Стать ликвидатором

- Имаго, - куратор стоял на пороге комнаты и улыбался.

Поклон-приветствие. Взгляд на точку в метре за его затылком. Молчание. Внемлю.

- Готова подумать и решить?

Кивок. Молчание. Он мигает. Намек считан.

- Да, учитель.

- Хорошо. Двадцать четыре часа.

- Так точно. - Ответ неверен. От этой привычки почему-то оказалось гораздо сложнее избавиться, чем от всех остальных. Исправляюсь. - Да, учитель.

Он кивает. Подходит, улыбаясь треплет по плечу, ерошит мои отросшие курди. Потом свои мягкие пепельные волосы и уходит. Дверь закрывается. Мягко присасываются уплотнители, едва слышно поклацивают запоры.

Впереди двадцать четыре часа полной тишины и абсолютного одиночества. Двадцать четыре часа полного покоя. Сутки наедине с собой.

Время подумать, разобраться в себе и решить.

Сначала ответить себе на главный вопрос, потом разобраться со своим местом в новом мире.

Пока не откроется дверь, ты - Имаго. Прошлого имени не стало в момент заключения контракта на учебу. Новое имя, имена появятся после заключения следующего. Или не заключения. Тогда его придется придумать самой.

Ты - Имаго последние четыре года. Именно столько понадобилось Оби Ванну - Учителю, это ты придумала ему такое имя, чтобы научить тебя всему. Чтобы собрать и создать из тебя - тебя. Хотя почему "тебя"? Меня. Отстранение от самого себя и переадресация обращений - плохая привычка. Я - это я. Никаких "ты" тут сейчас нет.

И все же... Почему-то всегда проще думать о себе в третьем лице. На край - во втором.

Я подошла к койке и села на край. Потом легла.

Думать и медитировать можно в любой позе. Этому научили. Не сойти с ума от депривации за сутки тишины и одиночества - тоже. Этому тоже научили. Точнее, отточили имевшиеся навыки. Не испытывать проблем без еды и воды в течении суток тоже научилась задолго до этих четырех лет изматывающих каторжных тренировок и ещё более выматывающей мозгоебли всем подряд. От физики - механики, там оптики до фармацевтики, баллистики, кибернетики, программирования, социологии, моделирования и финансового аудита. Однажды пошутила, что в программе не хватает скальдического стихосложения. Оби Ван и кивнул. Через тринадцать дней мы поехали в уютный коттедж в шхерах. Пожилая мадам попросила обойтись без имён, а если что называть ее Урд. Ничего. За семьдесят девять дней научилась не набивая синяков и не ломая кости нырять со скал - первый гипс не спас от тренировок, и разбирать висы и худо бедно складывать кеннинги. А потом было двенадцать разных типов иероглифики. Я в жизни не представляла, что там такое разнообразие только базовых принципов. За четыре года в мой мозг прошили семнадцать языков, восемь типов акцентов и сорок восемь разных диалектов. Уверена Оби Ван знает больше. При этом я не мегамозг на тонкой шейке, я могу двести раз отжаться на пальцах, подтянуться на мизинцах и выдать олимпийскую программу по гимнастике или там цирковой номер по воздушной акробатике почти без разогрева. Выдернутая из постели на фазе глубокого сна. Точно знаю, что могу - это пожалуй любимая фишка Оби Ван. На мече летать разве что не пробовала. А на вертолете, планере, даже межконтинентальном лайнере... Официальной пилотской лицензии только нет. А в остальном... Не знаю как Оби Ван это устраивал. Но все симуляторы и вирты закреплялись исключительно живой демонстрацией навыков.

Я могу даже то, что не может нормальное человеческое тело. Не уверена, что могу считаться человеком при том количестве модификаций, которые в меня запихали. Зато теперь ты не знаешь, что такое боль. Почти не знаешь. Надо напрячься и проанализировать пресловутую информацию от рецепторов.

А ведь когда Организация на тебя вышла, ты... Я валялась в шестом полевом в состоянии физического фарша и моральной слизи. Даром что в полном сознании. От этого было только гаже. Но наркота уже не брала. И сдохнуть что-то мешало. Не то осознание, что все пережитое в плену было результатом ебанутого плана. "Девка, как дорвутся, так головы потеряют" - тобой, мной сознательно расплатились даже не за выполнение задания - за херово спланированную вылазку к местным за ханкой для угощения начальственных гостей. То ли то, что все лично сотворенные чудеса коварства, притворства, морально-волевых, выносливости, злобности и ярости приложенные, чтоб вырваться и вернуться были оценены ленивым удивлением, а затем... Досадой по поводу болтливости одного из своих. Ты... Я... Я врезала в морду командиру и... Нет меня не расстреляли. Наказали не по уставу. Нееет. На этот раз изнасилования не было. Было другое шоу. Я думала, что выдержу эти десять ударов хлыста. Хрена. Стала полным киселем на третьем.

А потом повезло. На четвертом нас всех накрыло артналетом. Вполне возможно это я случайно приволокла что-то на себе. А может и нет. Потому что повтора не было.

Был шестой полевой. И наркота, которая вообще ничего не глушила. Ни боли, ни головы. И знание, что все - баста, финиш, отвоевалась. А заодно и отбегалась, и отпрыгалась, и отрожалась, а может даже и отходилась на всю оставшуюся жизнь. Учись держать ложку тремя не теми пальцами другой руки и не кашлять. А лучше вообще дышать в половинку. И памперсы менять. Себе. Как-нибудь. Ничего, ты сильная, ты справишься.

Они пришли.

Что любопытно, с госпитальным и мелким армейским начальством. Представились. Вот так просто - Организация. Точнее Представители одной Организации. И изложили суть предложения.

