Ступино: здесь мы были, есть, и будем есть. Дороги и трёпы- 3

Ступино:

здесь мы были, есть и будем есть…

«С чего начинается родина?

С попойки в весеннем лесу.

И с крысы, которая пО утру

Упёрла у нас колбасу»…

народные песни

Слово «Ступино» для меня долго значило примерно, как «деревня» для моих сверстников. Некое сельское поселение, где прошло детство матушки, куда надо ехать на электричке, потом идти пешком. Никаких положительных эмоций не было - местная ребятня - не мои приятели. Колупание на огороде, а оно мне надо?! Выходы в соседний лес (ага, аж на сто метров вглубь!) только со старшими, у которых свои интересы. Да уж, есть чего любить…

Первый поход. 1981 год

Пришел Первомай 1981 года, и наша группа пошла в поход, мой первый многодневный поход. Да, из двадцати человек нас собралось три гаера и барышня, но уже консенсус! Да идём мы с другими группами и школьников, и студентов, но для меня это СОБЫТИЕ! Телогрейка, рюкзак… Самое весёлое – фляга на два литра с внешним резиновым уплотнителем. Может, на транспорте такое можно было возить, но после рюкзака ВСЕГДА между флягой и крышкой оставалась вода, которая выливалась при отвинчивании, да и горячий свежезаваренный чай приносит радость всем соседям по транспорту. Но «мы едем-едем-едем»… Электричка, автобус, и мы выступаем вверх по тропинке через размокшее и перепаханное поле. Юг московской области по рельефу не так крут, как даже Клинско-Дмитровская гряда, но и здесь возле Оки перепады высот чувствуются отчетливо. Особенно, если на тебе едет «захребетник». Хорошо, что из всей тяжелой снаряги на мне только ВАТНО-БРЕЗЕНТОВЫЙ спальник (примерно половина объема рюкзака). Поэтому, крики «куда ты завёл нас Сусанин-герой?» звучали регулярно, и я был солидарен с ораторами.

Залезли наверх. А народу то много - человек под двадцать, по большей части студенты третьего-четвертого курса МГРИ, и небольшое количество нас школьников. Вдоль ручья поднялись до поилки. Сейчас бы это сооружение надо было взять в кавычки, а в 1981 году вполне себе действующее бетонное корыто посреди ручья, куда по трубе из склона лилась вода. И использовалось оно естественно для водопоя коровьего стада. Вы коровок любите? А глазки их грустные жалеете? Нет, главным свойством этих, безусловно, полезных животных, является «минирование» подходов к воде, ах, сколько было об этом громко и эмоционально сказано!

Поднялись по правому берегу оврага-притока и встали лагерем. Если точнее, несколькими лагерями. Хотя все участники были в неплохих взаимоотношениях, стоять предпочитали по отдельности. Наш руководитель Саня (вот же имя в нашей среде, почти синоним «человек»!) оказался связующим звеном между «учеными» и «спортсменами». «Ученые» рыли шурфы в поисках халцедона и агата. А «спортсмены»- представители спелеосекции, решили устроить тренировку по работе с верёвками. Мы успели поучаствовать в обоих «активностях». Если процесс свиноройства отличался от работы на огороде только целями и азартом, то про верёвки стоит упомянуть отдельно.

Наши школьные потуги на гимнастическом канате, это, конечно, полезно для развития силы рук, понятно здесь мы встретились с совсем другим «процессом». Даже «толстенные» 12-милиметровые веревки удержать рукой – дело крайне неблагодарное. И мы пошли знакомиться с техникой: смохваты, спускера, беседка… Дело, вроде не хитрое: сначала на самохватах поднимаешься наверх, потом перестёгиваешься на горизонтальную верёвку и доходишь до следующего дерева, перестёгиваешься на спускер и кричишь, чтоб свободный конец отвязали, иначе спускер не пойдёт. Именно перестёжки на маршруте самый рисковый момент. Я бодро поднялся, прошел горизонталь (весна, 16 лет- всё по плечу!) и перестегнулся на спускер. Крикнул, мне развязали спусковой конец. Опаньки, а спускер не идёт…Пригляделся- НЕПРАВИЛЬНО пристегнулся к верёвке. Обнял, как родную, берёзку и одной рукой(!) перестегнул спускер, поехали…

Было и второе высотное приключение. Уже собирались домой, а веревка зажалась в развилке дерева. «Какие проблемы?!»- говорю. «Вы меня на второй веревке поднимите, а я там всё налажу». А вот тут надо пояснить про время и снарягу. ВСЕ серьезные спортсмены уже давно ходили с применением нижних обвязок (беседок), которые распределяли вес на задницу. Но я пошел на грудной обвязке… Ой, как хотелось дышать! А обвязка давила на грудную клетку и всячески мне в этом мешала. Кое-как между вздохами расправил зажатую верёвку и спустился: счастье, дышать дают!

