Стеклянные корабли (пьеса)

Действующие лица:

Пётр Алексеевич Романов, русский царь.

Александр Данилович Меншиков, ближайший друг и соратник Петра.

Гамлет Григорьев, русский художник-новатор.

Бэрримор, управляющий дома в русском посольстве.

Летиция Кросс, английская актриса.

Сэр Энтони Дин, английский судостроитель.

МЧ1, МЧ2, МЧ3, молодые люди, участники великого посольства.

Действие первое

Резиденция русского посольства в Лондоне, Англия. Кабинет Петра. Вечер. Свечи освещают стол, на котором в рабочем беспорядке разбросаны бумаги. В комнату широким шагом вбегает Пётр, за ним мелкими шажками семенит Меншиков.

Пётр (повышенным тоном). Не отдаст чертежи?! Что, так и сказал?

Меншиков. Так и сказал. Да ты не серчай, Пётр Алексеич.

Пётр. Ты, Сашка, в своём уме? Не серчай? Ты хоть понимаешь, какое я тебе дело поручил?

Меншиков. Да я…

Пётр. Что я? Я тебя зачем в Дептфорд к Дину послал? Нет, ты вот мне скажи!

Меншиков. Петр Алекс…

Пётр (кричит). Молчать! Отвечай на вопрос. Зачем я тебя, сукиного сына, отправил на верфи к сэру Энтони Дину?

Меншиков. За чертежами.

Пётр. Нет, Сашка, не за чертежами. Я тебя за будущим русского флота отправил. Ты пойми - это мы с турками под Азовом на речных лодках воевали. Дальше так нельзя. Нам современные корабли нужны.

Меншиков. Пётр Алексеич, ну не соглашается он. Я уж и мзду сулил и в гости звал. Ни в какую! Кремень, а не человек. Может, мы сами как? Русь-матушка талантами богата. Построим эти корабли по своему разумению.

Пётр. Нет у нас времени свои таланты искать. Война со шведами через пять-семь лет начнётся. А то и раньше.

Меншиков. Да наши сумеют ума-разума набраться! Он же на верфях науку постигать не воспрещает. Говорит, смотрите на корабли, на чертежи эти, будь они неладны, вопросы задавайте. Даже тетради специальные раздал и инструменты для записей. Но настоящие, большие листы полностью срисовать не даёт.

Пётр. Эх, беда, Сашка. Беда. Думай, как нам эти чертежи домой вывезти.

Меншиков. А может это, устроим небольшое происшествие? Потихоньку умыкнём.

Пётр. Ты мне это брось! Король Вильгельм нас как дорогих гостей принимает, и в Голландии и здесь. Да и как ты их вывезешь? Где спрячешь? Там каждый лист размером в полгорницы. Дин пропажу обнаружит, нас при отъезде до исподнего обыщут.

Меншиков. Ой, сложные ты дела поручаешь, Пётр Алексеич. Пойду дальше думать.

Действие второе

Большой общий зал в резиденции русского посольства. Освещение приглушено. На одной из стен зала через световой ящик спроецировано изображение (как вариант - Вестминстерский замок). Сидящие в комнате участники посольства громко обсуждают увиденное между собой.

МЧ1. Гляди-ка! Прям на пустом месте картину нарисовал!

МЧ2. Да бог с ним, с местом! Ты смотри, как искусно! Каждый камень в стене видно. Чудно!

МЧ3. Ну, мастер, удивил! А сможешь ты подобным манером нарисовать, положим, фемину без одежды в райских кущах?

Раздаётся громкий смех. В зал входит Пётр. Меншиков встаёт с места и выходит к царю.

Меншиков. Пётр Алексеич, вот как обещал.

Пётр. Что обещал? А, это и есть та самая световая коробка? А мастер здесь?

К Петру и Меншикову подходит молодой человек. Приветствует царя полупоклоном.

Меншиков. Вот, государь, знакомься - художник Гамлет Григорьев. Земляк наш из Москвы. Давно уже в Лондоне живёт. Здесь и искусству своему научился. Желает всячески содействовать Русской державе в ее развитии и устремлениях.

Пётр. Гамлет? Что за имя у тебя такое странное?

Григорьев. Назвали меня, Пётр Алексеевич, в честь датского принца из пьесы английского писателя Шекспира. Батюшка мой в Москве службу по иностранным делам с британскими подданными вёл, с языком хорошо знаком. Через это и меня научил, а затем в Англию отправил, науки постигать.

