Страшные истории

— Подъём! Как тебя там? Вставай, давай!

От чужой хватки на плече я дёргаюсь как от удара током. Вскакиваю на скамейке, поднимаю лицо от сложенных на столе рук. Несколько секунд смотрю осоловело на человека перед собой. Пытаюсь сообразить кто я, что я, и зачем вообще существую? В воспалённый после сна мозг проникает гнусавый тонкий голос.

— Еще только раз попробуй уснуть! Я на тебя точно Марь Михалне настучу! — перед самым носом строго грозят пальцем. С силой протираю глаза, часто смаргиваю, краснея щеками со стыда. Надо ж было отрубиться на работе! Всё из-за соседского молокососа, что до четырёх утра орал, а мамаша его успокоить не могла.

— Что надо сказать?! — мой противный будильник всё стоит подле стола. Сложив руки на груди в зелёной рубашке, на меня сверху вниз смотрела Катька. Несимпатичная девушка, высоченная, худющая, с длинными руками-ногами и большой головой. Когда впервые увидел её, сравнил с самкой богомола. Серые глаза навыкате сверлили меня с ожиданием, накрашенные морковной помадой пухлые губы с претензией кривились.

— Извините, пожалуйста, я так больше не буду, — на выдохе отвечаю я, еле сдержавшись, чтоб раздражённо не закатить глаза. Катька ведь младше меня, соплячка совсем, но требует к себе уважения как к начальству. А она просто племянница шефа, которую взяли на работу в пиццерию на время летних каникул. Но спорить с этой наглой девчонкой себе дороже.

— Готовься, через пять минут поедешь на Гагарина 15, — бросила небрежно она, разворачиваясь на каблуках в сторону кухни. Я выругался беззвучно одними губами на Катьку. Ладно, хотя бы покайфую от долгой поездки на велосипеде, развеюсь от кошмарного сна.

С некоторого времени я обожаю кататься на велике. Тихое постукивание спиц колес и шуршание шин по асфальту успокаивают меня. Особенное удовольствие я ловил, когда ехал по городским улицам после летнего дождя. Мокрая земля так приятно пахнет, в воздухе еще висит прохладная свежесть. Крутишь педали, вдыхаешь этот влажный воздух, чувствуешь покой и умиротворение. Для большей пользы дела я устроился в пиццерию доставщиком. Зарплата вполне устраивает, тем более, если один живёшь. Да, я понимал, что долго на этой работе не задержусь. Нужно что-то более серьёзное. Но только не сейчас.

Снова сидеть в зале офиса, полного болтливых коллег? Нет, извините. Выслушивать, что там показали по телику, кто куда поедет в отпуска, кого застукали с кем в постели или того хуже, выслушивать чужие жалобы на жизнь? Нет-нет, увольте! Я еще не готов к этому. Мне нужен моральный отдых. Хочется побыть в одиночестве. Поэтому, быть доставщиком для меня пока самое оптимальное. Приехал, отдал человеку его заказ и распрощался с ним. Больше вы не увидитесь. Только если это не частый клиент. И то, он же не будет рассказывать доставщику, что ему насплетничала соседка по подъезду и прочее. А моим коллегам поварам и официантам на меня плевать с высокой колокольни. Я с ними практически не контактирую, просто принимаю заказ, адрес и сажусь на своего железного коня, ловить ветра...

Утром дорога открытая, чистая, и я не боялся прибавить газу. Проехал вдоль длинной многоэтажки, пересёк проезжую часть заезжая в парк с высокими хвоями. Намного приятней ехать по тропинке, усыпанной еловыми иголками и нюхать мягкий аромат, чем катить по пыльному асфальту. Для гуляк пока еще рано, но уже какой-то мужик тренировал на полянке здоровенного чёрного пса. Я немного напрягся, опасаясь, что зверюга без поводка и намордника сейчас помчиться за мной, но оба на меня даже внимания не обратили. Всё же я сбавил скорость.

Засмотревшись, как пёс приносит хозяину палку, я случайно проскочил мимо нужного поворота. Пришлось разворачиваться, возвращаться немного назад, чтоб выехать как раз к «зебре». Заехал во двор старых пятиэтажных домов, нашёл без труда нужный подъезд. Прицепил велосипед на противоугонный замок у низенького заборчика перед клумбой. Какая-то тётка в пёстром халате поливала яркие жёлтые цветы из шланга. Другой конец его тянулся через окно первого этажа.

— Здрасте! — неожиданно поздоровалась она, окидывая меня любопытным взглядом. Задержала его дольше на зелёном фирменном рюкзаке. — А домофон у нас не работает, открывайте просто дверь.

