Светило Ишкхар

Открытие

Очередной рабочий день Шаануха не сулил ничего особенного. Сегодня ему предстояло безвылазно просидеть в своей лаборатории, чтобы успеть изучить все присланные образцы материалов для нового квантового датчика. Несмотря на явный талант, молодой инженер-физик вынужден был трудиться без помощников, потому как ещё не совершил ничего выдающегося.

Стремясь побыстрее покончить с утомительной задачей, он отключил коммуникатор и через рабочий планшет заблокировал функцию автоматического открытия входа в кабинет. Через несколько часов работы Шаанух услышал шум и беготню в коридоре. Спустя ещё немного времени кто-то начал настойчиво стучаться в его дверь. Издав озлобленный шипящий звук, учёный отключил блокировку и, стараясь скрыть раздражение, направился ко входу, чтобы узнать причину, по которой его отвлекли от работы.

Вбежавший внутрь коллега выглядел взволнованным. Он начал метаться по лаборатории, пытаясь что-то рассказать на ходу. Но из-за одышки речь его была невнятной, поэтому, увидев Шаануха, вошедший остановился и начал подзывать к себе жестами, пытаясь восстановить дыхание. Когда молодой учёный подошёл, тот схватил его под руку и потащил за собой, пытаясь что-то объяснить сдавленным голосом.

— Нашли, наконец-то, нашли! Поверить не могу! А ты сидишь там, как в пещере. Почти все из нашего НИИ готовят заявки.

— Да что происходит и куда ты меня тащишь?

— Идём скорее, в конференц-зале уже все, кроме нас, собрались и изучают записи. Помнишь ту необычную планетарную систему, о которой недавно по всем каналам трубили? В одном из миров зонд нашёл следы существования другой развитой цивилизации. Точнее, он их увидел, но посчитал лесом из-за какой-то продвинутой маскировки. К счастью, биологи заметили что-то вроде базы, когда лично просматривали записи для изучения особенностей поведения местной фауны.

Шаанух прекрасно помнил новость о странной недалёкой системе, как будто созданной специально для проведения некоего грандиозного эксперимента — там вокруг небольшой звезды вращались три каменистых планеты, кардинально отличающиеся друг от друга. Все эти миры были населены органической жизнью, но в каждом случае она была сформирована на уникальной биохимической основе.

— Хорошо, но к чему такая спешка? — поинтересовался молодой учёный, продолжая идти уже без принуждения.

— Ну как же, чтобы успеть пораньше подать заявку на участие в предстоящей экспедиции. Желающих будет море, а Комиссия, как обычно, начнёт рассматривать кандидатов по порядку. Соберёт группу из первых подходящих исследователей, а остальным предложит отправиться изучать булыжники, которые кому-то показались следами существования разумной жизни. Давай быстрее, чего плетёшься, будто все четыре ноги сломал!

— Не возьмут в эту экспедицию — и ладно, подождём другой. Благодаря новым двигателям за несколько лет ещё тысячи зондов доберутся до таких же перспективных планет.

— В том и дело, что таких может больше не быть. Как ты не понимаешь… там же не просто три брошенных терраформированных мира со сложными биосистемами. На тех кадрах зонд запечатлел покинутую базу цивилизации, которая на порядки превосходила нас по развитию. Ты только представь, насколько удивительные устройства могут храниться внутри, если наши лучшие технари даже не представляют, как маскировка умудряется так хитро обманывать машинное зрение.

После этих слов Халараш распахнул дверь в конференц-зал и протолкнул внутрь Шаануха. Там на огромном экране поочерёдно транслировали отрывки из съёмки зонда. На них посреди густого леса возвышалась скала, у подножья которой можно было чётко различить расчищенную площадку с несколькими небольшими сооружениями рядом. Между ними проходила вымощенная тропа, ведущая к пещере. Вход внутрь был закрыт сплошной каменной преградой, за которой аналоговые датчики фиксировали много пустот.

