Свя-баки

Хрестоматия для детей 2 класса общеобразовательных и специализированных школ. Глава «Свя-баки. История и правила».

Здравствуй, малыш!

Сейчас ты на уроке, и наверняка ждешь момента, когда прозвенит звонок и ты сможешь отправиться в столовую, чтобы насладиться творожной запеканкой, вкуснейшей рисовой кашей или котлетой.

Но задумывался ли ты когда-нибудь, почему у поваров в твоей школьной столовой или у твоей мамы всегда под рукой горячий борщ или мороженое - такое холодное, что есть его нужно маленькими кусочками, чтобы не заболеть?

Конечно же, это заслуга свя-баков.

Свя-баки есть в каждом доме, на улицах, словом, везде, где они могут пригодиться. А знаешь ли ты, как они вошли в нашу жизнь?

Когда-то давным-давно, в конце 13 века, один монах во Франции удалился в скит, чтобы предаваться посту, молитве и размышлениям о природе божественного. Он строго соблюдал пост, лишь раз в неделю послушник приносил ему каравай хлеба и немного фруктов. Однажды. Придя с обычной ношей, послушник увидел нечто восхитительное: сам монах застыл, коленопреклоненный, а вокруг него разливался необычный свет. Все, что попадало в зону этого света, оставалось нетронутым: яблоки не завяли, хлеб не зачерствел и был таким же теплым, как в день, когда его принесли сюда.

Посмотреть на чудо вызвали высочайшие церковные чины. И те, посовещавшись, решили сохранить местонахождение пещеры и сам факт случившегося в тайне. Хотя в те времена чудеса были хорошим способом привлечь новых верующих, это чудо было слишком велико и непостижимо, чтобы его обнародовать.

Но в XX веке ученые, расшифровывая старые архивы, наткнулись на упоминания о загадочном монахе. А уже в XXII веке они смогли не только обнаружить пещеру, но и воссоздать то поле, в котором сохранялось безвременье. В этом поле вещи «застывали» такими, какими их поместили внутрь: холодное остается холодным, теплое теплым, мягкое – мягким.

Сначала такие поля существовали только в исследовательских лабораториях, но затем ученые смогли сделать специальные емкости, в которых поле не только хранилось, но и объединялось с полями из емкостей по всей планете. Благодаря этому мы получили возможность хранить еду, которая всегда остается свежей и вкусной. Эти емкости, как дань памяти монаху, чье имя до нас, к сожалению, не дошло, называли свя-баками – «Священными Баками».

Ура религии! Ура науке!

Не забывай, малыш, что к сва-бакам нужно относиться уважительно: не бросай туда мусор, несвежую еду, игрушки, не пытайся засунуть туда домашнее животное или залезть сам. И тогда свя-бак в твоем доме прослужит тебе и твоей семье очень долго, буквально – бесконечно.

Контрольные вопросы:

***

Свя-баки бывают четырех цветов:

- синие – личные, для пользования для хранения пищи и напитков одной семьей;

- зеленые – благотворительные, открытые для всех экогов (экономически ограниченных граждан);

- розовые – благотворительные, предназначенные для сбора пищи для животных;

- коричневые – исследовательские, служат для научных целей.

***

Правила пользования общественным Свя-баком 12 567

1. Свя-бак 12567 относится к категории ОБЩЕСТВЕННЫХ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫХ свя-баков.

2. Чтобы поделиться пищей с экогами, пожалуйста, с помощью сачка положите её в свя-бак в герметичной упаковке (контейнеры, запечатанные пластиковые или бумажные пакеты, пищевая фольга).

3. Пожалуйста, уважайте тех, кто будет питаться из этого свя-бака! ЗАПРЕЩЕНО погружать в свя-бак:

- испорченную пищу, объедки, любой бытовой мусор;

- пищу в ненадёжной упаковке, т. к. она может в процессе погружения или извлечения смешаться с другими продуктами;

- пищу, содержащую лактозу и арахис, т. к. это может привести к приступам аллергии у экогов;

- пищу, требующую дополнительных манипуляций: разделки, варки или другой тепловой обработки. Помните, что у экономически ограниченных людей не всегда есть возможность нарезать пищу или провести её тепловую обработку. Пища для свя-бака 12 567 должна быть готовой к употреблению сразу после извлечения.