Оказывается ты, я - ебануться до чего охуенная снежинка. По биологическим, физиологическим и психопатическим (нет, сказали конечно не совсем таким словом) показателям. И они - Организация. Очень заинтересованы в сотрудничестве. С меня всего лишь согласие на лечение и разные медицинские вмешательства в организм, контракт на обучение. Все совершенно бесплатно, безвозмездно, то есть даром, точнее в рамках какой-то там международной исследовательской программы и грантов-хуянтов каких-то там благотворительных фондов.

Тебе, мне было все равно. Я согласилась. Не жалею. Не думать глядя на часы - не пора ли сменить памперс, оно как-то очень неплохо. Как и десять пальцев на руках. И на ногах. Которых две.

А остальное - приятный бонус. Даже Оби Ван. Хотя первые три года убить его хотелось через встречу. А через три - с особой жестокостью и смачной расчлененкой по живому. А встречались мы по несколько раз на дню. И за ночь. Порой тоже не раз встречались.

Больше всего бесило, когда случалось проснуться посреди кошмара, когда эта сволочь гладит тебя по бритой макушке и ласково шепчет: "ну что ты, деточка, здесь тебя никто не обидит". Мать, блин, ебать, Тереза! Но мозги на место он тебе поставил. Не отнять. Мне. Поставил. На место. Или почти. Но управлять своими кошмарами я теперь точно могу. Даже удобными их делать. Для себя. Нет лучше средства против чужой попытки влезть в голову и душу, чем собственный заботливо прирученный и раскормленный кошмар. Приходящий по первому зову и уходящий как только не нужен.

Чем занимается Организация, я узнала... Ха! Чем она занимается и что из себя представляет на самом деле, я ни шиша не знаю до сих пор. А вот что они ваяют из меня и мне подобных - сообщили почти сразу. По завершении основных медицинских дел. Да, уникально охуенных снежинок оказалась десятка два. Не меньше. Это с кем пересекалась, идентифицировала и пересчитала. Трое, как и я, подопечные Оби Вана с уверенностью процентов девяносто семь. Остальные... Скорее всего чьи-то ещё. При наблюдении по манерам двигаться и действовать я б выделила шесть групп по два-четыре человека. Могу ошибаться. Между собой мы как-то не особо откровенничали. Нет. Никто ничего не запрещал. Все люди взрослые. Просто зачем?

Если ты потенциальный ликвидатор. Высококлассный, хорошо сделанный, обученный, натренированный и натасканный убийца. Ты отдаешь Организации свою готовность им стать. А Организация - тебя им делает. И бонусом даёт возможность реализовать личные планы. Правда, всего один раз. На выпускном экзамене. Когда ты сам решаешь кого исполнить. Сам решаешь как, сам исполняешь. Организация обеспечивает техническую помощь в подготовке, зачистку следов и - самая соблазнительная часть этого бонуса - гарантирует отсутствие претензий со стороны нормального закона. Эту часть Организация берет на себя. Как - не твоя печаль. Целей выбирай сколько угодно - почти сколько хочешь, чем больше и интересней отработаешь, тем выше будет твой класс и будущий статус в Организации. А значит - гарантии, оплата работы и общий уровень твоей дальнейшей жизни. Впрочем, потолок количества тут есть - пятьдесят имён. Психи Организации не нужны.

И все добровольно. Если не хочется - можно соскочить. Но только сейчас. И... Ничего личного, чисто деловой интерес и их наработки - через пятнадцать лет истечет внутренний гриф секретности и твое личное дело, включая все материалы собранные до обучения, лягут на столы всех заинтересованных правоохранителей и спецслужб всех стран, где у Организации есть контакты. Ничего личного. Организации не нужны конкуренты. Не знаю, как и почему их яйцегодовые вычислили эти пятнадцать лет, за которые резвящийся на воле без поводка выпускник становится опасен, но факт, который сообщают. И условие задачи.

На решение которой у меня остаётся двадцать часов. Надо же как быстро пролетели. И как много времени отняло самокопание.

Обсуждая экзамен с Оби Ваном, я составила список имён. Первым был тот, кто меня предал и подставил. Он тоже сумел выжить. И даже орден и следующую блестяшку на погоны получил. Потом несколько не то чтоб имён... Идентификаторов с той стороны. Потом пара наших крутопогонных генералов - мне хотелось проверить некоторые мысли. Оби Ван только спросил: "И все?"

Тогда я написала имена лидеров стран. Нашей, и той с кем воюем который год. До сих пор воюем, мать вашу растак!

Оби Ван только ухмыльнулся.

Тогда я написала имя президента самого вражеского врага. Как говорили нам на политинформации. И вновь Оби Ван лишь спросил: "А справишься?"

Тогда я вписала в список того, кого называют главой мировой закулисы, боссом боссов. Оби Ван не повел и бровью.

Потом поинтересовался: "Уверена, что хочешь именно этих всех и именно в личный счёт? Если исполнишь любую из громких целей, остальных и так когда-нибудь закажут. Я серьезно, Имаго. Вполне достаточно одной цели на класс, а остальное взять для души. Потом будет поздно. Подумай получше".

Потом будет поздно. Потом я не сделаю ни одного акта без команды, без приказа, ни чтоб покарать, ни чтоб спасти, ни чтоб восстановить справедливость. Я буду исполнителем Организации. Одним из их штатных ликвидаторов. Все. Ничего личного. Никого лишнего. Никогда.

Никаких других шансов рассчитаться с теми, кто сделал меня мной. Никаких шансов завершить эту чёртову войну, что сделала меня Имаго, - оружием неведомо кого. Почти сделала.