Все объекты, как и вход в пещеру, имели явно искусственное происхождение. При своей внешней простоте они выглядели очень изысканно. Присмотревшись, Шаанух обратил внимание, что, несмотря на отсутствие ограждений, площадка, дорожка и строения были абсолютно чистыми: ни сломанных веток, ни опавшей листвы, ни даже грязи. Будто их специально подготовили к прилёту зонда либо эта территория обладала некой защитой. Данная мелочь очень заинтересовала молодого учёного, поэтому он почти шёпотом обратился к другу.

— С чего ты взял, что это заброшенная база, если она выглядит вполне ухоженной?

— Ага, всё-таки зацепило, — с самодовольной улыбкой тихо произнёс Халараш. — Остальные пока об этом ещё даже не догадываются, но я успел проверить спектральные данные с зонда, и, судя по ним, тем строениям уже не один миллион лет. Сперва на базу никто не обратил внимания, поскольку алгоритмы приняли эту область за участок леса. Такие дела…

После подачи заявок собравшиеся не торопились расходиться по своим кабинетам и ещё некоторое время обсуждали находку. Но Шаанух не стал задерживаться и сразу направился в лабораторию, чтобы вновь с головой погрузиться в работу. Через пару дней он практически забыл о поданной заявке. Эта миссия не перестала его интересовать, но, прикинув свои шансы, учёный решил сосредоточиться на текущих проектах, чтобы к следующей подобной экспедиции создать себе достаточно громкое имя для участия.

Спустя две недели ему пришло приглашение на собеседование с Комиссией по контролю за перспективными исследованиями. Согласно тексту письма, он вошёл в число тех, кому руководство готово было доверить изучение инопланетной базы. Всё это казалось странным, поскольку каждый сотрудник НИИ прекрасно знал о формальности собеседования, на которое вызывали уже утверждённых кандидатов для обсуждения условий контракта с правительством.

Шаанух не поверил, что за столь короткое время работы на него вообще обратили внимание. Ведь среди подавших заявки были тысячи прославленных научных светил с куда более богатым исследовательским опытом. Сперва он посчитал это приглашение чьим-то розыгрышем над амбициозным начинающим учёным. Однако вечером всё-таки решил связаться с управлением и поинтересоваться, не произошла ли ошибка. Как ни странно, уведомление оказалось настоящим.

После обсуждения условий сотрудничества с Комиссией Шаанух подписал пару договоров и получил расписание программы подготовки. Во время занятий он познакомился с семью другими участниками экспедиции. Представляться пришлось лишь ему, ведь остальные были настоящими знаменитостями мира науки. Тогда молодой специалист решил, что руководство разглядело его потенциал и дало шанс проявить себя наравне с ведущими специалистами.

В назначенный день экипаж корабля с группой исследователей доставили на крупнейшую обогатительную фабрику у пояса астероидов. Благодаря удачному расположению и развитой инфраструктуре она стала главным космическим портом. Перед посадкой репортёры засыпали участников миссии вопросами — всех, кроме него. Когда же один из журналистов всё-таки подошёл и Шаанух начал спешно перебирать в уме красивые фразы для интервью, тот лишь поинтересовался, как пройти к третьему терминалу.

Подъём на борт, отстыковка, несколько часов движения на минимальной мощности маневровых двигателей для отхода на безопасное расстояние — и наконец активация субсветового привода. Всё это время молодой инженер-физик с восторгом смотрел на удаляющийся величественный комплекс.

В моменте он задумался о том, что не так давно основным занятием ишкхар была охота на крупных летающих суафов. Предки большую часть времени проводили в олеумных болотах, терпеливо выжидая приближения добычи. За какой-то десяток поколений их цивилизация перешла от прыжков из грязевых засад к межзвёздным путешествиям.

