Сто метров до дна

— Вот так включается рация, — Демьян указал на маленькую кнопку на плече специального водолазного костюма. — Внизу может немного фонить от дна, что будет создавать помехи.

Мария нажала на кнопку и сказала в маленький микрофончик внутри костюма: “Марк, я тону, как слышно?”.

— Дошутишься, — раздалось из рации.

Маша рассмеялась и уперла руки в бока. Спецкостюм сидел на ней почти как вторая кожа, удобный, мягкий, но достаточно надежный, чтобы погружаться без страха и волнений. Сверху он состоял из титановых пластин, а внутри из резины и спандекса. На поясе: крючки, нож, фонарик и маленький спасательный баллончик со сжатым воздухом. Стоило отщелкнуть крышку, как из него вылетал огромный надувной шар, который быстро бы мог вытащить водолаза на поверхность, пусть и с небольшой жертвой в виде перегруза внутреннего уха или, может, тошноты. Инструкция даже гласила, что никакой Кессонной болезни не будет, лишь легкий дискомфорт в теле. На спине костюма располагался особый водяной фильтр — преобразователь, который мог добывать воздух прямо из воды. Никакие тяжелые баллоны с кислородом больше были не нужны. На ногах — длинные ласты, а перчатки на руках — с перепонками как у лягушек, что позволяло маневрировать под водой как настоящий обитатель океана. На голове особый шлем в виде сферы, похожий на круглый аквариум; в нем можно было спокойно крутить головой, рассматривая все вокруг, что для исследователей глубин было особо важно. Порой, из-за старых скафандров, новые открытия буквально проплывали мимо, за затылком. А пока повернешься в “железном коробе”, так называли водолазы старый костюм, так все “открытия” уплывали.

— Амфибия к погружению готова, — сказала Мария в рацию и хлопнула ластой по полу катера. — А вы, Капитан Барракуда?

— Барракуда сбрасывает балласт, ожидайте, — зашипела рация в ответ.

— Какой еще балласт? Нет у нас никакого балласта на корабле, — возмутился Демьян.

— В туалете сидит, — рассмеялась Мария.

Демьян фыркнул и поправил очки. Шутки водолазов ему никогда не нравились, потому что не всегда он мог отличить их от реальности. Однажды Мария выбежала, испуганная донельзя, и закричала “Всю нижнюю палубу затопило!”, Демьян сразу же подал сигнал S.O.S. и приготовился к тяжелой борьбе со стихией. А спустившись вниз, увидел на кухне разбитый кувшин с водой и огромную лужу на полу. “Потоп, видал”, — смеялась тогда Мария позади исследователя. Или же Марк, такой же шутник, очень уж любил он кричать: “человек за бортом”, на все подряд: на камни, туши мертвых рыб, кучи мусора — в итоге ему просто перестали верить, что чуть не привело к трагедии с их коллегой Сашей. Девушка упала в воду, не удержавшись во время сильной качки, и Марк долго не мог убедить капитала в правдивости случившегося. Кстати, шутить так, даже после того случая, он не перестал.

— А вот и Сашка, — громко хлопая ластами, Саша вышла из капитанской рубки и поправила шлем. — Что у нас сегодня, как всегда, рассматриваем скалы и ищем остатки кораблей?

— В первую очередь осмотрите дно на наличие недавно утонувшей субмарины. Может, наткнетесь… — начал Демьян сухо, без интереса. — А второе… Не просто скалы, а уникальные природные объекты! Эти скалы — груда метеоритов, которых сюда принесло течение. Это же чудо! — добавил он с большим энтузиазмом. — Представляете, каков шанс, что такое вообще могло случиться? Там же уникальная микро и макро среда, может быть, даже новые организмы!

— Да, захватывающе… — фыркнула Мария. — Я больше коралловые рифы люблю рассматривать, знаешь ли. Чем камни эти и хлам…

Из рубки вышел сам капитан и зажал в зубах самокрутку.

— Тогда быстрее наковыряйте камней этих и по домам, — сказал он, выпустив густое облако дыма из носа. — Сколько погружение займет?

— Минут пятнадцать до дна. За час должны справиться с образцами. На декомпрессию еще время. А поискать субмарину… Можно по пути, пока собираете. Не столь она важна… Не наша работа, в конце концов, — Демьян выглянул за борт, посмотрев на воду.

Она была довольно чистой, прозрачной. Но очень уж темной, практически черной. Так ли влияло скопление метеоритов на дне или же просто, тень от катера неудачно падала — не было понятно. Но ­что-то в этой воде заметно озадачило исследователя, и не только ее цвет. Ч­то-то необъяснимое, невидимое глазу и не слышное уху. Мимо пролетела стайка чаек. Они издали крик, похожий на хохот. Отражения заскользили по волнам и скрылись между гор валунов.

Демьян почесал за ухом и поправил воротник куртки. От воды веяло непривычным холодом, прямо как от открытого холодильника.

— Спасателей бы нормальных послали, — Саша дважды щелкнула по браслету на руке, активировав радар. На нем замигали три зеленые точки.

— Да нахрен надо им это, поднять ее дороже будет, чем новую построить. А спасать там явно уже некого, — из-за угла вышел Марк, держа шлем в руках.

— Балласт сброшен? — рассмеялась Мария.

— Какой еще балласт? — капитан чуть не выронил сигарету изо рта.

Команда ныряльщиков расхохоталась в голос и отправилась к карме, где уже свисала лестница вниз. Демьян неловко улыбнулся капитану, и тот закатил глаза, поняв, что это очередная шутка.

— Пожалуйте, только будьте осторожны со скалами, внизу аномальные течения! — крикнул он в след ныряльщикам.

Марк подошел к носу катера и надел шлем, защелкнув все крепления. Механизмы костюма заработали, из ранца-­фильтра шикнула струя воздуха. Маша приготовилась к прыжку, но остановилась у борта и пнула Марка в плечо.

— Слышал, тут течения аномальные. Может батю твоего сюда принесло! — рассмеялась девушка.

Ничего не ответив, Марк приложил руку к шлему и прыгнул в воду, приняв в полете стойку “смирно”. Мария сиганула следом, помахав Демьяну. Саша же пожала плечами, оглянулась на капитана и спокойно спустилась по лестнице вниз.

Капитан достал рацию из внутреннего кармана кителя и громко заговорил в нее: “С Богом, ребятки!”.

— Спасибо! — раздалось в ответ.

— Молодые еще для такой работы, — грустно сказал Демьян и спрятал руки в карманы.

Самому старшему из команды, Марку, было всего 22, девушкам же и вовсе по 18.

— Молодые не боятся ничего. А это нам на руку, друг, — капитан положил ладонь на плечо исследователя. — Вот ты бы полез в эту пучину? На глубину почти в сто метров? В экспериментальном костюме?

Демьян замотал головой, от одной лишь мысли об этом по спине бежали мурашки.

— Вот и я бы не полез. А они… Каждый раз аж в припрыжку.

Капитан спрятал рацию в карман, и оба мужчин отправились в рубку, где их уже давно ждал горячий чай.

— А что с отцом Марка случилось? — Демьян отхлебнул из чашки и присел на стул.

— Тоже водолазом был. И тоже таким же дураком-­шутником. Захотел понырять в костюме времен Жюля Верна… — капитан тяжело вздохнул и отвел глаза. — Трос оборвался, короче. Так и не нашли.

Под водой было спокойно, погружение шло медленно, не торопясь. Системам костюма было важно настроиться под нарастающее давление, так что никто из команды особо не спешил. Марк любил “лечь” в толще воды, подложив руки под голову, словно он плывет на надувном матрасе, и смотреть на удаляющуюся поверхность. Тьма понемногу сгущалась, на костюмах стали включаться фонари. Мимо проплывали маленькие рыбки, планктон, медузы, кусочки водорослей и просто пылинки.

Глубина совершенно не пугала его, даже наоборот, восхищала. Марк любил свою работу, любил нырять и изучать дно. Каждое погружение было для него новым приключением, в которое он отправлялся с большой радостью. А если еще и удавалось найти ­что-то ценное или хотя бы просто полезное для науки, то его сердце начинало петь песни еще более прекрасные, чем исполняли Сирены из сказок. Марк полностью расслабился и дал толще воды поглотить себя, погружаясь все ниже и ниже на дно. Переживать было не о чем, системы костюма работали автономно. Умные механизмы сами настраивали давление, температуру, даже скорость погружения. Ему оставалось лишь просто ждать, пока он упрется спиной во ­что-нибудь твердое.

Мария была недалеко от него, в нескольких метрах, и опускалась в позе “солдатика”. Ей нравилось рассматривать окружение и то, как оно менялось с каждым метром.