— Спасибо, — я сухо улыбнулся, дёрнув на себя заскрежетавшую несмазанными петлями дверь. После светлого дня тусклый подъезд показался слишком тёмным. Я чуть не запнулся о низкую ступеньку, проскользнув мимо старых почтовых ящичков. Подниматься нужно пешком на третий этаж без лифта. У нужной двери я перевёл дух, снял с плеч рюкзак, перечитал на телефоне, что именно заказывал клиент. Два раза нажал на свистящий звонок, вырисовал на лице стандартную приветливую улыбку.

— Сейчас-сейчас, — услышал с той стороны двери мужской голос.

— Здравствуйте, это «Гоу-гоу пицца». — Громко сказал я, чуть подавшись вперёд. Открыли мне далеко не сразу. Я уже подумал, что хозяин квартиры чем-то очень занят. Щёлкнул замок, железная чёрная дверь с тихим скрипом широко открылась. На миг я опешил, но быстро вернул себе добродушный вид. Заказчик был невысоким парнем на костылях. Правая нога крепко залеплена гипсом. Теперь понятно, чего я так долго ждал, когда откроют. На костылях еще попробуй научись скакать. У бабушки был как-то перелом берцовой кости со смещением…

— Ваша пицца «Маргарита», — я протянул широкую картонную коробку, вытащенную из термосумки. Замялся на секунду, прикидывая, как бедолага понесёт до стола свой заказ. — Давайте я помогу?

— Да, спасибо большое, — тускло улыбнувшись, парень неуклюже посторонился в маленькой прихожей. — Обувь не снимайте. Вот, сюда…

Я прошёл через коридор на кухню, слыша, как за спиной постукивают костыли. Поставил на мягкий табурет сумку, начал поочерёдно аккуратно выкладывать горячую ароматную еду, перечисляя её вслух. Конечно, парню трудно, вернее, практически невозможно в своём положении ходить в магазин за продуктами в отсутствие лифта. Надеюсь, он живёт не один, и о нём есть кому позаботиться. На свету в кухне бедняга выглядел болезненно. Измождённо, я бы сказал. Белки глаз покраснели от недосыпа, а тёмные круги под глазами сильнее выделялись на бледном лице. И смотрел он как-то мутно, словно и не обращал внимания на свой заказ.

— Всё, приятного вам аппетита! — сказал я, застёгивая опустевшую сумку обратно. Хозяин квартиры не ответил. Молча привалился спиной к косяку, глядя мимо меня в заляпанное разводами окно. Странный он какой-то. Наверное, депрессия у него из-за травмы. Ладно, на этом моя работа закончена. Оплата была по телефону, так что ждать мне больше нечего.

Я закинул сумку на плечо, хотел было шагнуть в коридор, но застыл от неожиданности. В прихожей стояла девушка. Совсем не слышал, когда она появилась там и теперь замерла в тени. Я ощущал на себе её недобрый взгляд исподлобья. Чего это она? Не хотела, что ли, делать заказ, и теперь вышла пострелять в меня злобно глазками? Ну, всякие люди бывают.

— Здравствуйте! — я буднично поприветствовал её, — я из «Гоу-гоу пиццы», привёз ваш за…

— Что? — парень на костылях встрепенулся, поднял на меня уже более осмысленный взгляд. Будто проснулся. Оглянулся через плечо в коридор, уставился обратно на меня с удивлением и непонятным страхом. — С кем ты говоришь?

— Как с кем?.. — я приподнял руку, чтоб указать на девушку. И тут меня проняло. Спина от затылка и до самого копчика похолодела. В висках заломило, как если бы кто-то давил на них острыми когтями. От осознания на лбу сразу выступила испарина. Не было в прихожей никакой девушки. Но она всё еще стояла там, сминая в пальцах ткань длинной юбки в крупных ярких цветах. И неотрывно смотрела на меня. Сделала плавный шаг вперёд, выходя ближе к свету. Подол юбки медленно покачнулся, приподнялся, оголяя бледно-серые колени. Тёмные густые волосы расплылись в стороны. Она шла ко мне как сквозь очень прозрачную воду. Мёртвая.

Господи, даже на работе доставщика пиццы я умудряюсь столкнуться с призраками! Видеть и слышать их начал в тринадцать лет, после смерти дедушки. Увидел его на нашей кухне на девятый день прямо как живого. Сначала я обрадовался, потом испугался, заплакал. Бабушка успокоила, пояснила, что у меня дар пробудился, передающийся мне по её линии. Она и обучала меня как овладеть этим даром, как правильно общаться с не упокоенными душами, помогать им или родственникам. Я приноровился, работал, так сказать, медиумом довольно долгое время, неплохо зарабатывая. Пока у меня не произошло выгорание года два назад...