Но эти «страсти» были всего лишь эмоциональным мигом, а самым главным итогом похода было осознание Я ДОМА! Нет, дело не Ступинском районе, а в костре с интересными людьми. Именно сюда, к таким кострам, я приходил все последующие годы. Сюда, где люди готовы выслушать, помочь, объяснить. И, да, я готов так же принимать людей у наших костров. То, что в посиделках выпивали и не только чай, надо признать, но нам это было не в новость. Так и полетели годы, периодически занося нас на берега речки Каширки и ее притоков.

Лосиные побежки. Июнь 1982.

Поскольку мы жили недалеко от Павелецкой дороги, этот район мы всегда имели ввиду, при планировании маршрутов.

Поэтому, когда образовалось свободное время, после практики на заводе, мы с Петровичем двинули в родные «пинаты». Доехали до Ступина и на автобусной остановке нос к носу встретили наших знакомых из параллельной группы. Спросили про результаты их поездки.

- Копали в ручье, но пусто. Так мы с горя там бутылку портвейна закопали…

До стоянки мы добрались уже в сумерках. Палатка, костер, ужин… Ни до каких поисков руки не дошли.

По утру выполз из палатки и сел к кострищу спиной к палатке. Слышу, хрустят сучья. Значит, напарник встал. Оглядываюсь, нет, это просто лось. Кинулся в палатку за фотоаппаратом. Но «лесная лошадь» решила не дожидаться фото сессии и убежала через овраг, жалость. Сижу, чай допиваю, птичек слушаю. А за оврагом треск! Хвать аппарат и бегом на звук. А там ПИОНЭРЫ! В белых рубашках, красных галстуках…

- А где здесь КП?- это у них тут ориентирование, блин! Так и бегали они через наш лагерь еще часа полтора. Мы уже успели позавтракать, найти бутылку, проверить русло оврага и шурфы, а пионерам всё не было конца.

После обеда решили сходить поискать пионерский тур-слет. По дороге таки нашли несколько КП в виде бело-красных цилиндров, и, наконец, вышли на опушку. Ой, сколько ж вас?! Здоровенное поле (наверное, под паром) заставлено рядами палаток. Сотня? Две?- не это не для нас. Повернули домой и наткнулись на выпившего пионерского руководителя. Он решил на нас покачать права, и был послан в пешее эротическое путешествие, турист всё-таки.

Утром довольно быстро собрались, решили, что поедим в электричке. Собрали рюкзаки, а образцы как же? Перебрал десяток кремней - нет, всё не брошу: пожалуй, четыре надо взять. Запихнул под клапан рюкзака. Марш, автобус и вот мы грузимся в электричку. В основном вагоне народу было многовато, мы решили остаться в тамбуре. Достали последнюю банку кильки в томате, чем открывать? Топором! Картиночка получилась мрачноватая - два грязных пацана с «окровавленным» топором. Дожевали консерву, закурили. Через минут пятнадцать в тамбур выпорхнула пара барышень.

- Здрасти-здрасти… А можно мы на рюкзаки присядем?

- Да, на здоровье! – а вы знаете, для чего наши предки использовали кремни? Для создания колюще-режущего инструмента! Вот на это угловатое сырьё в клапане рюкзака барышня и плюхнулась своим афедроном. Вот такие мы были подлые и кровожадные.

Лежбище скотиков.

Октябрь 1983

.

Как ни странно, при всём нашем раздолбайстве, все мы окончили школу с неплохими результатами и даже поступали в ВУЗы. Я оказался на геологическом факультете МГУ, хотя не совсем на той специальности. Вступительные экзамены и первый месяц учебы собрали первокурсников в несколько крупных компаний. А тут приключился День Конституции, чем не повод устроить массовый пикник?!

Наша команда составила человек тридцать. Парни и девчонки кто с походным опытом, а кто и с сумками и портфелями. Первый вечер, понятное дело, был посвящен борьбе с зеленым змеем. Мои новые коллеги оторвались от души, а я придерживал свое участие, слишком много слабо знакомых. Спать ушел довольно рано, и даже место в палатке нашел, пока посиделки еще продолжались.

Проснулся, когда кто-то влез в палатку. Не, это уже не сон, не отдых. Вылез, взял спальник, подошел к остаткам костра. Здесь среди мелкотравчатого леса еще встречались крупные деревья. Вот и на сидушки пошли деревья сантиметров по сорок диаметра. Хорошо быть стройным, такой ширины лежанки вполне хватило. Штормовку под голову, спальник аккуратно застегнуть. Не то чтоб спать, подремать удалось. Вроде, даже сон начался, и тут чувствую накреняюсь- с чего бы? Улегся удобней.

