Странники. Боги некросферы

Система Дельта Кайсинг III. Экзопланета Калипсо.

Имперская резиденция Великого Дома Юниев

Шаркая краями алого плаща по мраморным ступеням своего роскошного дворца в стиле позднего Барокко, император не спешил на военный совет, предпочитая привычно опоздать и тем самым заставив понервничать всех присутствующих там маршалов, генералов, баронов и прочую высокородную, новоявленную нечисть, которую Конрад Юний, а ныне более известный как Болисарий I на дух не переносил и откровенно презирал. И на то были веские причины.

- "Эти жалкие слизни, - размышлял он, - готовы предать меня при первой же возможности. Их верность длится ровно до тех пор, пока я могу обеспечивать их богатством и наделять властью. Стоит моей хватке ослабнуть, и они вонзят мне нож в спину, подобно стае шакалов ".

Болисарий прекрасно помнил, как некоторые из нынешних "верных" вассалов участвовали в мятежах и заговорах против него. Их клятвы верности были пустым звуком, а преданность - лишь ширмой для достижения собственных амбиций.

-"Я не могу доверять им, они подобны ядовитым змеям, готовым ужалить при первой возможности. Но я всегда начеку и сумею пресечь любую измену на корню. Моя железная хватка не допустит новых мятежей в империи".

Болисарий сжал кулаки, чувствуя, как гнев закипает в его венах. Он был готов к любому вероломству со стороны своих подданных и не допустит повторения прошлых ошибок. Власть его будет абсолютной и вечной, кто бы, и чтобы об этом не думал, а любое неповиновение - жестоко подавлено. Он еще не раз удивит этих лизоблюдов и удивит неприятным для них образом.

Император, вынужденный носить боевой экзокомплект даже в собственном дворце из опасений за свою жизнь, представлял собой внушительную фигуру. Его рост был средним, но осанка и тяжелые кинетические доспехи придавали ему величественный вид. Его доспех, искусно созданный лучшими оружейными мастерами империи, был сделан из прочнейшего сплава «титана-70» и силумина, способного выдержать и отразить даже выстрел из пехотного гранатомета. Белый керамический нагрудник был украшен выпуклым золотым гербом империи, а платиновые наплечники имели форму драконьих голов, чьи пасти были открыты в грозном оскале.

Лицо Болисария выглядело измученным от тревог и бессонных ночей. Его соломенные вьющиеся волосы завивались упругими кольцами, резко контрастируя с холодным, почти ледяным взглядом серых глаз. Резкие морщины на лбу и глубокие тени под глазами выдавали бремя власти, которое он нес на своих плечах. И даже золотой венок триумфатора, носимый им в недавнем прошлом с такой гордостью и помпой, отныне нещадно давил словно напоминая о проблемах, скопившихся за последнее время.

Император продолжал свой тяжкий путь к залу военного совета словно на Голгофу, погруженный в невеселые размышления о делах насущных. Пока он вел кровопролитную войну практически со всей галактикой в одиночку, его собственные вассалы и ближайшие сподвижники предавались корыстным интересам и обогащались за счет государственной казны. Он прекрасно понимал, что многие из них злоупотребляли своим положением, присваивая часть средств, предназначенных для содержания армии и космофлота. Вместо того, чтобы обеспечивать войска всем необходимым, они набивали собственные карманы, пренебрегая интересами империи, ставя под угрозу само ее существование.

-"Предатели! Жадные, ненасытные ублюдки! – Болисарий сжал кулаки от гнева, - Они готовы продать родную мать, лишь бы нажиться. Пока я сражаюсь на фронте с многочисленными врагами, они упиваются роскошью, купленной на кровь моих солдат".

Коррупция и казнокрадство процветали в высших эшелонах власти, подобно ядовитому плющу, оплетая и удушая имперскую систему изнутри. Болисарий осознавал, что должен жестко пресечь эти безобразия, иначе они погубят империю столь же верно, как и вражеские армады.

Он много раз клялся самому себе, что после победы в этой войне безжалостно очистит свое окружение от подобной нечисти. Каждый, кто наживался на страданиях империи, будет жестоко наказан. Он не потерпит предателей и казнокрадов в своих рядах, ибо империя превыше всего.

Император Болисарий I, погруженный в свои невеселые мысли о коррупции и предательстве в высших эшелонах власти, наконец достиг зала военного совета. Два гвардейца в парадной униформе синхронно отдали честь, когда он прошел мимо сквозь массивные дубовые двери.

Войдя в зал, Болисарий молча окинул взглядом присутствующих. Генералы, маршалы и высшие сановники империи встали по стойке смирно, когда он величественной поступью направился к главному креслу во главе длинного стола. Его громоздкий боевой экзоскелет зловеще гудел при каждом шаге. Не говоря ни слова, император опустился в кресло и сделал жест рукой, давая понять, что совет может продолжаться. Один за другим военачальники начали докладывать о ситуации на фронтах.

Маршал Аристид первым взял слово, описывая ожесточенные бои на Гелене-4, где силы империи пытались сдержать натиск наемников Свободных Миров. Болисарий слушал иронично, иногда хмурил брови и поджимал губы, но молчал. Когда Аристид упомянул о нехватке боеприпасов, император не смог сдержать язвительного комментария:

-Вероятно, кто-то из квартирмейстеров предпочел переправить эти боеприпасы на черный рынок, где за них можно было выручить хорошие деньги. Вы это хотите сказать?

Аристид побледнел и замолчал, не находя слов.

Остальные присутствующие на совете переглянулись с беспокойством.

Затем слово взял генерал Кассий, доложивший о налетах пиратов на торговые маршруты в секторе Ориона и подготовке к наступлению на Федерацию. Болисарий внимательно выслушал его, временами постукивая бронированными пальцами по столу.

-Отличная работа, генерал, - ядовито заметил он, когда Кассий закончил. - Наши купцы теперь могут спокойно заниматься своим делом, опасаясь только пиратов. По крайней мере, им не нужно беспокоиться о взятках собственным таможенным чиновникам на планетах империи.

Кассий вытер пот со лба, не находя слов для ответа.

Военачальники по обе стороны стола сидели в гробовом молчании не смея пошевелиться.

Один за другим докладчики вставали и на дрожащих ногах докладывали. И каждый раз Болисарий находил повод для едкого замечания, намекая на коррупцию и предательство в верхах. Его слова повисли в воздухе подобно ядовитому облаку и всем сразу стало душно.

Наконец, когда последний генерал закончил, император окинул тяжелым взглядом присутствующих. На его лице читались решимость и холодная ярость.

-Я больше не потерплю казнокрадства и измены в моей империи, - прогремел он. - Каждый, кто ставит личную наживу выше интересов государства, будет жестоко наказан. Я вырву коррупцию с корнем, что бы мне это ни стоило. Вы все предупреждены. Однако я не вижу среди ваших добрых и просветлённых лиц моих любимчиков. Где этот летающий толстяк, этот барон Элай Мордашов? Где герцог Натан Фридман? Где маркграф Алоизий Ротенберг? Где все эти «замечательные» люди? Только мне позволено опаздывать на военный совет. Генерал Кассий, выясните и доложите. Ведь не пираты с Ориона стали тому виной. Исполняйте.

Вышеназванный генерал резво вскочил с места и коротко поклонившись быстро направился на выход из комнаты, даже вспотев от усердия и важности момента.

- А пока генерал Кассий выясняет где может носить эту неразлучную троицу, давайте вернемся к насущным проблемам. Вик Лундарий, поведайте о планах набора резервистов.

Генерал Виктус Лундарий, отвечавший за мобилизацию и рекрутов, доложил о массовых дезертирствах и нежелании призывников воевать за империю. Многие новобранцы из бедных миров прибывали деморализованными, не понимая целей этой затяжной войны.

Император Болисарий хмурился все сильнее, слушая доклад о провале набора резервистов и проблемах с мобилизованными по военному контракту.

-Эти нищие крестьяне не видят смысла проливать кровь сир. Среди них укрепилась уверенность, что ни одна пядь земли не стоит крови ни одного убитого солдата! - Лундарий и сам боялся того что был вынужден озвучивать на военном совете. - Они ежедневно слышат пропаганду врага, обещающую им лучшую жизнь, если они сдадутся или дезертируют с нашей стороны. Федерация прилагает максимум усилий для этого, обещает деньги и достойную жизнь…

Болисарий стукнул кулаком по столу, его лицо исказилось от гнева.

-Неудивительно, что эти люди так легко поддаются на дешевую пропаганду! Они голодают в окопах на дальних рубежах, без надлежащего снаряжения и вооружения. Как они могут сражаться, когда мы не обеспечиваем их даже базовыми потребностями и всем необходимым?

Он обвел взглядом генералов, чьи лица побледнели.

-Я знаю, куда утекают мои средства, выделенные на снабжение войск. В карманы алчных казнокрадов вроде барона Мордашова и его дружков. Пока мои солдаты гибнут, эти мерзавцы купаются в роскоши!

Никто не осмелился возразить императору. Болисарий продолжил:

-Призывники из бедных колоний не видят перспектив в этой войне и не удивительно. Их семьи пребывают в нищете, а сами они гибнут за интересы истекающих жиром баронов. Разве удивительно, что они дезертируют при любой удобной возможности?

Император поднялся со своего кресла, возвышаясь над присутствующими.

-Я положу конец этому беспределу! Казнокрадов ждет жестокое наказание. А солдатам будет обеспечено все необходимое - оружие, боеприпасы, снаряжение и достойное жалованье. Только тогда они поверят в нашу правое дело и будут сражаться как львы!

Генералы сидели подавленные и напуганные грозным видом императора, но нашли в себе силы встретить его слова бурными аплодисментами и овациями.

Болисарий вновь опустился в кресло, пытаясь совладать с гневом.

-Теперь доложите о состоянии флота. Адмиралы хотя бы не разворовывали корабли?

Доклад о состоянии Имперского Космофлота ввергнул Болисария в еще большую ярость. Выяснилось, что многие ударные линкоры и крейсера пребывают в плачевном состоянии из-за нехватки финансирования, отсутствию необходимых запчастей и тотального воровства. Многие частные доки отказывались принимать их на ремонт без предварительной предоплаты услуг.

Адмирал Антоний Граций, отвечавший за космофлот, нервно доложил, что большая часть выделенных средств была присвоена высокопоставленными чиновниками. Маркграф Алоизий Ротенберг и его приспешники конфисковали миллиарды юнитов, предназначавшихся для ремонта и модернизации кораблей всех типов, мотивируя дырой в бюджете в гражданском секторе. Вместо того чтобы обновлять устаревшие системы вооружения и обеспечивать экипажи, эти жулики покупали себе роскошные космические яхты и виллы на курортных планетах! - возмущался престарелый адмирал. - Многие линкоры и крейсера не могут выйти в космос из-за технических неисправностей. Но этим людям отчего-то все сходит с рук. Это возмутительно, сир!

Болисарий вспыхнул от гнева. Его лицо побагровело, а глаза метали молнии.

-Так вот куда уходят ресурсы, которых так не хватало на фронте! - прогремел он. - Пока мои солдаты гибли от нехватки огневой поддержки с орбиты, эти мерзавцы обставляли свои дворцы золотыми унитазами! С этим нужно что-то делать или однажды мы проснемся нищими, покоренными и в цепях. И вместо флага Империи здесь повсюду будут реять флаги Федерации.

Он обвел взглядом присутствующих генералов.

-Не удивительно, что мы терпим поражения в этой войне. Армия и флот разворованы и деморализованы предателями в высших эшелонах власти! Но я клянусь, что положу конец этому разграблению империи! Всех казнокрадов и изменников ждет жесточайшая кара. Герцог Фридман, барон Мордашов, маркграф Ротенберг и им подобные пожалеют, что родились на свет!

Его слова повисли в тишине. Генералы сидели ни живые, ни мертвые, боясь даже вздохнуть.

-Будет создан специальный Имперский Трибунал для расследования коррупции во власти. Виновные предстанут перед судом и понесут самое сурово наказание! Я хочу услышать подробный доклад о состоянии каждого из фронтов и конкретные предложения по исправлению ситуации. Мы должны переломить ход этой войны, которая убивает империю изнутри не меньше, чем внешние враги. Что скажете, генерал Тиберий? У Вас есть хорошие новости для меня?

