Столичная штучка

Петербург и окрестности. 1 февраля 2025 год. Утро.

Сегодня, у неё был первый день посещения Петрозаводской уездной больницы. По воскресному времени, в коридорах было многолюдно и невыносимо шумно.

- Пфф, - Олька повернулась к Марине, - смотри какая грязь на полу.

- Немудрено, - ответила охранница. - На улице слякоть.

- Слякоть в голове у старшей медсестры, - не согласилась девочка. - Если коврика не нашли, так хоть какую рогожку бы подстелили. Глянь на мужика, прямо в мокрых валенках и по больничному коридору.

- Странно, чего он в такую оттепель, валенки напялил?

- Ночью мороз был, видимо издалека приехал, - заметила Оля.

- На чём? - усмехнулась Марина. - На телеге с лошадью? Ты мать, не сильно Некрасовым увлеклась? Мальчишка ведущий кобылу за хвост...

- Нам на уроке словестности задали его стихотворение "Несжатая полоса". Так себе, сюжетец. Сопли и слёзы. А вообще-то как человек, он был полное говно. Писал стихи и поэмы о тяжком крестьянском труде и быте, а сам торговал своими крестьянами и на борзых щенков обменивал. Да и жён соседских помещиков, периодически потрахивал...

- Лёлька, попридержи язык. Если кто услышит, то мне и от Ангелины достанется и от папеньки твоего. А я только неделю назад смогла спокойно сесть на жопу...ой!

Ну да. Ну да. Было дело. Из отеля в аэропорт, куда срочно прибыл борт № 1 Российской Империи, их сопровождали чуть ли не полусотней БТР-ов, десятком БМД и парой БРДМ-ов. В начале колонны и в конце. На броне сидели брутальные десантники в полной выкладке, в зимних бушлатах нараспашку, с грозными рожами, ощетинившись стволами автоматов во все стороны. БТР-ы и БМД, время от времени поводили башнями с пушками и пулемётами. Мол, всё видим, всё замечаем. Дайте только повод. Грохот от техники стоял невообразимый, сизый дым от сгоревшей соляры, застилал горизонт. Французы морщили носики и прикрывались носовыми платочками, непонимающе вертя головами. А по шоссе в направление аэропорта Орли, взрывая гусеницами военной техники нежный парижский асфальт, двигалась Армия!

Ну-у, как армия...Понты конечно...Но зато какие! Кстати по пути, на борт БТР-ов запрыгивали какие-то странные личности, как выяснилось позже, это и были знаменитые ( в узких кругах) "волкодавы" Ромодановского и "ищейки" Аракчеева, которые должны были охранять девчонок - цесаревен. Но чем они занимались, вместо своих прямых обязанностей - тайна покрытая мраком. Впрочем папенька, выяснит.

- И в честь чего военный парад, господа? - спросил кто-то из толпы наблюдателей, когда последняя боевая машина, обдав напоследок всех вонючим, дизельным выхлопом скрылась за поворотом.

- Почётный караул, для модного журнала "Элегия", - ответили со смешком.

На дорогу со взломанным асфальтом вышел солидный дядечка-буржуа.

- Ничего не вижу смешного, господа, - сказал он обернувшись к толпе. - Прилюдно повозив нас мордой по асфальту, - он носком лакированного ботинка потрогал осколок гудрона, - нам тонко намекнули, что "так" сопровождать своих фотомоделей под силу только империи! Мы же, хоть и имеем обширные колонии в Африке, этим гордым именем называться пока не в праве!

- Надо срочно организовать поход наших моделей из Нью-Йорка в Париж на танках "Иностранного легиона". Тогда мы тоже станем империей! - выкрикнул кто-то под громкий смех толпы.

Первыми по прибытию в Зимний, под горячую руку государя попались Лена и Марина. Ни слова не говоря, Всеволод затащил обеих генеральш в свой кабинет и набросил на них плетение неподвижности, которое на досуге показала ему Олька и которое он сходу засекретил, грозя девчонке страшными карами если она его хоть кому-нибудь ещё покажет. Даже подругам и сёстрам. Олька только плечами пожала, ничуть не испугавшись. Плетение как обычно было до гениальности простым, с любимым Лёлькой обратным вектором направленности. Просто обыкновенный, воздушный щит, стал работать наоборот. То есть защищал то, что снаружи а не внутри.