Саша же всегда смотрела вниз: она любила контролировать процесс погружения и иногда двигалась из стороны в сторону, если вдруг ей казалось, что внизу ­какой-то камень или рыба. Честно сказать, ей мало чего удавалось рассмотреть. Фонари не светили так далеко, как хотелось бы, и, по сути, она просто пялилась во тьму под собой, ровно до тех пор, пока до дна не оставалось меньше метров пяти.

От скуки на Сашу накатила зевота, и она прикрыла глаза, в последний миг заметив ­какое-то движение прямо под своей ногой. Большой рыбий хвост промчался рядом с невероятной скоростью. Девушка проморгалась и покрутила головой. Сквозь толщу воды она видела силуэты своих товарищей и свет их фонарей, которые служили маяками, но никакой рыбы рядом не было. “К­ак-то быстро пропала”, — расстроено подумала она и вернулась к разглядыванию темноты под собой. Тьма все сгущалась и сгущалась, кажется, даже луч фонаря стал короче, не справляясь с этой насыщенной чернотой.

Наконец, спустя время, они достигли нужной точки. Мария и Саша твердо стали на поверхность большого метеорита. Весь он был покрыт довольно глубокими и широкими кратерами, водорослями и останками рыб.

Самым последним на дно спустился Марк, который слегка задремал в пути, и ударился о валун спиной. Он испуганно вскочил на ноги от неожиданности и прокрутился вокруг себя, осматривая окружение. Мария громко рассмеялась в рацию костюма.

— Мы утонули, капитан! Дно обнаружено!

— Прошу тебя, Маш, не шути так, — зашипел передатчик. — Быстрее набирайте образцов и наверх, штормовое прислали.

Мария угукнула и оборвала связь.

— Слышали, водоплавающие? Ищем камни, — сказала она остальным.

Марк с Сашей показали ей “класс” и разбрелись по сторонам, принявшись внимательно рассматривать окружение. Тьма чуть рассеялась, от валунов и скал отражались лучи прожекторов на костюмах, освещая небольшое пространство.

Ничего особенного на нем было, обычное каменистое морское дно. Осколки ракушек, рыб, водоросли, иногда встречались бактериальные маты, но такие они уже видели ни одну сотню раз и в других местах. В остальном же — обычное дно обычного океана, на обычной глубине. От этого даже было скучно.

— Можем ему просто камней наковырять, пусть изучает? — шикнул в рацию Марк.

— Если ничего особенного больше не найдем, так и сделаем, — отозвалась Саша.

Команда разбрелась в разные стороны, вооружившись мешками для образцов.

Течение воды было довольно ощутимым, что не свой­ственно для такой глубины. Ракушки и осколки камней подпрыгивали и летали, словно гонимые ветром. Водоросли покачивались из стороны в сторону. Скалы поскрипывали, металлический мусор врезался в камни и вибрировал.

Мария любила исследовать дно подальше от своих товарищей и сразу же уплыла на несколько метров в сторону высоких скал. Марк с Сашей отправились в противоположную сторону.

Мария плавала от скалы к скале, прямо над бездонными пропастями между ними, и попутно набирала мелкие камешки и осколки, что попадали по пути. Иногда течение пыталось унести ее вниз, прямо в темную бездну, но девушка ловко выкручивалась из водяных вихрей и продолжала путь дальше.

Между скал, внизу, застряли обломки субмарины. Провода торчали в разные стороны, а половина корпуса отсутствовала.

— Подводка найдена, выживших нет, — отчитала она без интереса и продолжила путь.

Чем дальше она уходила от команды, тем сильнее сгущалась тьма и ниже становились скалы. Острые пики камней плавно сменялись круглыми, гладкими валунами, покрытыми мелкими кратерами. Метеориты всевозможных размеров, прямо такие, какими она себе их представляла. От невероятно огромных, до совсем маленьких, что можно было уместить в ладони. “Откуда их столько могло принести?” — думала она. Это место было не похоже на типичное океанское дно. Будто ­кто-то вручную собирал все эти камни и складывал в одну кучу.

Мария спустилась ниже, взяла один, самый маленький, камень и отправила в рюкзак. Он был довольно легким, гораздо легче, чем казался на вид. С таким весом их должно было давно разнести течение, но они лежали почти без движения, как приклеенные, и лишь иногда покачивались.

Камни, камни, снова водоросли и камни. Марк ползал по дну, как улитка, хватаясь за метеорит, до тех пор пока не оказался у огромного кратера. Он сел на край обрыва, свесив ноги, и поболтал ластами. Дна пропасти видно не было. Эта темнота завораживала, манила. По стенам разрослись моховидные водоросли, которые облепили все свободные места камня.

Вокруг царил покой, течение ослабло. Марк спокойно болтал ногами над бездной, думая о своем. Тишина океанской глубины его успокаивала. Если бы было можно, он бы сидел тут днями, рассматривая пучину. Г­де-то вдали просматривался внушительный силуэт: может быть, очередной скалы? Но больше он напоминал самолет без крыльев или корабль, который медленно шел ко дну. В воде, особенно в такой тьме, много чего могло казаться, поэтому Марка это совершенно не заинтересовало. Слишком много он уже повидал за годы погружений, но все же задержал свой взгляд на темном пятне вдали. Оно было колоссальных размеров, а вокруг него — ничего, лишь темная зеленовато-­синяя толща воды. Может быть, это была просто ­какая-то огромная рыба, вроде кита? “Очень уж крупное”, — подумал он.

Вокруг хрустели и стонали камни, ­что-то булькало и кряхтело. Марк оглянулся назад и нашел глазами свет от Саши. Девушка плавала не очень далеко от него, двигаясь по кругу.

Он снова опустил голову и посмотрел в пропасть кратера под ним. Длинные ласты болтались над непроглядной тьмой. Он снял с ремня дополнительный фонарь, более яркий, но с направленным лучом, и посветил вниз. Кратер сужался ко дну и напоминал горку в аквапарке, а цветной мох из водорослей только дополнял эту картину.

Марк провел ладонью по стенке кратера. Водоросли оказались скользкие, гладкие. Он действительно мог бы спуститься вниз как по горке, скатившись по стене. Марк долго всматривался во тьму, раздумывая, как вдруг внизу сверкнул луч фонаря. Он медленно проплыл мимо и снова скрылся во тьме. Марк нажал кнопку связи:

— Кто тут внизу шарится? Маш, ты?

Рация издала помехи, среди которых можно было отличить кроткое «да». Марк улыбнулся и смело сиганул в яму, помчавшись на свет фонаря, как рыбка к удильщику.

Он быстро поскользил вниз, костюм запищал и злобно выпустил струю воды, замедлив погружение. Марк стал медленно и плавно опускаться.

— Машка, я застрял, не уходи там далеко… — вздохнул он в микрофон и сложил руки на груди.

Перед глазами летал планктон и рачки, которых очень интересовал фонарь на костюме Марка. Рация вновь зашипела, но и в этот раз ничего разобрать не удалось. Марк зашипел в ответ, передразнивая ее, и усмехнулся.

Его «падение» на дно впадины слишком уж затянулось. Марк посветил направленным лучом вниз — дна не было видно. Вот только стены становились все уже и уже.

— Мы там вдвоем поместимся вообще? — возмутился он в рацию.

В ответ снова лишь помехи. Он задумался, посмотрев наверх: всего пара метров, еще виднелся край кратера. Марк нахмурил брови, не в силах решиться. Ему было очень интересно все же спуститься вниз к Маше, но в тоже время стены начинали давить на него в прямом смысле. Они становились все ближе и ближе, а поверхность все дальше. Но что настораживало его еще больше, так это усиливающееся течение. Он будто и вправду летел в огромной горке аквапарка. И чем ближе был конец этой горки, тем большую скорость он набирал. Костюм запищал, предупреждая о слишком большой скорости, и вновь плюнул водой в сторону с большой силой. Реактивный поток впечатал Марка в стену пещеры. От неожиданности он выронил фонарь вниз. Прожектор быстро пошел ко дну и с тихим стуком ударился об каменную поверхность.

— Ну, теперь хоть видно где оно, — вслух сказал Марк сам себе.

Он вновь поднял голову наверх, обрыв кратера становился с каждой секундой все дальше и дальше. Его черты уже сложно различимы в толще воды.

— Маш, подбери мой фонарь, я обратно, — он ударил по кнопке рации.

Передатчик молчал.

Марк вновь посмотрел на фонарь внизу, до него оставалось не так уж и далеко. Он решил достать его сам, продолжив погружение вниз. Костюм не переставал пищать, течение тянуло вниз слишком быстро, но Марка это не особо беспокоило.

— Сейчас, заберу и наверх, не пищи, — разговаривал он с костюмом.

Стены продолжали сужаться, стало по-настоящему тесно. Иногда Марк задевал костюмом камни и царапал титановую обшивку. Титан был слишком прочным металлом, чтобы его просто так поцарапать, что заметно озадачило Марка. В своей памяти он не мог найти материала, кроме алмаза, который бы мог так легко повредить титановые пластины.