Затем учёный ненадолго погрузился в фантазии о тайнах, сокрытых в скале на той экзопланете, и предстоящих великих открытиях. Из мечтаний его вырвал голос капитана корабля. Тот попросил исследователей пройти в медицинский отсек для подготовки к анабиозной спячке. Даже с использованием новейшей модели субсветового привода полёт до нужной системы занимал почти двести лет — десятую часть жизни среднего ишкхара.

Их вид обладал природной способностью надолго замедлять процессы жизнедеятельности при неблагоприятных условиях. Во время естественной спячки они зарывались в почву и создавали вокруг себя защитный кокон, через который происходил частичный метаболизм. На судах дальнего следования для этого были предусмотрены специальные камеры с грунтом, обогащённым питательными веществами, а введение специальных препаратов помогало снизить риски от длительного пребывания в таком состоянии.

Опыт

Шаанух пробудился, когда корабль уже замедлялся на подлёте к уникальной планетарной системе. После приземления на ровную площадку вблизи скалы учёные облачились в скафандры, поскольку местная атмосфера на пятую часть состояла из ядовитого для ишкхар кислорода. Выйдя наружу, они с изумлением осознали, насколько плохо снимки зонда передавали реальную картину. Высокотехнологичные сооружения сочетали в себе изящность, строгость и футуристический дизайн. Всем сразу стало понятно, что в этом месте скрыто куда больше тайн, чем изначально предполагалось.

Предвкушая сенсационные открытия, команда начала разворачивать оборудование для исследований. Двое учёных сразу занялись изучением инопланетных построек рядом с местом посадки, а остальные отправились к скале. Когда они подошли к пещере, то, к своему удивлению, не обнаружили там никакой каменной преграды, как было на снимках. Видимо, тут использовалась ещё более продвинутая технология обмана компьютерных алгоритмов.

Проход заслоняла сплошная полупрозрачная преграда из тонкого слоя «умного» нановещества, которое расступалось при приближении. Субстанция, напоминающая гель, словно обтекала проходящие сквозь неё объекты. Надежды ишкхар оправдались — внутри действительно оказался целый подземный комплекс. Его вид вызывал ещё больший восторг, чем сооружения снаружи.

Группа начала изучать все туннели и комнаты, с любопытством рассматривая загадочные устройства в них. Дойдя до развилки, руководитель миссии огляделся и сказал, что исследование комплекса лучше отложить на потом, так как это займёт много времени, а пока нужно вернуться на посадочную площадку для обустройства лагеря.

Когда все организационные вопросы были решены, началось распределение обязанностей. Внешние объекты оказались чем-то вроде складских помещений, которые были пусты. При этом внутренние помещения изобиловали причудливыми предметами, необычными механизмами и системами. Несмотря на свою внешнюю простоту, они имели невероятно сложную структуру. Несколько устройств, функции которых быстро удалось узнать, превзошли не только ожидания, но и самые смелые фантазии участников экспедиции.

Шаануху сперва поручили составить реестр артефактов. Он с энтузиазмом приступил к выполнению задания, с нетерпением ожидая, когда сможет перейти к их изучению. Однако затем на новичка возложили практически все вспомогательные обязанности, включая подготовку отчётов, обслуживание научного оборудования, калибровку датчиков, уборку лаборатории и тому подобное. В общем, всё по части «принеси-подай» стало сферой ответственности Шаануха. Только тогда он понял для чего на самом деле был приставлен к именитым учёным.

Молодому инженеру-физику никто не запрещал проводить собственные исследования, но лишь в свободное время, когда его помощь не требовалась. По факту же это было практически невозможно, так как другие учёные постоянно дёргали его по мелочам. Но Шаанух не мог себе позволить сдаться и упустить выпавший шанс под давлением обстоятельств.

Он решил, что непременно найдёт способ продемонстрировать остальным, чего стоит. Пока другие отдыхали, он работал в лаборатории, валясь с ног от усталости и недосыпа. В таких условиях ему было сложно сосредоточиться, чтобы понять, каким образом функционирует то или иное устройство.