- Да, сир. Генералу Петровскому удалось закрепится в секторе Бездны Шрайка, без потерь. Цитадель под нашим контролем. Были незначительные волнения, которые уже подавлены.

- Замечательно! Хоть какие-то хорошие новости с утра. – Обернувшись к своему пресс-секретарю Болисарий громко сказал, чтобы все услышали. – Наградить генерала Сергея Петровского очередным орденом «Мужества» I-степени за заслуги перед Империей. Теперь он полный кавалер. Пришлите ему мои поздравления. Вот так бы все самоотверженно, честно и без нареканий служили, какой бы тогда мир нам удалось сообща построить? Впрочем, это мечты.

В дверях появился бледный, запыхавшийся генерал Кассий.

- Сир, герцог Фридман, барон Мордашов и маркграф Ротенберг ожидают Вашей высочайшей аудиенции. Просят принять их в неформальной обстановке. Говорят, дело важное и срочное.

- Продолжайте дальше без меня, господа. Мне предстоит очень серьезный разговор с вышеназванными особами. Даже у моего терпения есть границы.

Болисарий спешно покинул военный совет и в сопровождении генерала Кассия и пресс-секретаря отправился на встречу с тремя опальными особами.

Все трое скучали в личных покоях Императора, с восхищением разглядывая коллекцию картин и бесценных предметов искусства. Толстый как пивная бочка барон Мордашов, снабженный антигравитационными системами, парил у самого потолка, трогая с опаской края позолоченной рамы картины, на которой был изображен Болисарий в полный рост при параде.

Герцог Натан Фридман был худощавым мужчиной лет пятидесяти с аристократическими чертами лица. Его седые волосы были аккуратно зачесаны назад, открывая высокий лоб. Фридман носил дорогой темно-синий мундир, расшитый золотыми галунами, указывающими на его высокий ранг. На его груди красовались многочисленные ордена. Герцог имел манеры утонченного аристократа, но в его взгляде читалась жесткость и беспринципность.

Маркграф Алоизий Ротенберг представлял собой полную противоположность Фридману. Это был коренастый мужчина лет сорока с грубыми чертами лица и бычьей шеей. Его русые волосы были коротко подстрижены, а на скулах виднелся алый румянец. Ротенберг носил строгий военный мундир без излишеств, подчеркивающий его принадлежность к касте профессиональных военных. Его узкие глазки бегали, выдавая природную подозрительность и хитрость.

Барон Элай Мордашов разительно отличался от двух других. Лицо барона было грубым и заплывшим, с двойным подбородком и мясистым носом. Его маленькие, поросячие глазки то и дело исчезали в складках жира, когда он ухмылялся. Несмотря на дородство, Мордашов отдавал предпочтение ярким, почти вызывающим одеждам - на нем была расшитая золотом алая туника и такого же цвета широкие штаны. Создавалось впечатление, что барон специально выставлял напоказ свое богатство и пренебрежение любыми условностями.

Эта троица словно три карикатурных всадника воплощала в себе совершенно разные грани коррупции. Фридман олицетворял утонченных, но бессовестных аристократов высшего светского общества. Ротенберг представлял касту карьеристов-военных, погрязших в мещанстве. А Мордашов был ярким примером нуворишей, нажившихся на взятках и казнокрадстве.

Когда император зашел в свои покои то одним движением руки отпустил свою свиту.

- Проследите чтобы нам никто не помешал.

Когда за ними закрылась тяжелая дверь, троица заметно оживилась.

- Сир! - герцог Фридман и маркграф Ротенберг поспешно поклонились, тогда как барон продолжал безразлично парить по комнате, как будто никакого императора и не существовало.

-Барон, Вы не могли бы для разнообразия проявить чуточку уважения и спустится вниз на грешную землю? Понимаю, Вам сверху лучше все виднее, но ведь существует субординация.

Мордашов на это лишь фыркнул, но все же медленно опустился к самому полу, едва слышно жужжа антигравитационными поплавками на спине. Его огромный вес не позволял ему ходить своими ногами и потому барон был вынужден всюду передвигаться исключительно по воздуху.

-Ну, выкладывайте, что у вас стряслось, - Болисарий уселся в кресло, выжидающе глядя на своих вассалов. – Ваше отсутствие на военном совете не осталось не замеченным. Поздравляю.

Герцог Фридман шагнул вперед, явно нервничая.

-Ваше Величество, мы хотели обсудить... одну весьма деликатную проблему, касающуюся финансирования ваших военных программ на следующие десять лет. Грядущее наступление на Орион дело весьма затратное и очень дорогое. Дело в том, что в казне нет такого количества денег как было озвучено вами во время ежегодного обращения к Сенату.

-Финансирования не хватает, говоришь? - Болисарий нахмурился. – А вы не пробовали моё финансирование поискать в ваших карманах? Может быть мне это сделать?

Маркграф Ротенберг поспешно замахал руками:

-Нет-нет, что вы, Ваше Величество! Мы бы никогда... Просто иногда приходится идти на некоторые... крайние меры для обеспечения бесперебойного финансирования ваших указов.

Барон Мордашов подал голос, его огромное тело задрожало от едва сдерживаемого смеха:

-Ладно тебе, Конрад, щеки надувать, не кипятись и не строй из себя святого праведника! Мы все здесь замараны по уши. Твои собственные личные доходы не из самых чистых источников.

Болисарий вспыхнув от ярости, в бешенстве вскочил с кресла:

-Как ты смеешь мне такое предъявлять, жалкий толстяк...

Но герцог Фридман остановил его, выставив вперед ладонь:

- Господа! Ваше Величество, давайте не будем снова ссориться и препираться. Барон прав, у всех рыльце в пушку. Мы все имели свою долю в определенных операциях по извлечению прибыли. Для блага империи, разумеется. Сейчас не время и не место об этом вспоминать.

Болисарий тяжело опустился обратно в кресло, потирая виски. Он знал, что его приближенные, они же его главные финансовые советники правы - сам император тоже был замешан в коррупционных схемах по обогащению. Внеземные колонии, рудники, работорговля, роскошные дворцы на курортных планетах, любовницы и наложницы - везде ему перепадали немалые суммы от всех нелегальных доходов, и каждый губернатор обязан был делится.

-И что же вы хотите? - устало спросил император. - Добиться еще большей доли? Своими неуемными аппетитами вы дестабилизируете обстановку в Империи. Люди начинают задавать неудобные вопросы, на которые мне все сложнее отвечать. Этим Вы меня подставляете.

Маркграф Ротенберг утвердительно кивнул:

-Понимаю. Очень нелегка судьба сюзерена в особенности при общении с завистливым плебсом в военное время. Видите ли, ситуация становится все более... деликатной. Необходимо принять безотлагательные меры для сохранения наших и ваших активов в случае... смены власти. Ваше Величество, Конрад Юний, хоть раз послушай старших и более мудрых в подобных делах наставников. Сенат почти созрел для вынесения вотума недоверия действующей власти. Это значит, что если ничего не предпринять, то Вы окажитесь в гордом одиночестве среди недругов.

- Чего вы снова от меня хотите? Какие еще законы мне нужно переписать?

- Во-первых это нужно не нам, а Империи. А во-вторых, императору не следует отделять себя от своих верных подданных, тех самых людей, которые посадили его на трон и вверили в его руки свое будущее и благополучие целой нации. Мы заботимся и о благе народа.

Император Болисарий откинулся в кресле и окинул троицу своих приближенных цинично-насмешливым взглядом. Его лицо исказила кривая ухмылка.

-Наглости у вас троих хоть отбавляй. Не нужно разводить тут передо мной весь этот спектакль о благе империи и преданности подданных, - процедил он. - Мы все здесь жулики, господа, грабящие государственную казну ради наживы. Однако кое кто из вас совсем потерял чувство меры и меня это беспокоит. С таким подходом наш бюджет закончится к концу финансового года.

Барон Мордашов расхохотался, его огромное тело сотрясалось от смеха.

-Ну наконец-то ты заговорил открытым текстом, Кони, как настоящий мужик в форме! А то все эти душераздирающие речи о чести и служении Отечеству уже в печенках сидят. Хватит и того что отовсюду вещал ныне покойный Солаф Ёба, земля ему стекловатой. Гнилой был мужик, но он хотя бы умел приободрить массы, наполнить их сердца надеждой на лучшее будущее.

- Что стряслось с Солафом? Мне ничего об этом не известно. Поподробнее пожалуйста.

- Говорят, пьяный, попал под машину. Вместе с этой порно дивой с большими буферами - Мисси Зулиной. Несчастный случай на Цитадели. Петровский сообщил об этом в радиограмме, впрочем, без особых подробностей и деталей происшедшего. Во, как бывает. Судьба!

Фридман поморщился, но промолчал. Ротенберг же подобострастно закивал:

-Истинную правду глаголет уважаемый барон. Мы лишь хотим обезопасить наши... капиталовложения на будущее. Ведь никогда не знаешь, что ждет впереди. Все ради будущего.

-Ах, вы ради будущего стараетесь? - Болисарий фыркнул. - После того как вы высосали из империи все до последней капли? Я ввел для вас льготные налоги, дал монополии на ресурсы во всех внеземных колониях, даже позволил заниматься работорговлей! А вы все равно жадничаете! Хорошо, давайте на чистоту, что еще вы придумали? Распустить Сенат? Запретить свободу слова? Может, ввести откровенную военную диктатуру, чтобы никто не мог даже рта раскрыть?

Мордашов захохотал еще громче, хлопая себя по ляжкам:

-Вот это я понимаю воля, так держать Кони! Тиран в открытую, никаких тебе лицемерных речей о демократии! Как же мне это нравится. А что на это скажут сенаторы и избиратели?

Фридман поспешно заговорил, бросая испуганные взгляды по сторонам:

-Элай, хватит подбрасывать дрова в огонь! Ваше Величество, не стоит так драматизировать... Мы лишь хотим обезопасить активы на случай... гм, непредвиденных ситуаций.

Болисарий оскалился в ухмылке:

-Другими словами если меня свергнут, вы хотите сохранить свои богатства? Не беспокойтесь, для этого и существуют галактические теневые зоны и офшоры. Я обеспечу вам тайные счета, куда вы сможете перевести все свои капиталы. Имперская казна под надежным замком.

Ротенберг просиял, зардевшись от радости:

-Истинная мудрость, Ваше Величество! Вы - достойный правитель, заботящийся о верных слугах! Вскоре придется слегка ужесточить порядки... Вы понимаете, о чем я? Все во имя победы.

-Я введу чрезвычайное положение и объявлю новый набор резервистов.

-И слегка поднять налоги по прогрессивной шкале для среднего класса, но только не для держателей облигаций имперского банка…

-То есть, чтобы вас троих это не затронуло? Проще простого. Теперь довольны?

Мордашов приблизился к императору, потирая свои пухлые ладони. Его лоснящееся лицо склонилось к лицу Болисария отчего второго заметно скривило, и он отшатнулся.

- Есть еще одна проблема, Конрад. Адмирал Антоний Граций копает под нас и копает очень глубоко и основательно. Будет очень некстати, если в процессе расследования его ищейки случайно выйдут на императора. Вот выйдет конфуз, Ваше Величество. И потому, я предлагаю отправить его на давно заслуженный покой - на пенсию по выслуге лет. Арминий Красс заменит его на посту адмирала флота. Человек он надежный, преданный. Что еще можно пожелать?

- Арминий Красс круглый дурак. Такого как он нельзя допускать до командования флотом.

- Сир, адмиралу и не нужно быть шибко умным. Все за него сделают его помощники. Главное, чтобы он транслировал Вашу волю в войска и поддерживал непререкаемый авторитет в Сенате. Я Вам обещал, что после захвата Бездны Шрайка деньги потекут к нам рекой. Все эти жадные до чужого добра пиратские бароны, главы преступных картелей и скользкие до невозможности представители корпораций, все они по достоинству оценят те преимущества, которые им может предложить Империя. Федерация и Альянс – это нищебродские партнеры. Все деньги остались у нас. И потому я прошу расширить полномочия генерала Петровского. Он должен получить все что запросит, любые ресурсы, лишь бы удержать систему под нашим контролем.

Болисарий глубоко задумался, обдумывая услышанное. Наконец он заговорил:

-Хорошо, я Вас услышал и принял ваши рекомендации. Адмирал Антоний Граций и впрямь становится обузой - его любопытство может вывести на слишком много неудобных фактов. Я отправлю его на пенсию и назначу Арминия Красса новым главнокомандующим флотом.

