, занимающий обычно половину смены. Стадмин заходила с проверкой в номера, постояльцы которых в данный момент отсутствовали, оценивала блеск зеркальных панелей лифтов, толщину и сочность листьев коридорной и комнатной зелени. Ничто не ускользало от ее бдительного взгляда, замечания тут же надиктовывались в коммуникатор и достигали ушей тех, кому были предназначены. Обойдя все уровни блока, София, как всегда, почувствовала себя несколько утомленной. Тем радостнее казалась возможность вскоре скинуть туфли и отправиться на обед!

Мостиком называли координационный центр блока, подразумевая под старшими администраторами капитанов кораблей в составе флота-стартеля. Под него всегда выделялось большое помещение, оборудованное отдельными кабинетами для стадмина, статеха – старшего техника, отвечавшего за бесперебойную работу и ремонт оборудования, и маршала – офицера Службы безопасности. Здесь же располагался центральный диспетчерский пульт со службами наблюдения и связи, и комната отдыха для персонала.

– Соф, ты уже обедала? – встретил ее вопросом Витторо Манчезе, диспетчер смены. – Сегодня шеф-повар обещал приготовить говяжьи отбивные с каким-то экзотическим соусом, чье название я не запомнил. Но народ в ресторан валом валит! Все-таки мы, люди, хищники!

– Вы, люди, всеядные, как крысы со звездолетов, – проворчал, показываясь в дверях статех Син Си Пин.

Представитель расы форшанов, уроженец Форш-а-прайм, головной планеты цивилизации, был смуглее Софии тона на три и выше настолько, что Загайской приходилось каждый раз запрокидывать голову, чтобы полюбоваться необычным, перламутрово-голубым цветом его радужек. Шикарной гриве блестящих черных волос Сина, собранных в низкий хвост, позавидовала бы любая женщина. В остальном форшаны напоминали людей, не считая небольшой разницы в анатомии. Впрочем, смешанным бракам с представителями Солнечной федерации это не мешало.

– Крысы – это заслуга Земли. Не завидуй, Син! – усмехнулась София.

Зайдя в свой кабинет, скинула туфли и чулки, после чего босой вернулась в общую комнату.

– Готова обедать! Говядину с каким-то там соусом я пропускать не собираюсь!

– Опять закажешь к мясу овощи? – скривился Си Пин, забрасывая тряпичные кеды в чрево кабинета. Должность техника позволяла некоторую свободу в одежде. Обязательным являлся лишь синий комбинезон с множеством карманов, находящихся порой в самых неожиданных местах.

Форшаны были стопроцентными хищниками, белок предпочитали только животный, не признавая растительную пищу.

– А где Егор? – поинтересовалась София. – Если он пропускает штатный обед, значит мы имеем внештатную ситуацию!

– Ну, ты скажешь, Соф! – хохотнул Си Пин. Именно с его легкой руки имя «София» среди своих сократили, сделав похожим на форшанское. – Егор ждет нас за столиком третьего, твоего любимого, уровня. И ставлю пять кредитов – он поедает свое мясо, не дожидаясь нас!

– Тогда идем.