КАТЕГОРИЧЕСКИ запрещено погружать в свя-бак ЛЮБЫЕ ЖИВЫЕ объекты!

4. Пожалуйста, НЕ ХРАНИТЕ в Свя-баке 12 567 пищу, предназначенную для личных целей. Вы можете приобрести бытовые свя-баки серии 11 с удерживающими сетками-ловушками, чтобы использовать их дома.

5. КАТЕГОРИЧЕСКИ запрещено погружать в свя-бак пищу руками. Используйте специальные сачки!!!

Пожалуйста, не забудьте повесить сачок рядом со свя-баком после использования.

Спасибо за вашу доброту и отзывчивость!

***

Донни и Кенни молча курили, глядя на расплывающуюся лужу крови на бетонном полу. Лужа становилась всё больше, и в ближайшее время уменьшаться не собиралась: в покойном было довольно много крови, и вряд ли он сам бы поднялся и ушёл, извинившись за доставленные неудобства.

А Донни и Кенни очень этого бы хотелось, потому что решать вопрос как-то было нужно.

- Раньше всё было проще, - сокрушался Донни, любивший старинные фильмы. – Делаешь звонок, к тебе приезжают специальные люди и всё убирают. Тело расчленяют, полы моют. Я смотрел один фильм, там, знаешь, человек специально держал свиную ферму, потому что свиньи…

- …сожрут тело весом в 200 фунтов примерно минут за восемь, - устало продолжил Кенни. – Ты мне сто раз рассказывал. У тебя есть свиная ферма?

- А почему это ты на меня сердишься? – удивился Донни. – Это не я на ровном месте полез в бутылку и зарезал человека ни за что. По-хорошему, это тебе надо думать, что делать теперь.

- Да я уже подумал… - Кенни с отвращением отступил от расширяющейся лужи. – На улицу мы его целиком не вынесем – камеры везде. Зато свя-бак – недалеко.

Он замолчал. Молчал и Донни. Оба были потрясены собственным кощунством.

Если что на Земле дети и усваивали с младых ногтей накрепко, то только то, что свя-баки предназначены только для еды.

Можно было забыть, как переходить улицу, можно было не мыть руки и не чистить зубы, но свя-баки были действительно СВЯ. Только для еды. Всё чистое. Всё в герметичной упаковке. Не забыть проверить крепление сетки в домашнем свя-баке (в таком баке пищу можно было хранить вечность, не опасаясь, что она улетит в неизвестное пространство, как в свя-баках благотворительных). Только свежую приличную еду в свя-баки общественные.

Непреложно СВЯтое правило.

Кенни попытался разрядить обстановку:

- Ты думаешь, мы будем первыми? Да я уверен, что там этих трупов уже плавает целое кладбище!

Донни молчал.

- Ну а что ты предлагаешь? Куда нам его ещё деть? Нас по ДНК вычислят за секунду, даже если мы его три дня варить в кислоте будем, а потом три дня жечь этот гараж!

Донни нехотя кивнул. Он всё понимал, и начинал привыкать к мысли, что придётся совершить кощунство.

- А если его достанет какой-нибудь нищий и нас найдут? – спросил он, надеясь, что в споре всё-таки найдётся другое решение.

Кенни развёл руками.

- Где? В Йоханнесбурге? В Слэб-сити? В Таганроге? Это же свя-бак, ты кидаешь туда пищу и никогда не знаешь, где её достанут. Как и нищие – они же сачками наугад орудуют, кому банка тунца достанется, а кому лобстер…

- Ну, лобстера никакой дурак не станет выкидывать, - уверенно заявил Донни. – Я бы точно не стал. К тому же их принято подавать живыми, а живых в Свя-бак никогда не засовывают!

