Свет Белой Звезды

Битва против геноцида, великая самозащита, двухсотлетняя война… Как только это не называли. Потомки не всегда умеют ценить вклад своих предков в великие события. А если и пытаются, делают это по-своему. Она закончилась в 2229 году… Сейчас был 2239, прошло всего десять лет. Ещё не забыты сражения и герои битв, но экипажи уже массово демобилизуются, корабли распиливаются на металлолом, а могучая империя пытается встать на гражданские рельсы…

Кто такой Антон Сиверский? Последний герой империи? Или сказочный единорог? А может страшный маньяк? Дворец или заповедник? Может тюрьма? А личная охрана? Верная стража или тюремщики? И главное: как дальше жить?

Что являл собой особняк Антона? Это большой кирпичный особняк с десятью комнатами, с мраморными колоннами по углам, оштукатуренный и покрашенный в ярко-жёлтый цвет. Дом окружён высоким кирпичный забором с силовым полем. Рядом с домом огромная спортивная площадка. На каждом углу цветы и идеальные газоны. Дорожки в саду посыпаны разноцветной галькой, которая переливается на солнце, как драгоценные камни.

Одним своим краем дом омывался индийским океаном и представлял собой естественный бассейн. Можно было войти в одну из комнат в халате, скинуть его и сразу окунуться в солёную воду. Но старый солдат предпочёл бы Море Лаптевых, только бы не было такой охраны. Он устал: от всего, от своей бесконечной жизни, от наблюдения, от своего одиночного заточения. Но что оставалось поделать?

Сиверский разминался на заднем дворе, в спортзале под открытым небом. Он разбегался по стене, делал кульбит назад и после приземления несколько раз бил окружающие его ростовые груши. Очередной разбег, прыжок и удар в грудь манекена, удар такой, что пробивает плотную ткань насквозь; песок фонтанчиком вылетает с обратной стороны и начинает идти тонкой струйкой. Затем Сиверский хватает шест и вторым ударом сносит голову соседнему манекену. Это происходит на глазах только что открывшего дверь дворецкого. Нового дворецкого, работающего у Антона всего неделю.

«Точно, как по атомным часам. И кто же ты на самом деле? Какого ты чина? Не меньше лейтенанта. Во всяком случае, умеешь оценить хороший удар», - дворецкий уважительно смотрел на его тренировку, держа в руках поднос.

- Ваш обед, товарищ Сиверский, - объявил дворецкий.

- Спасибо, Джейкоб. – Антон протёр кулак от пыли и подошёл к оставленному на столике подносу.

- Как вы и просили, заказ из бистро «Царь-бутерброд». «Двойной с острым соусом», напиток и «особый».

- Да, хорошо. – Антон ощупал заказ, всё горячее, бумага чуть промокает от масла. Даже в пакете с «особым».

Сиверский воткнул шест справа от себя в землю, плюхнулся в садовое кресло и вскрыл первый пакет своего обеда.

«Интересно, кто эти люди? Они взяли такой маленький задаток за это дело. Но буду надеяться, что они такие же пунктуальные, как и весь персонал вокруг».

Дворецкий всё не уходил. Антон решил завязать разговор: надо, чтобы он отошёл.

- Я уже говорил, что люблю пунктуальных людей? – Спросил он у него. - Всю жизнь я подчинялся часам, и вот, казалось бы, уже десять лет как кончилась война, надо бросить это и стать гражданским человеком. А нет, всё ещё нахожусь в рабстве у стрелок дьявольского механизма.

- Да, сэр. Я знаю, сэр.

- Я просил не называть меня сэр.

- Да, товарищ Сиверский.

Антон посмотрел на часы. У него пятнадцать минут на обед, и он надеялся на последний обед на земле. Его хотелось растянуть, словно последний обед ведомого на казнь. Ведь он был не уверен, выживет ли он после всего, что задумал.

«Поразительно, из «особого» подтекает масло с запахом чесночного соуса. А там точно то, что я просил?» - Сиверский откусил свой «Двойной с острым соусом» и запил чаем.