Спустя несколько лет исследований в таком режиме он так и не смог ни на шаг приблизиться к пониманию принципов работы хотя бы одного артефакта. Однако проблема была не в самом учёном. У именитых коллег дела обстояли не лучше. За это время они лишь узнали, как активировать ещё пару десятков найденных предметов. В остальном же, казалось, устройства древней цивилизации работали по волшебству, вопреки известным физическим законам, а в техническом плане имели непостижимо сложную структуру, взаимодействующую на субквантовом уровне.

Примерно тогда участники экспедиции устали «биться головой о стену» в спартанских условиях. Они решили собрать находки и перевезти их на родную планету, где продолжить исследования в более комфортной обстановке. Руководитель миссии дал исследователям месяц на завершение текущих проектов. Шаанух понимал, что по возвращении его вряд ли допустят к изучению артефактов, поэтому придумал план, как по максимуму использовать оставшееся время в своих интересах.

Для этого он прибегнул к хитрости и сам вызвался провести полную инвентаризацию в покинутом аванпосте древних. По факту у него уже всё было готово, но придуманное занятие давало возможность подолгу оставаться наедине с артефактами. Инженер-физик планировал как минимум удовлетворить своё любопытство, хотя по-прежнему не терял надежды успеть сделать важное открытие.

Он брал устройства, назначение которых группе так и не удалось выяснить, и начинал размахивать ими, тереть, подбрасывать, сжимать, надавливать на различные места, дуть на них… В общем, делать всё, что приходило в голову. Вскоре процесс практически превратился в развлечение. Подняв со стола очередной артефакт наподобие небольшого гребешка, Шаанух быстро провёл кончиком когтя по плоским зубцам, в надежде повернуть их.

В тот же момент исследователь погрузился в необычное состояние, словно попал в иное измерение, где даже окружающее пространство ощущалось совершенно по-другому. Его разум будто провалился в глубинные слои мироздания, узрев самые сокровенные тайны бытия. Несмотря на пугающую странность происходящего и оглушающий гул, ишкхар старался совладать с собой, чтобы понять, в чём заключался эффект от взаимодействия с устройством.

Однако шум быстро нарастал и начал причинять невыносимую физическую боль всем трём мозговым центрам. За несколько секунд до того, как потерять сознание и выронить из рук гребешок, Шаанух ощутил чьё-то незримое присутствие. Это отличалось от привычного восприятия через органы чувств, а больше напоминало яркие воспоминания с характерными для них ощущениями. Разница была лишь в том, что они были чужими.

Придя в себя, молодой учёный решил на время отложить эксперименты и отдохнуть. Как только он заснул, то увидел странный сонс видениями об ужасной войне невероятных масштабов. Хотя всплывавшие образы были слишком расплывчатыми, чтобы разобрать детали, в них прослеживался определённый сюжет. Сперва Шаанух списывал всё на последствия проведённого опыта и переутомление, но с тех пор начал видеть этот сон постоянно. Видения о вымирании целых галактик, отчаянной борьбе и страшной скрытой угрозе напоминали рассказ чьей-то трагической истории.

На третий день стало очевидным, что взаимодействие со странной гребёнкой каким-то образом настроило его разум на восприятие этих посланий. Шаанух решил ещё раз воспользоваться ею, в надежде наладить контакт с неизвестной сущностью и узнать больше о видениях. Трижды он погружался в то необычное состояние и терпел до тех пор, пока не терял сознание. Каждый раз ощущал чьё-то присутствие, но не мог ничего сделать из-за невыносимого шума.

Вновь очнувшись на полу, без сил даже подняться, он захотел привязать артефакт к руке, чтобы не разрывать связь, но затем сам себя отговорил. Игры с подобными вещами могли плохо закончиться — следовало остановиться и хорошенько всё обдумать.

Остаток дня учёный боролся с жуткой головной болью, поэтому по возвращении в комнату отдыха быстро отключился. На этот раз он не видел никаких сюжетов о войне, лишь собственный образ с изящным блестящим ободом на голове. Практически сразу Шаанух проснулся, поскольку понял, что это была подсказка от сущности о том, как наладить связь. Точно такой предмет находился среди найденных артефактов древних.

