Сурфур. Куда ведут голоса в голове?

В тишине скрип подъемника звучал как странная, но завораживающая мелодия. В ней таилось особое очарование, повторяющийся из раза в раз мотив. Звук взмывал к самой высокой ноте и ненадолго затихал, будто бы отматываясь к самому началу, а затем вновь проигрывал въевшийся в сознание ритм.

Перед носом, протиснутым в узкую щель между клетчатой решеткой, расположилась внешняя ограда из толстых прутьев. Между первой и второй стенками сантиметров тридцать пустого пространства, но даже руку в крохотную ячейку не просунуть. Можно лишь смотреть на непроницаемый серо-бурый туман и вдыхать затхлый воздух. Мнительность, конечно. Воздух ничуть не хуже, чем на Втором ярусе. Наверное. Может, не кажется?

Ухо уловило тихий стон за спиной. Вальтис не стала оборачиваться, но в голове пробежала одинокая и единственная за последнее время мысль о глупости самого пострадавшего. Бежать им некуда, покровителей нет, а те, кто есть, почти наверняка давно и надежно куплены. И вообще, лично у нее перед глазами до сих пор стоит стеклянный взгляд Джаруджа, который наглядно продемонстрировал, что за их жизни никто не держится. То, что зачем-то нужны на Первом ярусе, уже большая удача. Выжить бы здесь.

Звуков прибавилось, веселее не стало. Тихие стоны лишний раз напоминали о том, что будет ждать пленников клетки-подъемника, когда они спустятся и двери раскроются. Вальтис смотрела за тем, как густой туман поднимается вверх по ту сторону решетки, и гадала, сколько им еще сидеть в относительной тишине и спокойствии. Хочется или нет, но у всего есть конец.

Подъемник ощутимо тряхнуло. Мелкая дрожь решетки вынудила отодвинуть пострадавший от столкновения нос. Вальтис непроизвольно потерла тот пальцами. Мелкая царапинка надсадно ныла и говорила о том, что поменьше некоторым надо совать нос в места, для этого не предназначенные.

Решетка тряслась еще какое-то время. Когда Вальтис уже готова была начать молиться Великому духу Кара, лишь бы они не грохнулись вместе с этой хлипкой конструкцией, туман по ту сторону прутьев медленно уполз, подпрыгнул и остался взирать за опускающимся подъемником сверху. Лично он в эту срань, куда едут несчастные, соваться не собирался и мог бы лишь помахать на прощание, если бы имел конечности.

Тряска прекратилась, как ни бывало. Вальтис тихонько выдохнула с облегчением. Пусть снова скрипит, пусть там стонет недобитый Бурбур, лишь бы они доехали в целости и невредимости до Первого яруса.

Приближающийся мир казался серым и безрадостным. Совсем как туманность, через которую продирался подъемник не так давно. Ни единого зеленого или голубого пятнышка Вальтис не смогла различить между темно-бурыми невысокими домиками. Узкие улочки сверху напоминали настоящий лабиринт из детских книжек, которых было в достатке в приюте. Не хватало лишь огромного карандаша, чтобы прочертить верную линию.

С ощутимым толчком клетка остановилась на холмике, который окружал настоящий частокол из каменных кольев. На Первом ярусе ни охраны, ни наблюдателей не предполагалось. Пустырь с сухой землей.

С мерзким скрежетом дверь подъемника отворилась.

-На выход, - сопровождающий их скромную компанию человек вышел первым и встал возле створки, внимательно наблюдая за происходящим. – Ну и где этот идиот? Тарал! Тарал!!

-Не кричи, не глухой, - проворчал живой камень.

Вальтис присмотрелась, когда выбиралась следом за другими неудачниками из подъемника. Не камень, просто цвет плаща очень похож на местную палитру. Под капюшоном виднелось серое лицо и короткая бородка.