– Если люди, которые всегда делают всё по пунктам, жизнь идеальна. Хотя не спорю, это напрягает. Поэтому все военные, будучи в отпуске, уходили в отрыв. Тут ничего не попишешь, но те, кто перестраивался под пунктуальность, переставали испытывать от этого стресс.

- Я пойду сэр, вы не против?

- Конечно нет, иди. – Сиверский улыбнулся дворецкому, хитро сверкнув глазами. «Наконец свалил».

До секунды ХЭ оставалось всего пара минут. Сиверский допил чай и стал лениво надрывать пакет с «особым». В пакете оказался ещё один пакет, а в нём…

Антон лениво отпил ещё раз, допивая совсем остатки, сунул руку в пакет с «особым», опёршись рукой на шест и как бы случайно выдёргивая его из земли. На горизонте появилась точка. Сиверский улыбнулся, вскочил с уличного стула и с размаху метнул шест через весь свой задний двор. Прямо в электрический щиток.

Пластиковый шест полетел как копьё и легко пробил жесть. Оба охранника с автоматами обернулись на звук. Антон достал из пакета шоковый пистолет и выстрелил сначала в одного, потом во второго. Силовой щит над особняком наконец разрядился и погас.

Красавец, старый корабль, типа истребитель-штурмовик, СУ-270 завис над спортивной площадкой и сбросил вниз канат. Антон поймал его и стал забираться, вслепую направив руку с пистолетом на дверь, нажал на курок, когда услышал скрип. Джейкоб охнул от попавшего в него заряда и завалился на бок. Как и прочие охранники.

Антон не хотел никому зла, не хотел никого убивать или калечить. Все выстрелы были не летальными.

Корабль полетел вперёд, а Сиверский, как Руслан на бороде Черномора, полетел на канате. Но очень скоро спрыгнул в траву и покатился по ней. Корабль как ни в чём не бывало втянул верёвку и свечой взмыл вверх. За ним уже вылетели атмосферные истребители.

Антон отряхнул спортивный костюм, вздохнул и поплёлся на остановку, виднеющуюся вдали. Бывшая Индия, такой прекрасный курортный район и почему он не замечал такой красоты раньше? Жаркое солнце слепило глаза, заливая округу оранжевым светом, вскоре будет прекрасный, поражающий воображение закат.

На автобусной остановке он встал и недовольно посмотрел на часы. Рейсовый автобус, собирающий туристов, опаздывал уже на две минуты. На остановке была приподнятая атмосфера, люди загорелые, важные, довольные, с чемоданами. Некоторые попивали сок, некоторые смотрели фотографии, отснятые за отпуск. Наконец подошёл автобус, идущий до космопорта.

Антон взошёл на борт и дал водителю два кредита. Сидячих мест не осталось, Сиверский встал на заднюю площадку и повис на поручнях. Дорога была долгой. Молодая девушка, сидящая перед ним в очках дополненной реальности, подняла взгляд на Антона. В её системе определения лиц появился его профайлер, и девушка подпрыгнула как ошпаренная! Ведь перед ней стоял знаменитый ветеран войны! Капитан третьего ранга в отставке, ста пятнадцатилетний Яджин Скаровский! Сиверский из скромности, взломав систему определения лиц, убавил свои реальные заслуги вдвое.

- Может вам место уступить? – осторожно сказала она, глядя на чуть поседевшие виски Антона. И, не дожидаясь ответа, зайчиком ускакала в противоположную часть автобуса.

Посмотрев по сторонам, Антон не нашёл больше желающих сесть на это место. Напротив него сидел седовласый старик. Он поднял глаза от планшета и улыбнулся.

- Хорошо, когда молодые уважают старших, верно? – На его глазу был монокль дополненной реальности, и он тоже увидел поддельный профайлер Антона.

- Да, да. Неплохо, а то мои суставы уже далеко не такие, как до войны.

- Эх, вы ещё и жалуетесь! В вашем-то возрасте вы так хорошо выглядите. Химикаты небось?

- А то, и химикаты, и мутации, и имплантаты, всего хватало. - поддержал Антон.