- Живыми подают устриц, - машинально ответил Кенни. Оба рефлекторно посмотрели на покойника. При таком количестве вытекшей крови вряд ли бы кто-то мог остаться в живых, но Кенни не стал протестовать, когда Донни потратил драгоценную, на сто процентов нелегальную, великим трудом добытую – одну из столь немногих! – пулю.

На всякий случай.

- А как мы его будем грузить? – поинтересовался Донни, свинчивая глушитель. – Не целиком же!

ё- Где здесь ближайшая бургерная? – ответил вопросом на вопрос Кенни.

Остаток дня они провели, тщательно распиливая труп, засовывая неаккуратные куски между булок и аккуратно пакуя в пакеты. Оставшиеся от бургеров котлеты и доставшуюся в подарок за большой заказ картошку фри Донни хозяйственно решил забрать домой – закинуть в мамин свя-бак.

По улице они шли не преступниками, а победителями. И закидывали всю гору пакетов с бургерами в свя-бак не торопясь, показывая, что они – сознательные и помогают бедным.

Учительница, выведшая на прогулку свой мелкий класс в одинаковых защитных жилетах, остановилась возле них, улыбаясь и кивая, особенно в адрес Кенни.

- Видите? – строго спросила она учеников. – Всё по правилам: пакеты герметичные, порции небольшие, загружают чем?..

- Сачком! – хором ответил класс.

- Красное течёт, - пискнул какой-то выскочка.

- Кетчуп, - пояснил Донни, демонстративно облизывая совершенно чистый палец.

- Это ничего, - успокоила учительница, снова улыбнувшись Кенни. – Это свя-бак, там ничего не протечёт, всё остановится. Там всё останавливается.

***

- Да отойди ты, прорва, - проворчала старушка, доставая сачок, обращаясь ни к кому конкретно и ко всем котам сразу. Пестрая стая хвостатых негодяев едва не сшибла ее с ног. Они терлись, размахивали своими великолепными хвостами – кто пушистой метелкой, кто скромной морковкой. Мяукали в ожидании пайки.

Старушке понадобилось немало времени, чтобы извлечь из полотняной сумки сачок для извлечения еды. Неприятный розовый свя-бак не нравился большинству жильцов из-за кричащего цвета, который спокойно могут воспринимать только пятилетние девочки, получившие в подарок свою первую Барби. Но он был поставлен не для них, а местные бездомные коты, пара приблудных собак и енот Йеня оставались всем довольны.

Старушка привычно закатала рукав и перехватила сачок за ручку. Вообще у каждого свя-бака должен был находиться сачок муниципальный, на цепочке, для общего пользования. Но район был неблагополучный, и, вероятно, кто-то из местных маргиналов, а то и просто жадный непорядочный человек свинтил его и упёр домой. Трудился долго: на плексигласовой цепочке толщиной в три пальца осталась куча зазубрин. И, конечно же, никто ничего не видел и не знает.

- Ничего, хорошие, у нас свой сачок есть, сейчас будем кушать, - успокоила она котов, заныривая в свя-бак и надеясь на славную добычу. Вообще розовые свя-баки обычно щедро одаривали старушку, но чаще всего там плавали кошачьи консервы, пачки сухого корма и лакомств для собак под деликатным названием «бычий корень». А старушке хотелось бы найти там свежего минтая или куриную грудку: и питомцев угостить, и самой полакомиться. Зелёными, для экогов, свя-баками она не пользовалась принципиально: она же не какая-нибудь нищая!..

Слово «эког» ей давалось тяжело и никак не запоминалось.

- Ну-ка, что у нас тут?..

Первый заброс сачка очень порадовал старушку: целый контейнер, килограмма на два, куриных шей. Это и на суп сгодится, и ораву покормить хватит. Со справедливостью истинного неподкупного судьи она выделила каждому из котов по шейке, отгоняя охочих до чужой порции и подбадривая робких котят; по две шейки – паре барбосов. Заколебалась, глядя на енота, но потом подумала, что шейки хорошие, с мясом, а он так трогательно тянет лапки, - и вручила ему тоже одну. Остаток ушёл в полотняную сумку, а картошку и лук она купит возле дома.