Мордашов довольно заулыбался, потирая ручки. Фридман же поморщился:

-Но Красс и впрямь никудышный стратег и к тому же пьяница. Не опасаетесь ли вы, что он развалит флот окончательно? Империя держится лишь на двух китах – на армии и космофлоте.

Болисарий отмахнулся:

-Это временное решение. Кроме того, у меня есть вы - мои умелые советники. Вы будете вести Красса, как ребенка за ручку, и направлять его куда следует. С этим вы справитесь, я надеюсь? Армия и не должна любить своего адмирала иначе он может сгоряча решить, что с такой поддержкой за спиной способен на многое, даже бросить вызов своему сюзерену.

Ротенберг согласно закивал с видом важности:

-Истинная мудрость, Ваше Величество, мы возьмем это на себя. Флот будет только ширмой, за которой останется ваша власть.

-Что касается генерала Петровского, - продолжил император, - то я предоставлю ему самые широкие полномочия и все необходимые военные ресурсы. Цитадель станет нашим новым источником богатства и главным аванпостом для экспансии всего пространства Пангеи.

Мордашов расплылся в довольной ухмылке:

-Вот это разумный подход, Кони! Мы обчистим до нитки всех этих пиратских баронов и контрабандистов. Федерация и Альянс и не заметят, как все сливки снимут наши люди.

-Не торопитесь делить шкуру неубитого медведя, барон, - осадил его Болисарий. - Сначала нужно утвердить мое чрезвычайное положение. Иначе эти сенаторы-идеалисты попытаются всё испортить своими дурацкими законопроектами. Они могут и меня сместить. В теории.

Фридман поежился:

-Но введение диктатуры - это крайняя мера, сир. Не опасаетесь ли вы народных волнений?

Болисарий расхохотался:

-Волнений? Да плебс будет только счастлив, когда я объявлю войну коррупции и предательства, а также тем, кто выпадет из моей обоймы! Намек понятен? - Он встал и прошелся по комнате, любуясь картинами и скульптурами. - -Я дам народу то, чего они жаждут больше всего - железную хватку правителя, наводящего порядок. А потом, опьяненные кровью, граждане сами вручат мне всю полноту власти. И тогда... нас с вами ждет высшая цель!

Болисарий остановился, его глаза загорелись алчным блеском:

-Тогда вся галактика станет нашей вотчиной господа, а ее богатства - моей собственностью! И никакие жалкие законы, и выборы уже не смогут мне помешать!

Троица, ошеломленная безудержными амбициями императора, даже замерла от удивления. Мордашов похлопал в ладоши, расплываясь в одобрительной ухмылке.

-Рады услужить, сир. А теперь к плохим новостям. Я не шутил, когда сказал, что в Империи заканчиваются деньги. Бездна Шрайка и другие смелые стартапы – это хорошо, но этого недостаточно. Есть у меня одна идея, которая в случае успеха, обеспечить нас… точнее Империю, бесконечным количеством денег. Дело рискованное, но оно того стоит. Настоящая золотая жила.

- Я весь внимание, барон. Заинтриговали.

- Не буду ходить вокруг да около, это система Стикс, с ее червоточиной. Кто контролирует транспортный коридор между «Млечным Путем» и «Андромедой», тот держит в руках бесконечные ресурсы. Конечно, это приведет к определенным трениям с беллатрианцами, но я уверяю вас друзья, что накопленных сил хватит чтобы раз и навсегда отбить у этих выскочек охоту влезать в наши дела и помогать нашим недругам. Этим мы убиваем двух зайцев за раз – получаем контроль над червоточиной и навсегда изгоняем с шахматной доски фигуру Иерархов Беллатри.

Фридман и Роттенберг согласно закивали, соглашаясь с бароном.

- Напасть на беллатрианцев? – Болисарий был шокирован услышанным. – Вы в своем уме, любезный барон? Это самое безумное и нелепое предложение, какое только можно было придумать. В каком воспаленном сознании вообще могла родится эта идея? Иерархия придерживается нейтралитета. Да, они помогает нашим врагам, но и про нас не забывают. Не вижу выгоды. На мой взгляд открывать еще один фронт — это абсолютнейшее безумие.

-Вы не понимаете, сир, - уверенно продолжил барон, - Беллатрианцы не просто помогают нашим врагам, они тайно готовят их флотилии против нас. Они хотят, чтобы мы ослабли, чтобы в будущем самим захватить нашу территорию. Мы получили достоверную информацию об их тайных планах – о внезапном нападении на Империю, так что это лишь вопрос времени. Если мы не опередим их, то в будущем можем пожалеть об упущенной возможности.

Герцог Фридман и маркграф Ротенберг снова кивнули в поддержку слов барона. Император Болисарий внимательно слушал их аргументы, но все еще колебался.

-Я все еще сомневаюсь, - сказал он, - Это может привести к полномасштабной войне с Беллатрианцами, на радость остальным звездным фракциям. Мы готовы к такому раскладу?

-Сир, - ответил маркграф Ротенберг, - Наша армия никогда не была так сильна, как сейчас. Мы готовы к любым вызовам. Кроме того, если мы захватим систему Стикс, мы получим не только контроль над червоточиной, но и доступ к ресурсам Андромеды. Это сделает нас непобедимыми. Конечно, поначалу будут трудности. Беллатрианцы не сдадутся без боя, но! У нас имеется секретное оружие «Прототип» и новые технологии. Они принесут нам победу, не сомневайтесь.

-И еще одно преимущество, сир, - быстро добавил Фридман, - Если мы быстро разделаемся с беллатрианцами, другие расы увидят нашу силу и авторитет. Это укрепит наш статус лидера в галактике. Операция по принуждению Иерархии к миру будет молниеносной и быстрой. Если изволите мы введем Вас в курс дела и расскажем, о чем речь. Скучно не будет.

Император Болисарий долго молчал, взвешивая все "за" и "против". Он знал, что это рискованная авантюра, но если им удастся захватить систему Стикс, то это изменит баланс сил в галактике в их пользу. Все основные силы беллатрианцев находятся на Андромеде, а значит с захватом червоточины, Империя заблокирует их в другой галактике, перерезав единственный путь снабжения и обеспечения. Может и выгореть, если это супероружие не подведет.

-Хорошо, - сказал он наконец, - Мы нападем на Беллатрианцев внезапно, как и предлагаете. Но это должно оставаться в строжайшей тайне. Никто, кроме нас, не должен знать о подготовке.

Барон Мордашов, герцог Фридман и маркграф Ротенберг согласно кивали каждому слову, понимая важность секретности этой операции. Они покинули комнату, оставив императора одного с его мыслями. Все они осознавали, что перед Империей тяжелое испытание, от которого зависело ее дальнейшее существование. Пока что император новой Империи Тысячи Солнц номинальная фигура, но, если он достигнет великих успехов, не посрамит ее величие, оставит память об этой великой победе на века, то перед ним откроются двери народной любви.

Император медленно шёл по своему роскошному дворцу и мучительно размышлял. Он был окружен слугами, придворными и лакеями, но чувствовал себя одиноким и всеми покинутым. Он знал, что все эти люди - или льстецы или его будущие палачи. Его взгляд потерянно скользил по роскошным картинам, дорогим скульптурам и золотым украшениям, по искусно декорированным стенам и потолкам дворца. Шаги звучали оглушительно и зловеще в тишине. Он знал, что многие из его придворных боялись его, но он также знал, что многие из них мечтали о его смерти. Он был окружен врагами, даже в своем собственном дворце.

Остановившись перед большим зеркалом посмотрел на свое отражение. Его лицо выглядело измученным, а глаза были пусты. Он помнил, как когда-то они горели энтузиазмом, когда он впервые взошел на трон. Но теперь все его мечты разбились о суровую реальность.

-"Я не могу доверять никому, - думал он, - я должен быть всегда начеку. Я должен быть сильным, я должен быть беспощадным. Только так я смогу выжить среди волков."

Император зашел в свой рабочий кабинет и со злостью стал снимать надоевшие до чертиков тяжелые наплечники и другие элементы доспеха, оставив лишь нагрудник. Он знал, что долгий и тяжелый путь еще впереди. Но он был готов идти до конца, даже если это означало идти по головам и телам еще вчерашних компаньонов и союзников, благодаря которым он взошел на трон.

За окном громко заиграл военный оркестр под радостные выкрики толпы.

Выйдя на балкон, Болисарий с грустью принялся наблюдать за военным парадом, который проходил на центральной площади перед его дворцом. Солдаты, разодетые в алые и зеленые парадные кинетические доспехи, торжественно чеканя шаг, маршировали стройными рядами. Тяжелая военная техника, грохоча гусеницами по мостовой, двигалась чуть позади резервистов. Целое море пестрых флагов и штандартов прославленных полков и дивизий гордо полоскались и хлопали на ветру, вызывай восторг у зрителей.

-"Эти люди, эти солдаты, - размышлял Болисарий, - готовы отдать свою жизнь за Империю, но не за меня. Многие из них никогда не вернутся домой. Они умрут на поле боя, далеко от своих семей и друзей. И все это из-за моей жажды власти, из-за моей ненависти к моим врагам."

Взгляд Болисария упал на технику, которая торжественно проезжала мимо. Он знал, что она была самой современной и лучшей, которую только могла создать имперская промышленность. Но он также знал, что это не гарантия победы. Он слишком часто видел, как многие из его солдат в прошлом погибли, несмотря на превосходство в технике.

-"Эта война, - продолжал думать Болисарий, - уже стоила мне слишком дорого. Я потерял так много людей, так много друзей. Но я не могу остановиться сейчас на пол дороге. Я должен продолжать, пока не одержу полную победу. Иначе все эти жертвы будут напрасными."

Он взглянул на дальние горизонты, где за могучими стальными шпилями, небо сливалось с морем. Он думал о том, как красива была эта планета, когда он впервые увидел ее. Но теперь она была лишь еще одним полем битвы в его бесконечной войне. Очередным трамплином власти.

-"Я надеюсь, однажды все это закончится. Я надеюсь, что когда-нибудь я смогу вернуться сюда и насладиться красотой этой планеты в мире и спокойствии. Но пока это лишь мечта."

Император отошел от балкона и вернулся в свой кабинет, готовясь к следующему военному совету. Он знал, что долгий и тяжелый путь еще впереди. Но он был готов идти до конца, даже если это означало отправить еще больше людей на смерть и принять непопулярные законы.

-"Империя превыше всего, я сделаю все, что нужно, чтобы защитить ее. Даже если это означает стать монстром для одних, спасителем и защитником для других."

Держа в руках папку с надписью: «Совершенно секретно», Болисарий невольно улыбнулся, прочитав заголовок на первой странице – «Вихрь Таранис. Перспективные вооружения». Но сейчас его мысли были далеки от этого, они были сосредоточены на новой столице Федерации, расположенной в туманности Геликс. Этот древний мир, когда-то носивший совсем другое имя, являлся прародиной тех существ, что создали когда-то Первую версию Империи тысячи солнц. Родной мир таинственного Вечного императора. Для того, чтобы найти информацию об этой первородной силе, потребовались годы напряженной работы, безумные расходы и полная секретность. Многие поплатились жизнью из-за того, что не умели держать язык за зубами.

Болисарий быстро отодвинул от себя секретную документацию и, чуть подумав, достал из ящика стола металлический ящик. В нем хранилась его самая большая и ценная реликвия – кусок высушенной человеческой кожи с таинственными оккультными татуировками и знаками, которые ни одна вычислительная машина, даже самая мощная, не может распознать и декодировать. По преданиям, эта кожа с головы - все что осталось от Вечного Императора. Даже спустя столетия, от этой вещи веяло силой и страхом. Генетики подтвердили принадлежность этого артефакта, выявив очень странный генетический код, способный на бесконечную репликацию.

Кожа была холодной и шероховатой на ощупь, и Болисарий мог ощущать, как она слегка вибрирует от заключенной в ней энергии. Татуировки и знаки на ней были нанесены с таким мастерством, что они казались частью самой кожи. Они извивались и переплетались друг с другом, создавая сложный и пугающий узор. Болисарий часами мог рассматривать этот узор, пытаясь разобраться в его тайне, но всегда терпел неудачу.