- О-о-о-о, а я вот полжизни в канцелярии проработал. И сейчас с трудом могу выбить замедлитель старения. По квотам бешеные цены, пришлось виллу в Лос-Анджелесе продать ради очередной дозы.

- Да, тяжело вам живётся. – Неискренне вздохнул Сиверский. Мимолётно задумавшись: "что такой обеспеченный человек делает в пригородном автобусе?".

- Ой, да ладно вам, я всё понимаю. Заявления в компьютере пересылать – это не Джоушканцев бить. Я всю жизнь с подчинёнными работал и всегда насквозь их видел, а потому и на пенсию вышел как директор. Вот скажите мне, что в вашей карьере, самое важное?

- Расчёт и чувство времени. – Антон вжался в кресло, автобус на огромной скорости обогнали патрульные машины с мигалками. Но, к счастью, они свернули.

- Да, соглашусь, соглашусь. А вы мемуары свои случайно не писали? Я вот писал, - похвалился старик.

- Нет. – Сиверский пожал плечами. – Не доводилось, и без меня достаточно понаписали.

- А вот зря, никто вас лучше вас самого не поймёт. Направляетесь куда-то?

- Да вот, решил на луну слетать, надоело дома сидеть. - Допрос начал утомлять.

- И что в вашем возрасте неймётся-то? Неужели жаркое солнце Индии вам не по нраву?

- Мне больше по нраву холод пустоты и пламя звёзд.

- А я вот домой лечу, на Этзибу, потом хочу Адрин повидать. У меня там внуки живут, две девочки и мальчик. Девчонка уже правнуками скоро обеспечит. А у вас, наверное, уже и правнуки давно. Вы их навещаете?

- Нет, давненько уже не видел. – Антон с печалью посмотрел на небо. Ведь его внук умер, наверное, ещё до рождения этого деда. Сиверскому было больше, чем 230. А может внук и был жив, и как этот дед, жаловался на тяжёлую судьбу бывшего начальника, способного продать виллу в Лос-Анджелесе.

- Что-то вы какой-то грустный. - заявил дед.

- Прошлое вспоминаю… - отмахнулся Антон.

- Да, это я тоже люблю. Может шахматы разложим? – Спросил старичок, развернув перед собой голографический планшет.

- Шахматы? Это можно. – Согласился Антон. Пока его собеседник выставлял настройки матча и таймеры, он решил спросить. - А как вы думаете? Что будет, когда у нас будет слишком много бессмертных людей? Не станет ли это проблемой?

- Как это может быть проблемой? Над нами такой огромный космос… Чёрными или белыми? - спросил старик, показывая красивые, мраморные фигурки.

- Пожалуй, чёрными. А морально-этические проблемы? Вот, представьте себе, что живы вы, жив ваш сын, внук, правнук… - начал перечислять Антон.

- А в этом что плохого? - перебил его дед.

- …но не может выжить ваш пра-правнук, у него отторжение препаратов продлевающих жизнь. - Безжалостно добавил Антон. – И вот вы видите, как он умирает от старости.

- Гм…

- А другие люди? Не вызовет ли ваша бесконечная жизнь зависти у людей, которые не могут получить бессмертие в силу объективных причин.

- Это каких же, позвольте спросить. Непереносимость препаратов штука редкая и…

- Заоблачная цена на курсы, продлевающие жизнь.

- Богатые люди и раньше могли гораздо больше, чем простые смертные, ничего, справлялись. – Старик начал нервничать.

- Хорошо, а вы сами-то готовы жить вечно? Видеть, как вокруг сменяются поколения, технологии. А сами вы, будто на карусели, сидите и всё мелькает вокруг, мелькает. И темп только растёт!

- Это всё ерунда! Живи я вечно, обязательно бы нашёл чем себя занять. Вам шах!

- Я так не думаю. – Сказал Антон, убирая коня, который ставил шах. – И уж поверьте мне, я знаю это на личном опыте.

***

Алла, убедившись, что корабль надёжно перехвачен, но продолжает набирать высоту, надела на голову шлем и застегнула плечи костюма-бабочки. Теперь предстояло покинуть корабль, уходящий на орбиту.