Жёсткая рука вдруг хватает меня за плечо, крепко сжимает. Мне стоило не малых усилий, чтоб сдержаться и не заорать. Просто посмотреть на клиента, удивлённо приподнять брови. Будто совершенно ничего странного не происходит.

— С кем ты говоришь?! — повторил быстрым полушёпотом парень, вытаращив на меня глаза с суеверным ужасом. — Ты видишь её?!

Так, вот это уже плохо. Сейчас, блин, начнётся. Главное быть абсолютно спокойным! Делать старательно вид, что мы в квартире только вдвоём! Я как мог приветливо улыбнулся напуганному парню.

— Ни с кем. Вам показалось.

Она вышла из коридора на кухню. Проплыла неслышно между мной и клиентом, прямо сквозь его протянутую руку. С тихим оханьем парень отдёрнул её, покрутил в панике головой по сторонам. Он не увидел призрака, а только почувствовал ледяной холод при контакте. А я ненароком бросил быстрый взгляд на девушку. Милое еще детское личико, но безжизненно серое, с тёмными пятнами на щеках. Распущенные волосы покачивались невесомо над плечами, словно на воде. Застывшие белесые глаза смотрели пусто перед собой. Из глубоких порезов на запястьях вылетали крупные капли крови, похожие на рубиновые камни. Зависали на секунду в воздухе и растворялись алой дымкой.

— Ты же видишь её! — я успел отшатнуться от клиента, что во второй раз попытался схватить меня за плечо. — Видишь! Я же не сумасшедший?!

Он смотрел на меня с паническим отчаянием. Держался одной рукой за железный костыль, второй продолжал тянуться ко мне. Пришлось вжатья от него в холодильник. Повторить бедняге, что ему показалось, язык не поворачивался.

— Поговори с ней! — парень дёрнулся вперёд, опасно пошатнулся. Я поймал его за плечи, впечатал обратно в деревянный косяк, чтоб заказчик не растянулся со своей больной ногой на полу. Но сам же я попался в его цепкий захват. Теперь его дрожащие пальцы вцепились крепкой хваткой в мою фирменную куртку. Наши лица оказались близко, на одном уровне. Еще немного и носами столкнёмся. Глаза его широко распахнулись в ужасе, мольбе и крохотной надежде.

— Пожалуйста, поговори с ней! — затараторил он, сильнее сжимая плотную ткань куртки, так что я услышал треск какого-то шва. — Я не могу уже это терпеть! Скажи ей, что это не её дом!

Вот же чёрт... Я отвернулся в сторону окна. Она стояла перед ним, выглядывая на улицу сквозь тюлевую занавеску. Под лучами солнца через тело призрака едва просматривалась белая рама. Среагировав на наш разговор, девушка развернулся, закрыв на секунду лицо волосами, витающими над головой как клубок змей Медузы Горгоны. Юбка обвилась вокруг талии при повороте. Белая кофта на пуговицах надулась, открыв под низом светлую майку. На шее слабо шевелился чёрный шнурок с круглым зелёным украшением. Девушка разомкнула потемневшие губы.

— Это мой дом… — сипло проговорила она, с трудом произнося каждое слово. Взмахнула заторможено руками, подавшись вперёд, она закричала, широко раскрыв рот. — Это мой дом!

Как бы призрак ни старалась, её крик звучал как шёпот. Всё же она злится. Я ощутил волну холода и слабый аромат сырости, отчего волоски на руках и шее встали дыбом. Кажется, и клиент почувствовал то же самое – тихо невнятно проскулил, покрутил затравленно головой по сторонам. М-да, дамочка изрядно потрепала ему нервы. Вздохнув с раздражением и с обречённостью, я прикрыл ненадолго глаза, с силой помассировал веки. Когда взглянул обратно на окно, то девушка уже исчезла. Остались после неё только несколько алых капель плавно поднимающихся к потолку. Призрак не ушёл, он всё еще в квартире – теперь я её точно чувствую.

— Хорошо, — серьёзно сказал я, отметая все любезности, что присущи обычно для наших доставщиков. — Я вам помогу.

— Правда?.. — парень, наконец, отпустил меня, поражённо сморгнув. Сам, похоже, не ожидал, что я соглашусь на переговоры с призраком. Для убедительности он скромно спросил, — вы верите мне?

— Верю, — коротко буркнул я, поправив примятую куртку. Как же блин, не хочется этого делать. Но и оставлять бедолагу с его проблемой тоже нельзя. Так и до дурки недалеко. — Расскажите мне для начала всё, что знаете про эту… про призрака.