Утром морось, которую ватиновый спальник кое-как держал, переросла в нормальный дождь. Пришлось свернуть лежбище и оттащить в палатку. На вчерашних углях восстановили костер, заварили свежий чай. Из палаток начал вылезать народ. Очередным полузомбиком к костру подтягивается Лёха, нервно дымя сигаретой.

- Прикиньте! Выхожу ночью к костру, а тут ТРУП! Потрогал, а он уже холодный. Я его качнул, а он - назад… Бр-р-р. Приснится же такое! - да, некий сценический опыт нам в школе дали, значит, мне поверили, можно гордиться.

Нагулявшаяся часть компании отбыла домой, а мы, перекусив завтрако-обед, с Андреем пошли проверить шурфы и сам овраг на предмет агатов. Прошлись туда-сюда - пусто.

- А, давай, попробуем применить рамки.

- Типа лозоходства? Давай, - и мы направились к ЛЭП, протянутой к Старой деревне. Нашли кусок алюминиевого провода, расправили куски, согнули две г-образные «рамки» и пошли вверх по ручью.

- Нашел! Какая интересная аномалия: вдоль ручья есть, а поперёк нет. – Андрей остановился, глядя на скрестившиеся проволоки. Попинали обломки в русле ручья, ничего интересного.

- Наверное, глубже. Пойду за лопатой.

- Давай, а я место посторожу.

В это время популярным в наших кругах был анекдот про то, как Буратино отвертку искал… От нечего делать, осмотрелся. Поднял какую-то пластиковую штуковину. Сломанный складной многопредметный нож, открытый на ОТВЕРТКЕ! Вернулся Андрей с лопатой.

- Погоди копать, проверь аномалию.

- Нету…

- Значит, точно, отвертка. Возьми себе ее на память.

Вплоть до сегодняшнего дня (2025 год) в большинство маршрутов мы брали молотки и лопаты. Не сказать, что было найдено много образцов музейного класса, но мы не опускаем руки. А зачем же тогда сюда ходить? Вот именно, ХОДИТЬ!

После операции. Ноябрь 1984

Прошла геологическая практика, «картошка». Мы с напарником набрали группу школьников , вывезли в поход. Вот тут-то я заполучил «мышиную лихорадку», и свалился второй раз за полгода в больничку. В результате моя поездка со школьниками в Керчь накрылась. И «куды пойти, куды податься»? Если не знаешь куда идти, иди куда знаешь. И я поехал в Ступино. Как я полз на привычную горку со свежезаживающим швом в правом паху, словами не высказать…

«Ежик резиновый

шел и насвистывал

дырочкой в правом боку»…

Никого не приглашал, никого не ожидал, а здесь - бац – старые знакомые теперь уже бывшие студенты МГРИ, наши спутники по первому походу. А ведь я соскучился по ним. Да, мы теперь из разных «фирм», и, смехом-смехом, разница уже начинает проявляться. Даже песни разные, и мне не хватало именно этой атмосферы.

Я без палатки, но есть кусок полиэтиленовой трубы; нет кана, но есть большая кружка и фляга. Еда есть, а теперь в гостях еще и вкусная.

Посиделки получились чудесные, и пришла уверенность, ПРОРВЁМСЯ! Черт с ним швом на брюхе, мороси в лесу, дымом в лицо от чахленького костерка.

Еще сутки мы гужевались на старом месте. Вспоминали истории, пели и пили. А вот до поиска образцов не дошло. На утро народ пошел на автобус, а я пешком похромал на Ситенку - пора искать новые дороги.

Студенческие поездки. Май 1985

Хотя, и студенческие приятели, и группа школьников, которых мы с напарником активно таскали по подмосковным маршрутам, не давали остановиться, в памяти с тех пор сохранилось немного - суета.

9 мая 1985 года попали под «отстрельные» дожди, когда обрабатывали чем-то тучи, и они проливались, не доходя до столицы. Даже сейчас, много лет спустя, я помню ту дождевую завесу, которая нас накрыла на пресловутом поле над Каширкой. Промокли до нитки буквально за 10 минут! Потом пришлось срочно согревать участников не только костром, но и алкоголем. Для части барышень это было первое знакомство с крепкими напитками - не самое лучшее воспоминание.

Всё это сопровождалось вылазками в соседние овраги. Увы – при обилии кремней, ничего стоящего такие поиски нам не дали. Единственный раз мы наткнулись на интересное явление - кристаллы (огромные, миллиметра полтора!) прозрачного флюорита в кремнях другого небольшого оврага, это была наша поездка с Максом.