Уложив обеих охранниц на широкий письменный стол и сняв со своих джинсов широкий байкерский ремень, государь занялся самым настоящим спанкингом. Не снимая с девок верхнюю одежду он так прошёлся ремнём по их задницам, что после, уже в ванной, они обнаружили на своих пятых точках тёмно-синие полосы.

- Надеюсь понятно за что? - совершенно не успокоившись прорычал, император. - Если родители вас в детстве не научили ответственно относится к назначенному делу, то эту нелёгкую ношу я возьму на себя! А ещё боевые офицеры! Смотрите мне, ещё один такой косяк, и я вас вместо почётной пенсии, сквозь строй солдат прогоню! Как завещал прапрапрадед Павел Первый! Вы у меня вместо пенсии, прямо в морг вылетите! Когда уже до вас дойдёт, "кого" вы охраняете?! Пошли вон!!

Из кабинета, генеральши выскочили в слезах. Больше конечно от обиды...но и задницы горели.

- Вот тебе и ой! - ехидно осклабилась, девчонка. - Вот нажалуюсь маменьке-императрице, она тебе тоже на жопе синяков наставит, не одному же папеньке трудиться!

- Вот ты, заноза, Лёлька, - сердито ответила Марина. - Ведь договаривались же, что больше не будем об этом вспоминать!

- Прости, - повинилась девчонка, - просто ты так смешно обижаешься. Взрослая тётка, а ведёшь себя как ребёнок.

- Это так твой "эликсир" действует. Я совершенно не чувствую себя взрослой. Вчера прошла очередную процедуру и не могу себя сдержать. Хочется говорить глупости и делать гадости.

- Ну-ну, госпожа генерал. Держите себя в руках. По идее, юношеская эйфория должна пройти от месяца до полугода. Клетки тела омолаживаются, с ними вместе и клетки мозга. Заметь, не восстанавливаются, а омолаживаются. Следовательно носимая ими информация никуда не исчезает, как и поведенческие навыки. Просто сейчас, твои клетки получили слоновью дозу эндорфинов, поэтому ты и скачешь как коза и контроль напрочь отсутствует. Через некоторое время, всё придёт в норму. Ай! - Лёлька поскользнулась на грязном полу. Марина вовремя её удержала.

На резкое движение оглянулся кто-то из посетителей.

- Ой! Смотрите! - раздался восторженный голос. - Это же "кукла"!

- Где??

- Да, вон, у входных дверей!

- Точно! Лёлька!! Парни, девчонки - это же Лёлька!!

- Валим, - шепнула Марина и схватив девочку за капюшон разлетайки, потянула её на выход.

- Лёлька! Нет, вы слышали? Лёлька! - на бегу ворчала девчонка, приближаясь к машине. - Я между прочим, цесаревна. Её Высочество Лёлька Викентьевна!

- Двигай копытами, Викентьевна! - отозвалась сзади, Марина. - Больные нагоняют!

Едва открылась задняя дверь, чёрного ЗИЛ-а, как от довольно чувствительного толчка Марины, Олька влетела прямо в объятья Лены. Следом заскочила охранница.

- Вперёд, боец! - гаркнула Марина водителю в форме рядового пехоты.

- Нападение? - встревожился подпоручик, на переднем сидении, доставая табельное оружие.

- Хуже, княжич, - ответила выдыхая Марина. - Фанаты!

Подпоручик, Голицын(хе-хе), вернул пистолет в кобуру.

Обоих офицеров, Голицына и Оболенского, разъярённый Славич, за разгильдяйское поведение в Париже, понизил в звании на чин. И если Голицыну ещё было куда падать, то несчастному корнету оставалась только одна дорога - в рядовые.