Стены стали слишком узкими, и Марк остановился. Дальнейшее погружение было невозможно. Он чуть всплыл выше и посмотрел на фонарь на дне. Внизу был круглый пролом в маленькую пещеру. Фонарь провалился в него, но был совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки, и лежал на небольшом камне, поросшем водорослями. На секунду Марк задумался, а действительно ли ему так нужен это фонарь? Он вскинул голову вверх, поверхности и вовсе не было видно. Слишком долгий путь был проделан за этим прожектором. Он перевернулся головой вниз и просунул руку в пролом. Не хватало еще буквально пары сантиметров. Марк протиснул в дыру плечо и схватил фонарик.

— Ура! — вырвалось у него.

Костюм продолжал пищать, теперь уже не из-за слишком быстрого погружения, а из-за разреженности воды. В ней было слишком мало кислорода.

— Да-да, сейчас, всплываем, — ответил Марк костюму и попытался встать.

Пластина на плече зацепилась за край пролома и не давала вытащить руку.

Мария давно набрала целую сумку камней и водорослей, ничего более интересного ей не попалось.

— Суша, примите посылку? — обратилась она к капитану.

Приемник зашипел, но еле слышное «да» все же она в этом белом шуме различила.

— Ставлю трекер, запускаю, — она застегнула мешок с камнями специальными замками и щелкнула переключатель на основании.

Механизм заклинило, воздушная сфера не надувалась. Мария нажала на кнопку запускателя еще пару раз, но ничего не происходило.

Если мешок не поднимется своими силами, то станет настоящим балластом. С собой взять она их не может: костюм просто не даст безопасно подняться. Слишком уж капризные были механизмы до лишних нагрузок. Мария дважды стукнула по основанию груза, и пузырь, наконец, надулся. Баллончик со сжатым воздухом наполнил резиновую сферу, а затем быстро устремился наверх, правда, без мешка. Мария проводила шар взглядом и подняла брови.

— Техники ваши — придурки! У меня шар улетел без груза! — шикнула она в передатчик. В ответ лишь помехи, опять.

Она раздосадовано махнула руками и кинула мешок на дно. Уходить с пустыми руками было для нее настоящей трагедией. В голове она уже слышала насмешки Марка, которыми он будет острить неделю, а то и месяц, подшучивая над ее неудачей.

— Да похрен! — она сняла со своего костюма экстренный баллон с таким же шаром и вставила на место предыдущего, а затем ударила по активатору. Рюкзак стремительно помчался на поверхность. — Принимайте подарки!

Избавившись от сумки, она отправилась на поиски остальных членов команды. Света от них не было видно. Возможно, они прятались ­где-то между скал либо были уровнем ниже. Ну, или все же, Мария забрела слишком далеко.

— Что вы, черви, ко дну прилипли что ли? — рассмеялась она.

В этот раз в ответ не прозвучали даже помехи. Мария устало вздохнула. Погружение слишком затянулось и стало ее утомлять.

Она поплыла в обратном направлении, ориентируясь по скалам и камням.

“Валун, метеорит, две ракушки”, — бубнила она, вспоминая детали пути. Все сходилось, кроме одного. “Самолет” вдали был явно не на том месте, где находился изначально. Маша перескочила несколько пропастей и остановилась. Перед ней оказалось чистое и ровное “поле”, которого она не припоминала. Идеально гладкое дно, без единого лишнего камушка или водоросли. Оно сияло в свете софита на груди костюма, как алмаз, давая искры. Мария огляделась вокруг: она точно помнила эти скалы, валуны, ракушки. Но не это поле.

Она взглянула на локатор на руке и удивленно повела бровью. Судя по карте, ей нужно было именно сюда. Она всплыла выше и снова оглянулась: тьма. Фонари друзей по-прежнему не было видно.

Мария двинулась дальше, по подводному полю, окруженному скалами. Очень похожими друг на друга скалами. Это место настораживало и навевало тяжелые мысли.

Именно такое поле находилось недалеко от ее дома. Голое, пустое. На нем не росла трава или цветы. Лишь земля и песок на протяжении нескольких километров, и все это окружал лес из высоких елей. В этом поле легко было потеряться, как бы странно это не звучало, даже проще, чем в лесу вокруг. Выйдя в его центр, становилось трудно понять, откуда ты пришел, с какой стороны. А если перепутать направление и уйти в лес, то попадаешь в бескрайнюю тайгу. От одних мыслей об этом на многих нападала паника. О поле ходили страшные легенды о том, что раньше там был большой немецкий концлагерь, где ставили опыты над людьми, отчего теперь неупокоенные души заставляют путников блуждать по кругу. И там действительно часто пропадали люди, особенно дети, которые любили играть в догонялки или просто кататься на велосипедах. Маша однажды и сама там потерялась на несколько дней. Ходила от края к краю, но каждый раз упиралась в непроглядный густой лес, причем в одно и то же место, в одно и то же дерево, которое она пометила венком из одуванчиков.

Страх слегка сжал горло, но девушка четко знала, что паниковать на дне нельзя. Она набрала полную грудь воздуха и поплыла вперед, набрав приличную скорость. Хотелось быстрее сбежать отсюда. Она нырнула вниз, прилипнув к каменистой поверхности, и не сводила с него глаз. Пока неожиданно дно не пропало.

— Ура! — вздохнула Маша и выпрямилась. — Твою ж… — добавила тихо, оглядевшись.

Она висела над огромной бездонной пропастью, в нескольких метрах от края скалы. Костюм несколько раз пикнул, и девушку стало медленно опускать вниз. Она невнятно выругалась и рванула обратно к полю, зацепившись за его край пальцами. Костюм с силой тащил ее в пропасть, злобно шипя и плюясь водой.

— Ты чего?! — крикнула она вслух и залезла на твердую поверхность.

Маша отплыла от края чуть подальше и посмотрела на приборы — все было в норме. Костюм перестал снижаться и перестроился на обычный режим. Девушка молча выругалась и вновь подошла к краю. Впереди расстилался открытый океан, а она сама будто стояла на берегу ночного пляжа. В свете прожектора бликовал планктон. Мелкие водоросли иногда подмигивали ей зеленоватым цветом, напоминая звезды ночного небосвода.

Раздался китовый вой, отчего Маша вздрогнула. Огромное животное беззвучно проплывало прямо над ней, а затем нырнуло вниз, в темную бездну впереди. Кит был невероятных размеров, больше, чем все те, что она видела ранее. Настоящий мегалодон. Он махнул хвостом, скрывшись во тьме глубин. Вновь раздался вой, еще громче, чем прежний. Со дна поднялась пыль, вода окрасилась темным. Мария отскочила от края: оторванный китовый хвост поднимался к поверхности, окруженный облаком крови.

Маша застыла, смотря на всплывающие остатки туши с ужасом в глазах.

Саша не спеша скакала по метеориту, как по Луне, подпрыгивая достаточно высоко, а потом плавно спускаясь. Собирать обычные камни ей было не интересно. Она считала, что лучше уж с пустыми руками, чем с бесполезным хламом. «Маша все равно наберет полный рюкзак», — думала она и рассматривала дно. Поверхность камня была покрыта густыми водорослями: длинными и короткими, белыми и красными, моховидными и длинными, как трава. Иногда Саша оборачивалась и наблюдала за светом фонаря Марка, стараясь держаться к нему ближе.

— Как успехи, Марк? — спросила она, нажав кнопку связи.

В ответ лишь шум.

К­огда-то давно ребята учились в одной дайвинг-­школе. Они были вместе с самых первых дней знакомства, на всех тренировках и на каждом погружении. Единой командой они ездили на соревнования и на чемпионаты, не пропускали ни одной тренировки. Вода и глубина — это их стихия. Тренер часто любил шутить, что в прошлой жизни они были рыбами, а Саша — русалкой. Её черные, длинные и гладкие волосы, вытянутые черты лица и хрупкое телосложение действительно делали её слегка похожей на русалку. Голубые глаза, чарующий, мягкий голос. А еще она очень ловко двигалась под водой, даже лучше, чем на суше. Как только она надевала ласты, они словно становились её частью, срастаясь с ногой. А Марию с Марком тренер любил называть «две Барракуды» за их дерзкий и нагловатый характер. Они были по-настоящему жадными до воды, горели погружениями и исследованиями океанов, иногда даже до легкого безумия.

Саша медленно скакала от камня к камню, иногда поворачиваясь вокруг себя и вытягивая руки, словно в танце. Пока, наконец, не нашла то, что ее заинтересовало. Настоящий лес из высоких водорослей оказался прямо перед девушкой. Они плавно покачивались из стороны в сторону, густые, длинные, красновато-­зеленого цвета. Саша оглянулась назад: свет фонаря Марка пропал из виду. Она сделала движение в обратном направлении, где недавно был свет, но затем остановилась, задумавшись. В такой темноте она могла потерять этот лес из водорослей, пока искала бы напарника.