Шейки закончились мгновенно, и слегка успокоившееся хвостатое братство село вокруг неё полукольцом. Только кот Василиск, серый и толстый, закручивал лихую восьмёрку вокруг тощих старушечьих ног, громко мяукая.

- Уу, прорва, - на этот раз старушка обращалась конкретно к нему. – Ты и сам у нас свя-бак, да? Сколько не впихни, всё проглотишь?..

Василиск снова мякнул, подтверждая, что, в общем-то, да – всё.

Сачок снова нырнул в свя-бак, но вынырнул подозрительно лёгким. Старушка, поднося его к себе, свободной рукой поправила очки: неуж пустой? Да быть такого не может!

И действительно, там лежал маленький зелёный трупик волнистого попугайчика.

- Вот те нате… - расстроилась старушка. – И зверюшку угробили! И бак испоганили! Да что ж за люди-то такие! Васька, урод, уйди, не для тебя это!

Старушка махнула ногой на Василиска, который ждал обеда, чуть не упала. Потом зачем-то подышала на попугайчика, хотя ещё со школы помнила, что в свя-баке время не движется. Поэтому туда нельзя засовывать не то что голову, а даже руку: все процессы мгновенно останавливаются, и рука может отсохнуть. И попугайчику уже не помочь.

- Не отдам тебя этим оглоедам, - решила она. – Закопаю в садике, по-человечески…

И вдруг старушка почувствовала, что в сухонькой ладони что-то шевельнулось. Она опустила взгляд – и действительно, зелёная птичка начала подавать признаки жизни. Шевельнулась раз, другой, моргнула, и вдруг мгновенно, незаметно для человеческого глаза, вспорхнула. Секунды не прошло, как попугайчик уже обосновался на ветке ближайшего куста и, наклонив голову, внимательно изучал свою нечаянную спасительницу.

- Ну, чудеса!.. – ахнула старушка. – Да такого просто не может быть!.. Вот расскажу кому – не поверят! Васька, ты видел?

Василиск всё видел. Василиск уже распушил хвост и присел, недобро наблюдая за попугаем.

- Отстань от птицы! – рассердилась старушка. – Вот же не кот, а дракон настоящий! Погоди, я тебя сейчас покормлю…

Она снова опустила сачок в свя-бак, и тот вернулся с большущей банкой кошачьих консервов. Старушка начала аккуратно расставлять принесённые с собой плошки, и кот Василиск отлично пообедал в этот день, хоть и без зелёного десерта.

Попугай же довольно долго летал по кварталу, пока его не забрала домой какая-то семья, не подозревая о его уникальной судьбе.

***

- Слушайте, я в это просто не верю! Не верю, и всё. Попугай у кого-то с балкона вылетел, а бабке показалось, что он из свя-бака! Потому что иначе быть НЕ МОЖЕТ.

- Я согласен с коллегой, мы провели миллионы экспериментов. Что попало в свя-бак, то застыло, мы даже замороженных мышей можем воскрешать, человека из комы вывести. Но не из свя-бака.

- Всё это, конечно, хорошо, господа учёные, но вы понимаете, что слухи уже разошлись не только по городу – в иностранных СМИ уже появились публикации! Что мы будем с этим делать?

- А что надо делать? Просто продолжим печатать инструкции, чтобы не совали в баки руки и жоп… ой, извините, господин министр.

- Кажется, вы немного недооцениваете масштаб глупости населения. Это не для печати! Если сейчас же не принять меры, то количество несчастных случаев взлетит до небес, а это подорвёт доверие к самой концепции свя-баков… А мы и сами не знаем, что там внутри, и только делаем вид, что всё под контролем!

- Господин министр, я считаю, нужно провести дополнительную информационную кампанию, в которой мы бы ещё раз напомнили о правилах безопасности и о пользе свя-баков… Например, наши учёные могут выступить с интервью в прайм-тайм, запустим серию социальных роликов, разместим побольше голограмм…

- И слоган должен звучать чётко и доступно! Свя-баки безопасны, но руки не суйте! Это всё, что надо в них вдолбить, понятно? Господа учёные?

