Своего счастья кузнец

Погожий день. Обласканный лучистым солнцем ветер нежился на травяных волнах, чуть-чуть стебли пригибал.

- Всегда так, - старик отхлебнул горячий чай из закопчёной кружки. – Зиму сменяет весна, лето – осень. Ночь приходит на смену дню, а гроза - погожему дню. К вечеру тучи набегут, кости ломит.

Старый Рысь сошёл с низкого крыльца, чуть прищурясь огляделся вокруг.

- Как будто и ничего не видать. А всё же обождать стоит. Искать в непогоду приюта под ёлкой мне хуже, чем без сна просидеть под крышей. Завтра к родичам поеду привет передать.

Из опустевшей кружки вытряхнул чаинки широким взмахом руки. Усмехнулся.

- Вот и чай сменяет один другого в кружке, как люди. Земля всё одна, а люди на ней разные. Много лет Настоящие Люди жили и знали только себя. Всегда было пять народов: чиуканы, тахи, анаи, вахэ и дакаи, и называли они себя Братья Одной Руки. И были у них враги и было их также пять: чоду, ченчи, чилаки, мыкчи и сагары. И всегда правильным это считалось. Врага грабить надо, с братом дружить. Вроде твёрдо все это признали, а случалось противное. Внутри одного народа жуткий разлад случался.

Рысь вернулся в бревенчатый балаган, наполнил кружку свежим чаем и, довольно щурясь, удобнее уселся на топчане.

- Так-то да, - протянул с хитрой ухмылкой. – Не случись разлада в Роду Горбатого Быка, никогда бы Семейство Белого Ручья не прославилось своими кузнецами.