Пётр. И в чём же наука твоя? Как сия коробка устроена?

Григорьев. Картина на прозрачном тонком стекле нарисована. Затем особой краской обработана, для пущей видимости. Коробка только свет даёт и на стене изображение увеличивает.

Пётр. Ну что, мастер, вижу, дело это ты в совершенстве постиг. Наши молодцы аж все животы от твоих художеств надорвали.

Меншиков. Пётр Алексеич, тут с этой коробкой есть кое-какой план. Ты не смотри, что дело на первый взгляд потешное. Дозволь обсудить. Пойдём в кабинет к тебе для приватного разговора.

Пётр делает приглашающий жест. Он, Меншиков и Григорьев выходят из комнаты.

Действие третье

Пётр, Меншиков и Григорьев возвращаются в общий зал. Царь в приподнятом настроении.

Пётр. Ну, Сашка, ну хитёр, змей! Смотри, чтобы всё аккуратно по твоему плану было! Позор нам здесь ни к чему. А ты мастер, уж постарайся! Во всей силе твоя наука нужна. Будущее России от тебя сейчас зависит. Понимаешь?!

Меншиков и Григорьев кланяются царю, выражая готовность к любым подвигам.

Пётр обращается к народу в зале.

Пётр. Ну что, питомцы мои дорогие! Готовы родине послужить?

Толпа. Да-а-а!

МЧ1. С тобой, государь, хоть в огонь, хоть в воду!

Пётр. Праздник у нас сегодня великий! Рождение настоящего русского флота отмечаем. Велите вина принести. Веселиться будем!

Толпа. Ура-а-а!

Пётр (к Меншикову). И за артистами пошлите. Пусть передадут мисс Летиции Кросс, что Пётр Михайлов просит её спеть песен английских, для услады души русской.

Меншиков, улыбаясь, выходит. В комнате начинается пир.

Действие четвёртое

Кабинет Петра. Полный беспорядок. Вещи разбросаны по полу. Царь спит на кушетке после вчерашней попойки. Раздаётся стук в дверь.

Пётр. А? Кто там? Какого дьявола?!

Голос из-за двери (с акцентом). Господин Пётр. Откройте, пожалуйста.

Пётр. Что нужно? Кто это?

Голос из-за двери. Это управляющий, Бэрримор. Мне нужно с вами поговорить.

Пётр с трудом поднимается с кушетки. Не с первого раза встаёт и идёт к двери. Открывает.

Пётр. Заходи, Бэрримор. Бэрримор? У тебя, случайно, собаки нет?

Бэримор. Сэр?

Пётр. А, ладно. Тебе что нужно?

Бэрримор. Сэр, вы вчера изволили веселиться.

Пётр. Вчера? А, да. Знатная попойка получилась!

Бэрримор. Сэр, ваши камрады, товарищи, они в доме нанесли большой урон.

Пётр. Да ты что? Мебель поломали? Да ты не серчай. У нас и не такое бывает.

Бэрримор. Сэр, но гласс, стекло!

Пётр. Какое такое стекло?

Бэрримор. В доме в прошлом году установили новое стекло. Ваши камрады для забавы разбили все окна. Ущерб колоссальный!

Пётр. Ну, ты прям скажешь, колоссальный! Подумаешь, стекло какое-то… (Пётр про себя) Ах да, стекло… (Пётр к Бэрримору) Ну не серчай! Что во всём Лондоне стекла больше нету? Купи новое! Я тебе затраты компенсирую.

Из за спинки кушетки поднимается растрёпанная женская голова. Затем появляется девушка в ночнушке. Это актриса Летиция Кросс, которая вчера выступала по приглашению Петра.

Летиция. Компенсация! Питер, я требовать компенсация!

Пётр (Испуганно). Кто это? А, Летиция, звезда моя, чем же твоя душа недовольна.

Летиция. Я требовать компенсация.

После слов она падает за кушетку и снова засыпает.

Пётр. Вот видишь, Бэрримор, все от меня чего-то хотят. Давай так, ты стекло для себя купи и ещё для меня купи. Раз уж моим орлам они так понравились, повезу в Россию, установлю в своём дворце на окнах.

Бэрримор. Сэр, вы очень щедры!

Пётр. Да ладно, не благодари. Свои же люди, сочтёмся!