Вылезли на высокий       берег Каширки - а место, оказывается, достойно повторной поездки сюда. Так у нас возникла вторая стоянка. Спускаться к реке за водой приходилось круто, но пейзаж и хвойные дрова делали эту стоянку вполне конкурентной против привычного оврага. А еще эта стоянка километров на пять ближе к Щурову, другой геологической точке, давшей московским коллекционерам совершенно шикарные образцы халцедона. Вот и подумалось: здесь есть проявление, там - тоже, а что между ними? Надо идти вверх по Хочемке и проследить!

Увы, ничего стоящего мы так там и не нашли, видимо отложения Оки перекрыли «продуктивную толщу».

Люди места (типа, отступления).

Я не обещал сохранять в своей писанине полную хронологию, а потому, введу сюда рассказ о людях, ассоциирующихся с этим местом.

Макс и Андрей. Они когда-то вместе учились (не выяснял, сколько и где), но Андрей поступил на геологический факультет МГУ, а Макс – в «Менделавочку». Хотя у каждого из нас были свои интересы, но первые курсы мы довольно много путешествовали вместе, в т.ч. в Старовский овраг, как должно было называться это место. Кто-то из них привёз туда новую барышню. Наташа работала на кафедре геологоразведочного института и взялась нас студентов учить жить. Она даже поучила меня КОПАТЬ, но в результате словила шматок грязи с лопаты, честно, я не специально.

В 1985 мы еще втроем возили школьников «на северА», а потом Андрей плотно пошел в науку и стал отдаляться. Весной 2024 года общались на встрече курса - серьёзный ученый.

Макс перевёлся во МГРИ, но так и не закончил. Он был свидетелем на нашей свадьбе. Работал в ВИМС, Геолфонде, на каком-то заводе. Ездил с нами и в Карелию, и по Подмосковью. Однажды поехали по ноябрю на КМА. Групп ехало много, места в обычном актовом зале было мало, и мы устроились жить в палатках. Макс сильно простыл, так и не долечился по возвращении, и здоровишко дало трещину. Плюс конфликты в их семье привели к тому, что он съехал в отдельную квартиру в Измайлове. Со своей женой он уже к тому времени развёлся, поэтому жил в худших традициях холостяков. В 2014 году его не стало, что и как произошло, мы так и не узнали. Светлой памяти…

Время возвращения.

9 мая 1987г.

Всё-таки понятие родины, именно малой родины, для человека что-то значат. Поэтому, при всей моей любви к Карелии и прочим сосновым лесам, я раз за разом возвращаюсь в приокские березняки. И самые близкие люди меня в этом поддерживали - на то они и близкие…

Нашего полку прибыло… В апреле к нашей бродячей команде присоединилась молодая сотрудница геолфака МГУ Настя. Даже довольно холодная поездка в Русавкино её не остановила. А тут майские праздники и проводы в армию одного из наших молодых.

Группа встала на привычном месте. Воды в овраге не много, проверили валуны - ничего интересного.

- А пошли туда! – не помню, чья была идея.

- А пошли! – согласилась часть участников, и мы двинули.

А новая участница оказалась моей идеальной маршрутной парой. Она замечала то, что я упускал, интересовалась всем миром вокруг нас, и даже длинна шага у нее оказалась близкой. А ведь это ЗНАК: она с нами надолго. Это мой человек, я ей буду помогать во всём, в чём смогу.

Квинтэссенция семейной жизни: тепло, но тесно. 8 марта 1988 г.

Исторически-туристическое отступление

Восьмидесятые года двадцатого века характеризовались широким использованием в туризме самодельного снаряжения. Материалы (капрон, синтепон, стропа…), оборудование: швейные машинки, и информация стали доступны всем заинтересованным, а фирмы еще не возникли. Разве редкие любители - у меня так появилась ЛЁГКАЯ капроновая палатка (жива до нынешнего2025 года). При нашей интенсивности хождения, в том числе и по холодам встала задача замены старого ватинового спальника на что-то более теплое. А еще, по возможности, надо спальник удешевить - за счет чего?! Ответ был один: экономить на молнии. В результате моих инженерно-технологических и матушкиных швейных стараний возник белый спальник-кокон. Влезать в него предполагалось через «плечи», а воротник-капюшон должен прикрывать от холода сверху.

После, почитай, годичного общения мы с Настей стали задумываться о перспективах свадьбы. Не то, чтоб «бежим в загс, роняя тапки», а, скорее, «декларация о намерениях». Вот и на выходные 8 марта мы поехали с ней вместе. Не знаю, какая погода была в Марселе, когда Люксенбург и Цеткин выводили на демонстрацию проституток, но в Ступинском районе стояли минусовые температуры и снежный покров сантиметров тридцать.

С учетом старого-драного Настиного спальника, встал вопрос: как нам обоим не околеть по ночи. Пошли на компромисс: ВДВОЁМ влезли в мой кокон, и сверху накрылись ее «одеяльником». МЫ ВЛЕЗЛИ! Хорошо быть молодым и стройным, теперь понятно, почему жену называют «половинка». А что тесно, спать на одном боку, и поворачиваться только хором - ерунда! За то нам тепло и уютно.

