Сюрприз с размахом

- Нет, не надо поить Глашеньку водкой! Нет, даже если ваша мама всегда так делала и все выздоравливали. Да, даже если вам водки на нее не жалко!

- Тань? - заглядывает в дверь белобрысая голова, - есть минутка?

В ответ следует череда сложносочиненных жестов, которую практикантка без проблем переводит как "минутку, никак не могу убедить вчерашнюю бабушку, что не просто так выписала рецепт".

- Да, да, и убирать каждый день. Появятся вопросы, - Таня привычно глотает "и новые гениальные идеи", - звоните!

Ветврач шумно вздыхает и залпом выпивает стакан воды. Фокусирует взгляд на стажере, собирается с духом:

- Ну, что у нас случилось?

- Опять подкидыш, - подпуская сочувствия в голос, признается молоденькая студентка Сонечка. Ей пока еще всех жалко. "Впрочем", - ловит себя Таня на мысли, - "их и потом жалко. И через двадцать лет жалко. Но иногда невозможно!"

- Неси сюда, - нехотя соглашается она, - поставь на стол, я потом посмотрю.

- Сейчас-сейчас! - обрадованная, Сонечка убегает, и Таня только когда за ней захлопывается дверь, понимает, что не спросила, кто там на этот раз - щенки, котята? Да и какая разница, возни примерно одинаково. Лишь бы не заразные были, а то карантин и так забит.

Потом вдруг объявляется срочная овчарка с диареей, уколы, плановый осмотр у сиамки Таити.

- Идешь на обед? - заглядывает Сонечка.

- Принеси мне что-нибудь, - отмахивается Таня. Когда шум в клинике затихает с поворотом ключа, наконец вспоминает - в углу все еще стоит корзинка. Большая такая корзинка, двумя руками еле обхватишь, сверху плотно обернута пледом, который Соня, видимо, даже не стала разворачивать.

- Ну, посмотрим, кого к нам занесло, - бормочет под нос ветеринар, аккуратно раскручивая край ткани. С одного угла появляется чешуя, слепяще-голубая. "С ума сошли?!" - возникает первая мысль, - "кто вообще выкидывает ящериц? Они в такую погоду в нашей полосе и дня не продержатся! Хорошо хоть, замотали..."

Второй угол поддается и на свет выглядывает длинный хвост с редкими шипами вдоль позвонков.

- Нашли тоже герпетолога, - растерянно ворчит Таня, и, наконец, откидывает плед целиком.

"Да", - возникают слова сами по себе в ее сознании, - "я тоже не слишком рад тебя видеть".

Таня с приоткрытым ртом стоит, комкает в руках плед, смотрит на... динозавра?

"Сама ты динозавр. Я - дракон!"

Таня смотрит на дракона. Дракон смотрит на нее.

У него небесно-голубая чешуя, отливающая бирюзой, и глаза тоже голубые.

"Начальный коньюктивит", - машинально отмечает она, - "наверное, слишком долго пробыл на солнце".

Дракон совсем по-человечески закатывает глаза.

- И что мы будем с тобой делать? - растерянно спрашивает Таня.

"Это если я не решу чего-нибудь сделать с тобой!" - глаза дракона сузились, видимо, в гневе, гребень воинственно встопорщился, из ноздрей вырвались струйки голубоватого дыма.

- Так, это ты брось! - прикрикнула Таня. Когда невольный пациент начал проявлять норов, рефлексы включились как-то сами собой, - у нас тут противопожарка, будешь дымить - пожарные приедут! Точнее, нет, не приедут, потому что я тебя раньше оболью из огнетушителя, все тебе понятно?

Дракон удивленно моргнул.

- Давай-ка, покажись, - продолжила женщина командовать, не желая упускать момент, - вылезай давай оттуда, и на стол.

"Вивисекторский?" - ехидно уточнил дракончик.

- Смотровой! Давай-давай, не ленись. Ишь разлегся. Или у тебя болит чего? - спохватилась Таня.

"Ничего у меня не болит", - обиженно фыркнула ящерица-переросток, - "у вас тут просто холодно".

- Все-таки ты ящерица, - не удержалась Таня.

"А ты - обезьяна", - парировал дракон, но на стол все-таки залез. Точнее, взлетел.

- Не делай так больше, - охрипшим голосом попросила Татьяна, собирая с пола разлетевшиеся бумажки. Размах крыльев у рептилии оказался как раз в ширину комнаты ("Была бы орнитологом - просчитала бы!", - укоряла себя женщина). Переместиться на стол для него заняло какую-то секунду, но впечатлений ветврач получила на всю оставшуюся жизнь.

"А как ты хотела? Я - дракон. У меня крылья, я ими летаю. И не виноват, что у вас, ползучих, на это помещения не рассчитаны".

Кроме легкого покраснения глаз на первый взгляд животное оказалось в порядке. Татьяна, правда, остро ощущала недостаток знаний рептилией (и немного птичьей) анатомии, но хотя бы убедилась, что чешуя чистая, когти аккуратные, зубы чистые - в общем, что все предполагающиеся части там, где им полагалось быть.