— Марк, ты далеко? Маша? — спросила она в передатчик.

Рация промолчала. Саша вздохнула и повернулась к водорослям. Сомнения закрались в ее голову. Зеленоватые растения продолжали покачиваться, гипнотизируя девушку своим танцем, но в тоже время стало довольно жутко. Саша в тот же миг отбросила страшные мысли, тряхнув головой.

За несколько лет погружений она точно поняла, что никаких «жутких монстров из глубины» — нет. Подводные существа могли, конечно же, выглядит довольно пугающе, но чаще они боялись людей еще больше, чем сами люди.

Саша смело нырнула в лес из водорослей, и они раскрылись ей навстречу, отклонившись в стороны.

Она быстро пробиралась внутрь подводной чащи, иногда всплывая выше. Лес становился все менее густым, иногда и пропадая вовсе, показывая девушке обычный голый камень. На одной из таких “залысин” Саша остановилась. Бактериальный мат фиолетового цвета привлек ее внимание. Ярко-фиолетовая колония бактерий расселилась на небольшом куске метеорита, облепив его полностью. Девушка прильнула к нему и срезала часть, поместив в специальный отсек рюкзака.

Краем глаза она заметила шевеление водорослей справа. Нечто темное скрывалось среди длинных отростков, и плавно покачивалась вместе с ними. Саша замерла на месте. Сердце бешено заколотилось, дыхание участилось. Нечто выглянуло из густой травы, показав свою морду. Акулья голова без глаз, с широко открытой пастью демонстрировала свои желтоватые зубы в ужасной улыбке. Она стояла на месте, лишь иногда покачиваясь, что несвой­ственно этим животным. Саша внимательно всмотрелась в акулу: она была мертва.

Течение усилилось и тело животного, словно пушинку, унесло ­куда-то вглубь зарослей. Саша вздрогнула, сбросив стресс, и всплыла выше, поднявшись над зарослями. От увиденного вновь перехватило дыхание. Кругом болтались десятки тел таких же акул с обезображенными мордами и пустыми глазницами. Их покачивало из стороны в сторону течением, переворачивало, скручивало. Кучи мертвых животных кружились в жутком вальсе на своем кладбище в зарослях.

Саша сглотнула и нажала кнопку рации.

— Нашла кучи мертвых рыб. Надо?

— Да, — сквозь помехи раздался голос в ответ, похожий одновременно на всех.

— Ура, ­наконец-то связь, — обрадовалась девушка.

Рация опять зашипела. Саша расстроенно выдохнула и нашла глазами ближайшее тело акулы, сразу же пожалев о своем предложении. От этой картины внизу стыла кровь. Густые водоросли медленно раздвигались под гниющими телами. Их зубы сверкали в свете прожектора, словно животное вот-вот проснется и будет готово напасть. Она не сводила с акулы взгляда и никак не могла собраться с духом, чтобы спуститься к ней.

Темное облако, которое оставил после себя кит, расползлось по водяной толщи на десятки метров, погрузив Марию в кровавый кисель. Остатки плоти мелькали перед глазами. Девушка перевела дыхание и замерла на месте. Облака из крови застелили все вокруг, как туман в утренний осенний день. Прожектор не справлялся с этой густотой. Увидеть ­что-то дальше своих рук было невозможно, отчего Мария вздрогнула.

Она прильнула ко дну и поплыла словно камбала, прижимаясь к гладкому камню, периодически смотря на браслет с мини-радаром, теперь две желтые точки были в абсолютно другой стороне. Она не сводила с них глаз. До команды, по ее подсчетам, было всего метров десять-­двадцать. Мария активно двигала ластами и скользила по дну.

Наконец, безжизненное поле кончилось: на пути стали появляться пучки водорослей и засеянные бактериями скалы. Муть не рассеивалась, вода по-прежнему оставалась кроваво-­грязной, будто этот туман ползет за ней следом.

Мария остановилась у небольшого скопления камней и дважды стукнула по браслету: точки не становились ближе. И дальше тоже. Они стояли на месте, как и ее метка.

Сверху прозвучали чавкающие, булькающие звуки. Кровяная пыль задвигалась. Маша подняла глаза. Огромный косяк рыб проплывал прямо над её головой. Мария достала фонарь и направила его луч на них. Их было сотни, тысячи. Чешуя бликовала противным, зеленоватым цветом. Они быстро плыли, плотно прижавшись друг другу, как единый организм. Своим видом они напоминали Длиннорогого Саблезуба, но только гораздо больших размеров и с плотной чешуей.

В быстром потоке она успела рассмотреть морду одной из рыб: гигантские острые зубы, которые не помещались в пасти, и самое странное — глаза, их не было вовсе, лишь пустые глазницы. Но впадины для них были, словно ­кто-то просто выковырял глаза ложкой.

Рыбы все чаще стали показывать свои морды из косяка. Если раньше заметить их было еще той задачей, то сейчас, будто сами рыбы пытались её рассмотреть.

Мария вздрогнула от этой мысли. Все чаще и чаще рыбьи головы поворачивались на нее, пока буквально все они не начали «смотреть» на девушку. Косяк стал замедляться, расстояние между ними становилось все больше. Мария нервно сглотнула. Она уже видела немало странных и даже жутких существ, как, например, гигантский кальмар или тот же удильщик. Но эти существа были ­чем-то явно новым.

Одна из рыб вырвалась из косяка и напала на фонарь в руке девушки. Острыми зубами она схватилась за металлический корпус и вырвала его, потащив ­куда-то в сторону. Вся стая рыб рванула следом за светом. Рыбы закрутили Марию в вихре. Они бились об нее телами, врезались, задевали плавниками. Острые зубы цепляли корпус шлема и оставляли на нем царапины.

Марию дважды перевернуло вокруг себя и с силой ударило об дно спиной. Рыбы понеслись дальше, забрав с собой фонарь. Его луч быстро удалялся и через несколько секунд резко пропал. Рыба перекусила титановый корпус.

Мария истерично стала давить на кнопку связи.

— Тут такое! Просто! Боже! — она невольно прокричала. — Господи, Господи, Господи.

Рация прошипела. Мария злобно стукнула по передатчику на плече и вновь нажала кнопку связи.

— Я наверх! Вы — как хотите!

Не дождавшись ответа, она нажала несколько кнопок на рукаве и рванула вверх. Активно двигая ластами, она поднялась на несколько метров в багровом киселе и расслабилась, готовясь к подъему. Сложив руки на груди, девушка вновь попробовала связаться с командой.

— Вы услышали? Я наверх, прием!

В этот раз даже шипения не было. Радар на браслете также не показывал изменений. Но кое-что напугало её больше, чем отсутствие товарищей — дно. Под ластами вновь было дно, и оно было все ближе. Она погружалась все глубже, вместо того, чтобы всплывать.

Девушка опять нажала кнопки на костюме, отвечающие за всплытие, и проплыла чуть выше с помощью ласт. Пара минут в невесомости, и она вновь коснулась каменной поверхности. Адреналин в крови забурлил. Она схватилась за спасательный баллон на поясе, точнее, за пустой чехол от него. Глаза округлились. Она принялась истерично ощупывать все карманы костюма, колотить по кнопкам и пытаться всплывать своими силами, но тщетно. Её спасательный баллон давно уже был на полпути к поверхности и тянул за собой сумку с камнями. А костюм отказывался переходить в режим всплытия.

— У меня ЧП! — завизжала она в микрофон.

Капитан с Демьяном сидели в рубке и допивали уже третью чашку чая, попутно играя в карты. Рация лежала рядом на столе и иногда неприятно шипела.

— У меня ЧП!… — раздался среди помех еле различимый голос.

Демьян испуганно поднял брови и потянул руку к рации, но его тут же стукнул капитан по запястью.

— Опять эти шутки! — он взял передатчик в руки и заговорил. — Хватит дурака валять!

В ответ лишь невнятное шипение и недовольный, обрывистый голос Марии.

— Так, хватит! — рявкнул капитан. — Шторм начинается, готовьтесь к всплытию! Пятнадцать минут на подготовку и поднимайтесь! — он швырнул рацию на стол, закончив связь. — Сил уже нет с её шутками, ей Богу! И так сердце болит, а она еще и издевается.

— Вдруг, в этот раз действительно ­что-то случилось? — Демьян поправил очки.

— Сплюнь! — шикнул капитан. — Шел бы лучше, посмотрел, где там груз плавает, может пора уже ловить идти.

Демьян встал из-за стола и подошел к радарам. Четыре точки мигали на локаторе.

