Струны реальности. Лишний Аккорд

Город никогда не спал, он просто впадал в апатию после восьми вечера. Холодный октябрьский дождь превращал пыль на обочинах в серую кашу, в которой отражались ядовито-желтые огни фонарей.

Артем шел по привычному маршруту: от мебельного склада, где он три года работал экспедитором, до своей «полуторки» в районе старых хрущевок. В руках он сжимал чехол от акустической гитары — старой, видавшей виды «Ямахи». Музыка была его персональным убежищем. Когда мир вокруг становился слишком серым, Артем просто надевал наушники или перебирал струны, и реальность послушно отступала, уступая место гармонии.

Ему было двадцать шесть. Возраст, когда ты уже понимаешь, что рок-звездой мирового масштаба тебе не стать, но еще надеешься, что твоя лучшая песня еще не написана. В его жизни всё было средним: средняя зарплата, средний рост, среднее количество друзей. Единственное, что выделялось — это абсолютный слух, который Артем считал скорее проклятием, чем даром. Он слышал фальшь везде: в гуле неисправного трансформатора, в голосах политиков по радио и в самой жизни, которая, казалось, постоянно «не попадала в ноты».

— Эй, слышь! — голос разрезал тишину переулка, как ржавая бритва.

Артем остановился. Звук был неприятным, на низких частотах, пропитанный агрессией. Прямо под козырьком закрытого продуктового магазина двое парней в спортивных костюмах преградили путь девушке. Та вжалась в кирпичную стену, и в свете мигающего фонаря Артем увидел, как дрожат её руки, сжимающие лямки рюкзака.

«Пройди мимо, — шептал внутренний голос. — У тебя гитара дорогая. Тебе завтра на смену в восемь утра».

Но в этот момент один из парней рванул девушку за плечо, и она вскрикнула. Звук этого крика — чистая, неприкрытая нота ужаса — ударил Артема прямо в солнечное сплетение. Это был диссонанс, который он не мог проигнорировать.

— Ребята, может, не надо? — голос Артема прозвучал на удивление твердо, хотя внутри всё сжалось.

Грация его движений была нелепой. Он не был бойцом. Он был парнем, который умел подбирать аккорды.

— Че, артист? Лишний? — тот, что был покрупнее, обернулся. Его лицо, испитое и плоское, не выражало ничего, кроме скуки.

Второе мгновение — и Артем почувствовал, как мир накренился. Девушка успела выскользнуть и броситься вглубь дворов, её каблуки выбивали дробь по асфальту. Это была хорошая дробь, правильная. Значит, убежит.

А потом был удар. Тяжелый, свинцовый, где-то в районе виска.

Артем не почувствовал боли. Сначала исчез свет. Потом пропал запах дождя. Единственное, что осталось — это звук. Гулкий, нарастающий звон, похожий на резонанс огромного колокола. Он заполнил всё его сознание, вытесняя мысли, прошлое и страх.

В пустоте возник текст. Он не был написан буквами — он был выткан из чистого света прямо на сетчатке несуществующих глаз.

[Обнаружена критическая ошибка существования]
[Субъект: Артем Соколов. Статус: Биологическая смерть… Отмена]
[Зафиксирована аномальная совместимость с Первичным Эфиром]
[Начало процесса переноса…]

«Чего?» — подумал Артем. Мысль была вязкой, как кисель.

[Поиск доступного аватара… Найдено]
[Локация: Мир Этерния. Регион: Королевство Аурелия]
[Тело: Элиас, 12 лет. Статус: Клиническая смерть вследствие магического истощения]

— Эй! Верните гитару... — попытался крикнуть он, но вместо голоса из него вырвался каскад цифровых помех.

Мир вокруг взорвался цветами. Артем чувствовал, как его сознание растягивается, словно струна, которую перетянули так сильно, что она вот-вот лопнет. Звук, который он слышал, стал невыносимым. Это была симфония миллионов голосов, плач ветра, треск огня и шепот земли — всё одновременно.

[Синхронизация — 40%... 70%... 100%]
[Внимание! Классовая матрица повреждена при переносе]
[Стандартные боевые роли недоступны]
[Анализ интересов субъекта… Музыка… Звук… Ритм…]
[Назначен скрытый класс: БАРД]

«Бард? — пронеслось в голове Артема за секунду до того, как его впечатало в новую реальность. — Вы что, издеваетесь? Это же самый бесполезный класс в любой игре...»

Первое, что он почувствовал — это запах сена и старой пыли.
Второе — невероятную легкость своего тела. Он попытался поднять руку, и она взметнулась вверх так быстро, будто не весила ничего.

Артем открыл глаза и зажмурился от яркого солнечного света, пробивающегося сквозь дыры в соломенной крыше. Он лежал на жестком топчане. Тело ныло, но это была не та свинцовая усталость взрослого мужчины, который таскал коробки на мебельном складе. Это была ломота растущего организма.

— Элиас? Ты очнулся? Хвала Свету! — голос был тонким, детским.