- Да, господин министр.

- Хорошо. Действуйте.

***

Полицейский с большим неодобрением смотрел на женщину, которую выводили из дома: растрёпанную, опухшую, мужские наручники еле сошлись на запястьях. С каждой такой задержанной ещё кусочек от остатков его человеческой душевности испарялся. Алкоголички, наркоманки, чокнутые были страшны сами по себе, страшнее грабителей и убийц, с которыми он имел дело куда реже. Но когда их жертвами становились дети…

- Но я же ничего, - бормотала ещё не протрезвевшая женщина. – Говорили же… по телевизору… я слышала… Я просто хотела, чтобы он полчасика помолчал… а потом достать…

- Дура ты, - не выдержал напарник. – Что тебе говорили? Чтоб НЕ совать туда ничего живого! Пойло своё суй, а руки не суй! А ты что удумала?

- А мне соседка говорила, что вот был случай… с попугаем… что теперь они снова оживают…

Трясущаяся соседка рыдала за спиной полицейского. Она же, сплетница, и стала невольной свидетельницей того, как пьяная женщина засовывает в домашний свя-бак младенца со словами «Задолбал орать, помолчи!». Помочь ребёнку она не успела – в свя-баке всё действительно останавливалось мгновенно, и ей оставалось только вызвать полицию.

Срок за соучастие ей не грозил, только введённый недавно штраф за распространение слухов о якобы ожившем попугае. Но полицейский не спешил ей об этом говорить: пусть потрясётся, поплачет! Из-за вот таких «безобидных» слухов эта пьяная дура решила «успокоить» ребёнка в свя-баке, раньше и думать бы побоялась, даже в полном невменозе.

«Что за люди, - с отвращением и тоской думал полицейский. – Ну что за люди!..»

Предстояло писать долгий отчёт – и не забыть упомянуть разорванную сетку в свя-баке, из-за которой найти тело уже не представлялось возможным.

***

Крупным планом на экране – миловидное лицо девушки. После заставки с котёнком, который трогает лапкой кисточку для пудры, начинается эфир. В процессе трансляции присоединяются новые подписчики, число которых к завершению видео превышает 10 миллионов.

- Друзья, всем привет, это снова я, ваш любимый косметический блогер Лана-Милана! И сегодня я отвечу на самый главный вопрос, который так волнует нас всех. Правда ли в свя-баках всё так опасно или же это новый способ омоложения голливудских звёзд, который от нас скрывают?

На экране появляются две фотографии красивой молодой женщины, сделанные на разных мероприятиях. Звучит закадровый голос:

- Посмотрите! Это Триша Тейти, звезда, о которой в шутку говорят, что она открыла секрет бессмертия. Но шутка ли это? Между фотографиями – более 15 лет, и, как видим, она совершенно не изменилась. Ни одна современная процедура ещё не может дать эффекта такой свежести!

Ходят слухи, что Тейти и другие звёзды изобрели новый способ не стареть: а именно, сон в свя-баках! Благодаря такому отдыху, когда 8 часов подряд клетки организма НЕ СТАРЕЮТ, они могут сохранять молодость на треть дольше, чем любой из нас! И, конечно, нам говорят, что это опасно, ведь если их секрет будет раскрыт, каждый сможет выглядеть, как Триша!

Я думаю, все мы в курсе истории с попугаем, который после попадания в свя-бак чувствовал себя прекрасно, и нужны ли нам ещё доказательства того, что от нас просто ПРЯЧУТ секрет омоложения?

Поэтому сегодня я проведу эксперимент: у меня есть вот этот герметичный скафандр, привязанный к кровати, чтобы вредоносное излучение свя-бака – я рассказывала о нём в прошлом выпуске – не повлияло. В скафандре циркулирует кислород, так что я точно не задохнусь, и, надеюсь, утром проснусь такой же, какой буду сейчас засыпать! Как видите, у меня установлен увеличенный свя-бак с особо прочной сеткой, чтобы меня не унесло в подпространство (смеётся).

