Стенли

Стенли

Вторая половина девятнадцатого века ознаменовалась огромным интересом европейцев к географическим и археологическим открытиям. Эпоха колониализма открыла для Европы обширные территории, еще не изученные и манящие искателей приключений, дельцов и ученых всех мастей. Одной из таких территорий была Центральная Африка. Ежегодно из Каира по Нилу и вдоль побережья Красного моря отправлялись экспедиции, многие из которых терялись в песках Сахары и джунглях. Исследователи возвращались, привозя с собой новые карты, слоновую кость, ценную древесину, неизвестные болезни и истории о трагических событиях, без которых не обходился почти ни один поход.

В такую экспедицию завербовался молодой человек по имени Генри Мортон. За свою недолгую жизнь он успел пережить раннюю потерю родителей и суровую борьбу за существование. В неполные 28 лет Генри успел поработать портовым грузчиком и матросом на торговых судах. Но главной его мечтой была журналистика. Он надеялся, что участие в походе позволит собрать материал, который откроет ему двери в респектабельные лондонские издательства, а возможно, и в саму «Таймс».

К разочарованию молодого человека, экспедиция потерпела неудачу. Большинство участников свалила неизвестная лихорадка. Она унесла жизнь четверых исследователей, включая вдохновителя и спонсора мероприятия. В итоге собранного материала едва хватало на короткую заметку.

Предаваясь горестным размышлениям в одном из заведений Каира, Генри услышал за соседним столиком знакомый голос. Он принадлежал одному из участников провального похода. Генри поразился, слушая его историю: тот живописал беспримерный марш к истокам Нила, невероятные открытия и несметные богатства, ожидающие смельчаков в джунглях. Этого вранья вперемешку с бахвальством хватило бы на целую фантастическую повесть.

Тогда у Мортона зародился грандиозный план. Он стал обходить кабаки Каира, где коротали время охотники, расхитители гробниц и бродяги, тщательно записывая их байки. За излишнее любопытство он даже получил удар ножом в темном переулке. К счастью, рана оказалась легкой и лишь напомнила о том, что пора действовать.

И вот, спустя несколько месяцев в редакцию лондонской «Дейли Телеграф» вошел знакомый нам молодой человек с небольшим портфелем и направился к главному редактору. В те времена газета в основном обслуживала фондовый рынок, публикуя биржевые сводки и прогнозы, и для поднятия тиража изданию требовалось нечто большее, чем финансовая информация. Мортон практически с порога предложил организовать самую масштабную экспедицию за всю историю географических исследований к истокам Нила.

По всем законам жанра его должны были выставить за дверь. Но интуиция дельца подсказала редактору, что в этом предложении есть потенциал. Стороны ударили по рукам.

Начались масштабные приготовления. Газета, используя свои связи в финансовых кругах, обеспечила финансирование проекта. Идею одобрило Королевское Географическое общество, и весь мир больше года обсуждал предстоящее событие.

Наконец из порта Глазго вышли три корабля, груженные продовольствием, оборудованием, картами и участниками экспедиции. В Каире их встречала толпа, жаждавшая увидеть величайшее событие со времен открытия Америки.

Спустя несколько месяцев караван людей и животных двинулся вглубь неизведанных территорий. Носильщиков наняли из племен, населявших отдаленные уголки колонии. С одной стороны, они прекрасно ориентировались в джунглях. С другой — полное пренебрежение опытными местными кадрами вызывало удивление, но об этом никто не задумывался.

Если бы за караваном можно было наблюдать с воздуха, пилоты бы заметили странную вещь: как только экспедиция покинула обжитые места, она просто исчезла. Растворилась в лесах. Дело в том, что ящики были наполнены камнями и тряпьем для придания объема. Как только представилась возможность, аборигены разошлись по домам, скрыв следы мистификации.

Тем не менее через полтора месяца в «Дейли Телеграф» стали появляться очерки о ходе похода за подписью Генри Мортона под псевдонимом Стенли.

Чего только не было в этих статьях: таинственные пещерные города, встречи с неведомыми существами, кладбища слонов с бивнями по тридцать метров. Рассказывалось о летающем городе, россыпях гигантских алмазов и битве с шаманами, превратившими часть отряда в зомби. Лишь самоотверженность автора, ослепившего врагов карманным зеркальцем, позволила им спастись.

В одной из заметок утверждалось, что цель достигнута. Нил якобы рождался из трех источников, бьющих прямо из воздуха на высоте полутора метров. Синяя, зеленая и прозрачная струи смешивались в каменной чаше идеальной формы выточенной неизвестными создателями в скале из неизвестного науке крайне твёрдого камня. Это был шедевр журналистского искусства.

Публикации вызвали шквал интереса по всему миру. Тираж «Дейли Телеграф» взлетел, впервые в истории обогнав «Таймс». Это длилось около двух лет. Еще трижды отправлялись корабли с «грузом», которые благополучно исчезали, как и первый.

Все шло успешно, пока вдохновленные читатели не потянулись в Египет целыми семьями, продавая дома в надежде на сокровища. Каир наводнили толпы, требующие отправить их в путь. Безумие было масштабнее «золотой лихорадки». Правительство из последних сил высылало спасательные отряды на помощь наивным искателям чудес.

В Лондон полетела секретная депеша с требованием прекратить провокационные публикации. К тому времени газета заработала достаточно, и необходимость в мистификации отпала. Вскоре вышла заметка о том, что связь с экспедицией Стенли потеряна.

Но известие об исчезновении лишь подлило масла в огонь. Весь мир бросился на поиски. Создавались фонды, газеты пестрели находками обломков снаряжения. То и дело сообщалось, что Стенли найден, и тут же опровергалось.

Но постепенно ажиотаж спал. Мир переключился на другие события. Хотя попытки найти экспедицию предпринимались вплоть до середины двадцатого века.

Так Генри Мортон реализовал свою мечту и стал одним из ведущих журналистов своего времени. А история географических открытий приобрела еще один яркий эпизод, о котором спорят и поныне.