Каждый раз, когда Болисарий прикасался к этой коже, он ощущал странное чувство, смесь трепета и волнения. Он знал, что в его руках находится что-то действительно мощное и опасное. Сила, заключенная в артефакте может быть использована для построения нового мира, или для разрушения старого. И он знал, что решение будет принимать он, здесь и сейчас.

Вызвав по селектору личного доктора, Болисарий приказал:

- Доктор Суфир, готовьтесь к операции по пересадке нашего артефакта, как Вы и предлагали. А еще сообщите моей дорогой супруге леди Равенне что я в ближайшие несколько недель буду сильно занят и не смогу видеться с ней и с нашим наследником. Время не ждет. Приступайте.

Система Бездна Шрайка. Цитадель.

Резиденция имперского наместника

Нервно выкуривая одну сигарету за другой, генерал Сергей Петровский сквозь полуспущенные металлические жалюзи наблюдал за процедурой пыток и дознания пленных террористов. Его мрачные глаза были прикованы к сцене, разыгрывающейся перед ним. Он все еще не мог поверить, что эти люди, в основном яги, решились напасть на конвой. На Цитадели никто и никогда не жаловал ягов, а теперь они подняли голову и стали угрожать самому генералу.

Едва не проиграв в этой смертельной игре, Петровский впервые ощутил тревожные звоночки. Ему повезло, что разведка вовремя доложила о готовящемся покушении, и он избежал смерти. Но боевой конвой, в котором он должен был ехать, был уничтожен в полном составе в жаркой перестрелке в районе Заккери. Несмотря на мощное охранение, почти все машины были сожжены, и многие из его солдат погибли. Вероятно, на каком-то этапе произошла утечка информации и сейчас в приоритете найти стукача, слившего информацию о времени движения машин с ценным грузом технеция, так необходимого Империи.

Террористы-боевики полегли при налете почти в полном составе, но выживших удалось оперативно догнать и доставить в первый отдел имперской контрразведки. Теперь они находились под стражей и подвергались жесткому допросу с применением пыток и спецсредств для развязывания языков. Петровский знал, что это была жестокая, но необходимая мера. Он должен был узнать, кто стоял за этим нападением чтобы предотвратить будущие атаки.

Генерал уронил сигарету на пол и сердито раздавив ногой. Его сердце все еще билось от волнения и гнева. Война только начинается, и ему предстоит пройти еще множество испытаний. На каждую террористическую акцию, был необходим достойный и жестокий ответ. Первой целью станет руководство подпольного сопротивления «Фронта освобождения». Разведка выяснила где засели эти мятежники и сейчас как раз готовились нанести серию ударов по их оперативным штабам и базам снабжения. Но был нюанс, который его беспокоил больше всего.

Петровский подозревал, что за этим нападением стоит Полина Роквуд – предыдущий администратор, отстраненный от власти беллатрианцами. Он не мог допустить, чтобы Полина вернулась к власти и продолжила свою разрушительную деятельность. Он догадывался, что она была по-прежнему опасна и что она не остановится ни перед чем, чтобы добиться своей цели. Слишком многие сильные мира сего отзываются о ней с нескрываемой симпатией. Будет совсем некстати если именно она станет новым лидером и символом сопротивления. Еще слишком свежи воспоминания о том, как Полина долгие годы единолично управляла Цитаделью, как держала порядок в кулаке и как она предала Альянс Систем, сбежав со своим мужем с награбленным у Синдиката солом. Петровский догадывался, что эта женщина была способна на многое, чтобы вернуться к прежней власти, и что она не остановится ни перед чем, чтобы уничтожить его. Он решил, что должен действовать немедленно. Он не мог позволить себе ждать, пока Роквуд соберет свои силы и нанесет новый удар в самое уязвимое место. Он должен найти ее и уничтожить, прежде чем она сможет причинить еще больший ущерб.

Первым делом требовалось усилить охрану Цитадели и всех стратегических объектов империи. Головорезы Полины будет пытаться нащупать слабые места в обороне, и что она будет использовать все возможные средства, чтобы точечными ударами обескровить их.

- Генерал, радиограмма с Калипсо с пометкой «Срочно». Из имперской канцелярии.

- Спасибо, Андре. – поблагодарил Петровский адъютанта. – Принеси мне еще кофе.

- Да, сир.

- И организуй мне кортеж до «Адского пекла». Я решил там поужинать и провести вечер.

- Сию минуту, сир. Предупредить госпожу Т’салли о Вашем визите?

- Не нужно. Пусть для нее это станет приятным сюрприз. Она это любит.

Генерал придвинул к себе рабочий терминал и первым делом ознакомился с радиограммой.

“Дорогой Сергей!

В свете последних событий и беспорядков на Цитадели, вызванных действиями мятежников и экстремистски настроенных элементов, хочу заверить тебя в полной поддержке со стороны императора, Сената и народа Империи. Болисарий I выразил глубокую озабоченность и осудил любые попытки внешних сил дестабилизировать ситуацию и посягнуть на власть нового законного имперского наместника Цитадели.

Ты можешь рассчитывать на любые ресурсы, необходимые для подавления мятежа и восстановления порядка. Наши военные силы, финансы и стратегические запасы находятся в твоем полном распоряжении. Используй их по своему усмотрению для нейтрализации угрозы, исходящей от террористов и их сообщников из числа гражданских. Никакой пощады к врагам!

Главное условие - обеспечить бесперебойный приток денег и редких минералов на Калипсо. Пока это требование выполняются, мы будем оказывать тебе всестороннюю помощь в борьбе с любыми врагами и их теневыми спонсорами. О проблемах сообщай незамедлительно.

Удачи в решении этого деликатного вопроса. Рассчитываю на твой профессионализм, хладнокровие и преданность делу. Вскоре к тебе прибудут запрошенные тобой резервы.

С уважением, кузен Элай М.”

Петровский внимательно перечитал радиограмму, прихлебывая горячий кофе принесенный адъютантом. Поддержка ресурсами экспедиционного корпуса критически важна. Теперь, когда он мог рассчитывать на военные резервы и финансирование, можно и расширить влияние. Но взамен придется обеспечить стабильные поставки редких полезных ископаемых и как следует потрясти местных царьков и преступные синдикаты. Сделка, достойная самого дьявола, но выбора нет и шутки с императором всегда плохо заканчивались. Высокое доверие императора налагало большую ответственность, но также открывало новые возможности и перспективы.

Генерал быстро набросал в уме план действий. Первым делом необходимо усилить оборону стратегических объектов - Цитадели, космопортов, верфей, хранилищ оружия, воинских казарм и припасов. Он отдаст приказ стянуть дополнительные силы, развернуть ракетные батареи и активировать системы ПВО. Ни один корабль мятежников не должен пройти незамеченным.

Затем с новыми резервами он организует зачистку станции от банд головорезов и наемников, которых наверняка завербовала Роквуд. Нужно выявить и обезвредить все ячейки сопротивления, не оставив Полине ни единого шанса. Ее людей будут безжалостно преследовать и уничтожать, а на захваченных пленных и дальше применять "усиленные методы допроса".

Генерал припомнил старые оперативные данные - у Полины в прошлом имелись обширные связи в преступном мире, тайные убежища и значительные финансовые ресурсы. Чтобы выкурить эту хитрую бестию из норы, придется привлечь лучших аналитиков, агентов и охотников за головами. Любой ценой, но Полину нужно найти и уничтожить именно сейчас, пока она слаба.

Размышляя об этом, генерал ощутил прилив уверенности. Он сделает все возможное, чтобы раз и навсегда избавиться от угрозы, которую представляла Роквуд. Эта дамочка еще не раз убедится, что в этом мире не всё можно решить лишь деньгами. Власть на стороне сильных.

Быстро допив кофе и выкурив очередную сигарету, Петровский решительно встал из-за стола.

Пора приступать к реализации плана. Но сначала - ужин в "Адском пекле" в компании прелестной Юноны Т'салли. Он заслужил короткую передышку перед решающей битвой.

Генерал вызвал адъютанта:

- Андре, через десять минут жду кортеж у главного входа. И пусть эскорт возьмет с собой парочку легких танков - мало ли какие сюрпризы возникнут по дороге.

Юноны Т'салли как раз заканчивала передачу информации на личный информер Полины Роквуд, когда пришел тревожный сигнал от Зиркаса. К ресторану приближается кортеж генерала, а значит самое время заканчивать с передачей и выходить встречать высокого гостя.

Поспешно спустившись в главный зал ресторана, Юнона сделала знак оркестру сменить мелодию на более чувственную и томную. Мягкие переливы музыки и полумрак создавали настроение интимности и расслабленности. Она кивнула метрдотелю, и тот начал ненавязчиво рассаживать посетителей по другим столикам, освобождая наиболее укромный альков.

Вскоре в главном зале появился генерал Петровский в сопровождении адъютанта и вооруженной охраны. Юнона с лучезарной улыбкой направилась ему навстречу, изящно покачивая бедрами. Сверкая роскошным платьем Юнона старалась произвести впечатление.

-Добро пожаловать в "Адское Пекло", генерал! - она улыбнулась и протянула руку для поцелуя. - Какая честь снова видеть вас в моем скромном заведении.

-Прелестная Юнона, - Петровский галантно коснулся губами ее запястья, а потом не удержался и привлек ее к себе. - Я не мог упустить случая насладиться вашим гостеприимством. Война войной, но и война надоедает. Где нам можно приземлится за столик?

-Для вас, генерал, самый уединенный альков и самое лучшее шампанское, - промурлыкала Т'салли, ловко вывернувшись из объятий и прошептав. – Сергей, не здесь и не сейчас.

Под завораживающие звуки музыки они прошли к потайному алькову, увитому живыми лозами экзотических растений. Метрдотель ловко убрал лишние кресла, оставив лишь удобный диванчик у низкого столика. Учтиво поклонившись, быстро удалился.

-Прошу, устраивайтесь поудобнее, - Юнона лукаво улыбнулась Петровскому. - Я лично подам шампанское и закажу самые изысканные блюда.

Оставив охрану снаружи, генерал кивнул адъютанту и прошел в альков, с интересом оглядываясь по сторонам. Юнона задержалась у входа, бросив многообещающий взгляд, и поспешила распорядиться насчет угощений. В ее планах было хорошенько развлечь и расслабить Петровского этим вечером, пока у нее есть возможность. А позже она сможет передать Полине все, что удастся узнать из разговора. В порыве страстей Сергей терял контроль над языком.

Юнона вернулась в альков, ловко удерживая в руках серебряный поднос с хрустальным ведерком для охлаждения шампанского и двумя изящными бокалами. Она опустилась рядом с Петровским на диванчик и, склонив голову набок, кокетливо улыбнулась.

-Ваше здоровье, генерал, - она грациозно разлила игристое вино. - Расскажите, как обстоят дела на Цитадели после этих... неприятных инцидентов? Я сегодня всю ночь не могла уснуть, от этого жуткого грохота перестрелок практически под моими окнами. Вы разобрались с негодяями?

Петровский отхлебнул шампанского и поудобнее устроился, позволив себе слегка расслабиться под действием музыки, полумрака и соблазнительного взгляда Юноны.

-Ситуация накалена до предела моя дорогая, но я приложу максимум усилий, чтобы этой ночью тебе спалось особенно спокойно, - Петровский положил руку на обнаженное бедро Юноны и стал его гладить, поднимаясь все выше к разрезу платья. - Эта мерзавка Роквуд и ее приспешники ужасно осложняют мне жизнь. Мерзкая интриганка никак не успокоится.

-О, не будем об этом, - Юнона на мгновение замерла, а потом сжала бедрами его руку, слишком высоко вторгнувшуюся в ее промежность. - Сегодня ты мой желанный гость Сергей. Позволь мне отвлечь тебя от тревог и забот, но прежде прими заверения в любви.

Она наклонилась ближе, и их губы встретились в нежном поцелуе. Петровский с жаром обнял ее за талию, притягивая к себе. Под ненавязчивые переливы музыки их поцелуй становился все более страстным. Юнона мастерски расслабляла и соблазняла генерала, постепенно увлекая его в водоворот чувственных ласк и наслаждения. Включив поле приватности, парочка со смехом стала быстро избавляться от одежды, чувственно переплетая обнаженные тела.