— Груз рядом, в метрах 10. Пойду ловить, — вздохнул исследователь.

— А малыши?

Демьян вновь посмотрел на радар и пожал плечами. Точки были очень близко друг к другу и медленно перемещались по кругу.

— Готовятся всплывать, наверное… — вздохнул Демьян и вышел из рубки на палубу.

Было удивительно спокойно: ветер затих, волны стали почти не ощутимы. Океан всегда замолкал перед штормом.

— Да я не шучу! — кричала Мария в микрофон, — Не шучу! Серьезно! У меня костюм сломан! Саша, Марк, прием!

Никто не отзывался. Паника охватила девушку, она принялась крутиться вокруг себя в надежде все же увидеть свет фонарей от других членов команды. Ничего кроме красного киселя вокруг.

Течение усилилось, зашумела вода. Мария вскинула голову. Над ней снова кишел косяк рыб. Она прикрыла свой нагрудный фонарь ладонью и легла на дно, оставшись в полной темноте.

Пластина костюма никак не хотела проходить сквозь узкий разлом, постоянно цепляясь за острый край скалы. Потратив приличное количество энергии на тщетные попытки вырваться, Марк вздохнул и включил рацию.

— У меня ЧП!

— Опять эти шутки! — закряхтел передатчик, — Шторм начинается, готовьтесь к всплытию! Пятнадцать минут на подготовку и поднимайтесь!

— Я серьезно! — рявкнул Марк.

Рация умолкла, связь оборвалась. Марк со всей силы ударил в стену пещеры свободной рукой. Глухой металлический звон разнесся эхом.

— Пятнадцать минут… — повторил он тихо.

Костюм стал пищать громче: уровень кислорода падал все быстрее. Вода будто густела, не давая аппарату фильтровать ее. Марк глубоко вздохнул, не давая панике вцепиться в его грудь.

“Хорошо”, — сказал он вслух и заглянул в ущелье под ним. Течение усиливалось, проталкивая парня глубже, из-за чего вытащить руку было еще сложнее. Он уперся ладонью в стену и резко дернулся назад. Пластина ударилась о скалу. Громкий звон раздался по ущелью, словно ­кто-то ударил ложкой по дну кастрюли.

Фонарь выпал из его руки и полетел дальше вниз. Он медленно тонул, иногда поворачиваясь и подмигивая своим лучом, пока вдруг не остановился.

Марк прильнул к ущелью, разглядывая место, куда приземлился источник света. Неожиданно фонарь стал медленно подниматься обратно. Его луч светил Марку прямо в глаза. Пузырьки воздуха помчались вверх.

Марк зажмурился и быстро задергал плечом, пытаясь вырваться из ловушки. Узнать, что именно поднимает прожектор наверх, желания у него не было. Кровь закипела. Несколько рывков и пластина костюма с визгом проскочила через камень. От страха дыхание стало чаще, от разреженного воздуха закружилась голова. Марк на несколько секунд потерял контроль над телом и уткнулся шлемом в ущелье, невольно заглянув в бездну.

Фонарь развернулся в сторону, прекратив слепить. Со дна медленно поднимался подводный костюм, похожий на тот, что был у команды.

— Боже, Маш, ты? — выдохнул Марк, не сводя взгляда со скафандра внизу. — Ты как туда залезла вообще?

Рация промолчала, но Марк не придал этому значения. Он улыбался, ожидая пока подруга поднимется и подаст ему фонарь, который, ­почему-то, лежал на ее плече.

— Возьми в руку, упадет ведь, — разговаривал Марк, позабыв о том, что рации не работают.

Чем ближе становился скафандр, тем тревожнее становилось на душ. Тревога шептала на ухо, сердце начинало колотиться быстрее. Костюм пищал все громче и громче, иногда плюясь водой.

— Побыстрее можно? — нервно сказал он.

Костюм внизу поднимался очень медленно, раздражающее медленно. Фонарь на его плече покачивался, течение постоянно переворачивало его, крутило вокруг себя, пока, наконец, не сбросило вниз. Прожектор вновь отправился ко дну.

— Маша! Черт тебя! — крикнул Марк.

Фонарь вновь застыл на полпути и стал подниматься, так же медленно, как и раньше. Марк напряженно сглотнул и внимательно всмотрелся в ущелье. Костюм был действительно очень похож на его, но более старый. Пластины из титана потерты, прорезиненные трубки местами потрескались. Скафандр стал подниматься быстрее. Руки его свободно висели, ноги в ластах болтались, голова чуть опущена. Поза напоминала повешенного.

Фонарь внизу перевернулся, подсветив костюм снизу. Марк застыл от ужаса, не в силах двинуться. К нему навстречу плыл скафандр с гниющим телом внутри. Сквозь стекло шлема смотрели пустые глазницы водолаза. Фонарь скатился со второго трупа и полетел прожектором вниз. Со дна, следом поднималось еще одно тело. А за ним еще и еще. Десятки мертвецом заполонили ущелье, как шпроты консервную банку.

Вырвавшись из паралича страха, Марк быстро развернулся и поплыл вверх так быстро, как только мог. Страх кусал Марка за ноги, казалось, будто это сами мертвецы хватали его за ласты, желая утянуть его в свою подводную могилу.

Он вылетел из кратера вверх, как ядро, и рванул в сторону, прижавшись к скале. По всему телу ручьем лил ледяной пот, в голове стреляли болезненные пульсации от низкого кислорода в воздухе. От этого тошнило, кружило, выкручивало конечности. Перед глазами все поплыло.

Костюм прекратил пищать.

Саша собралась с силами и нырнула вниз, навстречу к мертвой акуле. Вооружившись ножом, она стала выбирать место, где удобнее отрезать часть. “Проще всего будет с хвоста”, — подумала она и подплыла ближе. Занеся нож на тушей, она задумалась: “Зачем ему акулья туша? Мало их в океане плавает что ли?”. Она нажала кнопку приемника.

— Демьян, тебе точно нужна акула?

— Опять эти шутки! Хватит дурака валять!

— Какие шутки? Акула нужна?

— Шторм начинается, готовьтесь к всплытию! Пятнадцать минут!

Саша фыркнула и убрала нож в чехол: “Обойдешься, значит”.

Она рванула обратно к тому месту, где видела Марка в последний раз, лавируя над лесом водорослей. Она сложила ноги вместе и двигала ластами синхронно, как русалка. Иногда опускалась вниз и плыла сквозь водоросли, а затем “выныривала” из них, как дельфин из воды. На свет ее прожектора на груди сплывались мелкие рачки и неслись за ней следом, с трудом поспевая. Саша улыбнулась и перевернулась на спину, чтобы собрать на свой свет как можно больше мелких животных. Они кружились в ее свету, танцуя в лучах.

Сверху, ближе к поверхности, плыла небольшая стая крупных рыб, похожих силуэтом на дельфинов. Они медленно взмахивали своими длинными и большими хвостами. Чешуя бликовала в свете прожектора, длинные плавники раздвигали воду. Животные красиво выгибались, изящно взмахивая хвостами.

Чем дольше Саша смотрела на них, тем меньше и меньше они напоминали ей дельфинов. Слишком уж массивные у них были хвостовые плавники и слишком длинный сам хвост. Саша не сводила с них взгляда, замедлив скорость, и пыталась понять, что за животное это может быть.

Несколько особей оторвались от стаи и начали спускаться глубже. В их телах ясно очерчивались человеческие черты. И чем ближе они становились, тем сильнее Саша начинала сомневаться в том, что она видит. Они были очень похожи на… Русалок. Почти такие, как их рисуют в детских книжках. Шея, руки, голова, туловище и рыбий хвост. Но голова совершенно голая, без волос, и вся покрыта блестящей чешуей. Руки напоминали человеческие лишь силуэтом. В них были локти, но не было четко различимых пальцев. Скорее эта “рука” была видоизмененным плавником. С боку тела, на ребрах, виднелись прорези и крупные хитиновые пластины, которые поднимались и опускались. Лицо русалки напоминало человеческое лишь отдаленно: были глаза и рот, растянутый в жуткой гримасе безразличия.

Они медленно спускались вниз, навстречу к девушке, постепенно набирая скорость. Сердце Саши замерло, она сложила руки на груди, случайно прикрыв прожектор. Раздался громкий китовый вой. От него затряслось дно и сама вода. Огромная кровавая туча начала накрывать все видимое пространство. Вой повторился, еще громче, чем раньше. Красная муть поглотила девушку, спрятав от неведомых существ.

Демьян ловил красный шар сачком на длинной ручке. Начинался шторм, море раскачивалось все сильнее, не давая исследователю поймать груз в корзину. Шар постоянно выпрыгивал из сачка и стремился убежать ­куда-то под катер.

Из рубки вышел капитан, громко хлопнув дверью, и подошел к Демьяну.