— А, да-да, конечно! — парень переставил костыли, тяжело подвинул себя ближе к столу. — Вы раздевайтесь, садитесь… Ой, простите, я вас, задерживаю? У вас же работа…

— Да ерунда, — со вздохом расстегнув молнию на куртке, я вышел в тёмную прихожую. Повесил одежду на вешалку, снял кроссовки и, по совету хозяина квартиры, надел резиновые шлёпки, что стояли на низенькой скамейке. Возвращаясь на кухню, я на ходу написал Катьке сообщение, что задержусь из-за «непредвиденных обстоятельств». Уверен, через пару минут начнёт названивать с воплями. Предвещая это, я поставил телефон на вибровызов.

— Так, давайте заново начнём, — я сел напротив клиента на мягкий кухонный стул. Теперь уже клиента медиума, блин. — Меня зовут Евгений.

— А-Антон, — с запинкой от волнения ответил парень.

— Хорошо, Антон. Вы ешьте, а то остынет, — я указал на картонные коробки с доставленной едой. Кивнув два раза, клиент, еще дрожащими от нервов пальцами открыл крышку на контейнере с салатом, распечатал коробку с ароматной пиццей. Предложил неожиданно мне угощаться, но я вежливо хоть и со смешком оказался.

— Как давно это началось? — начал я своеобразный допрос, сцепив руки в замок на столе. — Вы же не всю жизнь здесь живёте?

— Да, я переехал три месяца назад, — ответил Антон, неуверенно копаясь вилкой в салате. — Раньше здесь проживала семья с дочкой. Ей, вроде, только восемнадцать лет стукнуло, когда она... Я не знаю точно, то ли из-за парня, то ли из-за учёбы она покончила с собой. Залезла в ванную и порезала себе вены. Это я потом узнал от соседей. Родители не захотели здесь дальше жить, продали квартиру очень дёшево. И я вот… попался.

— Угу. Как именно стали проявляться паранормальные явления?

— Я, блин, если честно не могу точно сказать, когда это всё началось, — он виновато потупил взгляд. — Не сразу, где-то через неделю после переезда. У меня часто возникало ощущение, что за спиной стоит кто-то. В ванной на полу воду находил, думал, что кран протекает или сам набрызгал и не заметил. Потом двери начали сами собой открываться и закрываться. Ночью шаги слышал, шёпот какой-то. Я думал, это просто соседей слышно. А первый раз я её увидел, — он сглотнул, сделал паузу, не поднимая на меня глаз, — когда в душе мылся. Потянулся за полотенцем и вместо себя в зеркале увидел её. Перепугался, извините, до усрачки! Выскочил из ванны, поскользнулся на грёбаной луже и вот…

Клиент горестно, почти по театральному взмахнул рукой, указывая на белый гипс на ноге. Я сочувствующе кивнул Антону. Прекрасно понимаю его шок и ужас.

— И вот после этого она стала являться каждый день, — продолжил Антон с какой-то злостью насадив на вилку помидор черри и закинув его в рот. Не успев прожевать, он сказал сердито, — и никто из родни и друзей мне не верит! Один придурок даже начал про меня слух развозить, что я типа на чём-то сижу! Сволочь, блин…

— Вы знаете её имя?

— Аня.

— Она что-нибудь требует? Говорит что-то?

— Я слышал её шёпот, — парень передёрнул боязно плечами, наморщил нос, — она повторяет, что это её дом. Я говорил ей много раз, что она умерла, что теперь здесь живу я, но она никак не оставит меня в покое! Я не знаю уже, что делать. На новую квартиру денег уже нет. А куда я с переломом пойду?

— Не волнуйтесь, я разберусь, — я выдвинул стул, поднялся с готовностью из-за стола. Заметил, что Антон потянулся за костылями, прислонёнными в уголке, и спешно остановил его. — Да вы сидите, не напрягайтесь! Я, если что, к вам сам подойду.

— Ладно, хорошо, — взволнованный хозяин квартиры немного расслабился. — Может, это… перейдём на ты?

— Давай, так проще будет. Я обойду квартиру? Мне надо понять, где сильнее всего она, как бы сказать… Где именно больше привязана её душа.

— Окей, — Антон согласно кивнул, хотя я заметил вернувшийся страх и беспокойство во взгляде. Ну, копаться в его личных вещах и тем более воровать я не собираюсь. Впрочем, может он нервничает из-за буйного призрака. Хотя, на полтергейста он не тянет. Но, думаю, мне и бродить по всему дому не придётся. Призраки чаще концентрируются на месте своей смерти. Так что, я сразу прошёл в ванную.