Чуть позже, когда первая жаркая страсть была утолена и они лежали, тесно прижавшись друг к другу уже на шелковых простынях в личных покоях Юноны. Она нежно целовала его грудь, а он с удовольствием запускал пальцы в ее фиолетовые локоны и собирал их в кулаке. Тяжело дыша, генерал уверенно пригибал голову девушки все ниже и ниже, пока не задохнулся и не затрепетал от удовольствия ощутив ее страстные и горячие губы на своей мужской гордости.

-Ты просто волшебница, Юнона, - шептал Петровский, наблюдая за равномерными раскачиваниями ее головы. - Я снова готов к битве, дорогая. Что бы я делал без тебя? Лишь только ты одна скрашиваешь мое пребывание в этом ужасном месте. Я знаю, ты здесь родилась и считаешь Цитадель своим домом, но, когда это все закончится, я непременно заберу тебя с собой на Калипсо. Приятный золотистый загар и лучшие пляжи Империи пойдут нам обоим на пользу. Заглатывай глубже! Вот так! Больше страсти! Еще! Еще! Да! Молодец!

Т'салли промурлыкала что-то одобрительное, уже планируя, какие подробности из этой ночи она передаст Полине, но тут половой орган генерала задрожал, задергался и буквально взорвался у нее во рту вязким фонтаном, из-за чего она чуть не поперхнулась, но мужественно сдержала рвотный порыв. Снова надев на лицо дежурную улыбку, легла рядом с человеком.

- Мне нужная твоя помощь Юнона.

- Все что в моих силах, мой повелитель. Чего изволите еще?

Юнона игриво запустила ладонь ему в промежность и тут же нежно сжала в ладони мужскую гордость Петровского, отчего генералу со смехом пришлось буквально спасаться бегством.

- Ненасытная чертовка, я про другое. Так я могу на тебя рассчитывать?

- Я не солдат и не суперагент, а всего лишь любовница. Но я попробую. Что нужно сделать?

- Мне жизненно необходимо чтобы ты передала членам «Фронта освобождения» о перемирии и переговорах. Я знаю, что в ресторане бывают их эмиссары и посредники, а ты как заботливая и гостеприимная хозяйка не можешь им отказать в оном желании. И правильно делаешь, все как я тебя учил. Скажи им, генерал готов к диалогу о мире на их условиях. Но нападения на конвои и шахты должны прекратится. Если им мало моего слова, я готов сделать жест великодушия и доброй воли – отпущу из тюрем политзаключенных, их товарищей и единомышленников. Сделать это нужно прямо сейчас, не откладывая на завтра.

- Почему они должны меня послушать? Я стараюсь держатся подальше от политики и мой бизнес не должен становится ареной для разборок.

Генерал встал с кровати и стал быстро одеваться, кидая на ируланку хитрые взгляды.

- Ну раз к тебе прислушивается сама Полина Роквуд, то и террористы послушают.

Юнона поняла, что ее раскрыли, и на мгновение ее лицо застыло в гримасе страха и обеспокоенности. Однако генерал Петровский не выглядел по-настоящему разгневанным, скорее слегка насмешливым и самодовольным.

-Не трать силы на отрицания, милая, - он ухмыльнулся, застегивая мундир. - Я знал с самого начала, что ты работаешь на Роквуд и сливаешь ей информацию обо мне. Это было очевидно.

Юнона расслабилась и тоже позволила себе усмешку.

-Ну что ж, ты меня раскусил, хитрец. Да, Полина выходила со мной на связь и просила быть посредником. Но я просто выполняла работу, ничего личного. Таковы законы бизнеса.

-Разумеется-разумеется, - Петровский галантно подал ей халат. - Я не в обиде, просто хотел убедиться в твоей искренности. Твоя двойная игра забавляет. Точнее забавляла до вчерашнего дня, когда я чуть не угодил под перекрестный огонь, в котором потерял три взвода солдат.

Юнона быстро запахнула халат и бросила на генерала хмурый взгляд.

-Так что же ты теперь будешь делать? Арестуешь меня? Допросишь с пристрастием?

Юнона соблазнительно выгнула бедра и провела ладонями по своим грудям.

- Наденешь на меня наручники?

Петровский рассмеялся и отрицательно покачал головой.

-Нет-нет, что ты. Мне выгодно, чтобы ты осталась на своем месте и продолжала шпионить для Роквуд. Но теперь ты будешь делать это для меня. Понятно? Не забывай кто тебя кормит.

- Планы внутри планов? Как интересно.

Он приблизился и обнял Юнону за талию, заглядывая ей в глаза.

-Я хочу, чтобы ты передала Полине кое-какое особое послание от меня.

Глаза Т'салли вспыхнули интересом. Ее голос стал напряженным.

- И что же мне ей передать?

- Дословно. Что генерал Петровский трусливый и бесхребетный слизняк, который только и мечтает о том, как поскорее убраться с Цитадели, но сделает это не раньше, чем разнесет эту станцию на мелкие кусочки и уже отдал приказ саперам начать минирование Нексуса. Раз не получается распутать этот проклятый Гордиев узел, то я скорее разрублю его мечом, чем просто так отдам кому не попадя. Мои условия таковы – все добываемые на Нексусе и в Бездне Шрайка полезные ископаемые Полина будет продавать империи на выгодных условиях, но часть денег - пол процента с продажи руды - оставлять мне. Атаки боевиков на инфраструктуру с сегодняшнего дня должны прекратится, как и покушения на мою жизнь. Ты остаешься при своем – моими глазами и ушами в «Адском пекле». Все довольны. Все счастливы. Мне даже не интересно кто будет администратором Цитадели. Это уже на усмотрение Роквуд.

- А что если Полина откажется? Фронт освобождения точно откажется.

- В таком случае, ее любимая Цитадель превратится в облако пыли. Если Роквуд не может договорится и убедить Фронт действовать с ней сообща или отступить, тогда пусть примет соответствующие меры и сама их устранит. Я не буду мешать, более того окажу содействие.

Генерал, одернув китель, внезапно достал из кобуры лучемет и с улыбкой протянул Юноне.

- Возьми. На удачу. Но прежде чем выстрелить мне в спину, усвой простую вещь – меня можно застрелить, но неизвестно кого пришлют на мое место и как этот некто будет строить с тобой диалог. Если сделаешь все правильно, я тебя не забуду. Предложение поселиться вблизи золотого пляжа в имперской столице все еще актуально. Сообщи мне об итогах переговоров и тут же перезвони. Адиос моя дорогая. Не растрать свои таланты попусту.

Генерал, с уверенной улыбкой на лице, повернулся и вышел из комнаты, оставив Юнону одну. Ируланка взяла с опаской лучемет, а затем быстро спрятала его в тумбочку.

Довольный собой генерал запрыгнул в командную машину у входа, где его с нетерпением дожидался адъютант. Машина тихо покатилась по улицам Цитадели, а следом за ней последовал вооруженный до зубов кортеж из пяти бронетранспортеров и двух легких танков.

Адъютант неуверенно спросил:

-Сир, вы уверены, что нам стоит доверять Юноне? Она же работает на Роквуд.

Петровский, не отрывая задумчивого взгляда от окна, спокойно ответил:

-Да, Андре, в этом вся и соль. Именно поэтому она идеально нам подходит. Юнона наша единственная связь с Роквуд и Фронтом освобождения и должна сделать правильный выбор. Если мы хотим закончить это бесконечное, никому не нужное противостояние, после чего наладить добычу полезных ископаемых, нужно использовать все доступные нам средства, включая подкуп. Мне и вправду все равно кто будет королем или королевой этого несчастного куска скалы, главное, чтобы он умел находить общий язык с криминальными авторитетами и синдикатами.

Адъютант кивнул, хотя и не скрывал своей обеспокоенности.

-А если Роквуд откажется от Вашего пряника? Что если она уже сделала свой выбор?

Генерал Петровский повернулся к адъютанту, его глаза были холодны и решительны.

-Тогда мы будем вынуждены прибегнуть к более решительным мерам – к кнуту. Но я очень надеюсь, что эти интриганки правильно меня поймут, что это лучшее предложение, какое они только могут получить в данной ситуации. Я по-прежнему могу легко уничтожить Цитадель, вот пусть и не забывают об этом ни на одну минуту. Сила на моей стороне.

- Вы сильно рискуете. Вдруг они решат, что Вы блефуете и не посмеете взорвать Цитадель?

- Тогда у меня для них плохие новости. Припасен козырь и это не боевой флот империи. До меня дошли слухи о возвращении в обитаемый Пузырь флотилий пиратских баронов так называемых «Детей Рагнара». Проиграв ряд сражений против Селены, теперь они, поджав хвосты вынуждены навсегда покинуть Колыбель Сигурда. Их сильно помятая жизнью орда, по приглашению нашего любимого императора, согласилась осесть в Бездне Шрайка. Так что тут выбор прост – либо мы собираем дань с шахтеров, либо эти отъявленные и отбитые на всю голову мерзавцы. И пусть Роквуд выбирает, кто ей наиболее симпатичен. Дети Рагнара прибудут сюда примерно через два года, а до этого момента наш флот будет дежурить в системе. Но вишенка на торте – вне зависимости от ее выбора, пираты все равно останутся и будут лояльны Империи.

Петровский не удержавшись рассмеялся, представляя лицо Полины.

- Блестящий план, сир. Какие наши дальнейшие действия?

- Наслаждаться представлением Андре и запасаться попкорном. Пусть Фронт освобождения и наемники Полины будут настолько жадными что уничтожат друг друга в погоне за властью, а мы добьем победителя этих крысиных бегов. Пусть Полина сколько угодно присылает сюда своих наемников с Дотума, чем больше – тем лучше. Пока имперский флот держит под контролем всю систему, любые политические амбиции Роквуд – пустой звук и сладкие грезы. Будет очень хорошо если эта белобрысая гадина самолично явится на Цитадель, явит, так сказать, свой лик народу. Я с радостью организую ей встречу с соратниками…в камере допроса первой службы имперской безопасности, а потом лично препровожу в последний путь – в крематорий. А пока не началась настоящая потеха, приглядывай за моей сладкой девочкой. Когда все это закончится, она непременно составит компанию Полине на допросах. Предателей я не жалую, даже если у них ангельская мордашка и самые меркантильные побуждения.

В течении последующей недели на Цитадель стали беспрерывно прибывать транспортные корабли с Дотума, полные наемников в полном боевом снаряжении, со своим оружием и техникой. Петровский, как и обещал, не мешал боевикам Полины закрепится на станции. Выделив им казармы и поставив на довольствие, генерал приказал всем подконтрольным имперским силам не вмешиваться в их работу, а всячески содействовать при атаках на Фронт освобождения.

Невозмутимыми наемниками командовал свирепый дотумец по имени Грюнт. Этот трехметрового роста гигант, с головы до ног обвешанный оружием, внушал ужас одним своим видом, и мало находилось желающих встать у него на пути. На станцию следом за ним прибыло примерно три тысячи его соотечественников из десяти самых известных и почтенных семей с Дотума. Они сразу в первый же день втянулись в затяжные бои по всем направлениям, выкуривая ягов из многочисленных шахт и выработок. Защищенные самой лучшей и технически передовой кинетической броней, наемники словно живые танки наступали, сокрушая все на своем пути.

Петровский не мог нарадоваться происходящим событиям, потирая руки во время чтения новостей об очередной перестрелке или убийствах, в результате которой Фронт освобождения ежедневно терял десятки и сотни своих лучших бойцов. Дотумцы загнали последних ягов в старые выработки, где заблокировали им все пути отступления и готовились раздавить их в одном крупном и решительном наступлении.

Грюнт обратился к генералу за помощью, попросив выделить ему для атаки все доступные танки и бронетехнику имперцев. Петровский недолго думая благодушно согласился, отдав приказ экипажам боевых машин всячески поддерживать наемников во время штурма укреплений ягов. Он самолично явился на командный пункт Цитадели, чтобы не упустить ни единой детали.

Адъютант накрыл для генерала небольшой столик, принес кофе с коньяком. Так же на командном пункте присутствовали все высшие офицеры, приглашенные по такому случаю при полном параде. Представление обещало стать захватывающим и очень интересным. Всем не терпелось увидеть финал и развязку давнего конфликта.

Грохот рычащих двигателей танков сотряс Цитадель, когда бронированные машины имперцев выдвинулись на боевые позиции. Сталь скрежетала по металлу, пока мощные орудия наводились на цели. В воздухе повисло напряженное ожидание большого кровопролития.