— Шар этот, будто больше раза в два, чем должен быть, — ругался Демьян.

Капитан выглянул за борт и нахмурил брови.

— А он должен быть красный? Желтые всегда были.

От этого вопроса Демьян чуть не выронил сачок в воду. Посмотрел на груз, а потом на капитана и поправил очки, усмехнувшись.

— Ну… Может, кончились желтые.

— И больше он, действительно. Не были такие большие, — хмыкнул капитан. — Он в сачок не влезает даже. Не достанешь. Спускаться надо. Давай я подтолкну его, а ты с лестницы схватишь?

Демьян кивнул и отдал палку капитану. Пара минут и рюкзак уже был в руках исследователя, вместе с полными сапогами воды. Дрожа, он перекинул ноги через борт катера и швырнул сумку с красным шаром.

— Это ж спасательный, — удивился капитан.

— Перепутали при сборке, наверное.

Демьян твёрдо стал на палубу и потащил сумку с камнями в рубку. Высыпал все в огромный железный контейнер и внимательно осмотрел. Ничего особо интересного, голые камни.

— Такой себе улов… — хмыкнул капитан и сел рядом на стул. — Машка как всегда, лишь бы отстреляться.

— На них могут быть новые микроорганизмы или их следы… А может быть, это даже не изученные металлы и породы. Осколки метеорита ­все-таки!

— Шметеорита, — рассмеялся капитан. — Груда железа и булыжников.

Демьян проигнорировал его слова и взял один из камней в руки, рассматривая на свет. Камень приятно бликовал мелкими крупицами.

— Демьян, слушай, что в этом месте ­особенного-то? Только камни? Было бы тут ­что-то стоящее, мне кажется, тут бы уже давно все перелопатили.

— Лопатили-­лопатили… Да не перелопатили… — забубнил Демьян.

— В смысле?

— Это место… — Демьян обернулся на капитана и задумался, подбирая слова. — Ч­то-то вроде мега-свалки в океане. Тут аномальные течения, настолько аномальные, что никто не понимает логики. К­акие-то предметы сюда приносит, а ­какие-то даже не поворачиваются в нужную сторону. Целые скалы двигались к этому месту, а ­какие-­нибудь пластиковые бутылки, например, нет. Интересное явление, может, новый вид магнетизма?

— Чего только в мире не бывает, — вздохнул капитан. — Подводный черт, небось, коллекцию собирает… — он дернул рукой и взглянул на часы. Прошло семь минут. — На полпути уже должны быть. Глянешь?

Демьян кивнул и, продолжая рассматривать камень, подошел к локаторам. Три точки стояли на месте.

— На дне еще.

Капитан закатил глаза и взял рацию.

— Я сказал наверх! Н-а-в-е-р-х!

Динамик издал сухие помехи и умолк.

— От дна сильно фонит… — Демьян достал из кармана небольшой прибор и приложил к осколку в руке. Тот громко пискнул. Исследователь раскрыл рот от удивления. — Что за?…

Он швырнул камень обратно к остальным и вытер руку об куртку.

— Радиация? — капитан привстал с места от волнения.

— К­акое-то странное электромагнитное излучение. Очень сильное, — ответил он взволнованно и обернулся к капитану.

“Врх”: прошипел приемник Марии, а затем замолчал.

— Ребят, — слезно зашептала она в микрофон, — помогите… Саш…

Косяк над ней кружил, не переставая, щелкая зубами. Кровавый туман медленно оседал, в костюме появился запах железа и гнили. На глазах девушки собрались слезы. Темнота сгущалась, косяк ускорялся и опускался ниже. Рыбы вновь начали высовывать из него свои морды, высматривая пустыми глазницами жертву.

Раздался громкий противный вой, от которого вздрогнул весь океан. Косяк резко развернулся в противоположную сторону и поплыл еще быстрее, чем раньше. Их становилось все меньше и меньше, пока и вовсе все рыбы не уплыли прочь.

Мария сложила руки и заплакала от облегчения. Чудовища уплыли, оставив ее целой. Она быстро поднялась на ноги и поплыла ­куда-то в сторону.

Вой повторился, еще громче, еще страшнее, а следом за ним непонятный глухой — “блуп”. Он не был похож на ­какой-либо другой звук. Совершенно не похож. Этот звук был пугающим, пробирающим до костей.

Костюм пискнул, оповестив об очередной ошибке. Воздух стал горчить. Фильтры дали сбой. Маша активнее задвигала ногами, смотря на точки на локаторе. Времени было мало, уровень кислорода падал катастрофически быстро.

Метр, два, три. Внизу опять появился голый камень. Никаких кратеров или пропастей. Лишь чистое… Поле?

Мария испуганно рванула вверх. Течение поспешно уносило кровавый кисель в сторону, но от этого не становилось легче. Вокруг девушки было все то же каменное поле, а сама она оказалось в его центре. Костюм потянул ее вниз, прижав ко дну. Воздух становился все более и более горьким. Легкие с трудом раскрывались.

Она закрутилась на месте: лишь скалы и обрыв. Точки на локаторе переместились в другую сторону — в бездну за краем поля. Удары сердца били по вискам и ушам. И каждый удар разносился ужасной болью по внутренностям.

Маша быстро поплыла к обрыву, не зная, как еще поступить. Паника застилала сознание, на глаза наворачивались слезы. Красный туман полностью рассеялся, и впереди вновь показалась привычная зеленоватая вода. Вдали, недалеко от обрыва, повис человеческий силуэт. Маша замерла на месте, увидев его. Силуэт неподвижно покачивался над пропастью, иногда чуть приподнимая руки.

— Марк… Саш? — залепетала Маша.

Рация шикнула, и в динамиках раздался скрипучий китовый вой. Браслет на руке завопил, сообщая о высоком уровне углекислого газа. Этот писк выбил Машу из ступора. Она косо посмотрела на панель приборов и проморгалась. Впереди нее, на локаторе, была одна точка.

Она не спешно оглядела дно вокруг: все тот же голый камень. Голова кружилась, горло сжималось. Рация включилась. Из динамиков опять простонал кит прямо ей в ухо. Девушка глупо усмехнулась и мотнула головой.

— Галлюцинации… От… Газа… Нет никакой пропасти… — зашептала она и поплыла вперед.

Край скалы отдалялся. И чем дальше он становился, тем ниже опускалась Маша. Стабилизатор тащил ее вниз. Она махала ластами, гребла руками, хватаясь за толщу воды, но костюм продолжил опускать ее все ниже. Ее грудной фонарь, как маленький маяк, опускался на дно все быстрее и быстрее. Силуэт вдали начал уплывать.

— Я тут… — выдавила из себя Мария.

Тьма начала сгущаться, силуэт пропал, а вместе с ним и все остальное. Раздался тихий механический писк, а за ним глухой хлопок железа.

Марк вырвался из оков ужаса и подскочил на месте. Первое, что бросилось в глаза — “самолет” вдали стал больше, гораздо больше и сменил свое месторасположение.

— Девочки, прием! — закричал он. — Вы где?

Он поднял руку и посмотрел на локатор. Две точки были совсем рядом с ним. Ответа на его запрос не последовало, и Марк несколько раз стукнул по панели на плече, надеясь починить этим связь. Ч­то-то внутри щелкнуло. Передатчик шикнул последний раз и умолк навсегда, пустив несколько пузырей. Давление продавило его корпус. Марк стиснул зубы и рывком поднялся выше, чтобы оглядеться. Кровавый кисель подбирался к нему справа, с того места, где раньше плавала Саша. От этого вида стыла кровь. “Как в Мгле…”, — проскочило в его мыслях. Заплывать в это красную гущу совершенно не хотелось. Воображение само дорисовывало ужасных существ, что могли обитать в этом киселе. Сердце забилось быстрее. Все же Марк должен был проверить, не затерялась ли в этой гуще его напарница.

Он подплыл к красному туману ближе. Вязкая гуща злобно пульсировала, продвигаясь вперед.

— Это излучение может вывести из строя всю технику… — Демьян приложил руки к груди и испуганно посмотрел в стену.

— Рацию? Локаторы? — так же взволнованно ответил капитан.

— Абсолютно всю! Вообще всю! — затараторил Демьян и подбежал к компьютерам. Точки на нем продолжали кружить. — Вот почему сюда никто не хотел лезть из “охотников”.

— Ты о чем? — капитан подошел к исследователю.

Демьян вцепился в его китель и посмотрел обезумевшими глазами.

— Вот почему затонула субмарина! Ну конечно, какое к черту опасное давление на ста метрах? — он смотрел сквозь капитана, ­куда-то в потолок, и очень быстро лепетал. — Она была рассчитана минимум на тысячу! У них же снаряжение было! Они бы просто всплыли. Боже. Боже.