Довольно просторная ванная комната, совмещённая с туалетом. Рядом с унитазом стояла громоздкая стиральная машина. На ней сверху стоял тазик с горкой вещей. На полу и стенах синий кафель с рисунком волн и парой наклеек в виде мультяшных дельфинов. Наверняка Аня детстве наклеила, про других детей Антон не упоминал. Конечно больше всего меня интересовала сама ванна, белая и блестящая от чистоты, достаточно широкая с округлыми краями. Прям джакузи. Да, Антон, видать, обрадовался такой роскоши за невысокую сумму. И не догадался узнать, чего так дёшево продают хорошую квартиру…

— Ладно, Аня, давай пообщаемся, — произнёс я негромко, закатав повыше рукава кофты. Встал на колени на узкий коврик, опёрся ладонями о борта ванной, закрыл плотно глаза. Сосредоточиться надо. Приманить призрака своей энергией. Если звуки какие-то и были вокруг меня, то они все стихли окончательно. Какое-то время, обычно это длится не больше минуты, я ничего не ощущал и не слышал. Но вот на лицо дыхнуло сырым холодом. В груди у меня всё сжалось, и я с неохотой открыл глаза.

Девушка лежала в ванной полной красной воды. Целиком погрузилась в неё, черты лица из-за вытекшей крови из порезов почти не были различимы. Белые руки резко вынырнули из мутной воды, крепко схватились за борта; её полупрозрачные пальцы оказалась между моими онемевшими ладонями, и я почувствовал холод как от открытого холодильника. В горле встал неприятный ком. Призрак с громким всплеском рывком посадила себя. На кухне послышался невнятный напуганный голос – похоже Антон всё прекрасно слышал. Это плохо. После длительного перерыва мне попался такой мощный призрак! Анна повернула ко мне медленно голову, с прилипшими к щекам мокрыми волосами. Белесые затянутые дымкой глаза уставились чётко на меня. Рот недовольно кривился, брови морщились. Как же мне не хочется вступать с ней в контакт!

— Здравствуй, Аня, — сказал я тихим срывающимся голосом. Хоть и старался говорить мягко, с улыбкой, выходило у меня совсем не убедительно. — Меня зовут Женя. Я тебе не причиню вредя. Давай поговорим? Если тебе трудно говорить, ты можешь просто кивнуть или покачать головой. Хорошо?

Она слишком долго смотрела на меня без движений. Даже вода не капала с её волос, застыла каплями как густое желе. Страх уже начал скапливаться в мозгу горячими иглами, но Аня всё же качнула головой вниз на манер сломанной куклы. Ладно, полегчало немного на душе.

— Ты понимаешь, что с тобой случилось?

После долгих секунд новый слабый кивок. Отлично, дальше очень сложный вопрос.

— Помнишь, как ты умерла?

Веки на стеклянных глазах медленно сомкнулись. Через мгновение они открылись и мне показалось, что в бесцветном взгляде девушки появилась какая-то эмоция. Не пойму, удивление ли это или осознание? Аня снова кивнула, теперь уверенней, почти как живой человек. Правая рука её отлипла от края ванны, осторожно не спеша потянулась к моему лицу. Я не отшатнулся, прекрасно понимал намерение призрака. Они любят не рассказывать, а показывать свой последний день жизни, но чаще минуты. А я терпеть не могу эту процедуру. После них кошмары снятся. Повторяется вновь и вновь момент смерти очередного бедолаги. Очень долгое время мне снился один и тот же сон, как отчем убивает своего малолетнего пасынка. Я слышу эти страшные крики и никак не могут помочь ребёнку. Вынужден лишь смотреть раз за разом. Именно сегодня мне этот кошмар приснился. Прямо как предупреждение был.

Вздохнув с сожалением, я подался вперёд к Ане, позволяя её ледяным пальцам дотронуться до моего лба. Я ощутил мокрое склизкое прикосновение к коже. Белая яркая вспышка перед глазами, и я уже нахожусь в совершенно другом месте. Более того, не сижу на коленях, а стою посреди двора.

Цвета улицы блёклые серые, листва на деревьях и кустах размазана, как если бы неаккуратный художник смазал краски. Ничуть не удивительное для меня явление, потому как это всё – воспоминания Ани. Двор совершенно пуст, не смотря на дневное время суток. Лишь два человека, парень с девушкой, стоят напротив советской спортивной площадки с турниками. Они выделяются на тусклом фоне, их словно окружает аура ярких цветов. Именно на этих двоих призрак делает акцент своего воспоминания, остальное всё не важно.

Аню я сразу узнал, тем более, она была в той же одежде. Парень, вернее, пацан еще не смотря на рослый вид, одет был в спортивные штаны и куртку, с наброшенным на голову капюшоном. Лицом не сказать, что красавец, но это на мой взгляд. Аню он же чем-то влюбил в себя.