Грюнт, возвышаясь подобно горе, взревел боевой клич на родном дотумском наречии. Этот рев подхватили тысячи глоток его соратников. Звериный вопль сотряс шахты и туннели, отражаясь от стен гулким эхом. Атака началась, как и планировалась.

Наемники ринулись вперед, сокрушая все на своем пути. Кинетические доспехи делали их неуязвимыми для обычного оружия. Первые заградительные баррикады Фронта были сметены, будто карточные домики под тяжестью этой плотной лавины брони и мышц.

Внутри шахт завязались ожесточенные схватки. Грохот выстрелов и лязг сталкивающегося оружия отдавались громовым эхом. Дотумцы безжалостно выкуривали ягов из каждого укрытия, используя термит и огнеметы. Клубы дыма и пламя освещали искаженные яростью лица воинов.

Имперские танки прокладывали путь сквозь последние баррикады, расчищая дорогу для наемников и инженерной техники. Плазменные снаряды сотрясали станцию, разнося укрепления в клочья. Бетон и сталь не могли устоять против этой концентрированной мощи.

Яги дрогнули и побежали, спасаясь от неминуемого уничтожения. Но для многих было уже слишком поздно. Дотумцы преследовали их по пятам, вырезая любого, кто попадался на пути. Кровь и ошметки плоти летели во все стороны в этой безумной резне...

Танки имперцев вырвались вперед, охваченные общим азартом, экипажи машин преследовали ягов по пятам. Мощные двигатели рычали, выбрасывая клубы дыма, а гусеницы со скрежетом дробили камень, высекая искры. Позади них, как неудержимое море, следовали дотумские наемники, их боевой клич, дикий и пронзительный, разлетался по всей Цитадели, заставляя сердца всех, кто слышал его, биться от страха.

Грюнт, их неустрашимый лидер, возглавлял атаку, его фигура выделялась среди остальных, как скала среди волн. Он был неудержим, его глаза горели жаждой победы, а мощный голос побуждал своих соотечественников к решительным действиям.

Бой развернувшийся внутри шахт Цитадели быстро превратился в настоящий ад. Темные коридоры, узкие и извилистые, превратились в лабиринт смерти, где каждый поворот мог стать последним. Световые вспышки от выстрелов освещали стены шахт, создавая мрачную и пугающую атмосферу. Звуки боя, эхом отдававшиеся в туннелях, порождали страшный хор из рёва оружия, криков раненых и стонов умирающих.

Генерал Петровский наблюдал за всем затаив дыхание в предвкушении легкой победы, его глаза горели удовлетворением. Он был в восторге от того, как разворачивалось сражение, как легко его план претворялся к жизни. Он знал, что победа близка, и он заранее себя поздравил.

Адъютант едва успевал подливать ему кофе с коньяком, а офицеры, присутствовавшие на командном пункте, с нетерпением ждали окончания боя. Все были в приподнятом настроении, весь командный пункт был наполнен напряженным ожиданием и волнением.

Полковник Рыбаков сияя от счастья, отдал честь и протянул генералу руку.

- Примите мои поздравления, генерал! Это блестящая стратегическая операция.

- Организованная в том числе и Вашим отделом контрразведки, мой друг. Только благодаря вам и вашим оперативникам удалось выявить и загнать в ловушку этих животных.

- Надеюсь это будет отражено в вашем отчете императору?

Петровский благодушно рассмеялся, закуривая сигарету и выпуская дым к потолку.

- Разумеется, Захар Кириллович. Все причастные к этой операции будут представлены к высоким правительственным наградам. Уж никого не обделит своим вниманием наш государь.

- Генерал, возникла небольшая проблема.

- В чем дело, Андре? – Петровский с неудовольствием обернулся.

- Потеряна связь с диспетчерской службой космопорта.

- Может быть авария или диверсия на линиях связи?

- Мы выясняем причины. Комендантский взвод выехал на место.

Петровский быстрым шагом подошел к мониторам и принялся с неудовольствием выводить на экран разные локации станции, ощутив тревожное покалывание под ложечкой.

С виду все как обычно, только вызывало удивление отсутствие патрулей на улицах станции. Внезапно генерал застыл от удивления и до хруста сжал кулаки.

На главной посадочной площадке приземлились сразу шесть вместительных шаттлов в расцветке «Кровавой стаи». Из них выбрались уже знакомые ему персонажи – Сарен и его многочисленные родственники, а с ними в компании находилась слишком известная ему фигура в белоснежном боевом экзокомплекте М-9 – Полина Роквуд собственной персоны.

- Таки пожаловала, наглая бестия. Ну, добро пожаловать.

- Генерал! Наемники атаковали наши силы!

- Что? Где именно?

Над головой взывала сирена тревоги, офицеры тут же забегали. Поднялась паника.

Генерал Петровский, увидев, что происходит, вскочил со своего места, его глаза горели яростью. Он не мог поверить, что все его планы рухнули в прах. Он понял, что был обманут, и это только усилило его гнев. Он начал отдавать запоздалые приказы, пытаясь как-то исправить ситуацию, но было уже слишком поздно.

Атака была молниеносной и неожиданной. Наемники, используя свою передовую технику и оружие, быстро захватили узлы связи, прервав тем самым все коммуникации между имперцами. Затем они атаковали командные пункты, сея хаос и панику среди офицеров. Имперские солдаты, застигнутые врасплох, не успевали опомниться и оказать должное сопротивление.

В то же время ушедшая в шахты группа наемников атаковала бронетехнику имперцев. Они использовали термитные гранаты и огнеметы, превращая мощные танки в горящие обломки. Густые клубы дыма застилали поле боя, смешиваясь с криками раненых и стонами умирающих.

Бои на Цитадели стали еще более ожесточенными и интенсивными. Имперские солдаты, поняв, что их предали, пошли в бой с еще большим остервенением, но были отброшены. Они сражались до последнего, пытаясь защитить свою станцию. Но наемники были лучше вооружены и лучше организованы. Они методично уничтожали всех, кто вставал у них на пути.

Петровский, стоя на командном пункте, наблюдал за всем этим с бешенством в глазах. Он понимал, что его карьера разрушена, что он потерял все, за что боролся. Он хотел отомстить, но не знал, как. Он был бессилен против этого неожиданного предательского удара в спину.

- Андре, прикажи немедленно эвакуировать весь штаб на линейные корабли. И мне плевать что не хватает машин, мне нужен боевой конвой здесь и сейчас! Мы покидаем Цитадель. Объяви всеобщую эвакуацию. Игра еще не окончена!

Мимо пробежали тяжеловооруженные отряды имперских гренадеров и штурмовиков, таща на плечах тяжелые скорострельные орудия и гранатометы. Дотумцы захватив танки и инженерные машины поддержки, в данный момент возвращались из выработок, с ходу атаковав командный пункт где находился Петровский со своим штабом. Снаряды с глухим стуком рикошетили от металлических стен форпоста, после чего оглушительно взрывались, вызывая обвалы.

- Быстрее, - поторапливал генерал, лихорадочно сметая на пол информационные кристаллы и с хрустом давя их сапогами. – Все секретные документы уничтожить! Не понимаю на что они рассчитывают, наш флот по-прежнему держит систему под контролем. Даже захватив всю Цитадель, это не принесет Полине никакой пользы. Мы с легкостью отобьем станцию обратно, как только перегруппируемся. Что я упустил? Чего я не учел?

- Генерал, приходят тревожные известия от адмирала Элиссара.

- Андре, только не говори, что еще и наши корабли подверглись атаке!

- Пока еще нет, но адмирал докладывает о приближении к Цитадели огромного объединённого флота халифата и Ирассианского конкордата. Они пятикратно превосходят нас по численности в тяжелых кораблях и десятикратно по средним и легким. Это катастрофа, сир!

- Что ты сказал? – Петровский схватил адъютанта за плечи. - Повтори!

- Арконский князь Эль-лес Тапани приказывает нам сдаться, обещая почетные условия плена. Гарантирует жизнь и неприкосновенность боевых штандартов. Он хочет только выкуп.

- Я этому не верю! Этого не может быть! Включи трансляцию. Я хочу это услышать.

-"Ассаламу алейкум, командование имперского флота и гарнизон Цитадели. Я, Арконский князь Эль-лес Тапани из высокородного Дома Меланта Шея Тапани, обращаюсь к вам с призывом сложить оружие и сдаться. Мы понимаем, что вы выполняете свой воинский долг перед империей, но сейчас ситуация изменилась. Наша объединенная армия превосходит вас по численности и мощи. Продолжение сопротивления приведет только к ненужным жертвам и разрушениям. Мы гарантируем жизнь и неприкосновенность всем солдатам и офицерам, кто сложит оружие. Вы будете встречены нами с уважением и согласно всем нормам галактического права. Ваши боевые штандарты останутся не тронутыми. Военнопленные будут возвращены домой, после обмена и выплаты бакшиша. Это не поражение, а шанс на мирное разрешение конфликта. Это ваш единственный шанс прекратить кровопролитие и начать процесс примирения. Я призываю вас, как разумных и честных людей, принять мое предложение. Сложите оружие и присоединитесь к нам в стремлении к миру и стабильности во всем регионе. В противном случае будем вынуждены стереть в порошок вашу эскадру. Ждем вашего ответа. Арконский князь Эль-лес шейх Тапани."

- Боже, что я натворил? – Петровский невольно сел на стул обхватив голову.

Только сейчас до него дошло как хитро и элегантно обставила его Полина, обхитрив самым простым и примитивным способом. Это не укладывалось в голове что он сам, собственными руками открыл ей дорогу на станцию, да еще и помог устранить всех ее конкурентов.

- Сир, нам нужно уходить! – взмолился адъютант. – Мятежники через пару минут будут уже здесь. Наши люди не смогут их долго удерживать. Умоляю, вставайте! Машины уже ждут!

Петровский, потрясенный новостями, словно во сне, ведомый под руку двумя солдатами забрался внутрь бронемашины где уже было тесно от офицеров. Все они были бледные от страха.

Однако, их преследовали не собирались отпускать их так просто. Дотумцы стреляли по конвою из каждого переулка, окна или подворотни. Энергоразряды и снаряды из портативных пусковых установок градом обрушились на машины сопровождения, подбив сразу три. Все, кто пытался выбраться из горящего корпуса были мгновенно срезаны снайперскими очередями.

Остатки трех потрепанных конвоев с боями пробивались через узкие улочки и туннели, пытаясь выйти и объединиться с блокированными соединениями армии, но дотумцы были слишком быстры и умелы. Они хитроумно загоняли добычу прямо в заблаговременно подготовленный капкан, и потому, все выходы к космодрому и частным взлетным площадкам были надежно перекрыты. Петровский прекрасно понимал, что его конец близок, что он проиграл, и теперь должен был заплатить за всё то зло, что он причинил обитателям Цитадели. Он был готов к смерти, и был готов встретить ее с достоинством. Но прежде, нужно было вернуть один старый должок. Вернуть его человеку, который стал тем самым катализатором, что привел к катастрофе.

Приказав остановится на главной площади перед рестораном «Адское пекло», генерал решил создать здесь оборонительный рубеж до подхода подкреплений. Все местные жители либо попрятались по своим квартирам и офисам, либо примкнули к мятежникам с оружием в руках.

- Почему мы не двигаемся дальше? Нам нельзя здесь оставаться! – вопрошал полковник Рыбаков нервно озираясь по сторонам и видя врагов в каждой тени.

- Потому что, все дороги к шаттлам перекрыты либо захвачены, и мы в ловушке, идиот! Выстраивайте из машин баррикады. Призовите сюда всех наших сторонников. Всех, кто способен отстаивать интересы империи с оружием в руках. Нам сейчас любые союзники пригодятся.

Сердито поднимаясь по ступеням к позолоченным дверям ресторана, генерал подметил что никто не открыл их перед ним и не проводил к его любимому столику. Тогда толкнув двери, он неожиданно легко попал в холл где никого не было и даже не играла такая привычная электронная музыка. Стояла оглушительная тишина словно это место давно покинули все живые.

Вытащив из кобуры лучевой пистолет, генерал зашел в главный зал и замер на месте, увидев стоящих напротив друг друга Полину и Юнону. Последняя испуганно охнула и непроизвольно отступила назад, с надеждой обернувшись к спутнице за поддержкой.