Ну а чего бы вы хотели от молодых парней, впервые попавших за границу, а до этого всю свою недолгую жизнь проведших в казармах при военном училище? И ладно бы, куда-нибудь...например в Стамбул или Варну. А тут, сразу в Париж! Поневоле голова кругом пойдёт! Вот и у них...пошла. Да как ещё пошла! Прям повторили маршрут, по которому "куколки" намечали пройти. Сначала театры и концертные залы, ну а потом знаменитый "Мулен Руж" и закончилось путешествие, под крышами Монмартра. Голицыну повезло. Он хотя бы иногда, в пьяном угаре вспоминал, что помолвлен и хоть изредка, но пытался хранить верность невесте. У корнета Оболенского перед слабым полом никаких обязательств не было, поэтому он и кутил с ним (с полом) напропалую. Закончилось всё под крышами, как уже говорилось, Монмартра, лёгким и ненавязчивым как француженки, триппером. Неделю лечили корнета, заодно и в себя приходили после загула. Однако получив от пропавшего куда-то начальства(кто о нём вспоминает в ресторане с двумя красотками с обеих сторон) недвумысленный приказ, явиться на борт БТР-а, по дороге в аэропорт, или они будут считаться дезертирами, дал понять княжичам, что это был вовсе не загул. Это был, залёт!

- Говорила я папеньке, ничего из этой затеи не выйдет! Но он упрямый, как осёл! - сокрушалась Олька. - И нафига я на это подписалась?

- Ты не подписалась, - ответила Лена. - Ты выполняешь свой долг перед отечеством.

- Это с каких-таких пор, я ему задолжала? - состроила рожицу Олька.

- Кому? - не поняла Лена. - Императору?

- Отечеству.

- А-а. С тех пор как вошла в императорскую семью. Заметь, все девочки получили свои звания и подразделения. Ольга, Миха и Муха, и до этого были приписаны к лейб-гвардии императрицы. Миха и Муха в звании поручиков, командиров взводов. Хоть пока и номинально. Ольга-старшая, штабс-капитан, зам по тылу батальона. Про наследника я вообще не говорю. Он полковник. Командир бригады. Девочки тоже получили поручиков...

- Ну, а я так круче всех! - насупилась Лёлька.

- А у тебя, специализация другая. Ты целитель.

- И поэтому, фельдфебель медицинской службы! Фельдшер!

- Ну у тебя же нет высшего медицинского, - резонно заметила Марина.

- Угу, а у всех остальных девчонок, есть! Поэтому они взводами командуют...

- Формально...

- Поручиков имеют...

- Двусмысленное высказывание...

- А я, фельдшер...

- Фельдфебель! Самый нужный человек в любом подразделении! А, что фельдшер...так курсы медсестёр ты закончила, практику имела обширную, на скорой помощи, одна без всякой бригады работала. Поэтому генерал Гаранин и повысил тебя в должности. Думаешь медсестрой было бы лучше?

- Во всяком случае, честнее! Звание, соответствует должности. Фельдшер, всё-таки повыше будет, корнет там или прапорщик. Вон, Белка в инженерно-сапёрные части назначение получила, и тоже поручик. Гайками и болтами командует!

- Ты не забывай, что девчонки получили назначения в лейб-гвардию. И даже Белка, в гвардейские инженерно-сапёрные войска, понимаешь? В лейб-гвардию! А там всегда на чин выше градация идёт. Ну, а если по честному, - вернулась в разговор Лена. - То тебе, что фельдшер, что медсестра, что главврач любой клиники, всё едино.

- Магу жизни, - при этих словах, машина вдруг слегка вильнула на трассе, - всё равно какое звание носить, что фельдфебеля, что генерал-фельдмаршала, - добавила Марина.

- Это кто так решил? - Олька завертела головой, рассматривая охранниц.

- Ну-у... нам так показалось, а что разве не так? - сказала Лена.

- Это откуда у вас, девушки, такое мнение обо мне сложилось? Или то, что я всегда готова помочь своим, натолкнуло вас на мысль, что я одна из этих религиозных...э-э... отшельников или как там у них...святых? Готова облагодетельствовать весь мир за корочку хлеба и кружку воды? Нам солнца не надо, нам партия светит? Нам хлеба не надо, работу давай? - вырвалось у Ольки, часто произносимое дедом Сидором бормотание. Правда она понятия не имела о какой работе и какой партии идёт речь, но эта скороговорка ей понравилась.