— Ну всё, короче, давай, — он протянул ей руку ладонью вниз, — удачи и всё такое.

— Подожди, ты не прикалываешься? — весёлая улыбка сползла с хорошенького личика Ани, краска схлынула с круглых щёк. Глаза, настоящего голубого цвета, округлились от ужаса. — Ты щас реально предложил расстаться?!

— Ну бля, Анька, — фыркнув, парень спрятал руки в карманы широкополой чёрной куртки, — ты чё, думала, что мы того? Поженимся?!

Он особенно выделил последнее слово, отчего девушка вздрогнула как от удара пощёчины. Теперь щёки её заалели, рот беззвучно приоткрылся. А её возлюбленный улыбнулся глумливо.

— Я так-то уже со Светкой Пискарёвой замутил. Она мне вчера дала! — хохотнув низким басом, он покачнулся с пятки на носок. — Решил тебя предупредить, чтоб ты нас потом типа случайно не застукала. Мне вот эти бабьи скандалы на хер не нужны. Ну ты поняла, да?

— Паша… — прошептала тихо Аня, сглотнув подступающие слёзы. — Паш, ну ты чего? Я же тебя люблю! Скажи, что ты шутишь!

— Ты поняла меня, нет? — схватив девушку за пуговицу на кофте, Паша притянул её к себе, угрожающе нависнув над растерянной Аней. — Я те еще раз повторю: не надо мне скандалов. И Светке тоже ничё такого не устраивай. Всё, давай, пока.

Он небрежно оттолкнул подругу от себя, развернулся и, сунув ладони обратно в карманы куртки, зашагал через газон куда-то. Бедная Аня, обхватив себя руками за плечи, часто дышала. Топнув, она закричала на грани истерики:

— Паша! Вернись! Если ты сейчас уйдёшь, я покончу с собой!

— Да делай ты чё хочешь! — он отмахнулся на ходу, — мне поебать абсолютно.

— Паша, я серьёзно!!! — завизжала она, вцепившись себе пальцами в копну густых чёрных волос.

— Окей, я тебе веночек на могилку положу! — воскликнул Пашка и громко жестоко рассмеялся над своими словами.

Это стало последней каплей для Ани. Согнувшись пополам, она хрипло зарыдала, спрятав лицо за длинными волосами. Цвета вокруг неё померкли, улица погружалась в глубокую черноту. Из неё проступил вид на уже знакомую мне ванную комнату. Аня сидела в воде, крупно содрогаясь от неудержимых слёз. Руки её были подняты над водой. В правой она сжимала выдвижной ножик-лезвие. Больше минуты она сомневалась, смотрела на левое запястье, бросала взгляд на стиральную машину. На её крышке лежал молчаливый телефон. Девушка до последнего ждала, что Пашка одумается и позвонит. Хотя бы отправит сообщение. Крепко зажмурившись, она опустила руки в воду. Я сам закрыл глаза, отвернулся. Всё, не могу дальше смотреть. Стоял так не шевелясь недолго, пока всхлипы девушки совсем не стихли. С неохотой приоткрыл глаза, увидел чистую сухую ванну. Призрак удалилась на время. Злится на бывшего парня. За его предательство и цинизм. Как она вообще умудрилась влюбиться в такого муденя?! Еще и руки на себя наложила из-за него, дурочка! Совершила страшный непоправимый поступок на эмоциях, убила себя и сделала невероятно больно своим близким. Не знаю, сожалеют ли самоубийцы о смерти, они не отвечают на этот вопрос.

— Господи, какая же ты дура, — прошептал я, протерев лицо ладонями. Наверное, она слышала меня, но смолчала. Переведя дух, я вновь позвал её. — Аня? Ты злишься на Пашу? Это тебя гложет?

— Да-а-а, — почти беззвучно протянули мне в правое ухо. Сама девушка визуально не появилась.

— Он пришёл на твои похороны?

— Нет! — жёстко ответили мне.

— Знаешь, где он был?

— С ней… — горестно прошипела она и всхлипнула, — предатель…

— Хочешь отомстить ему?

На меня дыхнуло запахом застоялой воды. Ответ был понятен. Её душа успокоится, когда будет отомщена. И месть Аня хочет творить лично. Это можно устроить. Правда, мне не понравится.

— Я помогу тебе. Буду твоим проводником. Только покажи мне, где его искать.

Я постарался максимально расслабиться, хотя, прекрасно зная, что дальше последует, получалось не просто. От макушки полилась вязкая ледяная субстанция, незримая и неосязаемая. Я стиснул зубы от отвратного ощущения. Холод доставал до самого нутра, от него скрутило желудок. На словно плечи навалился тяжёлый груз, шею и рёбра заломило болью. Я добровольно подцепил к себе призрака как паразита. Это не совсем одержимость, я контролирую ситуацию. Пока. Надо как можно скорее найти Пашу.