- А, вот и герой-дня собственной персоны! Поприветствуем! – Полина язвительно рассмеялась и стала скупо аплодировать даже, не сделав попытки достать из кобуры пистолет и всем видом выражая презрение и надменность. – Дамы и господа, встречайте бравого вояку, самолично открывшего ворота Рима перед моей варварской ордой. Не бойся Юнона, этот человек уже давно политический труп. Представляю в какую ярость придет император, узнав об утрате Бездны Шрайка. На месте генерала я бы крепко подумала о смене сюзерена.

Петровский с яростным блеском глаз поднял пистолет и направил в лицо Полине.

- Ты думаешь, что ты меня обыграла? Большая ошибка. Этот фокус с флотом халифата – отличная задумка, но ты не знаешь того что знаю я. Ты не удержишь эту систему без империи!

- Это ты про флот «Детей Рагнара»? – Полина театрально подавила зевок и снова язвительно рассмеялась. – Ты так и не понял? Все это одна большая дезинформация и мистификация, которую твоя разведка заглотнула и даже не поперхнулась. Пришлось как следует попотеть, выдумывая эту легенду, а также заплатить кругленькую сумму денег кое кому из вашей разведки. Да кому вообще интересна твоя гнилая Империя, Сергей? Кучка циничных, зажравшихся жуликов во главе, захвативших власть с помощью вранья на волне всеобщего патриотического подъёма. На что вообще способна твоя Империя? Даже Альянс Систем был вынужден мириться с нами, но ты, отчего то решил, что у тебя хватит сил отобрать у меня Цитадель. Она моя и ничья более!

- Иди к дьяволу Роквуд, дьявольское отродье! Да, я умру, но и ты вместе со мной!

Петровский стал без устали яростно давить на курок, стреляя в ненавистную белую фигуру. И стрелял до тех пор, пока не разрядилась энергоячейка. Силовое поле Полины, после каждого попадания, вспыхивала бледной полусферой вокруг ее тела, легко отражая все выстрелы. Лучи из пистолета рикошетили по сторонам, дырявя стены, мониторы и столы. Кое-где вспыхнул пожар, который Юнона стала быстро тушить водой из массивных ваз с цветами.

- Прекращай меня смешить, Сергей. Я пришла сюда не на цирковое представление любоваться. У меня к тебе деловое предложение. Отныне будешь работать на меня и лишь в этом случае ты выйдешь отсюда живым. Начнешь упрямится и пытаться набить себе цену, вот этот парень поднимет тебя над полом и легко оторвет обе твои ноги, после чего проделает тоже с руками, оставив голову на десерт. Ты его кажется называл «мой любимый людоед».

Из темноты коридора позади Полины с глухими шагами появился угрюмый Грюнт – предводитель наемников и с рыком шагнул было к генералу, но тонкая белая рука его остановила.

- Не время для новых трупов. Все его люди снаружи обезврежены? Очень хорошо. Генерал низложен и более не представляет угрозы. Ну и какой твой ответ, Сергей? Только не ошибись.

Полина презрительно скрестила руки на груди, не сводя взгляда с Петровского.

-Говори или будешь визжать как свинья на вертеле.

- Хорошо, твоя взяла.

Петровский в ярости бросил пистолет к ногам Полины, после чего она медленно подняла оружие и с улыбкой спрятала в свой нагрудный подсумок.

- В коллекцию личных трофеев. Меня устроила бы и твоя голова в комплекте, но раз ты принял мои условия. Грюнт, сообщи солдатам генерала что он сдался в плен. И если они не желают и дальше напрасно умирать во имя непонятных мне идеалов и своих недалеких, тщеславных руководителей, они все немедленно сложат оружие и последуют примеру генерала. С адмиралом Элиссаром я поговорю сама. Если я позволю ему покинуть систему без боя, он с радостью ухватится за любую возможность сохранить корабли и жизни своих экипажей. В любом случае флотилии халифата останутся в системе на постоянном дежурстве до особых распоряжений. Эль-лес Тапани расстроится тому что не удалось нажиться на мародерстве, но я уверена, уже вскоре, с моей подачи, он посетит парочку имперских систем если император и дальше будет упорствовать. Это станет уроком для Болисария. На чужой каравай рот не разевай. Иди.

Грюнт подозрительно окинув взглядом генерала, тихо рыкнул «Да, госпожа» и гулко бухая ногами по полу скрылся во тьме коридора.

- Ну, а теперь, пожмем друг другу руки, компаньон.

Полина все с той же очаровательной улыбкой подошла к Петровскому и протянула руку.

- Не нужно ему доверять. Он настоящее животное. – Напряженно сказала Юнона.

- Ну же милая, не стоит драматизировать, теперь его можно даже с рук кормить…

Петровский, с яростью и отчаянием в глазах, внезапно выхватил вибролезвие из-за голенища сапога и молниеносно бросился на Полину, сбив ее с ног. Больше всего на свете он хотел убить ее, отомстить за все унижения и обман. Ненависть клубилась перед глазами алым туманом.

-Я охотнее пожму руку дьяволу, чем такой сучке как ты!

Вибролезвие медленно прошло сквозь поле и до середины погрузилось в правый бок Полины. Раздался крик боли и грязные ругательства так несвойственные женщине. Генерал ликовал.

-Ты дурак, Сергей, если думаешь, что, убив меня, отыграешь все назад.

- Меня и собачья смерть удовлетворит, подлая змея! – Петровский потея от усердия вновь навалился всем телом на нож, пытаясь продавить силовое поле в районе груди целя в сердце. Острие проткнуло маленькую серебристую коробочку персонального щита и поле исчезло.

Придавив Полину к полу, генерал не сразу понял, что именно ударило его сзади по затылку, а когда удивленно перевел взгляд на Юнону с изумлением увидел в ее руках окровавленный пистолет, который сам же и отдал этой подлой предательнице. Воспользовавшись ситуации Юнона подкралась и ударила его рукоятью по затылку, но не рассчитала сил и лишь разозлила.

Двинув Полину тяжелым кулаком по прекрасному лицу, а потом еще добавив пару раз под дых сапогом, медленно встал и на плохо гнущихся ногах направился к ней, держа перед собой клинок. Юнона, держа генерала на прицеле пистолета, медленно отступала, глотая слезы.

- Отдай мне это, милая. Ну же, просто верни и я все прощу. Ты ведь не выстрелишь в меня?

Юнона закричала и стала давить на курок, но ничего не произошло. Ловко выхватив у нее из рук пистолет, Петровский приставил ствол к ее груди и хрипло рассмеялся.

- Неужели ты думаешь, я отдал бы тебе оружие, способное выстрелить в меня? Одна ошибка и ты ошиблась. Прощай любовь моя.

Раздался приглушенный хлопок выстрела и энергоразряд пробил навылет тело Юноны, которая судорожно дыша, медленно сползла на пол обнимая ноги генерала.

Раздался второй выстрел, более громкий и голова генерала разлетелась на части, окатив пол и стены фонтаном из крови и фрагментов мозга. Тело завалилось на бок и пару раз дернувшись более не подавало признаков жизни. На полу под ним быстро росла огромная лужа крови.

- Чертов фанатик и ублюдок. – Полина спрятала пистолет обратно в кобуру, и держась за правый бок подошла к неподвижной Юноне. Медленно склонилась над телом, ощутив, как в уголках глазах что-то подозрительно защипало, а горло перехватил стальной обруч.

Девушка была мертва. Заряд полностью испепелил ее сердце и часть позвоночника.

На шум борьбы и выстрелов прибежала парочка наемников, злобно зыркая и водя по сторонам стволами лучеметов.

-Хозяйка, с тобой все в порядке? Ты ранена?

- Обошлось, на этот раз. Автоматическая аптечка уже зашила рану на боку. – Полина отерла тыльной стороной ладони кровь с губ и сплюнула на пол сгусток крови с неудовольствием пробормотав. – Губу разбил, сучара. Жаль я тебя сразу не порешила, меднолобый болван.

- Что делать с трупами?

- Тот что без башки немедленно вышвырните с Цитадели в обычном пластике, чтоб глаза мои его не видели. Собаке собачья смерть. А Юнону похороните как положено - через торжественное кремированние и захоронение пепла в колумбарии Цитадели как положено воину. Я знала ее семью много лет. Знаю, что ее сестра Кри лишь обрадуется этой новости, тем не менее оповестите ее и скажите, что Юнона спасла мою жизнь и тем самым искупила все свои грехи.

- Будет сделано. Люди снаружи требуют вашего присутствия на площади.

Полина согласно кивнула и чуть помедлив вышла из ресторана, в последний раз окинув взором ируланку, от которой меньше всего ожидала героических подвигов. На улице у входа ее встретили громкие аплодисменты и ликование толпы. Она была победителем, и теперь Цитадель была ее. Она была хозяйкой этого места, и она была готова править им справедливо и мудро.

Полина взглянула на своих людей, на своих верных солдат, и улыбнулась им. Она была горда ими, и она была горда тем, что они сражались рядом с ней до конца.

- Мои друзья, - начала она. - Мы победили! Мы одержали долгожданную победу над империей, и теперь Цитадель снова свободна и открыта для всех кто придет сюда с миром!

Толпа взревела от ликования, и Полина устало улыбнулась. Подняв руку, призвала к тишине.

-Мы откроем новую страницу истории, - продолжила она, ощущая душевный подъем. - Мы начнем новую жизнь, свободную от тиранов и угнетателей. Мы построим новый мир, мир в котором справедливость и равенство не пустой звук. И пусть любой агрессор, кто захочет прийти с оружием на Цитадель прежде вспомнит наше предупреждение – он может отобрать у нас наш дом, но он никогда не отберет у нас свободу! То урок тиранам и негодяям!

Толпа взорвалась аплодисментами, буквально сходя с ума и беснуясь.

-Да здравствует свобода! - закричала Полина. - Да здравствует Цитадель!

-Да здравствует свобода! Да здравствует Цитадель! Да здравствует Полина Роквуд! – без устали скандировали все, кто собрался на площади. Даже невозмутимые обычно дотумцы не удержались и внесли свои громовые кличи в общий шум.

Подхватив на руки с виду хрупкую, белоснежную фигуру с развевающимися платиновыми волосами, они подняли ее высоко над толпой о понесли в сторону административного центра. Толпа последовала за ними, быстро затопив все улицы района Заккери. Из окон по пояс выглядывали ликующие граждане, разбрасывая в воздухе конфетти и размахивая официальными знаменами и штандартами Цитадели. Все обитатели станции находились в приподнятом настроении словно проснувшись после кошмарного сна, вспоминая с дрожью то недолгое время, что здесь всем заправляла империя, насаждая свои чудовищные законы и порядки.

Двигающаяся следом за толпой гражданская строительная техника, ловко убирала с улиц дымящиеся остовы подбитых танков и бронемашин, тела убитых солдат обеих сторон и сгребала отвалами стеклянные фрагменты зданий и куски железобетона, после попаданий в здания ракет и снарядов. Постепенно разворачивалась большая уборка, в которой каждый гражданин Цитадели считал своим долгом и обязанностью учувствовать без лишних на то напоминаний. Ликование толпы не утихало по мере продвижения к административному центру. Фигура Полины, высоко поднятая над головами, стала символом освобождения от имперского гнета. Люди всюду приветствовали ее как героиню, чей подвиг вдохновил всех на восстание против захватчиков.

В административном здании ее торжественно встретили временные члены Совета Цитадели из зажиточных слоев, представлявших большой бизнес. Они с почтением окружили Полину.

-Граждане Цитадели, уважаемые члены Совета! - произнесла она звенящим голосом. - Сегодня мы сообща скинули оковы имперской тирании! Но впереди предстоит долгий путь по восстановлению нашего общего дома и укреплению свободы. Я клянусь приложить все свои силы и отдать все свое свободное время служению Цитадели и ее народу!

- Вот уж не думал, что буду рад снова тебя видеть, Роквуд. Только мы вздохнули с облегчением как ты снова тут как тут, какая неугомонная.

Высокий, худощавый пожилой мужчина с белоснежными волосами до плеч обнял Полину.

- Арсен Варгон, я тоже не думала вновь увидеть сих славных мужей, отметившихся в этом месте множеством славных подвигов и добрых дел. Вижу вы в полном составе как прежде – Ксандар, Лирой, Таргон! Не похоже, что империя смогла сломить вас и подчинить себе.

