Сто положительных ответов

Оливия Кларк

Сжимаю пальцы в кулак и нервно хрущу суставами о ладонь левой руки. Мысленно ругаю себя за эту привычку, но не могу ничего с собой подделать. Так я сохраняю контроль над эмоциями, когда что-то или кто-то меня нервирует. На этот раз таким человеком оказалась моя лучшая подруга Мария, которая в очередной раз пытается убедить меня пойти на школьный выпускной. Не то чтобы я была категорически против, но она упорно настаивает на том, что мне давно пора найти парня и явиться на танцы вместе с ним. Но лишь одна мысль об отношениях приводит меня в настоящий ужас. Я не привыкла идти на такой риск, как знакомство с парнем. Не говоря уже о том, чтобы завести с ним отношения. Как правило к семнадцати годам уже все мои ровесницы сумели получить негативный опыт в любви, а мне хотелось бы избегать любовных драм, как можно дольше.

Повторяю процедуру с другой рукой и, сквозь пелену собственных мыслей слышу негодующий голос Марии.

-Ты научилась абстрагироваться от меня, Оли? – затягивая на затылке хвост из чёрных волос, спросила она.

Тяжело вздыхаю и отвожу взгляд в сторону. Пора остановить Марию от бессмысленных попыток доказать мне, что отношения – это прекрасный опыт.

-Не понимаю для чего ты тратишь столько сил? – заправляю выпавшие из косичек белые пряди за ухо и мотаю головой. – Пойми, это просто не для меня.

-Откуда же тебе знать, если ты даже не пробовала? – с тоской выдыхает она и падает на скамейку рядом.

Оглядываю парк, на котором полно идущих под руку пар, и понимаю, что не испытываю к этому никакого интереса. Их любовь – не моё дело.

-Тебе повезло встретить замечательного парня два года назад, но я не хочу быть с кем попало, лишь бы не одна, - шепчу я, и слышу, как подруга нервно цокает языком.

Оборачиваюсь на неё, раздув ноздри. Я знаю, как искренне она мечтает о двойном свидании, как хочет, чтобы подружились наши парни, а после и дети, и я тоже этого хочу, но её настойчивость порой не видит границ.

Мария решает заговорить первой, используя самые щенячьи глаза на свете, но громкий звук телефонного уведомления, спасает меня от её хитрых трюков.

На экране отображается сообщение от мамы:

Прости, на этой неделе я не смогу приехать. Вызвали на работу. Может на следующей увидимся?

Блокирую телефон и безразлично закидываю в карман широких черных штанов. Непроизвольно дую губы, и это не ускользает от внимательного взгляда Марии.

-Мама снова не может? – молча киваю. – Сколько уже прошло с вашей последней встречи? Месяцев девять?

Поворачиваю голову, встретившись с карими глазами подруги. Она знает, как тяжело я переживала развод родителей, и как я страдала первый год. Поддерживала меня, когда я ссорилась с отцом, и когда мама уехала в Бостон к новому мужчине. По началу она часто звонила и писала, но после видео-звонки превратились в текстовые сообщения, а долгожданные встречи - в пустые обещания. До боли прикусываю нижнюю губу, чтобы не сказать лишнего и просто киваю, поднимаясь на ноги.

-Я хочу вернуться домой, - говорю тихо, ощущая, как весточка от мамы забрала последние силы. – Увидимся завтра в школе.

Не дожидаясь ответа, быстро удаляюсь. По пути забегаю в любимое кафе Сани Дэй и покупаю клубничные пончики для себя и отца. Усатый продавец мило улыбается, протягивая розовый пакетик с названием кафе, отвечаю ему тем же и по дороге к дому съедаю пару штук. С каждым укусом чувствую, как постепенно прихожу в себя, хотя и продолжаю ругать себя за очередную привычку заедать стресс. Было время, когда из-за моей страсти к мучному мама долго мучила меня диетой, попутно приговаривая, что «пышек» никто не любит и, если я не похудею, останусь страшной и никому не нужной. И честно скажу в детстве это работало безотказно. Но с возрастом я поняла, что не хочу соответствовать чьим-то ожиданиям и после развода родителей вновь налегла на булочки с корицей. Конечно, это не могло не сказаться на теле, и после отъезда мамы, обязанность следить за моими килограммами упала на отца. Теперь по его методике почти каждый день у нас случались: совместный бег, ежедневные отжимания, и прокачка пресса. А за хорошие показатели мы иногда баловали себя чем-то жирным. Можно сказать, что после того, как мама бросила нас, наши отношения с ним стали намного ближе, за исключением дней, когда он включает строго отца и пытается контролировать мою жизнь. Раньше все эти обязанности лежали только на маме. Вспомнив о ней, нервно сжимаю пакет с пончиками, и проглатывая последний сладкий кусок, решаю сжечь съеденные калории бегом. Накидываю капюшон темно-зелёной кофты, и пока темные тучи над головой ещё не превратились в моросящий дождь, стараюсь как можно скорее оббежать идущих навстречу людей. Завернув за последний угол, уже мысленно радуюсь, что успела добраться до начала дождя, но тут же врезаюсь в курьера и роняю пакет из рук. Пончики рассыпаются по грязному тротуару, а розовый пакет с названием кафе вылетает на дорогу под сильным порывом ветра.

Не глядя на парня, выпаливаю:

-Ты не смотришь куда идёшь?

Перевожу на зеленоглазого блондина взгляд, встречая недоумение на его лице.

-Извините, конечно, но это вы смотрели куда-то в сторону, - низким голосом отвечает он.

Тяжело вздыхаю, оглядываясь на испорченную еду, как по пыльным пончикам начинают бить капли дождя.