Покачиваясь как пьяный, я вернулся на кухню, потеряв по дороге один тапок. Антон, держа в руках кусок пиццы, уставился на меня с удивлением и беспокойством. Да, выглядел я, видимо, не очень.

— Всё, не волнуйся, призрак тебя больше не побеспокоит, — заплетающимся языком отчитался я, подбирая с пола фирменную сумку. — Мне надо еще кое-что доделать, так что я побежал. Поправляйся!

— Спасибо огромное! — Антон, опираясь на костыль, тяжело поднялся со стула, — погоди, а сколько с меня?

— Да не надо! — я торопливо вышел в коридор, попутно обтерев плечом все стены. Вопрос о сумме волновал меня сейчас в последнюю очередь!

Я смутно помню, как вышел из подъезда, но путь до соседнего двора для меня исчез. Перед глазами плавало, спина ныла, а желудок болел сплошным синяком. Во рту был отвратительный горько солёный привкус. Дороги я совершенно не разбирал, вела меня Аня точно к своему бывшему. Его я сквозь пелену увидел за десяток метров и сознание слегка прояснилось. Пашка был в компании четырёх парней. Они заняли скамейку у подъезда, пили пиво, громко о чём-то говорили, хохотали. Типичная гопота. Нужная мне цель удобно стояла у бордюра. Как отлично складывается, не нужно изворачиваться, придумывать хитрый план!

Вытащив из кармана телефон, я открыл карту, уткнулся в неё, ниже опустив голову и ускорив шаг. Столкнулся с Пашкой на полном ходу, когда он что-то вещал своим дружкам, взмахнув полной бутылкой. Пиво расплескалось, попало на куртку парня и тот отшатнулся от меня ошарашено. Мне же сразу стало легче дышать, ломота во всём теле отпустила. Готово! Аня зацепилась за него.

— Ой, извините, — виновато проблеял я, поправляя лямки съехавшего рюкзака, — я в телефон засмотрелся…

— Ты чё, сучара?! — окинув заляпанную куртку покрасневшим взглядом, Пашка с силой толкнул меня в грудь. Чудом я не повалился спиной на асфальт. Тут же подскочили двое его друзей, с невнятными претензиями, но к счастью отвлеклись на Пашку. Он, прижав ладонь ко лбу, со стоном покачнулся. Друзья его сразу забыли про меня, подскочили обеспокоенно к своему, вероятно, лидеру компашки. А я, не теряя ни секунды, спешно ретировался. На этом моя задача выполнена, дальше с ним будет развлекаться Аня, как ей будет угодно. Мне же пора возвращаться к основной работе. Только сначала надо велик забрать…

Вечером, уже дома, меня удивил звонок Антона. Он связался с Катькой и спросил у неё номер моего телефона. Она с радостью продиктовала, хотя права, вроде как, не имела. Наверное, думала, что это недовольный клиента хочет учинить со мной разборки. Наоборот! Антон добровольно перевёл мне целых пять штук! Неловко даже как-то… Мы с ним еще поболтали, парню, не смотря на пережитый ужас, было интересно послушать о моём, так сказать, таланте. Он пригласил скромно зайти как-нибудь к нему в гости. Бедолаге, похоже, не хватает общения в своём положении. Я согласился. Совсем не из жалости! Он вроде, прикольный парень, можно пообщаться.

А уже под утро меня разбудил внезапный гость. Я проснулся от неприятного чувства, от ощущения пристального взгляда на себе. Возле кровати, на фоне задёрнутых плотно штор, стояла Аня. Я подскочил, испугавшись больше от неожиданности, чем от осознания, что в моей квартире привидение. Вот уж не думал, что девушка решит навестить меня! Она не казалось рассерженной, напротив, приветливо улыбалась. Ни слова не говоря, наклонилась ко мне, мягко дотронулась потеплевшими пальцами до середины лба. Моя родная спальня исчезла во мраке, превратилась в чью-то незнакомую комнату.

За широким компьютерным столом сидел, сгорбившись, парень в огромных наушниках с микрофоном. Играл в стрелялку, крича матом на своих оппонентов или, наоборот, на товарищей по команде. Поерзал взволнованно на стуле, схватил жестяную банку с энергетиком, сделал два глубоких глотка. Только теперь я узнал Пашку. Ну да, конечно же это он! Аня захотела показать мне, как отомстила бывшему парню.

— Лёха, я на А пошёл! — сказал Пашка в микрофон, вытерев влажные губы рукавом кофты, — где ты, блядь, шкеришся?!