Трансляция будет вестись ВСЮ ночь, и если вы увидите что-то необычное, пишите в комментарии! А также не забывайте ставить лайки и делиться этим видео с друзьями! Доброй ночи, дорогие!

Общий план. Девушка залезает в скафандр, спотыкается, смеётся. Надевает шлем, проверяет рывком крепление у кровати, машет в камеру: всё в порядке!

На миг камера уходит в затемнение – девушка перчаткой скафандра поворачивает её в сторону свя-бака, затем, ещё раз помахав зрителям, медленно опускает в свя-бак голову. Через мгновение её тело падает на пол, мелькнув чистым срезом перекушенной шеи. Голова навсегда исчезает в свя-баке.

8 часов непрерывного общего плана, в центре – свя-бак. Один раз мимо проходит котик, нюхает скафандр и уходит.

***

- Ну что, господа учёные, на колу верчёные? Я что говорил?

- ...Простите, господи министр, мы даже не ожидали…

- Кто у нас отвечал за всю ху… кампанию?

- Руководитель пиар-отдела, господин министр. Он сейчас в больнице, в кардиологии, тяжёлый сердечный приступ.

- Зассал, мудак! И правильно сделал! Как выйдет – пусть даст мне ещё больше рекламы, чтоб из каждого утюга!.. Ну я же говорил, что эти дебилы начнут эксперименты, ну ё-моё… В общем, так. Рекламу продолжать. Усилить. Академики!

- Да, господин министр?

- Разбирайтесь, что это за херня с отрезанной головой.

- Мы как раз этим заняты!

- Мы никогда такого не видели!

- Ну так занимайтесь активнее! И ещё – если хоть слово, хоть муха из вашей лаборатории выскочит – я вас сам! Лично! В эти свя-баки позапихиваю, изучите вопрос, так сказать, изнутри. Я всё внятно объяснил?

- Да, господин министр.

- Работайте…

***

Подборка новостей из Сети за лето 2187 года

«Учёные снова напомнили, почему со свя-баками нужно быть осторожными: время останавливается!»

«Полицейские не нашли следов криминала в смерти видеоблогера Ланы-Миланы»

«Инвестиции в еду: как разумно сделать запасы с помощью свя-баков, чтобы внуки могли попробовать бабушкины оладушки»

«Домашние свя-баки стали хуже хранить продукты? Правда или миф, разбираемся вместе»

«Эког из Бирмингема стал миллионером: он извлёк из свя-бака банки с редким сортом джема, общая стоимость которой превышает полтора миллиона долларов…»

«Триша Тейти опровергла привычку спать в свя-баке: всё дело в здоровом питании и режиме дня, заявила звезда».

***

Чаки не нравилось, когда его называли экогом. Экономически ограниченный, придумают же! Но и бомжом или нищим он называть себя не собирался. Ему нравилось слово «бакер». В этом было что-то и от байкера, и от морского сленга.

В детстве Чаки мечтал стать моряком, и, конечно же, не на какой-нибудь жестяной посудине, перевозящей контейнеры с тряпьём от континента к континенту, а на настоящем корабле из дерева, с парусами, деревянным рулём, «вороньим гнездом» и пьяницей-боцманом. На самый худой конец – если уж вообще без вариантов – никак иначе – он бы согласился служить на авианосце.

Но родители Чаки были богатыми снобами, в среде которых царила мода на совершенно бесполезное и ультра-редкое высшее образование, и образование капитана авианосца таковым для них не считалось. Так Чаки стал специалистом по древнефранцузскому языку и литературе. Мог когда-то страницами цитировать «Эпистолы» де Бергамо, конечно же, на языке оригинала.

А затем родители Чаки бесславно разорились, не оставив сыну ни цента, ни копейки, ни, чёрт их дери, любителей Франции, сантима, - и постепенно, привыкший к красивой жизни и не привыкший к работе, он дошёл до жизни бакера.

