Свеча и болотный огонь

На окне деревенского дома стояла свеча. Ее забыли потушить, а может быть нарочно оставили, побоявшись засыпать в темноте. Свеча озаряла подоконник, рисовала на стекле свои пылающие отражения и проникала наружу, лучами разгоняя уличный мрак. Ей нравилось выглядывать из окна, нравилось, что ее лучи касаются сырого, туманного воздуха и падают на размокшую траву. Ей еще никогда не приходилось освещать улицу. Она с удивлением смотрела, как ее свет рассеивается вдали, а темнота за ним будто становится чернее. До сих пор она видела лишь озаряемые собою стены и потолки небольшой комнаты. «Оказывается, темноты намного больше, чем моих лучей?» - удивлялась она.

Время уже было далеко за полночь. Свеча все горела, роняя капли воска, создавая маленькое пространство теплого, неровного света. Ее было видно издалека, но смотреть в этот час было некому, все люди в деревне крепко спали, только ветер иногда стучал в окно, желая померяться силою с огнем. Он бы задул свечу, но стекло – хрупкое, но твердое, ограждало от него комнату.

Тогда ветер изменил решение. Он вспомнил, что пролетая над болотом, видел и там огни, только немного другие. Они захотел их познакомить со свечой и послушать, о чем они будут говорить. Ветру нравилось подслушивать и уносить чужие разговоры.

По болотам в это время блуждал зеленый метановый огонь. Ветер взметнулся к нему, разгоняя туман, и пригласил лететь с собой. Тот, поколебавшись, согласился.

Свеча издалека заметила появление нового источника света. Он показался ей странным, слишком холодным, слишком бледным. И воска у него не было. Как же можно светить без воска?

Огонек тоже удивился, увидев свечу. Почему она такая яркая? Что за странный у нее цвет? Почему она стоит на одном месте, не двигаясь?

Он подплыл к самому окну, коснулся ее света своим и, еще больше удивившись его теплоте, сказал:

- Зачем ты сияешь так ярко? Возле тебя ведь совсем нет темноты.

- Но я для того и свечу, чтобы ее не было.

- Как это? Разве ты не дружишь с темнотой? - болотный огонь заплясал от удивления.

- Дружу? Нет, я с ней не дружу. А ты с ней дружишь?

- Конечно! Я люблю темноту, в ней можно плавать и мерцать. Ее так много, что можно плыть куда угодно. А тебе разве не нравится в ней плавать?

Свеча, удивленной вспышкой вызвав новую игру бликов на стекле, ответила:

- Я не знаю, я никогда не пробовала.

Болотный огонек подплыл к ней еще ближе, став почти невидимым в ее ярком освещении и позвал:

- Пойдем со мной в наши топи! Ты увидишь, как там влажно, как туманно и свежо! Там можно блуждать целые ночи напролет. А еще мы часто собираемся в хороводы, танцуем друг с другом, мигаем и переливаемся.

- Я не могу оставить мой воск. – чуть притухнув, сказала свеча. – Я не могу сдвинуться с места, только если меня перенесут.

Блуждающий огонь помолчал какое-то время, а потом спросил:

- А что, если я поднимусь к тебе? Можно я поселюсь рядом с тобой, в твоих тенях?

- Ты не сможешь ко мне подняться. Я закрыта со всех сторон.

- Ты просто не хочешь со мной дружить! – воскликнул болотный огонь и, неровно мерцая, полетел назад в свои топи.

Свеча еще долго вглядывалась в темноту, тянула к ней лучи, надеясь достать до самых болот, прикоснуться, увидеть хоть краешком глаза то, о чем ей говорил ее знакомый. Она тянулась туда всю ночь. К утру она догорела.

Блуждающий огонь до рассвета бродил по своему болоту, не находя себе места. Свеча стояла перед его глазами – теплая, сияющая, ослепительная. На следующую ночь он снова поплыл к дому свечи, надеясь постоять в ее лучах. Он добрался до прежнего места, но дом был погружен в темноту.