Ответом ему был жуткий громкий скрежет в наушниках. Как если бы проводили гвоздём по железу. Заорав, Пашка сбросил с себя гарнитуру, оттолкнулся от стола, проехав назад на стуле. Как раз в этот момент его «убили» в игре. Потрясение и страх мигом сошли на нет.

— Да сука! — всплеснув руками, он вскочил со стула, шарахнул в сердцах кулаком по столу, так что подпрыгнула мышка и закачалась на полочке какая-то фигурка. Банка же энергетика провернулась по своей оси, взболтнув напиток. Заметив странное движение, Пашка недоверчиво покосился на банку. Стенки её смялись с хрустом вовнутрь, выплёскивая газировку на стол и на пол. Явление это не столько напугало парня, сколько озадачило, судя по вытянутому лицу. Но это, я так понимаю, только разогрев.

Экран с игрой мигнул и погас. Освещением в комнате осталась продолговатая лава-лампа, с кислотно-зелёными пузырями. При её слабом свете на почерневшем мониторе отразилась комната Пашки, его взлохмаченная физиономия, и бледное лицо позади его правого плеча. Тонко вскричав, парень обернулся, отскочил назад, столкнувшись задом со столом, во второй раз покачнув фигурку. Никого за спиной не обнаружив, юный гопник с судорожным выдохом потер лицо ладонями. Наверное, подумал, что переиграл в игры, начались галлюцинации.

— Паша-а-а…

Тихий шёпот налете откуда-то как слабый ветерок. Парень осторожно отнял руки от лица, покрутил непонимающе головой по сторонам. Посмотрел на колонки, глянул на брошенные наушники, схватил телефон на столе, зажёг его экран. В этот момент дверь в комнату широко рывком раскрылась, тюкнувшись округлой ручкой об стену. В проёме, на фоне тёмного коридора, стояла Аня. С длинных волос капала вода, через спутанные локоны на бывшего возлюбленного смотрели белые полные ярости глаза, губы искривились в злой усмешке. На пол ребром вниз упал телефон, за ним повалился и сам Пашка. Из широко раскрытого рта от ужаса вместо громкого крика вышел только хрип. Девушка перешагнула через порог комнаты, шлёпнув босой ногой о пёстрый палас.

— Предатель… — прошипела она сквозь сжатые зубы.

— Не! Не-не-не! — невнятно замычал Пашка, замотав головой. Отполз задом к окну, пока не вжался спиной в батарею. Закрылся руками от призрака и наконец смог выкрикнуть в полный голос, — уйди, блядь!

Грудь Ани приподнялась, будто она набирала в лёгкие много воздуха. Подавшись вперёд, девушка приглушённо закричала, как сквозь воду. Волосы её разметались, закружились вихрем вокруг головы, одежда натянулась, прилипла к телу. Комната разом наполнилась удушливым запахом гниения. От запястий призрака к парню потянулись десятки алых блестящих нитей. Пашка заорал, вжимаясь в батарею на сколько мог. На серых спортивных штанах и под ними быстро образовалась лужица. Призрак растворился в воздухе, не оставляя следов, а парень продолжал вопить, вцепившись себе в волосы. Мне даже жалко стало его немного. После такого психика точно будет нарушена!

Очнувшись, я еще некоторое время лежал на кровати, глядя сонно в потолок. Аня ушла навсегда, я это прекрасно почувствовал. Мне передалось её ощущение, когда как после тяжёлой изнурительной работы наступает долгожданный отдых…

У меня, кстати, выходной сегодня. Могу вот так валяться весть день, или проторчать за компом. Или кино скачать и еду заказать? Ага, пиццу. Или еще чем заняться?.. Взяв с тумбочки телефон, я несколько секунд смотрел на его светящийся экран. Бесцельно щёлкал разные вкладки, пока не дошёл до сообщений. Уставившись на имя «Алексей», я в странном накатившем волнении покусал заусенец на большом пальце, пока окончательно не вырвал его. Вот рту появился слабый металлический привкус. Пожевывая губами, я набрал короткое сообщение: «Привет. Можно мне вернуться?». Ответ пришёл слишком быстро, будто получатель только и ждал моего сообщения и не выпускал телефон из рук.

«Привет! Конечно, тебя в компании очень не хватает. Ждём в любое время! :)».

На выдохе я уронил голову на подушку, прикрыл глаза, тихо улыбнулся. Вышло намного проще, чем я предполагал. Разнервничался еще! Ну, теперь надо отправляться в пиццерию, писать заяву на увольнение, и возвращаться к своей привычной работе. Помогать живым и общаться с мёртвыми…