Поделись улыбкою своей… май 1988 года

Мы еще несколько раз приезжали в Ступинский район устоявшейся компанией. Что-то искали, что-то чудили, пели песни, пили не только чай…

Как-то пара приятелей решила съездить с нами, налаживая свои взаимоотношения. Процесс наладки затянулся, и старт домой по их неготовности затянулся до середины дня. И, когда процесс сборов изрядно затянулся, жениху в рюкзак подкинули кусок кремня килограмм на пять. Удивленный жених списал такие свои ощущения на похмелье, но поплёлся под рюкзаком с «сюрпризом» домой. Каверза открылась уже дома, а нам на свадьбу подарили двухпудовую (точно-точно!) гирю с бантиками. А, чо, сразу я?! Не я за тем кремнём в ручей лазал, не я его в чужой рюкзак ныкал.

Хрюказавр. Октябрь 1988

Планы на женитьбу я строил в расчёте на следующую весну, но лето внесло свои коррективы, загс назначил нас на начало декабря. Мой день рождения неплохой повод собраться. Настя, теперь уже моя официальная моя невеста, тоже приехала, как и привычная схоженная, спетая… компания.

Вечер, костерок, сидим разговариваем. Из темноты выбегает Настя, хватает кружку (видимо, первую попавшуюся), и выплёскивает водку. НЕМАЯ СЦЕНА…

- А, что? Я хотела чаю погорячей себе налить.

- Это была водка. Ты б сказала, мы б тебе чистую кружку дали. А чего ты такая взмыленная?

- Ой, я не знала. Да, присела я там на пенёк, звёзды посмотреть. Слышу, зверёк какой-то в кустах возится. Я его попробовала подманить, а за ним ТРЕСК из кустов. Поняла, что за детёнышем родитель ломится. Как я стартовала и через овраг перелетела, сама не понимаю. Аж в горле пересохло, чаю захотелось…

Ночью ни один зверь до нас не дошел, утром следы так и не разглядели. Решили, что кабаны к нам в гости приходили.

Семья, она такая…

Тогда я еще не знал, что эта поездка была у меня уже с двумя моими любимыми девчонками – УЗИ тогда еще не делали, а всякие прочие методы и сейчас без крайней нужды лучше не делать. Однако, весной 1989 года на свет появились «Мышь». Какое-то время Мама-Настя пасла дочь, а потом восстановилась на геолфаке. Не знаю, как на других факультетах, а геологическая практика почти всегда выездная, и наша мама укатила в Казахстан.

Мы засиделись дома, и я решил поехать в лес… Да-да, прям с трёхлетней дочерью. Она уже прокатилась с нами в Карелию, но теперь она становилась почти полноправным участником. Понятно, что помощь от такого участника сомнительная, и я больше надеялся на Петровича, с которым мы прошли много-много дорог. Из противогазной сумки сделал ей рюкзак, и даже что-то туда загрузил. Молодую смену надо воспитывать, поэтому, мы таскали дрова, а ребенок – ветки, мы воду в канах, а дочь в кружке. Короче, привычный для меня уже педагогический процесс с поправкой на возраст нашей участницы.

Конечно, никаких планов по свиноройству мы не ставили, а решили прогуляться вниз по течению Каширки. Я даже специально взял не любимый станковый, а мягкий рюкзак, как седло для ребенка. Незадолго до этого моя тётка (сколько рОдная - уж и не знаю) прикупила в районе аэродрома у платформы Акри дачу, а матушка собралась к ней в гости. Вот туда мы и двинулись. Понятно, Мышь (всё же увесистая) ехала у меняна плечах, а мы под рюкзаками топали под жарким летним солнышком. Ну и что, что 25 км?! А мы пройдём, аль мы не лоси?!

И мы прошли (а Мышь - проехала) весь этот путь, чтобы представить бабушкам совершенно пропылённую внучку. Естественно, поднять ее вечером я не смог, и уехал в Москву один, оставив дочь на бабушек.

Не пей из копытца…2003

Много лет подряд летние отпуска мы всей семьей (обычно, несколькими семьями) проводили в Карелии. Бывали и в Приладожье, и в Беломорье. Что выгодно отличало эти края от более южных, малая заселенность и обилие достаточно чистой воды. Достаточно чуть отфильтровать воду из лужи, или отжать ее из мха, и с некоторым напрягом она могла считаться питьевой, хотя зачастую по цвету приближалась к средней крепости чаю.

Сюда в район белопесоцкого монастыря я водил студентов в рамках подмосковной геологической практики, сюда мы приехали и сейчас.