— Объяснись! — капитан откинул его от себя и прикрикнул командным голосом.

— Почему это скрыли?! — завопил Демьян.

Саша медленно продвигалась вперед, сквозь водоросли. В ладони она крепко сжимала нож, а второй рукой хваталась за камни, передвигаясь вперед, чтобы лишний раз не тормошить растения. Она чувствовала затылком, как ­кто-то движется прямо за ней, но обернуться не хватало духа. Саша старалась как можно плотнее прижиматься ко дну, чтобы приглушить свет прожектора на груди.

Вода качнулась и подкинула девушку выше, оторвав от земли. Она плотно зажала рукой прожектор и попыталась выкрутиться, чтобы спуститься обратно. Но течение оказалось слишком сильным и стало тащить ее вверх с большим напором. Вот уже показались верхушки водорослей, а затем и они стали отдалятся.

— К­то-нибудь меня слышит? — прошептала она в передатчик.

— Я тут… — так же тихо ответила Маша.

Саша повернула голову: в темноте бездны, что была неподалеку, вниз медленно опускался маленький огонек.

От этого перехватило дыхание. Хоть она и не видела, что это за огонек и от кого он, интуиция дала четкий ответ. Спустя пару мгновений он погас, скрывшись в темноте. Горечь подкатила к горлу и расползлась тяжелой болью. Саша не сдержала слез безысходности. Ей хотелось сорваться и поплыть на этот огонек, но страх связал ее по рукам и ногам, не давай двинуться.

Течение поднимало ее все выше и выше. Вот уже и кровавый кисель был далеко внизу. В красной гуще, словно черви в мясе, копошились русалки.

Марк продолжил стоять в пульсирующей кровавой туче, всматриваясь в ее недра. Внутри нее скользили темные силуэты, иногда они становились темнее, иногда исчезали вовсе. Марк сделал шаг назад и напряженно выдохнул. Здравый смысл бил по тревожной кнопке изо всех сил, что аж пульсировало в ушах.

— Воздержусь, — сказал он вслух и отплыл назад, к кратеру. Костюм запищал, предупреждая об очередной неисправности. — Пора, сами разберутся…

Только он собрался нажать кнопку всплытия, как краем взгляда заметил движение в стороне. Ч­то-то пряталось за камнем, иногда стеснительно выглядывая, показывая макушку. На краю валуна была четко различимая человеческая рука в черной перчатке. На секунду Марк задумался. Стали бы девочки прятаться за камнем? Или же это очередная шутка, чтобы просто напугать его. Он хмыкнул и смело подплыл к валуну, заглянув за него. Дыхание сперло от испуга. За скалой стоял старый водолазный костюм, настолько старый, что весь металлический корпус был покрыт ржавчиной и водорослями. Шлем представлял из себя цельный стальной короб с двумя маленькими окошками для глаз. Из шеи костюма тянулись гнилые гофрированные трубки, а за спиной — тяжелый баллон. На ногах — огромные, свинцовые ботинки, а на спине — петля, от которой тянулась оборванная веревка. Костюм стоял смирно и смотрел на Марка пустыми, темными глазницами.

— Пап? — прошептал Марк, дрожа от ужаса.

Костюм был точно такой, какой он помнил. Эти трубки, болты, гайки, перчатки, которые превращали пальцы в сардельки, что ими невозможно было нормально двигать. Даже свинцовые ботинки, со сколом на левой ноге. Все точно такое же, каким он видел в последний день. В последний день, когда он видел отца.

Костюм медленно поднял руку и схватился за болтающийся край веревки за спиной. А затем протянул Марку, указывав на обрыв.

Старые водолазные костюмы не умели всплывать сами. Их спускали вниз на канатах или цепях. А свинцовые сапоги тянули на дно.

— Ты же… Как ты тут? Как ты сюда добрался? — Марк схватил стальной шлем руками и заглянул в грязные стекла. Еле слышное мычание было слышно сквозь толщу воды.

Костюм вновь потряс концом веревки, а затем показал на разорванную кислородную трубку. Марк недоумевающе смотрел на него, не веря своим глазам. С того дня, как отца признали погибшим, прошло немало лет. Мог ли он все это время жить на дне? Скитаться и гулять по океану? Конечно же нет — твердил здравый смысл. Но его образ был настолько реален, настолько осязаем…

Не думая, Марк быстро снял с себя спасательный баллончик и прицепил к отцу, к петле на спине, и нажал на кнопку активации. Красный шар вырвался наружу и слегка подкинул водолаза выше, но затем он вновь опустился на дно, подняв пыль свинцовыми сапогами.

— Не хватает! — прикрикнул Марк и снял со спины рюкзак для образцов.

Также прицепил его к костюму и активировал подъем. Второй шар выскочил наружу и приподнял костюм буквально на десять сантиметров. Течение подхватило его и быстро унесло ­куда-то в сторону. Водолаз полетел на них как клоун в цирке, свесив руки.

Марк сорвался с места и помчался за ним следом. Течение гнало костюм в противоположную сторону. Марк кричал вслед уплывающему костюму, с трудом сдерживая истерику. Водолаз совершенно не двигался и опустил голову, словно умер. Силы быстро покидали Марка, а костюм уплывал все дальше и дальше.

Саша парила в толще воды, как в невесомости, раскинув руки, не в силах сопротивляться течению. Оно то уносило ее на достаточное расстояние вверх, то так же быстро опускало вниз, отчего ее костюм, не переставая, визжал как поросенок. Рука потянулась к спасательному баллону. Неизвестно, куда могло занести ее это течение и как долго аппаратура костюма способна сохранять работоспособность в таких условиях. Она зажала его в руке, и уже было собиралась нажать кнопку, как течение резко дернуло ее вниз. Да так сильно, что Сашу перевернуло несколько раз. Она быстро мчалась на дно, с трудом фокусируя взгляд хоть на ­чем-то. Голова кружилась, вокруг то была непроглядная тьма, то красное месиво из остатков плоти.

Нечто мягкое остановило ее падение. В рюкзаке за спиной хлопнул механизм, и он рванул вверх, соскочив с ее плеч. Желтый шар быстро помчался к поверхности, мило покачивая сумкой на прощание и, поднявшись на несколько метров, взорвался. Рюкзак тут же подхватило аномальное течение и утащило во тьму.

Непонятное течение пропало и Саша не спеша огляделась. Нечто под ней было очень мягким, даже слишком. Не похоже на водоросли или ­какие-то другие растения. Она тряхнула головой и подняла слой мягкой почвы: она полностью состояла из туш рыб без глаз. Туши были целые и плотные, будто они тут совсем недавно. Никаких укусов, следов ударов или царапин. Чистая и гладкая рыба. Но без глаз.

Саша выпрямилась и всплыла выше: под ней был огромный “склад” из рыбьих тел. Девушка мотнула головой и рванула вверх. До “твердого” дна было несколько метров. Она смело плыла вперед, не оглядываясь вниз. Мысли ее тревожил только один вопрос: “Почему без глаз?”. Русалки были слепы точно так же, как и акулы, и как эти рыбы на дне. Перепады давления? Крабы? Патогенная микрофлора? Вирусы?”

От этих мыслей у нее самой загорелись веки. Казалось, что мир вокруг темнеет, а она сама — слепнет. Слепнет, как и все существа вокруг. Отбросив страх в сторону, она остановилась у одной из скал и прицепила спасательный баллон к плечу на карабин и приготовилась нажать кнопку вновь. Палец ее застыл над переключателем. В голове пробежала мысль о глубине, на которой они находятся, и о том, с какой скоростью этот шар помчит ее вверх. Каков процент, при таком раскладе, что она избежит Кессонной болезни? Шанс “лопнуть”, как шар по пути, не давал ей нажать на кнопку. Пожалуй, именно эта жуткая болезнь была главным ее страхом.

Саша вспомнила ужасные фото из журнала, которые напечатали в статье о “Водолазах Байфорд Долфин 1983”, и вздрогнула. Конечно, с тех пор технологии шагнули вперед, механизмы поумнели, и декомпрессия в 20–100 часов была уже давно не нужна. Но страху это совершенно не мешало.

“Безопасно, все безопасно…” — повторяла Саша про себя, держа палец на кнопке. Тем временем кровавая туча неподалеку стремилась к ней навстречу. Девушка оглянулась и зажмурилась. Палец отказывался активировать механизм. В голове рисовались образы разорванного давлением тела.

Саша убрала руки от баллончика, и он повис на петле ее плеча. Она вскинула голову наверх: непроглядная тьма и мигающий иногда планктон. Саша прыгнула в нее, оторвавшись от дна, и нажала кнопки на рукаве костюма, активировав “безопасный” подъем. Медленный, до ужаса медленный. Системы работали исправно, костюм приятно жужжал, даже мурлыкал, поднимая ее выше. Красное облако уже было совсем рядом и накрыло скалу под ней плотным красным одеялом. Муть словно тянула к ней свои алые щупальца, плюясь в след. Но Саша отдалялась все дальше, понемногу растворяясь во тьме.