Пока остальные спали, он сбегал за тонким металлическим ободом с причудливыми узорами и вернулся обратно, чтобы без скафандра надеть тот на голову. Когда учёный сделал всё как увидел во сне, то абсолютно ничего не произошло. Даже головная боль не стала слабее.Немного разочаровавшись, он лёг на кровать и стал размышлять о том, как активировать устройство.

От сильной усталости Шаанух вскоре уснул и вновь увидел сон о войне. Теперь образы были чёткими, но что именно с их помощью пыталась донести сущность, оставалось загадкой. На этот раз после финального видения о победе над безжалостным врагом, перед ним возникло какое-то мутное пятно. Присмотревшись, ишкхар с трудом смог различить в размытом силуэте очертания высокого инопланетного существа. Очевидно, перед ним находился именно тот, кто пытался наладить контакт.

Незнакомец явно старался что-то объяснить, но его невозможно было понять из-за сливающихся расплывчатых движений и сильно искажённых звуков. Несмотря на все усилия, Шаанух так и не смог ничего разобрать. При этом сам инопланетянин, похоже, прекрасно понимал ишкхара, так как моментально реагировал на вопросы. Поскольку диалог не складывался, вскоре тот вновь перешёл на образы. Не самый лучший способ обмена информацией, но за неимением лучшего…

Как оказалось, с Шаанухом связался представитель цивилизации строителей комплекса. Они уже давным-давно перешли на совершенно иной уровень бытия, но оставили здесь какие-то опасные объекты, которые представляли огромную угрозу для живых существ. Древний чувствовал вину за это упущение и искал тех, кто помог бы ему всё исправить.

Тогда у оскорблённого учёного родился коварный план, как одним махом поставить на место зазнавшихся коллег вместе с ненавистной Комиссией. Он решил воспользоваться ситуацией и пообещал помочь взамен на раскрытие тайн найденных артефактов. Древний готов был поделиться знаниями о работе любого оборудования, кроме трёх устройств, которые не в тех руках угрожали благополучию целых галактик. Вместо этого он предложил рассказать о скрытом космическом портале на окраине системы и объяснить, как тот активировать. Такая сделка более чем устраивала Шаануха, поэтому он не стал рисковать, торговаться дальше.

Тайна

Долгое время ишкхар узнавал об удивительных технологиях, полностью игнорируя свою часть соглашения. Затем древний вновь стал посылать образы космических ужасов разрушительной войны и ничего кроме них. Сперва исследователь считал, что тот просто делился воспоминаниями о пережитых кошмарах, которые не давали ему покоя. Он злился, не понимая, почему древний столетиями помогал разбираться с технологиями, а затем так неожиданно оборвал связь.

Погоня за признанием, славой и всеобщим восторгом от научных достижений затуманила разум учёного. Критичность мышления вернулась лишь спустя время, когда видения полностью прекратились. Параллельно пришло понимание того, что образы были не трагическими историями из жизни, а предупреждением.

Все последующие попытки возобновить связь оказались тщетными. Но даже поняв, что древний больше никогда не выйдет на контакт, Шаанух не отказался от своих планов, а пересмотрел способ их достижения. Для получения новых знаний он решил воспользоваться уже приобретёнными. За долгие годы консультаций талантливый инженер-физик стал хорошо понимать особенности работы технологий сверхцивилизации. Требовалось лишь выяснить базовый замысел.

Более того, размышляя над перспективами изысканий, он задумался о прежних запретах. Цепочка рассуждений привела к вопросам преемственности, а точнее — к проблеме передачи опыта и знаний между поколениями. Различные архивы или хранилища данных, где все было подробно расписано и разложено по полочкам. В тот момент ишкхара осенило насчёт планетарного портала.