- Имя-то у тебя хотя бы есть? - спохватилась она, начав мысленно заполнять карточку пациента.

"Ты такое не выговоришь", - хмыкнул дракон.

- Не больно-то и хотелось, - показала ему язык женщина, - все равно личное дело на тебя не заведешь. В психушку закатают.

От входа послышались оживленные голоса, шум открывающейся двери.

- Прячься! - шикнула Таня на дракона, - аккуратно только! Я потом придумаю, что с тобой делать. Не оставлять же тебя такого в беде.

Она спешно накрыла рептилию пледом, и успела изобразить, что увлечена какими-то анализами, когда влетела Сонечка с прихваченными в столовой бутербродами и снова закрутилась ветеринарная рутина.

"Кстати", - вдруг услышала Татьяна, пока уговаривала посидеть спокойно на весах беспокойного орика, - "здесь меня называли Лешей".

***

Одна голова - хорошо, а неожиданную проблему раздели с другом, пусть он тоже помучается. Исходя из этой народной мудрости, Таня сразу после обеда написала второй голове - Диане, и теперь открывала дверь клиники, чтобы ее впустить.

- Ну, что у тебя стряслось? - громогласная, с короткой темной стрижкой, Диана всегда умела занять одним своим голосом всю комнату.

- Тут не расскажешь, показывать надо, - махнула Татьяна в сторону кабинета, - но если коротко - полный трындец.

- Не драматизируй, - скомандовала Диана, бодро проходя в Танин кабинет, - любую проблему можно решить, если обмозговать ее за чашечкой чая.

Таня сунула ей в руки чашку, дала минуту отдышаться и сделать пару глотков, а потом молча откинула плед с корзины. Разбуженный Леша недовольно уставился на Диану. Та охнула и подавилась.

- Ни хрена ж себе, - изумленно пробормотала она, - Тань, скажи честно, ты что-то в чай подмешала? Или это прям серьезно, ну этот...

"Дракон", - раздраженно буркнул Леша. Судя по осоловелым Дианиным глазам, она тоже это слышала.

- И что теперь с ним делать?

"И эта тоже уверена, что со мной можно что-то сделать!" - яростно встопорщился дракончик, - "я сейчас с тобой что-нибудь сделаю и посмотрю, как тебе это понравится!"

Диана похлопала глазами, почесала нос и переключилась. Это качество Таня в ней ценила безмерно - умение включаться в любое безумие. Поэтому и позвала ее первым делом.

- Ну а что предлагаешь, тут тебя оставить? И давай с начала и подробно, откуда ты такой красивый взялся, зачем, что теперь будешь делать...

Теперь настала очередь дракончика вылупиться на Диану.

- Диана - преподаватель, - посмеиваясь, пояснила она, - работает со студентами на историческом факультете... если тебе это о чем-нибудь говорит.

"То-то, я смотрю, она мне моего наставника напоминает", - преодолев изумление, вернулся к привычному сарказму Леша.

- А что, у себя дома ты тоже студент? - оживилась Диана, - сколько же тебе лет?

"Сорок пять", - нехотя отозвался чешуйчатый гость.

- Ничего себе, - присвистнула Таня, - да ты даже старше меня!

"Вы, обезьяны, вообще недолговечные", - снисходительно заметил дракончик, - "а мы живем до трехсот-четырехсот лет!"

- То есть в пересчете на наши тебе, вроде как, лет пятнадцать? - быстренько подсчитала Диана, - тююю! Да ты и до студента-то не дотягиваешь. Небось, по дурости встрял в наш дружелюбный мирок?

Звон стекла прервал задушевное чаепитие. Комната быстро наполнялась дымом.

"Дружелюбный?" - прошипел дракончик.

- Сюда! - не отвлекаясь, махнула рукой Таня. Только месяц назад у них сработала пожарная тревога, и, после первой тревоги и паники, когда оказалось, что она ложная, все стали разбираться и выяснили много интересного про свое маленькое здание. Например, что в подвале есть люк, а за ним - старый тоннель прямо в большой дом неподалеку. Раньше их ветклиника была пристройкой к имению. Все поменялось, а ход остался. Таня тогда запомнила его на черный день. День пришел и оказался ядовито-серый, горький, заставляющий кашлять, а знания пришли в голову как-то сами собой.

- Подумать только! - радостно вещала Диана, не теряя бодрости духа, - а всего месяц назад главной твоей проблемой было расстаться с твоим мерзким бывшим! А теперь, как в сказке - улепетываем по подземелью от неизвестных врагов в компании, внимание, дракона!

"Нашла чему радоваться!" - поразился упомянутый дракон.

- А что, плакать что ли? Кстати, пока нас не начали снова травить, может, все-таки поделишься, кто ты и куда идешь?