Чувствуя ускорение, она присела на пол и заскользила в заднюю часть корабля, к шлюзу. Хакеры правительства перехватили управление кораблём, корабль бросило в сторону, и она ударилась головой об обшивку. В шлеме осталась вмятина. Алла тряхнула головой и нажала на кнопку разблокировки шлюза. Обе двери с шипением раскрылись.

За бортом ревел ветер. Алла в нерешительности посмотрела туда, отползла назад и, держа в уме, что чуть выше выхода находятся крошечные крылышки кораблика, выпрыгнула наружу.

Кувыркнувшись в воздухе, она включил камуфляж и расправила крылья костюма. Ветер надул крылышки и понёс отважного пилота прочь. Имплант в голове имел навигатор, и Алла развернулась к цели.

Перехватчики повели корабль на орбитальную штрафстоянку.

Целью планирования был небольшой туристический самолёт, который возил людей на экскурсии по колыбели человечества. Задняя часть самолёта была открыта. Там стояла дюжина человек, ветер трепал их одежду и они вглядывались вдаль, ища кого-то.

Влететь на вингсьюте в открытый шлюз самолёта – высший пилотаж. Немногие были способны на подобное. Но Алла имела громадный опыт, едва сровняв свою скорость с самолётом и увернувшись от раскалённых потоков из двигателей, она с первой попытки влетела внутрь и упала на живот.

Упав, Алла сняла маскировку, и все находящиеся в самолёте разразились аплодисментами.

- Молодец! Молодец, Алла! – Сказал командир подразделения и похлопал женщину по плечу. – Кардинал и весь орден гордится тобой.

- Разрешите доложить… - Прохрипела Алла.

- Вольно! Снимай с себя эту штуку, академия Теслы ждёт.

***

Двери автобуса разъехались в разные стороны, и Сиверский пошёл к зданию космопорта. У него был зарезервирован подъём на космическом лифте на имя Яджина Скаровского. «Зевс» скоро найдёт ошибку и починит его профайлер, надо было торопиться. А он так успешно затесался в толпе туристов. Антон зашёл на платформу космического лифта, и тот начал стремительное скольжение наверх. Дед, с которым Антон познакомился в автобусе, стоял рядом.

- А где же ваш багаж, товарищ Капитан?

- Зачем багаж человеку с деньгами? Я что? Пару рубашек не куплю на месте? – Возмутился Сиверский. На самом деле все вещи уже были погружены в его корабль, оставалось добраться до него, он стоял на штрафстоянке. Пилот успешно сбежал на вингсъюте, а корабль легко перехватили, захватили и прикрепили к станции орбитальной полиции.

- Человек с деньгами, а в шахматы играть не умеете. – Хитро подмигнул ему попутчик.

- Мне чаще приходилось играть в шахматы со смертью, а там другие правила.

- А что? И с покупкой одежды у вас проблем никаких нет? Неужели нет любимых рубашек? Не может быть, чтобы вы ни к чему не привязались за столько лет.

Вопрос попутчика больно ужалил Антона в сердце, он пропустил вдох, вспомнив фотографии, которые остались у него на память. Крошечную пластиковую морковку на шнурке и маленькую блестящую пуговицу, на воротнике его униформы… - Мои любимые рубашки сейчас не достать! – Усмехнулся Антон, вспоминая зелёную рубаху космического флота России. И у меня они тоже закончились, а под заказ, не хочу. Я лучше футболок в автомате куплю.

- О как!

Люди рядом уже недовольно переглядывались. Бурчание двух стариков начало их утомлять. Они уткнулись кто в музыку, кто в электронные устройства. Некоторые шаманили свои импланты. В общем, развлекались кто во что горазд, ожидая посадки на межзвёздный транспортник. Но Антону было уже всё равно с кем болтать, ему этот болтливый старик – лучшее прикрытие.

Эти космические лифты – самое выгодное, что могло быть для подъёма человека на орбиту. Земля имела аж целых шесть таких лифтов. Другие крупные провинциальные планеты не могли похвастать таким количеством.