Жизнь эта была не пышна, но как минимум сытна: даже удивительно, как много на Земле жило порядочных людей, соблюдавших все правила пользования свя-баками. Три раза в день Чаки доставал из бака то бутерброд с бужениною, то порцию запечённой рыбы с овощами, то какие-нибудь даже конфеты или мороженое, и принимал всё с благодарностью.

Однажды ему даже пришла в голову мысль изменить жизнь, открыв своё кафе «Свя-бак», где подавались бы блюда из него, родимого. Но дело не пошло: было лень, да и приятель Чаки, Рой, высмеял эту идею: ну кто станет платить за еду, которой вокруг бесплатно – только сачок сунь! И Чаки был вынужден с ним согласиться. Хотя Рой был совсем уже сумасшедшим стариком, который всюду таскался с магазинной тележкой, набитой хламом, и уверял, что его мозг повредили инопланетяне во время опытов.

И всё-таки, хотя ночи были тёплыми, а обеды сытными и вкусными, в голове Чаки не утихала мысль о том, что можно что-то сделать… что-то надо сделать!

Например, его очень грели слухи об ожившем попугайчике, который якобы достался какой-то бабке, и ей за него вроде как кучу денег отвалили. Если где-то там плавает ещё один попугай, почему бы ему не достаться именно Чаки, а?

Несмотря на то, что жизнь Чаки уверенно сползала под откос, он верил в свою счастливую звезду. И почти не удивился, когда за сачок зацепилось что-то действительно тяжёлое, настолько тяжёлое, что он не смог его с первого раза вытащить. Если бы не прочный плексиглас, сачок бы точно треснул пополам.

Слава религии! Слава науке!

Чаки изрядно поднатужился и, молясь всем богам сразу, особенно, по старой памяти, Нептуну, и вытащил свою добычу наружу. Или… добыча сама вылезала из свя-бака?

Чаки взглянул перед собой и сел, не разжимая рук, прямо на землю.

Перед ним распластался невероятно, безобразно толстый человек в старой монашеской робе, обстриженный под горшок. Большую часть его лица занимала безобразная челюсть с торчащими во все стороны зубами. Маленькие глазки еле-еле выглядывали из подушек нависших бровей и торчащих щёк.

- Слав… регили... – пытался сказать Чаки, но язык его не слушался.

Монах – а это был явно монах – что-то сказал, Чаки его не понял. Монах шевелил жирными ручками и ножками, пытаясь встать, и Чаки почувствовал, что даже если тот опасен – а существа с такой челюстью явно стоило опасаться – у него есть небольшая фора. И, когда паника спала, Чаки вдруг осознал, что язык монаха ему не так уж незнаком.

- Putin, non! – на хорошем древнефранцузском сказал он, и монах оживился.

- Ты меня понимаешь! – воскликнул толстяк.

Чаки кивнул, не будучи уверен, что дорогостоящие знания из университета к нему вернутся. Монах потянул к нему жирные руки.

- Так помоги же мне встать!

Чаки отшатнулся, прижав к сердцу сачок.

- Ты что… ты кто такой? – спросил он медленно, с трудом подбирая слова.

Монах широко улыбнулся, обнажив ещё больше зубов.

- Меня зовут… или звали брат Перрен, - затараторил он. – Когда-то, уж не знаю, сколько веков назад, эти навозные лепёшки, мои братья, оставили меня в молитве, а когда я пришёл в себя – завяз, словно мошка в янтаре, не в силах ни вздохнуть, ни пошевелиться, ни умереть! А они… вместо того, чтобы помочь мне, устроили вокруг меня церковь в тайных пещерах и приходили поклоняться! Пока я каждый день молил о смерти!

А потом – сколько лет прошло – сколько веков? – меня нашли учёные люди, но и они не помогли мне! Они просто прорыли вокруг меня миллионы ходов во все концы света, распустив окружающую меня пустоту, и выдали её за своё открытие!

- Та-та-та… - изумлённо сказал Чаки. – А откуда ты всё это знаешь?

- Я был неподвижен, но не глух и не туп, - гордо ответил монах. – У меня не было другого занятия, кроме как слушать и думать. И учиться. И… есть.