Мы – взрослые - понимали отличие карельской воды от подмосковной, а дочь решила напиться из лужицы. Мы вчетвером с Наськой, Петровичем и Мышью заехали в район станции Акри. Пока ехали, пока шли по лесу, Мышь захотела пить. Вот ребенок и «проявил инициативу»… Хорошо, что на приокских дюнах в сосновых посадках более-менее чисто, и всё обошлось пачкой активированного угля.

А потом мы вышли к монастырю (и ДОТ-у времен ВОВ), и я увидел, откуда здесь на русской равнине дюны. Вдоль по долине Оки дул ветер, что листы железа с крыши монастыря просто срывало, и чуть не прибило монашку, которая гнала коз с выпаса.

Мы шустренько сели в автобус, и двинули к Хочемке, на наш любимый живописный обрыв.

Собачий календарь: 9 мая 2015 года

Годы с 2003 попали на второй кризис команды. Часть старых кадров «осела», но к нашим маршрутам стали присоединяться новые люди. Я уже забросил преподавание у школьников, а в Горном институте меня отправили учить студентов. Опыт был интересным, но извечный барьер ученик-учитель не давал расслабиться: «Я отвечаю за МИР»! Странно, вроде не сидели на месте, общались активно, а вспомнить из этого времени нечего. Разве что ходить в радиалки теперь стали не только вниз по течению Каширки, но и вверх по основному оврагу к Старому селу.

В 2007 году появилась собака Волька, и, естественно, она тоже посетила с нами мои родные кущеря. В 2015 мы решили пойти пешком от платформы Ситенка. Для меня, вроде, это был уже не первый такой марш, но первый в этом веке.

Мы пошли вроде бы по знакомым местам: церковь, кладбище, речка… А, вот поля изменились: заросли бурьяном и молодым березняком. А вот и дом на краю деревни, в котором я столько раз ночевал: закрытый, молчаливый, за новым забором. Поле к шоссе то ли заброшенное, только перепаханное и раскисшее под прошедшими дождями перешло в дорожку к скотобазе. Я помню, как её строили, а теперь вижу руины, где живут бродячие собаки. Они поприветствовали нас дружным эскортом, пришлось самим на них наорать, а наша скромная «столичная барышня-собарышня» гордо вышагивала перед нами, слегка скалясь и порыкивая.

Вышли на шоссе, спустились к речке Ситенке и начали подъём. «И сперва казалось, плавать просто», как писали в стихах. На середине подъема пришлось присесть передохнуть под рюкзаком. А вот спущенная с поводка Волька пошла нарезать вокруг нас круги. Хоть за самую молодую нашу участницу можно порадоваться. А вот у меня ноги болят: обидно в полтинник обезножить, столько еще планов. Собственно, прошлогодние Хибины эти проблемы и так показали, но я надеялся, что хоть на Подмосковье сил хватит, увы. Посидели, пошли дальше на обычную стоянку. Всё как обычно: палатка, костерок, птички поют. Волька обаяла прибежавшего в лагерь кобеля, и мы наблюдали их активную переписку на соседнем кустике.

Утро принесло некоторый оптимизм: и ноги и дыхалка отдохнули, и на большой круг по окрестностям налегке меня хватило. Вот только старая штормовка, привезенная нами в 1991 году с Хибин, оказывается, начала расползаться, всему свой срок. Взгрустнул, и положил ее в костёр, прошлое, даже хорошее, должно уходить.

Последним аккордом поездки оказалась электричка. Вроде, нормально сели в вагон, поехали. В пустом вагоне переодели намордник на собаке шею.

«Контра»: - Ваши билеты?..

Мы: - Вот…

«Контра»: - Почему собака без намордника?

Мы: - Как это без?! Она в наморднике! Намордник надет на собаку!.. - возле дома сфотографировали такую удобную отмазку на довольной собаке.

Будем жить! Второй собачий век… 2024 год

В 2020 году «ушла на радугу» Волька, а у нас поселилась новая собака - Лиса. Другая собака она всегда ДРУГАЯ. Мы продолжили ходить в походы, вот только дальние маршруты становятся всё менее доступными. А Ступино так и осталось нашей постоянной целью, благо карты доступны, маршруты описаны и планы цветут и пахнут…

На Первомай опять собрались в Ступино. Вылезли из электрички, вышли на площадь. Ну, мы ж «богачи» - вызвали такси – спасибо Яндекс! Криво-косо, но погрузились в такси. Самое сложное – объяснить, куда ж нам надо? Ясно, до Старой Ситни, потом в гору и… Ладно, поехали, заехали на улицу, расплатились и пошли. Забор! Ладно, налево…опять забор. Как я люблю частную застройку!!! С видом шрековского кота попросились «просочиться» на основную трассу – и нас пропустили, спасибо добрым людям. Вот через соседний квартал дач пройдём и спустимся к ручью… ЗАБОР! Т.в.м! Возвратились на просёлок и побрели по привычной тропе.

