Стоя на руинах всегда очень трудно выцепить для себя предмет, вещь, обломок или идею, с которой следовало бы начать уборку. Объем работ кажется невероятным, сила рук и ума незначительными. Кусок проволоки в руке, часть чего-то важного в прошлом, идешь, спотыкаясь и матерясь, калеча ступни, глубоко царапая кисти от падения на острое. Где тот первый? С чего начнем? Садишься, думаешь, прикидываешь. А не нахрен ли эту свалку? Там за забором трафик, кофе и тесная коммуникация. А ты здесь, на вершине горы руин, представляешь себе, как зацветет это поле, когда все закончится и сюда слетятся птицы. Даже не угоститься чем-то, а так, из интереса. И останутся здесь навсегда. Но за забором нельзя представить, как именно будет выглядеть это место, когда все закончится, там слишком низко. А здесь, с высоты, хорошо видно все, что происходит там. Поэтому трудно... Ум и руки требуют в одинаковой степени труда и покоя уже наконец.
Но время идет. Глаза замечают какую-то карягу, судя по всему работа должна начаться именно с нее, так как по ее извлечению гора станет меньше визуально, а это очень важно.
Давай... давай брат... помни о тех, кто позже слетится сюда.
(Фото Pawel Mann)