- Или вы думаете, что если согласно их канонам мне дадут по правой морде, так я левую подставлю? - девчонка спросила вроде бы спокойно, но среди ясного февральского неба, перед капотом машины внезапно сильно ударил разряд молнии и оглушительно громыхнуло.

Взвизгнули тормоза, машину занесло на обочину...

К учёбе "куколки" вернулись только 15-го января. Пять дней им понадобилось, чтобы перевезти вещи из Вятки в Зимний. Лабораторию государь решил пока оставить на месте.

- Там Кристианыч за ней проследит, да и Ирка недалеко будет. У меня с ними надёжная связь, - говорил Всеволод в общей гостиной, когда в первый вечер переезда за столом собралась вся семья, исключая наследника. Он был в казармах гвардии.

- Кстати, Лёля, - император обратился к младшей Ольке. - Ко мне на днях приезжали твои бабушка с дедушкой по материнской линии. Ты о них, что-нибудь слышала?

- Да. От маменьки Виктории, - ответила девочка, млея от поглаживающей её голову ладошки маменьки Алексии, что сидела рядом с ней.

- Что ты о них думаешь?

- Ничего, - пожала девочка плечами. - Я их никогда в жизни не видела.

- Твой дед, Андрей, имеет фармацевтическую фабрику в Москве и пообещал мне построить для твоих нужд отдельный цех.

Девочка снова пожала плечами.

- Хорошо, но лучше строить здесь, в Питере. Если это возможно.

- Я с ним переговорю, - согласился папенька. - И ещё, девочки, - обратился он ко всем вновь приобретённым дочерям. - Императорская семья, служит в армии. Вся без исключения, и мужчины и женщины, поэтому я приготовил для вас следующие должности...

- Лёлька, ты чего? Расстроилась? Из-за моих слов? - Лена приобняла девочку. - Не слушай меня, процедура принятия "эликсира", совершенно сносит крышу. Прости если ляпнула, что не подумав. Лучше бы мне государь не по нижним полушариям настучал, а по верхним. Мысли всё никак в порядок не приведу!

Машина тронувшаяся было с места, снова пошла юзом.

- Эй, - прикрикнула Марина. - Рядовой Оболенский! Поосторожней, не дрова везёшь!

- Виноват, Ваше Превосходительство!

- То-то же!

- А ведь Лёлька права, - задумчиво произнесла Марина, когда машина наконец двинулась. - Кто мы такие, чтобы решать за неё в каком звании ей ходить.

- Да по мне, так пусть хоть в министрах обороны ходит, - согласилась Лена. - Хоть в адмиралах флота.

- А это идея! - встрепенулась Олька. - У мореходов и форма покрасивее! Ладно, сейчас разберёмся! - Лёлька полезла в карман кителя за телефоном.

Да-да, именно в карман форменного кителя, нежно-бежевого цвета, тонкого и мягкого генеральского сукна. Правда погоны под разлетайкой были не золотые офицерские, а серые с широкой жёлтой полосой во всю длину. Плюс у самой вершины, знак медика, чаша со змеёй. Были также надеты на ней и приталенные галифе и невысокие хромовые сапожки на каблучке. Шинель обещали пошить позже. На голове по зимнему времени, аккуратненькая "кубаночка", кокетливо сдвинутая набок.

В царской концелярии Зимнего дворца, шло очередное заседание узкого кабинета министров. Ну как шло...министры уже разошлись, остались только несколько человек, самых близких. И сейчас был самый пик дебатов.

- Дама треф, - хлопнул картой по столу, Данька, отпивая из высокого бокала. - Вот же, чёрт бы побрал эту Викторию Андреевну! От вашего вина только ссать каждые пять минут тянет. Сева у тебя нет чего покрепче?

- Король треф, - ответил Всеволод, не обращая внимания на причитания друга.

- Отбой.

- Тэ-экс, - потёр ладони император. - Кто там у нас остался? Граф Васильчиков? Четыре десятки с козырной...