Ксандар, Лирой и Таргон - три верных помощника Полины, которые многие годы служили ей прежде с преданностью и отвагой. Полина улыбнулась и обняла каждого из них. Она была счастлива видеть своих старых помощников много лет верой и правдой служивших ей, пока беллатраинцы хитростью не отстранили ее от прежней власти, выдавив со станции вместе с инвесторами.

Ксандар – мускулистый, пожилой мужчина все еще атлетического телосложения, отличающийся неукротимым духом и неумолимой решимостью. Он отважный воин и талантливый стратег, который не раз доказывал свою ценность в битвах против врагов Цитадели.

Лирой - пожилой толстяк с печальным взором, но с очень живым умом и изобретательностью. Он гений техники и компьютерных систем, который не раз спасал Цитадель от опасностей, угрожавших ей со стороны агентов Альянса Систем.

Таргон - высокий, стройный мужчина с пронзительным взглядом и непоколебимым характером. Красавец и образец мужественности! Он мастер шпионажа и диверсий, который не раз проникал в ряды заговорщиков и добывал ценную информацию для Цитадели.

Все трое - не только верные помощники Полины, но и ее друзья, которые всегда готовы отдать все свои силы и время служению Цитадели и ее народу. Они - настоящая опора Полины в ее борьбе за свободу и независимость Цитадели от любого агрессора.

-Мы с тобой, Полина, - сказал Ксандар. - Мы всегда были с тобой, и всегда будем хранить верность только тебе. Мы готовы отдать все свои силы и время служению Цитадели и ее народу!

- Когда старая гвардия собирается вместе, нашим врагам лучше бежать без оглядки. – Полина подошла к огромной голографической карте, на которой была отражена трехмерная модель Цитадели внутри астероидного поля с отметками кораблей обеих сторон. – Вы успели нейтрализовать саперов Петровского до того, как они заминировали реактор станции?

- Операция по нейтрализации прошла очень хорошо, саперы даже не успели приступить к закладке взрывчатки. – похвастался Лирой. – Как ты об этом догадалась?

- Как вы помните, агенты ГОРа уже пытались в прошлом провернуть подобный фокус и потому это первое что приходит мне на ум. Если все оборонительные системы Цитадели работоспособны и полностью функционируют, предлагаю не откладывать и начать генеральное сражение, тем более адмирал Элиссар и не думает отводить флот, вместо этого выстроив его в боевые порядки. Сообщите Эль-Лесу Тапани что предложение халифата отклонено, и он может приступать к атаке на имперцев. Цитадель поддержит его своими орудиями. Все знают, что им делать?

Троица молча кивнула и не теряя времени зря отправились в те места Цитадели, где от них будет больше всего пользы. Все они как истинные профессионалы знали, что делать.

- Арсен Варгон, с чего посоветуешь начать? – Полина склонилась над схемой Цитадели.

- Имперский флот не принимает нас во внимание и потому слишком опрометчиво повернулся к нам правым боком. Грех не воспользоваться их ошибкой. Нужно ударить сейчас.

Полина кивнула в ответ на слова Арсена.

-Отличная идея. Мы непременно воспользуемся этой оплошностью. Но прежде чем атаковать, нам нужно обеспечить нашу оборону. Убедитесь, что все наши щиты подняты и орудия готовы к бою. И еще, поручите нашим истребителям патрулировать периметр Цитадели, чтобы предотвратить любые попытки имперцев прорваться к нам с тыла. Не люблю сюрпризов.

Арсен кивнул и отдал приказы необходимым людям. Затем он вернулся к Полине и продолжил обсуждение стратегии боя.

-Мы должны сосредоточить наш огонь на их флагмане. Если мы уничтожим его, имперский флот потеряет координацию и станет гораздо уязвимее. Кроме того, мы должны попытаться отрезать их от линий снабжения, чтобы они не могли получить подкрепление или восполнить запасы. Сейчас их транспорты – лакомая добыча и они остались в нашем тылу. Прикажи своим головорезам взять их на абордаж и в случае успеха мы захватим ценные военные ресурсы так необходимые нам в столь сложный час. Но прежде, навяжем имперцам ближний бой с кораблями халифата. Пока они будут заняты выбиванием друг из друга пыли мы захватим транспорты.

Полина обернулась к Грюнту, который едва заметно склонил голову в знак одобрения.

- Все понял, что делать? Начнем. Варгон, открывайте огонь как будете готовы.

Самое главное оружие Цитадели - рельсотроны, которые были размещены на ее поверхности в особых выдвижных шахтах, сразу же начали стрелять по имперским кораблям. Первый выстрел был произведен по флагману имперского флота, и он попал прямо в цель. Мощный взрыв затронул нос корабля, и он начал медленно дрейфовать в сторону под прикрытие крейсеров.

Другие рельсотроны также начали ожесточенно обстреливать корабли, и каждый выстрел наносил огромный урон сопоставимый с попаданием тактической термоядерной боеголовки мощностью в пять мегатон. Щиты кораблей не могли долго противостоять подобной огневой мощи и один за другим стали выходить из боя. Имперский флот начал терять монолитность. В боевых порядках появились бреши, в которые устремились истребители халифата.

Однако имперский флот не собирался сдаваться так просто. Их корабли начали маневрировать, пытаясь избежать выстрелов рельсотронов. Они также начали отвечать огнем из своих орудий, но их выстрелы были неточными и не наносили значительного урона Цитадели.

Вокруг Цитадели закипело настоящее космическое сражение, с яркими вспышками, разлетающимися обломками кораблей, которые пытались уклоняться от ракет. Истребители халифата, под управлением опытных пилотов, легко пролетали сквозь астероидное поле, преследуя отступившие имперские корабли, а рельсотроны Цитадели продолжали наносить точные и мощные удары по флагману, который к тому времени полностью утратил управление и стал для имперцев скорее обузой, чем полезным придатком.

В космосе не было никакого звука, но битва была такой напряженной и ожесточенной, что казалось, будто можно было услышать рёв двигателей, грохот взрывов и крики пилотов. Имперцы не собирались сдаваться и потому лишь усиливали натиск двигаясь напролом к Нексусу. Вероятно, престарелый адмирал решил погибнуть в бою, но заодно геройски утянуть за собой на тот свет и Цитадель со всеми ее обитателями.

Адмирал Элиссар, опытный ветеран многих битв с рахнидами, с мрачным видом наблюдал за разворачивающимся сражением на мостике своего подбитого флагмана. Обломки разрушенных кораблей кружились в открытом космосе, словно жуткие памятники павшим воинам.

-Приказываю всем оставшимся силам сосредоточить огонь на этих проклятых рельсотронах! - прогремел его голос в эфире. -Они становятся слишком опасными. Мы должны любой ценой вывести их из строя! Используйте свои главные орудия!

Крейсера и линкоры открыли бешеную канонаду из всех стволов, пытаясь пробить брешь в могучей силовой защите Цитадели и уже через пятнадцать минут беспрерывного обстрела силовое поле стало проницаемым для особо мощных зарядов. Ослепительные вспышки озарили пространство, когда снаряды и ракеты разрывались на покрытой шрамами каменной поверхности станции, развернутой по случаю битвы своей самой толстой стороной где не было построек.

Внезапно один из рельсотронов, досаждавший флоту имперцев весь бой, исчез в яркой вспышке взрыва, следом еще три рельсотрона превратились в алые кратеры. Элиссар позволил себе тень удовлетворенной усмешки. Его бомбардиры были мастерами своего дела.

Но радость была недолгой. Из тени Цитадели вылетели несколько свежих эскадрилий истребителей и боевых корветов, жаждущих крови. Ловкие машины смерти, управляемые лучшими пилотами Цитадели, резво накрыли имперские корабли интенсивным огнем. Во втором и третьем эшелонах атакующих, пошли в бой тяжело бронированные линкоры халифата. Арконский князь Тапани бесстрашно ввел в бой основные свои силы, желая разом сокрушить и прорвать боевые порядки имперцев. Ему не терпелось приступить к разделу трофеев.

Сражение достигло своей кульминации. Линкоры и крейсера имперского флота продолжали обстреливать Цитадель, пытаясь пробить толстую шкуру астероида и фатально повредить саму станцию, но теперь они были окружены истребителями и корветами Цитадели, которые наносили им серьезный урон. Линкоры халифата, в свою очередь, начали атаковать имперские корабли со всех сторон, используя свое мощное вооружение, чтобы нанести максимальный урон.

Элиссар, понимая, что ситуация становится критической, приказал своим кораблям сосредоточить огонь на линкорах халифата. Но и это оказалось непростой задачей, так как истребители и корветы Цитадели не давали имперским кораблям возможности прицелиться. Флот халифата был чрезвычайно бронированным, но при этом очень маневренный. За весь бой Эль-Лес Тапани потерял всего дюжину средних кораблей и ни одного тяжелого.

Тем временем, на борту Цитадели Полина и ее команда напряженно наблюдали за сражением, пытаясь координировать действия всех подконтрольных сил. Они знали, что если имперский флот еще хоть пару минут продолжит целенаправленно бить в одну точку Нексуса, то Цитадель лишится своего главного преимущества в виде толстой каменной коры и тогда все для защитников будет закончено. Поэтому они приказали всем доступным рельсотроном продолжать обстрел имперских кораблей, пытаясь остановить их натиск.

В космосе повторно разгорелся настоящий адский замес где всё смешалось в кучу. Корабли обеих сторон вновь в упор обменялись залпами и ракетами, взрывы и огненные шары озарили пространство вокруг Цитадели. Истребители и корветы Цитадели продолжали атаковать имперские корабли, в то время как линкоры халифата ударили в тыл и по флангам, сжимая натиск.

Элиссар, видя, что ситуация становится все более критической, приказал своим кораблям начать отход. Но это было легче сказать, чем сделать. Истребители и корветы Цитадели преследовали их, не давая имперским кораблям возможности оторваться от преследования.

В конце концов, имперский флот был вынужден позорно бежать, бросив на произвол судьбы несколько десятков поврежденных и горящих крейсеров и линкоров. Цитадель и ее союзники одержали великую победу, но все понимали, что это была только первая битва в долгой войне.

- Полина, прими мои поздравления! – Варгон был растроган. – Ты даже не представляешь, сколь многие из нас обязаны тебе за эту своевременную помощь. Теперь имперцы десять раз подумают, прежде чем вновь засунут сюда свой длинный нос. Знатно мы его прищемили!

Молча наблюдая со стороны за ликованием друзей и соратников, Полина снова и снова возвращалась к тому моменту, когда чуть не погибла от рук Петровского и все из-за своей неуместной надменности и высокомерия по отношению к поверженному врагу.

- «И умирающая тварь способна больно укусить.».

Она вспомнила, как Юнона бросилась на Петровского, пытаясь спасти ее, и как тот безжалостно убил ее. Полина понимала, что виновата в ее смерти, ведь если бы она не была так самоуверенна и высокомерна, то не допустила бы, чтобы Петровский оказался так близко к ней.

В одном Полина солгала генералу – «Дети Рагнара» действительно возвращались обратно в Обитаемый Пузырь, она узнала об этом случайно от тех немногих пиратов, кто смог вернутся и сообщить о неминуемом исходе из системы Колыбель Сигурда. Тогда в голове у Полины родился блестящий план как использовать эту информацию себе на пользу и ввести Петровского в заблуждение. Обитатели данной системы всегда были большой головной болью Бездны Шрайка, потому что подчинялись исключительно своим лихим главарям – баронам и более никому. У нее с пиратскими баронами в недалеком прошлом, всегда были непростые отношения. Иногда «Дети Рагнара» позволяли себе чрезмерное – промышляли в обход Цитадели продажей луковой головки Лукана – мощнейшего наркотического нейротоксина, продаваемого тайком исключительно за полновесный сол. Так же эти головорезы не гнушались атаками на торговцев, разбоем, похищениями и вымогательством. И вот сейчас, по какой-то ей неведомой причине, они навсегда решили покинуть свои луны. Чтобы это ни было, оно оказалось пиратам не по зубам, а значит нужно готовится к неминуемой войне с этим неведомым нечто. С пиратскими баронами она как-нибудь договорится, а вот сила, способная изгнать пиратов, внушала серьезные опасения.