По дороге прошли почти до нашего оврага. Поперечная просека налево, тропинка направо, но впереди уже виден НАШ овраг. Ручеек небольшой, проходимый, но мы в кроссовках, пришлось выбирать путь, чтоб не сильно промокнуть. Вылезли на другой борт, а кругом всё заросло молодой травой, поди, сообрази, где был лагерь год назад. Приняли волевое решение: стоим ЗДЕСЬ!

Лес у нашего оврага понемногу заменяется кустарником. На дрова это никак не влияет, орешник вполне приличное топливо для костра, а вот выбрать на чем сидеть - задачка непростая. Поэтому пришлось пристроиться на упавших два-три года назад брёвнах. На одно полено шурупами прикрутили поднос в качестве сервировочного столика. Поставили рюмочки, нарезанный хлеб, и устроили посиделки. Да, нам опять есть что обсудить, под домашний лагман с местными макаронами.

Утром проверили ближний ручей: кремни, известняки, завалы упавших деревьев. Сходили на «поилку», и умыться и водички набрать. Солнышко, птички, только крапива расслабляться не даёт. Лиса скачет по выворотням и брёвнам на высоте второго этажа, и ей пофиг.

Перекусили и пошли погулять. Задачка понятная – дойти до маршрута, маркированного от Оки до Жилёво, он проходит через Старое село, куда мы много ходили по нашему оврагу (https://rutrail.org/trails/37/). Увы, наша тропинка в овраге заросла, не пробиться. Что ж, попробуем пробиться через лес на дорогу. После 2018 года я перешел на сетчатые кроссовки, а тут то лужа, то болото, приходится смириться с мокрыми ногами. Но главное: целью этой прогулки было найти тропинку, чтоб по ней С РЮКЗАКАМИ выйти на маршрут и дойти до речки Бунчихи. Не-е-е! «Такой хоккей нам не нужен»!

Вышли на просёлок, на столбах ЛЭП видны метки маршрута - не обманул интернет - и село виднеется. Тогда идём в магазин за пивом. В какой магазин? Ведь село же! Вон и церковь восстановили, а магазина нет?! Так бывает?!

Подошли к местной дачнице, водички попросить, и она подтвердила - нет магазина, все на своих машинах сами привозят. Ну, мы и попали!

Подумали-подумали и решили, что пойдём по правому борту оврагу. Село обновляется, пришлось обходить очистные сооружения, а дальше лес: привычный березняк с островками ельника. Еще когда ходили по оврагу с Петровичем, отмечал, что на правом борту видны большие овраги. Заходили иногда, проверяли, что там в ручьях творится. А сейчас нам по этим оврагам тащиться, метров по десять вверх-вниз. Еще раз проверили пролювий, но с тем-же эффектом - пусто. Ноги гудят, вода опять на исходе, а из ручейков пока пить не решились, и только Лиса носится счастливая.

Дошли до стоянки и рухнули. И это без рюкзаков ходили, а если б… Пока поели, передохнули, время к вечеру. Сходили на поле поснимать закат. У ночного костра обсудили завтрашние перспективами. Не пойдём мы завтра под рюкзаками на маршрут. Повторим еще пару радиалок и будим отдыхать.

Выбрасываться решили на такси. Спустились с горы, перешли через Каширку. Мобилка связала с Яндекс-такси, но – увы - «не можем связаться, перезвоните позже». Чуть не поругались, вынеслись на трассу. Машина всё-таки приехала, естественно, водила собачник. Весело болтая доехали до станции.

Бунчим на Бунчихе. Август 2024…

Опять летний дальний поход накрылся. Но не сидеть же дома! Несколько раз видел в сети, речку Бунчиху в сети: глубокий овраг, галечное дно. Решено, возвращаемся на маршрут, но с обратной стороны, от Жилёва. Задача минимум: дойти до Бунчихи, максимум – до Старой Ситни.

После довольно мокрой недели на небо вылезло солнышко. Собрались, загрузились в электричку. Уже в Расторгуеве опять закапало, а там и ливень грянул. Ой, страшно. Но, как положено ливню, он к Жилёву прекратился, прорвёмся.

Вылезли, перешли жел-дор мост, присели перекурить. Кругом заросшие пути, крапива по плечо и узкая асфальтированная дорожка. Прикинули, где проходит маршрут- надо уходить левее через населёнку, ну, пошли, посмотрим. А дорога шла-шла-шла и вернулась к железке. Единственный вариант – правый поворот на просеку мелкой ЛЭП.