Луч света мигнул в стороне. Она повернула голову и довольно четко увидела Марка, который гнался за ­чем-то темным, парящим на двух шарах. Саша непонимающе посмотрела на него. Парень истерично махал руками и с трудом греб, пытаясь догнать ­что-то. Оно мчалось в ее сторону, прямо в красный туман. И чем ближе оно становилось, яснее вырисовывался его силуэт. Это был старый, сгнивший скафандр.

Саша отменила подъем и быстро спустилась к Марку, остановив костюм с шарами. Марк доплыл до них и прильнул ко дну. Стекло шлема слегка запотело от частого дыхания. Голова кружилась, а сердце вот-вот собиралось покинуть свою клетку из костей. Его компьютер на руке пищал, не переставая. По цвету экрана Саша поняла, что системы жизнеобеспечения отказывают.

Марк с трудом поднялся и вцепился в пустой скафандр руками. Он ­что-то говорил, но Саша ничего не слышала, кроме гласных звуков. Она обратила внимание на раздавленный механизм передатчика на его плече. Времени оставалось мало.

— Машу мы уже не вытащим сами, нужны спасатели! Нам нужно выбираться! — говорила она Марку вслух, в надежде, что тот поймет.

Она сняла со своего костюма спасательный баллон и прицепила к костюму напарника. Марк посмотрел на нее пустыми глазами, опухшими от нагнетающего понемногу давления, а затем на сам баллон. Девушка жестом показала “наверх” и подкинула парня. Водолаз рядом с ними замер на месте и иногда прокручивался вокруг своей оси.

Саша тянула парня вверх и готовилась к всплытию. Костюм Марка не мог подниматься сам. Она остановилась на нескольких метрах над уровнем дна и показала Марку на баллончик, а затем жестом “жми”. Он опустил глаза на водолаза внизу. Тот продолжал крутиться на месте, болтая руками. Марк видел, как его отец пытается выбраться из подводной ловушки, как махает тяжелыми свинцовыми сапогами, вертится и просит о помощи. Он перевел взгляд на Сашу. Ее лицо показалось ему чужим, незнакомым. Девушка жестами пыталась объяснить ему, что внизу опасность и нужно срочно подниматься, а затем попыталась сама активировать спасательную капсулу ну его плече. Марк отбил ее руку, нахмурил брови и кивнул, сжав в вялой ладони баллончик. Саша чуть отодвинулась в сторону, показала жестами: «один, два, три» и активировала подъем. Костюм издал противный скрежет и потянул ее вверх. Марк же опустил руку и поплыл вниз к водолазу. Саша закричала ему вслед, по толще воды разошлось еле слышное мычание.

Марк спустился вниз и перевесил свой баллончик на костюм водолаза. Саша быстро перевернулась и махнула ластами, стремясь ко дну. Костюм шикнул и плюнул водой в сторону, откинув ее дальше. Она испугано нажимала кнопки на экране, пытаясь отменить подъем, но монитор покрылся цветными полосами и отказался работать. Ее тянуло вверх с такой силой, словно ­кто-то сверху тащил за веревку. Сопротивляться было бесполезно. На каждую попытку спуститься к Марку, фильтры шипели и отбрасывали ее еще дальше.

Марк ударил по активатору, надулся второй красный шар. Водолаз приподнялся еще на несколько сантиметров над скалой и повис. Парень завопил. Он схватил костюм за руку и помчался вверх, активно двигая ногами. Марк отчаянно тянул водолаза за собой к поверхности, ­что-то кричал Саше. Но она была не в силах ему помочь и медленно поднималась все выше, смотря на Марка. Она не прекращала попыток вернуться вниз, выкручивалась, дергалась. Из глаз лились реки слез. Она махала ему, упрашивая перевесить спасательный шар на себя, пока есть шанс. Но он не слышал и не хотел слышать. Марк вцепился в водолаза всеми силами и тащил его вверх, а балласт же тянул вниз. Один из шаров лопнул, огромная стая пузырей вырвалась наружу, окружив Сашу. П­очему-то, от этого ее стало нести вверх еще быстрее, будто даже пузырьки пытались ее вытащить как можно скорее.

Марк медленно шел ко дну вместе с костюмом, опускаясь все ниже в бездну кровавой тучи, пока и вовсе не пропал из виду. Вода спрятала его в своей толще, похоронив вместе со старым костюмом водолаза.

Пузырьки сбежали, оставив Сашу одну в темноте. По щекам лились соленые водопады, губы дрожали. Она смотрела, как непроглядная тьма под ней разрастается, как исчезает дно, как все больше планктона сплывается на ее свет. Струны души рвались, сердце обливалось кровью. Хотелось вылезти из этого проклятого костюма и рвануть к другу вниз. Схватить его за руки и всплыть вместе. Горе заглушало звуки разума. Саша водила руками по костюму в поисках деактиватора, но никак не могла его нащупать. Кнопка будто исчезла.

— Один всплывает! — кричал Демьян капитану, смотря на локатор, на котором осталась лишь одна точка.

Капитан бегал по палубе, готовясь к “ловле” ныряльщика, и молился, чтобы с ней или с ним было все хорошо. Шторм качал и подкидывал катер на волнах, отчего мужчина с трудом стоял на ногах и постоянно проскальзывал.

Демьян иногда стучал по локатору, в надежде, что еще две точки появятся, но все было бесполезно.

Саша поднималась все выше и выше. Истерика ослабила свою хватку, и девушка просто болталась в невесомости, смотря вниз. “Глаза, почему глаза?” — не давал ей покоя этот вопрос.

Костюм пикнул. По цвету экрана Саша поняла, датчик давления вышел из строя. Она телом чувствовала, как медленно стала густеть кровь, как опухают щеки и руки. Ее оглушило, перепонки уха выгибались до боли. Раздался щелчок и все звуки умолкли. До поверхности оставались считанные метры.

Ее подъем резко замедлился. Длинный рукоподобный плавник схватил ее за ласту, а затем второй — за ремень. Вытянутое зубастое лицо выглянуло из темноты и подплыло прямо к шлему Саши. Русалка щелкала зубами, уперевшись скользким лбом в стекло. Пустые глазницы смотрели прямо на нее, будто русалка прекрасно видела и без них. А затем полмира погасло. Саша крепко зажмурилась и взвыла, сбросив русалку с себя. Существо отпустило девушку и принялось снижаться, ехидно улыбаясь и смотря на нее новым глазом.

Кровь хлестала из пустой глазницы Саши настоящим фонтаном. Давление все росло, газ в крови бурлил. Она била себя по шлему ладонями, инстинктивно пытаясь прикрыть рану, но шлем мешал это сделать.

— Вижу! — крикнул капитан и быстро спустился по лестнице к воде.

Демьян на палубе отсоединил тросы, и в океан упала надувная моторная лодка. Капитан прыгнул в нее и помчался на свет прожектора костюма Саши. Как только она показалась на поверхности, лодка была уже рядом. Капитан затащил ее на борт и, не раздумывая, поплыл обратно к катеру.

Вдвоем с Демьяном они подняли Сашу наверх и унесли в рубку. Она не двигалась, повиснув на их руках. В шлеме булькала кровь, запачкав все стенки шлема. Положив девушку на пол, капитан рванул к штурвалу и запустил двигатели. Катер поскакал на волнах, как дельфин.

Демьян прижал Сашу между стеной и прикрученным шкафом и деактивировал костюм. Издав противный звук, шлем отщелкнулся, и на пол полилась река крови. Саша смотрела на него одним покрасневшим глазом, сосуды в нем разбухли донельзя. Лицо ее раздулось, как и шея. Демьян зажал лопнувший глаз тряпкой и обернулся к капитану.

— До суши минут пять! — крикнул он и повысил скорость.

Штормовые волны расползались в стороны, пропуская катер. Капитан уже видел впереди порт. Радары работали исправно, только вот на эхолокаторе мигало огромное пятно прямо под ними. Оно медленно двигалось в противоположную от них сторону — к месту, откуда они плыли.

Саша сидела в кресле барокамеры, с перебинтованным глазом и ватными тампонами на ушах. Кожа была багровой, даже синей. Лицо было все еще опухшим, но не так сильно как раньше. Дверь открылась, и в комнату ворвался свежий воздух.

Внутрь вошла группа ученых и солдат. Один из мужчин в белом присел рядом с девушкой.

— Просто чудом Вас удалось спасти, милочка, — довольно громким голосом начал он. — А вот подскажите. Там внизу, что вы видели?

Саша усмехнулась и потерла единственный глаз:

— Русалок.