Сегодня у государя с утра было хорошее настроение. Девочки разъехались по местам службы. Знакомиться с личным составом. Конечно в лейб-гвардии они только числятся, но своих подчинённых, хоть и формально, должны знать в лицо. Белка отправилась в расположение гвардейского ремонтного батальона, а Лёльку, Всеволод отправил с инспекцией в уездную больницу Петрозаводска. На предмет проверки санитарного состояния, данного учреждения.

Почти две недели "куколкам" строили гвардейские мундиры в лучших военных швальнях Питера. Фарфоровые статуэтки в военной форме с золотыми погонами, выглядели сногсшибательно. Только Лёлька свой мундир, почему-то отказалась надевать на фотосессию. На вопрос государя почему, ответила, что пуговицы ещё не пришиты...и погоны.

Император в своё время бережно передал дочку из рук в руки Георгию Гаранину, с наказом беречь пуще глаз. Тот не подкачал, принял с распростёртыми объятиями, провёл экскурсию по зданиям Центрального Военного Госпиталя. Перезнакомил со светилами военной медицины и целительства, наобещал золотые горы, в отделе кадров дал указание, чтобы девочку оформили, как военфельдшера с соответствующим званием. Начальник отдела кадров ЦВГ, полковник медицинской службы, Карпов В. Г.(так было написано на дверной табличке), торжественно присвоил магу жизни, звание фельдфебеля! Не, ну он-то не знал кто она, но Гаранин...Ольке стало обидно.

В разгар игры в подкидного дурака, в приёмной императорского кабинета, раздался звонок со стационарного телефона.

- Адъютант Его Величества, полковник Дантес. Слушаю.

- Говорит, дежурная поста связи, сержант Никонова. На проводе Её Высочество, цесаревна Ольга-младшая. Соединять?

- Соединяй, - буркнул под нос, полковник. - Куда ж от этой непоседы деться.

- Соединяю, - в трубке телефона послышался треск, шум, а затем звонкий голос:

- Алё? Это комукакер? - с явно выраженным акцентом, спросили в трубке.

- Нет, это приёмная императора, - недовольно отозвался адъютант. - А соединяют нас с коммутатора. На связи, полковник Дантес. Слушаю вас, Ваше Высочество.

- А-а, полковник, - сказали в трубке с каким-то замешательством. - Стоп. Полковник, это капитан первого ранга! Вы капитан "Фараона"?

- Какого фараона? - растерялся барон.

- Ну-у, корабля. Сначала были помощником, а потом капитаном...должны были...Эдмон Дантес...точно! Эдмон Дантес!

- Меня зовут Эдуард. Эдуард Олегович, цесаревна.

- Ах, отстаньте от меня со своей цесаревной! Просто, Оля...когда нас никто не слышит, - в трубке послышался чей-то смешок.

- Слышат, - досадливо отозвались на том конце провода. Эдуард Олегович покраснел от возмущения.

- Эй, на коммутаторе, срочно повесьте трубку. Я вашему начальству всё доложу! - гаркнул он во весь голос. Послышался тихий щелчок. Отключились.

- Послушайте, капитан-полковник. Хотите я про вас книгу напишу? Прославитесь на весь мир!

Барон Дантес, уже знал о выходе "Трёх мушкетёров" и с нетерпением ждал печатного варианта для себя. Император пообещал. Поэтому он не сомневался, если Её Высочество захочет, обязательно прославит, даже через не хочу.

- Спасибо, цесаревна, но боюсь, что государь не одобрит.

- Так кто ж его спрашивать будет? - хихикнули на том конце. - Кстати, могу я с ним поговорить?

- Э-э...он сейчас занят, - полковник приоткрыл дверь в кабинет и через щёлку посмотрел как император с друзьями весело режется в карты, попивая с самого утра, винишко. - У него срочное совещание с кабинетом министров.

- Совещание подождёт, - уверенно ответила Лёлька. - У меня новости не терпящие отлагательств!