-Привез? Давай ключи и вали обратно. Не хватало еще на глаза кому-то попасться, - проворчал Тарал, но на дружеское приветствие ответил тем же. – И передавай господину Еликару, что в ближайшее время пусть больше не спускает никого. Как-как? Не знаю. Пусть хоть как котят топит, нам тут этот мусор тоже без надобности. Алые что-то пронюхали, видел на днях одного. Неспроста здесь трутся. Узнают, полетят наши сюда все, минуя подъемник. Все понял? Запомнил? А раз да, тогда какого духа ты еще здесь торчишь?! Вали уже. Так, что валунами встали? Шевелитесь. А это что? Занкрил, ты все в игрушки играешь?

Невольный визг одной из девушек на краткий миг заложил уши. Вальтис промолчала, закусив язык до крови. Бурбур последовал за Джаруджем. Следом отправилась Нурина, хрипнув напоследок перерезанной глоткой.

-Еще кто-то хочет рот раскрыть? – мрачно произнес их новый владелец, которому были переданы ключи от оков. Обернулся в сторону, где в каменном частоколе зиял проход и спуск в переплетение улиц. – Этих за город, только давайте быстро. А вы – за мной. Кто решит, что он самый умный и даст мне хоть малейший повод, последует прямиком за этими неудачниками. Шевелите ногами!

Выбираясь из-за ограждения, Вальтис различила еще два плаща-камня. Эти ждали, пока подростки уберутся с холма, чтобы вытащить тех, кто передвигаться своими силами уже не мог. Взгляды на себе девушка ощутила интуитивно. Природу не обманешь, это чувство у таких, как она, развито лучше всех остальных.

Внимание не понравилось. Вальтис с тоской подумала, что сбежать-то, наверное, до проблем не получится. Да и после, если быть откровенной, тоже в успехе сомнительного предприятия сомневалась.

Улица показалась бесконечной. Она петляла, натыкаясь на многочисленные домики, прыгала вбок и убегала дальше. Все дальше и дальше уходили от подъемника несчастные, поднимая ногами пыль.

Конец пути откровенно удивил. Вальтис покрутила головой, впервые проявив интерес к происходящему. Если их сейчас здесь решат добить, стоит что-то предпринять. Охранник при них в единственном экземпляре. Знать бы еще, чем и как спасаться.

-Встали, - окликнул их провожатый незадолго до очередного частокола, только на этот раз из толстых металлических прутьев. Калитка в тех была основательно замотана проволокой, отрезая даже теоретический путь в светлое будущее. – Значит так. Объясняю один раз, другого не будет. Меня зовут Тарал. Просто – Тарал. Любое другое обращение меня злит и выводит из себя. А злой я невыносим.

Прохаживаясь вдоль выстроившихся подростков, Тарал попутно снимал с их шей и запястий кожаные оковы, соединенные между собой тонкими, но прочными цепочками. За мужчиной следили с настороженностью восемь пар затравленных глаз.

-А теперь слушайте и запоминайте. Там, - ткнул на серо-бурое небо, затянутое не то тучами, не то непроницаемым туманом, Тарал. – Ни вы, ни ваши бесполезные жизни никому даром не встали. Смотрели в зеркало на свои рожи? Так вот, эти рожи там никому не нужны. И все, что вы сейчас можете сделать, это затаиться здесь на Первом ярусе и не отсвечивать, пока печать не уснет.

-Но мы…

-Первое и последнее предупреждение, - мрачно оборвал Тарал парня, рискнувшего раскрыть рот с возражениями. – Вы – мусор, который никому не нужен. А что делают с мусором, который никому не нужен? Можете не отвечать, - все восемь держали рот на замке, чем немного порадовали. Убивать за этот месяц уже откровенно надоело, как и повторять из раза в раз одно и то же. Мозоль на языке скоро вскочит, не иначе. – Господин Еликар попросил нас тут присмотреть за вами и сделать все возможное, чтобы вы выжили. А выживают здесь у нас только самые смышленые. Тупые долго не живут, что вам ваши товарищи по несчастью успешно продемонстрировали.

Вальтис отрешенно подумывала о том, что демонстрация получилась на удивление красочной. Очень хотелось узнать по поводу слухов, что ходили у них в приюте, но жить хотелось сильнее, чем разевать пасть.