- Есть? Но ведь в свя-баке всё… застывает?

- Так оно и было, сын мой, так оно и было! До тех пор, пока какие-то добрые люди не отправили мне партию ваших… бургеров? Да, бургеров. Вот там было мясо. Хорошее доброе мясо. Когда первая капля крови попала мне в рот… я почувствовал, что снова оживаю!..

Монах облизнулся, продемонстрировав очень неприятный, в каких-то шишках язык.

- Так я начал есть.

- Как интересно, - протянул Чаки, незаметно – как казалось ему – отползая чуть дальше, оставив сачок болтаться на цепочке. Ему не понравился язык и не понравился хитрый взгляд пришельца из свя-бака.

- Так это погоди… А ту девушку? Которая Полина-Валентина? Ты её тоже съел?

- Которая сунула голову в доспехах? Я, - кивнул монах. Он так и не смог подняться, но тоже начал, шевеля толстыми ягодицами, двигаться. В сторону Чаки.

- Вы, люди, сами придумали себе правила и сами же от них отказались. Столько убийств! Столько надоевших детей и изменивших жён в свя-баках – и всё для бедного голодного Перри!

- А попугайчик? Попугайчик? – выпалил Чаки, ускоряясь. – Он был? Ты и его съел?

Монах на минутку притормозил и, поджав пухлые губы, ответил:

- Ну что ты, сын мой! Какой-то ребёнок, ещё один сын навозной лепёшки, засунул его из интереса в свя-бак. Птичка бы умерла, но я успел его поймать и выпустить!

- А почему… её ты отпустил?

Монах укоризненно посмотрел на Чаки.

- Но он же был такой миленький!

Неожиданно ловким движением монах перевернулся и с невероятной скоростью пополз к Чаку.

- И ты миленький… Но тебя я съем… А потом найду учёных, и тоже съем… Я так давно не был на воле, я хочу ещё мяса…

Монах наползал на него, кривые оскаленные зубы торчали во все стороны, колыхались складки плоти. И как назло – ни одного человека рядом! А камеры? Всюду поставили камеры, и все знают, что это просто муляжи!

Чак собрал все силы, и наконец-то смог перевернуться, заставляя обмякшие от страха ноги двигаться. Он приготовился бежать, как в последний раз, когда цепкая мягкая рука плотно ухватила его за лодыжку.

- Нееееет! – завопил Чаки, приготовившись умереть страшно и больно, и нелепо, - как нелепо жил. – Брось! Брось! Фу! Это… это не по-христиански!

- Вечность в нигде – вот что не по-христиански, - возразил брат Перрен, подтаскивая к себе Чаки и открывая рот. Он приблизил своё ужасное лицо к лицу Чака, распахивая пасть... и вдруг обмяк. Обмякла и рука на лодыжке.

- Чаки! Ты это чавой тут устроил?

Милый Рой! Родной, драгоценный, самый лучший! Старик незаметно подковылял со своей тележкой, и кое-что из её содержимого – треснувшая клюшка для гольфа – пригодилось, как никогда!

Чаки вскочил на ноги и принялся обматывать страшную голову монаха своей плотной курткой.

- Рой! Нет времени объяснять! Помоги загрузить эту тушу на тележку – и к учёным!

- На мою тележку? – недоверчиво спросил старик. – Дак он же её раздавит к чорту!

- Это ничего, это ерунда! Если мы довезём его до учёных, нам отвалят столько бабла, что мы тебе целый парк тележек купим! Я тебе точно говорю!

Под курткой что-то замычало, и Чаки, не обращая внимание на ворчание Роя, с неожиданной для себя силой одним рывком закинул отца Перрена на тележку, которая и правда существенно покосилась.

- Эй!..

- Тихо, бежим! Главное, чтобы он не успел прогрызть куртку, прежде чем мы доберёмся!

- А ежели прогрызёт?.. – всё ещё упрямился Рой.

Чаки осмотрел тележку и накинул на тело ещё кусок какой-то плотной плёнки.

- А вот об этом, дружище, лучше не думать! Бежим, Рой, бежим!