-Я могу предложить вам другие, - говорит он, доставая розовую сумку из-за спины.

Не оборачиваясь на парня, отказываюсь от столь щедрого предложения и отодвинув невысокую калитку, забегаю по лестнице домой. Аккуратно смещаю в сторону прозрачную занавеску, провожаю взглядом одетого в нежного-розовую униформу парня. Он нервно накидывает торчащий из-под рабочей безрукавки черный капюшон, и взглянув на телефон, убегает. Прислоняюсь спиной к дверям и прикусываю левый край нижней губы. Ненавижу себя в моменты, когда срываюсь на кого-то в не лучшие периоды жизни.

Холодный душ остужает пыл и, укутавшись пушистым коричневым полотенцем, падаю на кровать. Беру в руки телефон и в очередной раз натыкаюсь на совместное фото с родителями на обоях. Давно стоило их поменять, но что-то всё время останавливает меня. Словно я всё ещё верю в их соединение, хотя глубоко в душе знаю, в их истории любви финал случился ещё три года назад.

***

-Как ты могла так поступить со мной? С Оливией? – кричал отец, сбрасывая в порыве ярости вазу с полки. Сквозь небольшую щель в дверном проёме вижу, как её осколки врезаются ему в ногу, но он не реагирует. Будто душевная боль сейчас в разы сильней физической.

-Она взрослая девочка и всё поймёт. Ты тоже, - холодно отвечает мама, складывая оставшиеся вещи в чемодан.

-Просто объясни почему? Он ещё богаче? Красивее? Или у него больше…?

-Оливия! – Перебивает его мама, заметив меня. -Тебе не стоит слушать наши разговоры.

Открываю шире двери в общий зал и без единой эмоции смотрю на родителей.

-Ты уезжаешь?

Мама оглядывается, и отец выходит из комнаты, хлопнув дверьми кухни так, что зеркало на стене задребезжало.

-Ты тоже винишь меня? - Спрашивает она, присаживаясь на спинку дивана.

Пожимаю плечами.

-Ну, это ведь ты нашла себе новую семью.

Мама протягивает ко мне руки, но я показательно скрещиваю свои на груди.

-Не говори так. Ты всегда будешь моей семьёй. А что касается отца, - она напрягает челюсть. – У взрослых так бывает. Любовь проходит. И наша тоже прошла.

Слышу, как за спиной гремит входная дверь. Отец не выдержал и покинул дом.

Мотаю головой, сгорая от злости.

-По-моему, любовь прошла только у тебя.

***

Что ж, с того дня моё мнение не изменилось. Я по-прежнему считаю, что мама бросила нас, но теперь не виню её. От воспоминаний о маме отвлекает стук в дверь. Папа вернулся с работы.

-Оливия, я сегодня на ужин приготовлю рис с курицей. Ты голодна?

-Я уже перекусила!

-Надеюсь, ты не налегла опять на пончики?

Хмурюсь, испытывая стыд.

-Конечно, нет, пап, - вру я.

-Я вхожу! – кричит он, будто находится не за дверью, а на улице.

Оглядываю отца, и замечаю проявившееся под голубыми глазами синяки. Кажется, он давно не знает крепкого сна.

-Мама звонила сегодня, - тихо говорит он, сдувая пар с кофе. – Не стоит тебе на неё злиться. Она всё-таки не чужой тебе человек.

Отбрасываю телефон в сторону, и нервно тереблю прядь белых волос.

-Если она не хочет, чтобы я злилась, пусть приедет.

Папа делает глоток и громко цокает, обжигая язык.

-Кстати об этом. Я подумал может тебе съездить к ней?

-Что? – удивляюсь я.

Папа отряхивает серый, плотно облегающий тело свитер от капель и заметно нервничает.

-Это она предложила. Хочет показать тебе Бостон. Ты ведь теперь выпускница старшей школы, когда ещё представится такая возможность?

-Не знаю, скорее всего нет, - мычу я. – Бостон слишком далеко от Чикаго.

-Поэтому я хочу, чтобы ты взяла с собой Марию. С ней будет не так страшно и куда безопаснее, чем одной.

Идея родителей отправить меня в Бостон кажется безумной, но я никогда не была в столице. Если отправлюсь туда с Марией, то может быть сумею хорошо провести время с подругой, если мама вновь окажется для меня слишком занята.

-Обещаю подумать, - говорю я и папа одобрительно кивает.

-Если согласишься, мы оплатим вам билеты, а поживёте у мамы. Но имей ввиду она сможет принять вас только через неделю, как раз после окончания экзаменов.

Он прикрывает двери, и через оставленную щелку, просачивается Рокси. Издавая, тихий лай больше напоминающее писк, она упрямо пытается запрыгнуть на кровать. Помогаю ей сделать это и глажу пушистую светло-бежевую шёрстку на макушке. Рокси – померанский шпиц, подаренный Марией на мой день рождения четыре месяца назад. Она знала, как сильно я хотела щенка именно такой породы и порадовала меня. Правда папа, кажется, до сих пор не разделяет той же радости, считая маленьких собак визгливыми и надоедливыми.

-Как думаешь, Рокси, стоит мне ехать к маме в Бостон? – Спрашиваю я и она бьёт меня мягкой подушечкой лапы по руке. – Вот и я не знаю.

Достаю из шкафа сухие черные джинсы и любимый голубой свитер. Хватаю зонтик у комода и Рокси тут же спрыгивает с кровати. Перехватываю её у дверей, и надев ошейник веду на улицу. Сегодня вечерняя прогулка нужна мне не меньше, чем моей собаке.