-Поэтому, чтобы все усилия господина Еликара не пошли прахом на ваши же головы, советую запомнить важное правило: ваша жизнь здесь стоит ровно столько, сколько вы можете за нее предложить.

Плащ остановился с того края, где Вальтис не могла видеть толком ничего, если не выглядывать за нестройную шеренгу подростков. Гальтух по левую руку от нее позволил себе расслабиться, пользуясь случаем. Щуплый мальчишка в песочного цвета тунике ужасно гармонировал с окружающей неприглядной действительностью.

-Работа для таких, как вы, найдется. И не для таких, но у вас шансов побольше некоторых будет, - продолжал тем временем свой инструктаж Тарал. – Да?

-Вы сняли с нас цепи, господин Тарал, - подал голос коренастый парень с того конца. Вальтис не видела лица Рура со своего места, узнавая юношу по голосу.

-Вы свободны здесь, - звон цепочек. Вальтис едва удержалась от того, чтобы не вытянуть шею. Любопытно, что сделал с оковами плащ-камень. – В цепях долго не протянете, а мне без надобности следить за стадом безмозглых идиотов. Перспективы я вам обрисовал, работой обеспечу на какое-то время. Дальше все зависит от вас. Возиться и нянчиться здесь с вами никто не будет.

-То есть, - продолжил настороженный голос, – мы свободны?

-Только что это сказал, - безрадостный тон Тарала становился все мрачнее.

-Тогда, - осторожно протянул Рур, – мы можем идти, куда захотим?

-Вполне.

После такого ответа лично Вальтис бы и шага в сторону поостереглась делать. Что-то насторожило в голосе Тарала. Попытка быстренько прикинуть, расшифровать и принять к сведению провалилась почти на корню.

-Тогда, я пошел?

Всего несколько шагов и парень растянулся на земле с кинжалом в спине. По нестройной шеренге пронесся тихий судорожный вздох. Их осталось семь.

-Про тупых я, кажется, уже говорил? - вслух подумал Тарал, вздохнул. – Не хотелось бы повторяться, но сделаю это в надежде на то, что до тех, до кого не дошло с первого раза, дойдет хотя бы со второго, потому что третьего не будет точно: тупые здесь не живут. И чем раньше и быстрее вы это усвоите, тем дольше проживете. Еще желающие свалить от человека, который предложил вам, идиотам малолетним, в этом месте работу, будут? Хорошо. Наргак, с этим разберетесь. Да, почти закончил. А вы все идите за мной.

-Ты сегодня прямо жрица милосердия, - хмыкнула высокая фигура в знакомом плаще. Кажется, ее Вальтис видела у подъемника. Их там две таких было. – Тебя сурфур сострадания покусал?

-Займись делом, - не замедлил шага Тарал.

Вальтис не удержалась и оглянулась через плечо. Пока один из незнакомцев держал труп на плече, второй, подобравшийся ближе незаметной тенью, ловко распутывал проволоку на калитке.

Они еще прошлись по улочкам пустынного городка, спящего ночью. Вот такая тут была необычная ночь, сумеречная из-за низкой серо-бурой туманности. Фонарей нет, как нет в них нужды. Тарал вывел к просторному сарайчику, заставленному какими-то коробками.

-Надеюсь увидеть вас всех здесь утром, - распахнул он одну створку широким жестом. – На слезы время тратить не советую. Работы будет много, легкой жизни не обещал и не обещаю. Чего тебе?

-П-простите, гос.. Тарал, - что-то такое, наверное, мелькнуло в глазах под капюшоном, что девушка запнулась и поспешила исправиться. Перед ее взором явно всплыл не так давно убитый Рур. – М-можно спросить?

-Слушаю, - створку захлопнули за шестью подростками, оставив самое любопытное неизвестным.

Сгрудившись в центре просторного помещения, они осматривали матрацы, что валялись прямо на земле, крохотные низенькие тумбы у каждой. Больше ничего не было, никаких удобств.