Лифт наконец пристыковался к орбитальной станции и выпустил их. Антон прошёл по коридору рядом со стариком. Из-за угла навстречу ему вышла группа спецназовцев во главе с офицером.

- Ну что же вы, генерал-майор Сиверский, так сбегаете? Нехорошо же! – Сказал офицер звёздного спецназа, сложив руки на груди.

- Генерал майор? – Удивился старик, и его профайлер в монокле наконец обновился до настоящего. – Сам член дюжины?!

- Не трогайте его, прошу, он просто попутчик. Я сдаюсь, верните меня на землю. – Сиверский широко улыбнулся и поднял руки.

- На землю? – Офицер сузил глаза. – Так, в камеру, в участок орбитальной полиции его. – Скомандовал офицер. - Вызовите группу нейтрализаторов, пусть разбираются.

Антон сделал испуганный вид.

- Эй! Эй! Зачем в участок? На землю! – Стал подыгрывать Антон. – Внутренне улыбаясь, как чеширский кот.

- В участок, в участок, не волнуйтесь, вы посидите там пару часиков…

***

За Антоном закрылась камера предварительного заключения, на орбитальной станции полиции. В камере сидело двое: очень грустного вида смуглый мужчина в кожаной куртке и изрядно помятый, интеллигентного вида парень в пиджаке азиатской наружности.

- Здравствуйте. – Антон широко улыбнулся своим сокамерникам. – Меня зовут Антон, я тут решил погулять по участку, вы не составите мне компанию?

Мужчина в кожаной куртке поднял глаза и произнёс: - Очень смешно, вы офигенно смешной шутник, сэр. Меня зовут Джон.

- Очень приятно, а вас как? – Спросил Антон, подав руку второму мужчине.

- Я Ли Пиньинь… Инженер завода ракетных двигателей… Я невиновен!

- Что это с ним? – Антон покосился на Джона.

- Да, так, попался на промышленном шпионаже и сейчас немного опечален. Что вы стоите? Садитесь.

- Не, я пойду погуляю. Вы со мной? – Ещё раз уточнил Сиверский.

- Во второй раз, эта шутка ещё более… - Пробурчал Джон.

Антон подошёл к электронному замку, одним лёгким движением сдвинул что-то в нём, а потом ударил по прутьям решётки: раз, два… Всё шло по плану, замок единственной камеры на станции они тоже сломали к его приходу!

- Что за шум там?! – Дежурный подошёл к решётке и получил удар раскрытой ладонью в шею. Пока он кашлял, Антон открыл дверь и ещё одним ударом окончательно вырубил охранника.

- Ну как? Вы со мной?

… не смешная. – Джон моментально вскочил. Ли шёл, как робот, на негнущихся ногах. Они встали на границе камеры, не решаясь сделать один шаг, который отделяет их от побега.

Завыла серена, к камерам с топотом бежала оперативная группа…

Антон постоял, крякнул и, оттолкнувшись от решётки, разбил потолочный светильник и нырнул под обшивку. Когда оперативная группа вбежала в коридор, они никого не увидели. Только открытую дверь камеры, за которой нерешительно мялось двое заключённых и пожимали плечами. Т-образный коридор имел в длину всего пять метров и три входа в камеры. Они подошли и посмотрели на разбитый светильник.

- Приём, судя по камерам, он нырнул за обшивку. – Сообщил дежурный, сидящий за камерой.

- Как этот здоровяк туда пролез? – Спросил он, подняв ствол и посмотрев в дыру возле светильника.

- Мы откуда знаем?!

- Кхм… - Сказал Антон. Он стоял в другом конце коридора, опёршись на стенку и держал в руках два полицейских шоковых пистолета.

Оперативники вскинули оружие.

- Брось шокеры!!! – Скомандовал один.

- Неа. – Сказал Антон, раньше, чем они нажали на спусковой крючок, он вскинул оба шокера и открыл по ним огонь заряженными скобами. Скобы ещё не долетели, а по нему уже открыли огонь, Антон просто отошёл в сторону, за угол.

Дождавшись, пока шокированные перестанут дёргаться, он бросил на пол шокеры и пошёл к своим сокамерникам.

- Ну как? Идём или остаётесь?