На повороте, естественно, кучи бытового мусора – грустное начало. Да, тропинка по просеке есть, на столбе бело-красная марка маршрута. Значит, маршрут начался. Под ногами местами хлюпает, но проходимо. Прошли болотинку, присели перекурить, и, здравствуй, дождик - новый год! Бредём по тропе, оглядываем окрестности. Тропа, явно, чистилась, брёвна перепилены. А рядом с тропой ГРИБЫ! Нет, я не фанатею по этому продукту, но когда они прям под ноги лезут - не могу стерпеть - надо брать! И даже БОЛЬШОЙ рюкзак не повод отказаться от вкусняшки: пришлось встать на колени (рюкзак снимать сложнее) и срезать беляка. На внешней части рюкзака закрепили сетку авоську (современная мелкоячеистая) и пошла «тихая охота»! Вы знаете, что такое «хороший рюкзак»? Это когда груз на спине мешает меньше, чем снимание-надевание груза. Вот я и брякался на колени, а потом с кряхтением вставал, пока Наська впихивала грибы в авоську.

Дорога, наконец, вывела в поля. Сбоку на опушке леса виден какой-то суетёж и армейские флаги. Мужики (лет на десять, наверное, старше нас) решили устроить армейские посиделки. Поздравили друг друга с наступающим праздником, и мы двинулись дальше. Как хорошо было в лесу, а вот на поле жарко. Проковыляли за мостик, а здесь - чудо – действующий детский (не пионерский уже) лагерь. Каменные корпуса, из окон слышны детские голоса. А вот под ногами всякий мусор накидан – «хорошее» место для отдыха, нечего сказать. Просёлок вдоль забора перекошен (что ж здесь за техника ездит?!), но идти можно, что и сделали. При таком грунте под ногами идти вниз труднее, чем подниматься. Пока дошли до следующей асфальтовой дороги учунькались вдрызг и упали в траву на перекрестке. А вода во фляге на исходе, хоть под мост лезть. Глядь, а тут лежат закрытые бутылки воды. Понюхал, вроде, чистая можно пить. Поднялись в дачный посёлок, прошли мимо остановок и вошли в лес, вот и маршрутные метки возобновились. Дорожки опять размокли, болотинки для кроссовок очень неприятные. Прошли хвойную полосу, и начался спуск к реке. Вот это – СПУСК: круто и глубоко. Спускаться пришлось от одного дерева до другого. Чудо, что не навернулись. И речка то не велика, а долина могучая.

Метров через сто нашли стоянку и решили здесь остановиться. Дрова все лиственные, но сухие и хорошо горят.

Хорошо посидели. Утром пошли вверх по речке к Старому селу. Тропа прошла мимо еще одной стоянки и перешла на левый берег долины. Здесь подъем положе, идти вполне нормально. И опять - ГРИБЫ! Даже дождик настроение не испортил. Вышли на поле, сориентировались. Да, вон туда идут маркера, но, пожалуй, не пойдём, коленки болят.

Не собрались идти дальше, прогулялись по реке на ревизию гальки: куча аммонитов, чуток кремней и одна корка халцедона. Потом полезли на левый берег, но ничего интересного не нашлось.

А потом начался дождь. Ой, мы тент не навесили - я всё ленился – а теперь под ливнем корячиться. Промок, пока натягивал, да и ладно, просохнем: тепло и так, а у костра и подавно. Есть чай, еда и целый мир на обсуждение с прекрасной собеседницей.

Выброска не обещала проблем. Поднялись не по крутому спуску, а по упрощенному. Как ни странно, самое сложное место оказалось болотинкой. Перескакивать было мало того, что неудобно и скользко, а уж под рюкзаком… Автобус подошел не слишком полным, влезли без проблем. Ехали стоя, но без проблем. Возле перекрестка на Колдино сел мужик с сыном(?), уж очень похож на моего сколько-то родного братца. Я его, кажется, узнал, а он меня?

Автобус поехал в город, а мы выскочили на первой остановке. Господи, что здесь настроили?! Здесь же истребитель стоял, а теперь, кошмар: кадр из «пятого элемента» - город будущего с заборами, дорогами, развязками.

Перешли дорогу по переходу и вот вокзал. Взял билеты, вышли из вокзала, у ближней платформы электричка стоит и молчит, наверное, отстойник такой. Перешли по мосту на среднюю платформу и… эта зараза (т.е элка) двинула в Москву, а мы остались. Абыдна, да?!

Вместо эпилога…

На улице весна 2025 года. Солнышко так и намекает, что пора на волю. Куда? Мир велик, и мы не весь его еще посмотрели. А есть еще недоделки: места, куда надо вернуться. И юг московской области с городом Ступино посередине один из таких районов. Куда идти к Жилеву, Серпухову, Озерам? Выбор будет сделан в последний момент, но как вариант мы его всегда имеем в виду.