-Лож определенно больше, чем нас, - заметил щуплый паренек.

-Даже больше, чем нас было, - заметил на это другой пацан.

На правой щеке мальчишки бугрился неприглядный ожог. Все, что оставили на память о себе родители. Сам парень любил подшучивать над теми, кто его дразнил в приюте, что тем их предки и такого подарка не оставили. И вообще, зависть плохое чувство. Парадокс – отстали. Правда, перед тем несколько раз Даркол набил кому-то морду, буквально провезя по ступеням приюта. Три пролета, по двадцать две ступени в каждом. Зубы потом еще долго находили в случайных трещинах. Их почему-то оказалось больше, чем должно было быть в уважающих себя ртах.

-Интересно, о чем они там трут? – девушка по имени Чайна не знала, что делать: не то принять к сведению угрозы Тарала, не то плюнуть и подслушать чужой разговор. Жизнь научила, что лишней информация не бывает. Правда, конкретно за последний день в жизни случились перемены, которые поставили под сомнение все усвоенные прежде правила.

-Ясно о чем, - отмахнулась от подруги Зузура. Эта быстрее всех выбрала себе матрац у дальней от входа стенки. В центре обязательно наступят, у двери поднимут в числе первых. А быть первой в любой малопонятной авантюре – последнее дело.

-Думаешь, тут получится так просто? – с сомнением в голосе протянула Чайна. Помедлила, но отошла от двери. После пережитых кошмаров постоянно мерещился полет кинжала в собственный живот.

-Как ни крути, но простым это не назовешь, - Зузура свалилась на неказистое ложе и вытянулась, закинув руки за голову. Перед глазами крохотный огонек, который освещал их убогое жилище. Что-то из руды, которая добывается в Подземном ярусе. Маленькая и поразительная забота или желание видеть пленников сарая сразу от порога? – Я бы, например, не хотела зарабатывать или оплачивать жизнь таким способом.

-А то ты знаешь, каким мы способом будем это делать, - фыркнула еще одна девушка в их компании. Сидела и с остервенением переплетала длинную косу. – С парней хоть что взять можно. А мы? Вот помяните мое слово, с утра потащат в какой-нибудь кабак. Нет, вы как хотите, а я тут не останусь.

-Хочешь присоединиться к тем? – неопределенно махнул рукой Гальтух. – Брось, Фруа, не дури. Дождемся утра, там видно будет. Тарал убьет. Если вдруг не этот, так другой. А куда нам тут идти? Мы ничего и никого здесь не знаем.

-К подъемнику. Охраны нет, наблюдателей нет. Вернусь наверх. Уж за рычаги я дернуть сумею, - разобравшись с косой, Фруа насупилась. В нетерпении ее взгляд то и дело убегал к запертой двери. Она не слышала, чтобы щелкал замок. Ни единого звука с той стороны, который бы говорил о некоем запоре, под который посадили пленников.

-Ну, допустим, ты вернешься наверх, - Даркол занял свой матрац, решив, что в ногах действительно правды нет. – А дальше что? Что делать будешь? Пойдешь обратно в приют? А то тебя там ждут.

-Сам слышал, что сказал тот хмырь. Их по головке не погладят, если правда о нас всплывет. За одно это мне жизнь оставят точно. Я так вообще не уверена, что нам там что-то угрожало, - ткнула в невысокий потолок с огромными щелями Фруа. Менять свое решение она не собиралась.

-Это да, - засомневалась Чайна. – Вон, скольких убили. И за что, главное? Просто так. Шаг в сторону и…

-Вальтис, а ты что скажешь? – обратил свой взор Гальтух на их подругу по несчастью.

-Пока на нас печати, рыпаться смысла нет, - ткнула в район ключицы Вальтис. Скрытая одеждой, печать не выдавала бракованного мага. Выдавала темно-серая кожа и белоснежные волосы. Но если тело можно было как-то замаскировать одеждой и кремами всякими, то блестящие глаза, меняющие свой цвет на любой, какой им заблагорассудится, не спрячешь. – Но даже без них я не вижу смысла пытаться что-то сделать. Вам мало было Рура или Нурины? Молчу уже про Джаруджа. Куда бежать? Как? Прирежут. Не эти, так другие. Не забывайте, мы тут ничего не знаем. Вообще ничего. Совсем.