Бэрримор кланяется и задом пятится к выходу.

Пётр. И Сашку Меншикова мне позови. У нас с ним сегодня дел много.

Действие пятое

Верфи в Дептфорде. Пётр, Меншиков, Гамлет Григорьев и Энтони Дин прогуливаются вдоль строящихся кораблей.

Пётр. Сэр Энтони, хочу поблагодарить тебя за доброту. Подарок твой поистине бесценный для Державы Российской. Моих неучей в корабельной науке просвещать - дорогого стоит!

Дин. Царь Питер, на то воля нашего короля Вильгельма. Он хочет в твоём лице видеть надёжного союзника.

Пётр. И его благодарю от всей души. Но сказать по правде, союзник из меня плохой. Нет у России флота крепкого. Всё есть, лес есть, люди есть, моря вокруг, а кораблей нет.

Дин. Мы научим твоих людей делать корабли.

Пётр. Э, нет, сэр Энтони. Не сочти за дерзость, но буду с тобой откровенным. Для кораблей не только мастера нужны, но и конструкции надёжные. А ты, говорят, не даёшь нам чертежи для постройки с собой в Россию забрать.

Дин молчит.

Пётр. Вот смотри, есть у меня мастер искусный.

Пётр берёт Гамлета и выставляет его вперёд.

Пётр. На верфи по всей науке обучен. Но работать он может только здесь и только по твоим чертежам. Без них он как котёнок слепой. Что мне с ним прикажешь делать? Как флот строить?

Дин делает паузу. Смотрит на Гамлета и Петра.

Дин. Откровенность за откровенность, царь Питер. Я подданный Его Величества, а Британии на море конкуренты не нужны. Мы тебе флот построим здесь. Можешь даже своих мастеров оставить, нам они сильно в помощь будут. Но свои верфи в России ставить мы тебе не позволим. Не серчай.

Пётр. За честность спасибо. Видимо, придётся нам шведов по своему разумению бить. Но тогда и победа только нашей будет. Пусть король Вильгельм не обижается.

Дин. Это политика. Тут никаких обид. Только интересы державы. А державы, царь Питер, у нас с тобой разные. Сегодня вместе, а завтра может быть иначе. Поэтому учить мы твоих людей будем, но о большем не проси.

Пётр. И на том спасибо. Ну что, Гамлет, бери инструменты свои и иди на верфь. Смотри и запоминай. Хорошо запоминай.

Пётр, Меншиков и Гамлет кланяются Дину и уходят.

Действие шестое

Москва, Немецкая слобода. Комната Петра в доме Лефорта. Свет приглушеён. Пётр сидит за столом в большом кресле. Меншиков, управляя световым ящиком, выводит на белую стену изображения корабельных чертежей. Пётр хмур и молчалив.

Меншиков. Пётр Алексеич, но ведь получилось же! Вот они чертежи эти треклятые.

Пётр молчит.

Меншиков. Да бог с ними, с англичанами. Сами виноваты. Они нам чертежи вывозить запретили? Ну мы их и не трогали, а про стекло речи не было.

Пётр. Прав ты, Сашка. Русский флот сейчас для нас важнее всего.

Пётр встаёт, подходит ближе к изображению.

Пётр. И ведь смотри, как искусно нарисовал. Да уж, Гамлет Григорьев — настоящий мастер. Кстати, ты ему писал? Предлагал в Москву вернуться?

Меншиков. Писал. Но он отказался. Говорит, изучает новый способ, как картины эти на бумагу переносить, чтобы множить их быстро и просто, без особых навыков. Как изучит, обязательно вернётся.

Пётр. Ты мне его не упусти. России такие мастера сейчас ох как нужны. Новую державу строим!

Меншиков. Ты, государь не волнуйся. Всё понимаю. Кстати, он тебе подарок прислал.

Меншиков вставляет в ящик новую пластину. На стене появляется портрет Летиции Кросс.

Пётр. Ух ты, Летиция, любушка моя. Хороша девка, жаль, жадна до безумия. А то я бы её с собой забрал.

Меншиков. Да уж, жадна. Она там тебе ещё один портрет на память прислала. Исключительно для частного просмотра. Ну и в своей манере, конечно, компенсацию требует.

Пётр. Ох, чертовка. Ладно, отправь ей ещё пятьсот рублей. И всё. Больше в Лондон не пиши.

Конец.