Недавно познакомившись с характером Ольги-младшей, Дантес ни слова не говоря сунулся в дверь императорского кабинета, подойдя к столу, приложил указательный палец к губам, призывая к тишине, и подняв трубку телефона, тут же отдал её в руки императора. А затем, моментом ретировался...чтобы самому послушать беседу государя с дочерью.

- Слушаю, - недовольный прерванным занятием, сказал Всеволод в трубку.

- Доброе утро, папенька!

- А-а, это ты. Что уже случилось, егоза?

- Я увольняюсь! - торжественно объявили в трубке.

- Чего? Откуда?

- Я увольняюсь из военной армии и перехожу в военный флот! Буду плавать по морям, по волнам и топить вражеские судна...судны...корабли короче! Буду сидеть на клотике с подзорной трубой в руках и смотреть в даль, за горизонт!

- Ты будешь сидеть возле гальюна с зубной щёткой в руке и смотреть исключительно вниз! - рыкнул император. - Ты уже провела инспекцию в больнице?

- Не успела! - радостно ответила дочь. - Меня узнали и чуть от радости не придушили. Пришлось делать ноги!

- Передай трубку...кто у тебя там, кроме твоих матрёшек? Поручик Голицин? Корнет Оболенский?

- Ага!

- Передай кому-нибудь из них.

- Поручик, - послышалось в кабинете из телефона, при этом Славич с укоризной посмотрел на царя. - Поздравляю с повышением. Корнет - аналогично! - Всеволод только пожал плечами, слово государево, сказано.

- На проводе, поручик Голицын! - раздался бодрый голос. - Слушаю, Ваше Величество!

- Поручик, вы куда направлялись?

- По приказу Её Высочества - в Кронштадт!

- Отменяю приказ цесаревны! Вези её домой! Не знаю чем её в больничной столовой опоили, но чувствует она себя явно неважно. Слушай теперь, мой приказ - цесаревну в Зимний!

- Так точно, Ваше Величество!

- Всё поняла? - спросил Всеволод через несколько секунд, когда Олька снова взяла телефон.

- Всё, - мрачно отозвалась дочь. - А судна топить?...Судны? - уныло поинтересовалась она.

- Обещаю, этого добра у тебя будет в избытке! Гаранин постарается! - усмехнулся император.

- Я маменьке пожалуюсь, - попыталась шантажировать девчонка.

- Пожалуйста. Она как раз сейчас поехала на открытие СПА-салона. Хочешь, я велю поручику отвезти тебя туда? На Васильевский?

- Что я там забыла? Снова на физиономии твоих придворных смотреть?

- Наших. Наших придворных. Не забывай пожалуйста.

- Ну, наших. Толку-то? Знаешь? Я лучше домой поеду, есть у меня несколько идей. Надо обдумать и кое-что попробовать, пока девчонок нет.

- Пообещай, что все придумки сначала покажешь мне! - потребовал папенька.

- Ладно, - легко согласилась дочь.

Завершив разговор с Олькой, государь вернулся к игре не потеряв хорошего настроения. Его дочка в это время поднявшись с заднего сидения автомобиля, сделала шаг и чуть пригнувшись, прямо через плечо корнета вставила какую-то штучку в прикуриватель, аккурат рядом с магнитолой.

- Что это? - удивился поручик, корнет продолжал вести машину.

- Даже не думай и смотреть в ту сторону! - вместо ответа предупредила его Марина.

- Есть!

- Феня, рассчитай маршрут до дому, скорость и конфигурацию щита. Только так, чтобы поменьше народу... - и взглянув на вопросительное выражение лица поручика, пояснила:

- Сюда полночи тащились, нехватало ещё и обратно пять с половиной часов ползти! Я устала и проголодалась, - капризно закончила девчонка.

- Принято, - ответила...магнитола.

Машина в который раз пошла юзом.

- Блин! Корнет, поручик! Вы же не первый месяц следите за ней! - Лена кивнула в сторону Ольки, откинувшейся на сидении и прикрывшей глаза. - Неужели до сих пор не привыкли к её выкрутасам?