-И все равно я думаю, что до подъемника на Второй ярус мы добраться в силах, - горячо возразила ей упрямая Фруа.

Вальтис скользнула по девушке взглядом.

-Думай, - пробормотала она едва слышно под нос и завалилась на один из пустующих матрацев. – Глядишь, и поумнеешь.

-Ты что сказала? – Фруа ничего не расслышала, но невнятное бормотание определенно имело место быть.

-Говорю, решишь валить, делай это тихо. Я спать хочу, - сворачиваясь калачиком, чуть громче откликнулась Вальтис.

-Не ссорьтесь, - в который раз влез между этими двумя Гальтух. Он остался последним стоять и теперь смотрел то на одну сторону сарая, то на другую, не зная, что ему сказать и сделать. Всегда терялся, когда окружающие начинали ругаться.

-Еще ссориться с этой дурой, - холодно откликнулась Фруа.

-Оставь их, Гальтух, - Даркол успел закрыть глаза и намеревался последовать примеру Вальтис. – Ложись, не стой. Если чутье меня не обманывает, до утра осталось не так много времени. Хоть одна польза от этой чертовой печати.

Вопреки громким заявлениям, уснуть у Вальтис не получалось довольно долго. Лежала с закрытыми глазами и слушала спокойное дыхание товарищей по несчастью. Только у Даркола дыхание было хриплым, сказывались последствия трудного детства.

Оно у них всех было не очень радужным. Жили в приюте кто с рождения, кто пришел чуть позже, как Гальтух. Щуплого тихого мальчишку задирали первое время. Перестали только после того, как Даркол заступился. Причем сделал это на спор. Потом уже сдружились со временем.

Из остальных присутствующих более-менее Вальтис общалась только с Чайной. Тихая и спокойная девушка, она умела выходить из себя так, что окружающие в страхе разбегались. Прилететь могло всем, Чайна в состоянии неконтролируемой ярости не разделяла своих и чужих, правых и виноватых. Пинала, кусалась, дралась со всем, что движется. Зузура единственная смотрела на приступы бешенства сквозь пыльцы. Кто без недостатков?

Погибшего Джаруджа было откровенно жаль. Этому прилетело за несговорчивость еще на Втором ярусе. Парень всегда угощал Вальтис каким-нибудь лакомством, когда возвращался из прогулки по городу. В приюте их обоих часто дразнили. Ей только ленивый не сказал, что парень влюбился, вот и подкатывает. Мало кто знал, что у Джаруджа был секрет, который знала Вальтис и держала рот на замке. Не любили в приюте животных. Особенно крыс. А там была белая, большая, жирная и очень ленивая. Подохнет теперь, наверное, запертая в картонной коробке под кроватью.

Утром разбудил скрип двери, который буквально выдернул из мира грез, где огромный меховой шар на ножках прыгал по головам неудачников. Почти сразу из воспоминаний утекли в неизвестные дали детали сна, но довольная вытянутая морда белой крысы еще долго маячила перед глазами.

-Подъем, - мелькнула у порога фигура в сером плаще. – И на выход.

В сарае сразу зашуршали.

-Фруа нет, - различила Вальтис голос Чайны.

-Она ушла ночью, - так же тихо ответил голос Зузуры. Кажется, не одна Вальтис не могла долго уснуть, но побега она не слышала.

-Интересно, добралась или нет?

-Сама как думаешь? – Зузура отмахнулась от тревог подруги. Выходя из сарая, девушка бросила мрачный взгляд на мужчину, что караулил у распахнутой створки.

Чайна вздохнула и воздержалась от комментариев.

От автора

Книга 1 - Сурфур. Куда ведут голоса в голове?

Книга 2 - ??