Он вдруг понял, что потенциальную угрозу представляло не само устройство или мгновенное перемещение в другие миры, а именно возможность доступа к сокровенным тайнам древним. Подобная транспортная сеть должна была связывать все значимые места, включая столицу. Шаанух загорелся идеей попасть туда.

Всё ещё будучи на вершине славы, он без проблем заморозил свои текущие проекты и организовал крупномасштабную экспедицию. Само собой, под ложным предлогом.

Пока остальные занимались сбором всевозможных данных о структуре, базовых системах и особенностях энергетических сигнатур, Шаанух старался понять, как именно порталом пользовались создатели. Несмотря на значительное сходство с космическими аналогами, планетарный вариант был устроен куда сложнее, имел множество дополнительных защитных протоколов и иной механизм взаимодействия.

Сочетание всех этих факторов делало поставленную задачу практически неразрешимой для стандартных моделей анализа. Неудивительно, что спустя год исследований команде так и не удалось узнать ничего нового. Но ишкхары не отчаивались, поскольку верили в гений своего руководителя, как и он сам.

В один из дней, когда Шаанух, как обычно, ходил вокруг портала, погрузившись в воспоминания о беседах с древним, коллега окликнул его с предложением присоединиться к празднованию Дня науки. Сказав, что вскоре подойдёт, Шаанух ненадолго замер, чтобы развить промелькнувшую в тот момент мысль.

С самого начала учёные искали сложные высокотехнологичные способы активации, хотя всё могло быть построено на простейших инструментах управления. Голос коллеги указал на огромное упущение. Поскольку Шаануху так и не удалось услышать древнего, то он и не рассматривал слова в качестве фактора взаимодействия. Речь была единственным очевидным вариантом, который никто до сих пор не испробовал.

Лингвисты достигли определённых успехов в изучении языка древних. В базе данных экспедиции обязательно должна была храниться одна из последних работ на эту тему со значениями некоторых слов и предполагаемыми транскрипциями. Исследователь без проблем отыскал её на рабочем планшете и начал искать совпадения с витиеватыми последовательностями символов на стенке портала.

Шаанух даже удивился тому, как быстро нашёл идентичное слово, которое, по мнению лингвистов, могло означать: «первый», «центральный» или «главный». В предвкушении грандиозного открытия он решил проверить свою догадку и не спеша произнёс вслух транскрипцию как «шальфкхеим».

Основание конструкции тут же засветилось, и это сияние начало быстро подниматься по спиральным линиям символов вверх. Через мгновение внутреннее пространство арки заполнилось голубоватой субстанцией, практически сразу образовавшей своеобразный энергетический кокон.

В тот момент изнутри ишкхара раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, ему не терпелось войти внутрь и узнать сокровенные тайны сверхцивилизации. Но в то же время, хотелось сперва всё досконально изучить, поскольку разум заполонили десятки тревожных мыслей относительно дальнейших перспектив такого шага. Учёный как минимум не был уверен в том, что сможет открыть проход в обратную сторону.

Колеблясь между вариантами, Шаанух вдруг услышал какой-то шорох вдали коридора. Он испугался приближения коллег, которые могли зайти в комнату, чтобы вновь пригласить его на праздник. Тогда они бы точно не дали ему воспользоваться порталом, а то и вовсе стали бы претендовать на причастность к величайшему открытию. Гордыня вновь затуманила рассудок исследователя.

В качестве простейшего и единственного эксперимента он бросил планшет в энергетический кокон. Тот бесследно исчез за светящимся барьером внутри арки. Ничего странного или подозрительного при этом ишкхар не заметил, поэтому, недолго думая, спешно вошёл в портал. Он ожидал, что, как и при использовании космических межпространственных переходов, сразу же выйдет в пункте назначения.

Но вместо этого Шаанух оказался посреди бескрайней пустоты, видя перед собой лишь небольшое пятно света вдалеке. Он ничего не чувствовал, даже собственного тела, а в уме крутилась лишь одна мысль: «Ну вот и всё!»