- Саш, ну Саш! - жарко шептала в ухо девушка, обхватив его шею руками и прижимая затылок к подголовнику сидения. Кстати это здорово отвлекало от вождения. Новенький "Мустанг", слегка вильнул, повторяя манёвр впереди идущего "ЗИЛ-а" с гербом империи вместо номера.

- Саш, ну ты же обещал показать нам как твоя тачка набирает сотку за четыре с половиной секунды! Да обгони ты этот катафалк!

- Детка, я бы с радостью, но не могу. Ты номера видишь? Эта кобылка из конюшен моего отца, а вдруг кто-нибудь узнает меня при обгоне? А я ведь на учениях! С бригадой! Доложат папеньке и конец нашим свиданиям!

- Ваше Высочество, - сказала вторая девушка, переползая сзади через подлокотник водительского кресла и тоже жарко дыша, но не в ухо, а в ширинку форменных брюк. Наследник престола был в мундире и при погонах. - Вы не пробовали делать "это" на скорости?

Александр Романов, полковник лейб-гвардии, возвращался из небольшого закрытого военного санатория под Петрозаводском, где проходил реабилитацию его подчинённый и друг капитан - а теперь уже майор, наследник лично подписал представление от зам комбрига - Женька Гагарин, наследный княжич старинного рода. Командир разведывательного батальона в бригаде, которой командовал Александр.

Неделю назад, его разведгруппа вернулась из Анголы, привезла ценные сведения, но при отходе на точку эвакуации, попала в засаду. Противника удалось уничтожить, но бойцы в группе все без исключения были ранены. Однако больше всех не повезло командиру. Прикрывая отход, он нарвался на магический огненный удар, местного шамана. Боец-парамедик, обладающий не очень сильным целительским даром, сумел восстановить работоспособность боевых товарищей, но вот в случае с командиром, практически ничего не мог поделать. Восемьдесят пять процентов обгоревшего кожного покрова, не оставляли ему шансов на жизнь. В отчаянии он воспользовался новым препаратом в виде мази. Его, парамедик получил лично из рук командующего медслужбой лейб-гвардии - что императора, что императрицы - генерал-майора, княгини Нино Багратиони. Целительницы, ранга - действительного тайного советника. Перед "выходом", она вызвала его к себе и передала ему препарат из рук в руки.

- Возьми, - приказала она. - Попробуй.

- Что это? - поинтересовался боец, разглядывая жёлто-латунный тюбик.

- Мазь. Оздоровительная. Я бы сказала, слишком оздоровительная. После всего лишь одного-единственного сеанса, больной или больная, на следующий день скачут как бешенные козы! При встрече с противоположным полом, пытаются его - пол то есть - зажать где-нибудь в тёмном углу. Фонтанирует энергией. Ещё через день, больной приходит в норму, если конечно не сбежал до этого из медсанчасти!

- А в каком случае применять?

- В любом, - был пространный ответ.

Обмазав командира мазью с ног до головы, парамедик с восторгом наблюдал, как в течении нескольких минут, состояние его стабилизировалось, болевой шок отступил, а кома перешла в здоровый сон, в котором командир и находился всю дорогу до дома.

В гвардейском госпитале, капитана Гагарина поместили в ожоговое отделение, однако его начальник-некромаг, как и сама Нино и ещё несколько ведущих целителей, только и могли, что разводить руками. Если бы это был обычный ожог, можно было бы хоть, что-нибудь предпринять. Остались бы правда ужасные рубцы и шрамы, но то дело десятое, главное что пациент жив. А там всё исправит пластическая хирургия.

Но ожог-то магический. И даже не смотря на это, врачи бы справились, если бы не было поражено практически всё тело. И не только снаружи. Большинство внутренних органов к моменту доставки пациента уже отказало. Были сильно поражены лёгкие и слизистая гортани, капитан держался только на действии мази. Но долго ли оно продлится? Нужно было ещё, что-нибудь...ну хоть что-то...

- В этом случае даже Мелинда-Ярослава не поможет, - пробормотала Нино Багратиони.

В этот момент в палате отделения, как белокрылый ангел в разлетающемся белом халате, появился генерал Гаранин. Мельком глянув на собравшийся консилиум, он подойдя к больному, прямо через тонкую простыню которой тот был укрыт, воткнул ему в ногу нечто. Нечто похожее на маленький тюбик из-под клея "Момент". Выждал секунду, потом свернул тюбик трубочкой и обернув салфеткой спрятал в карман, победно улыбаясь и глядя при этом на светил от медицины.

Мгновение стояла тишина в которой ничего не происходило, а потом...

- А-ах! - вырвалось у врачей, медсестёр, студентов и студенток-стажёров, ординаторов и санитарок.

Прямо на их глазах, мёртвая и обожжённая кожа начала отваливаться, а на её месте, появляться гладкая и розовая как у младенца. Мышцы на руках наливаться силой, на животе появились кубики пресса, а ниже под простынёй вдруг ни с того ни с сего, "выросла" такая себе нехилая палатка. Послышались хихикания покрасневших стажёрок.

- Вот же повезёт кому-то, - вырвалось у одной из них.

- Не факт, - тут же ответила ещё не пришедшая в себя от увиденного чуда, княгиня. - Насмотрелись фильмов. А в жизни совсем по другому. У моего мужа, тоже ... ой! - Нино прикрыла рот ладошкой и покраснела. Смешки усилились.

- А ну, тихо! - прикрикнула она. - Вы сюда стажироваться пришли или порнуху обсуждать?

В этот момент, пациент открыл глаза...

- Жора, - когда пациента перевели в палату интенсивной терапии, Нино отвела графа в сторонку. - Жора, это ведь "Дары Урала"? Я права? Какие компоненты в шприц-тюбике? Знаменитая сжиженная магия?

- Допустим, - уклончиво ответил генерал. - Там ещё кое-что есть.

- Да ты не виляй. Я ведь знаю...точнее догадываюсь. Ещё я знаю, что одна из владелиц - Мелинда. Мне Алексис сказала.

- Это семейное предприятие.

- Хорошо. Меня интересует имя создателя.

- Аллах, Будда, Христос..

- Не паясничай!

- Нин, это государственная тайна уровня три "А".

- У меня есть допуск.

- Зачем тебе?

- Хочу в ноги поклониться, за всю нашу медицинскую братию.

- Хм...

- Я не шучу!

Вместо ответа, граф достал телефон и поискав там, что-то, развернул его экраном к княгине.

- Это она?

- Да.

- "Куколка"? Цесаревна?

- Романова-Гедиминович. Урождённая княжна Хованская. Наследница Рюриков.

- Великая княгиня Киевская? О, силы небесные! Маг жизни! - почти прошептала целительница. - Я грешным делом подумывала на её отца Викентия.

- Ты ошибалась...

- Я ошибалась, - автоматически повторила княгиня. - Но в ноги я ей обязательно поклонюсь!

- Ты только пациенту не проговорись. А то ещё один побежит кланяться. Несчастные "куколки" уже зае...прости...гм...всё же придётся сказать на их сленге, задолбались бегать от ухажёров.

- За кого ты меня принимаешь? - счастливо улыбнулась Нино Багратиони.

Навестив своего друга, наследник по пути к машине, встретил двух миленьких медсестричек, слово за слово и он на целую неделю застрял в реабилитационном центре.

Почувствовав шаловливые пальчики у себя в...интересном месте, Александр решил - будь, что будет и уже собирался надавить на газ, как вдруг идущая впереди кобылка из государевых конюшен, плавно но быстро стала набирать высоту, окутываясь странной голубоватой дымкой, а ещё через несколько секунд совершенно пропав в тёмн-синем овальном конусе, за доли секунды исчезла из глаз, превратившись в тёмную далёкую точку на фоне ярко-голубого неба.

- Ни хера себе скорость! - воскликнула девушка даже не начав "нижние" процедуры.

- Да-а, Саш, - подхватила вторая, разжимая объятия. - Твоему "Мустангу", до той кобылки далеко.

- А вот и нет! - запальчиво возразил наследник, при этом мысленно улыбаясь. Он прекрасно знал, "кто" из его новых "сестриц", в состоянии совершать такие выходки. Ну, что ж милые "куколки". Пришло время лично познакомиться!