Так, на бегу, они и выяснили, что все драконы в мире Леши (он честно произнес свое драконье имя, но женщины его запомнить-то не смогли, не то, чтобы повторить), достигая возраста взрослости, должны доказать свои умения. И неделю назад Леша начал это драконье испытание. Но на этапе прохождения сквозь миры попал на Землю, где его попытались упаковать в какие-то сети, но не преуспели и он, истощенный и израненный, вырвался прямо в мегаполис, к счастью, ночной. Там его подобрал ученый - оказывается, в этом отсталом мире тоже есть ученые, которые знают о драконах. Он Лешу приютил, и вылечил, и собирался отвезти к ближайшему порталу в Гималаях - в этом мире, как назло, и порталов-то практически нет. На то, чтобы вернуться, у Леши оставалось три дня, иначе в его родном мире портал закроют и он уже не сможет вернуться.

- А где он сейчас, твой ученый?

"Примерно там же, где твой бывший", - огрызнулся дракончик.

- В смысле, тоже оказался мудаком? - уточнила Диана.

Леша не соизволил ответить. Несколько минут они шли в молчании. Уже не бежали - шагов за спиной не было слышно, погоня явно не знала про потайной люк. Наконец, дракончик нехотя продолжил:

"Профессор нашел для меня большую корзину, закрыл ее со всех сторон. Мы должны были пройти буквально сотню шагов и сесть в транспорт. Но я слышал, как он закричал, корзинка упала. Он уже объяснил мне, что у вас драконов, вообще-то, не водится и взял с меня слово, что я не высуну из корзины и глаз. Я слышал, как вокруг толпились люди. Кто-то потянул за плед, думая, что там кошка или собака... Я с перепугу зарычал. Люди решили, что там и правда собака, агрессивная. Ученого увезли в больницу, а меня подняли, пронесли и куда-то поставили. Так я оказался на твоем пороге, Татьяна".

Под конец рассказа они добрались до заветного люка на той стороне туннеля. Толкнули, выползли в темноту - Леша попытался взлететь, но крылья не пролезли.

- Ни черта не видно, - ругнулась Диана.

"Всегда к вашим услугам", - отозвался Леша и пустил тонкую струю пламени длинной сантиметров двадцать.

- Ага! - радостно прозвучал из темноты голос, который Татьяна предпочла бы больше никогда не слышать, - я же говорил, не надо торопиться, они сами к нам придут. Ну-ка, малыш дракончик, иди к папочке.

- Какого хрена ты тут делаешь? - спросила за всех Диана.

- Мы тут делаем, - поправил ее Марк и зажег фонарь. Неожиданно яркий свет слепил, но все равно можно было рассмотреть шесть-семь силуэтов за спиной предводителя. В руках у Марка переливался ярко-красный острый кристалл, - и лучше бы ты спросила, что я столько лет делал с твоей сумасшедшей подружкой!

- Жил? - вздохнув, предположила Таня. Они действительно прожили вместе почти восемь лет. И последний год был наполнен только взаимными угрозами и упреками.

- Стоически терпел твой идиотизм! - рявкнул в ответ Марк, - я слышал, конечно, что все песенники сумасшедшие, но одно дело - слышать, а другое - видеть каждый день как ты с утра до ночи возишься с этими блохастыми котами и грязными псинами!

- Что ж ты не ушел сразу? - дрогнул у Тани голос. Она ничего не понимала, ничегошеньки, кроме того, что, кажется, последние восемь лет ее жизни были враньем.

- Потому что в этом городе только два песенника и второй заперся в своей башне и носу оттуда не казал! И меня выгнал, как только я к нему подступился!

"Песенники", - негромко, глубоким, ритмичным голосом отозвался дракон, - "Существа из других миров, которые могут быть маяками дракона. Те, кто спасают нас, когда мы в беде. Те, кто становятся сильнее рядом с нами. Потомки побратимов Первых Драконов..."

- Да, да, и тому подобная чепуха. Но главное, я точно знал - если какой-нибудь залетный дракон будет пролетать мимо Земли, песенник его приманит!

- А зачем тебе дракон? - удивилась Таня, - ты же не любишь животных.

"Сама ты животное!" - прозвучал в голове возмущенный голос, но Татьяна от него только отмахнулась.

- Это ты животных не умеешь использовать. Нянчишься с ними, будто они тебе спасибо за это скажут. А собаки - они нужны дом охранять, и на севере сани возить, кошки - мышей ловить!

- А зачем тебе нужны драконы?

- А драконы - это вообще бесконечная кладезь возможностей. Ты даже не представляешь, сколько всего есть в нашем мире, скрытое от глаз обывателей. А может, представляешь, а? Может ты не такая дурында, как мне казалось? Дракона-то, вон, сумела все-таки заманить, хотя сначала он пришел не к тебе!

- Ах ты козел... - начала Диана, но Марк неуловимым жестом сжал кристалл и к ней подлетел один из его пособников и ловко вырубил Диану одним ударом.

Татьяна пыталась что-то сообразить, но в голову лезла всякая чепуха - мол, "песенники становятся сильней рядом с драконом". И она, как годами привыкла на работе, как привыкла в дружбе и в любви, перестала думать, положившись на простые инстинкты.

- Может ты и прав, милый? - улыбнулась она широкой улыбкой ветеринара, который незаметно заносит над кошачьей лапой шприц с лекарством, - может, я сразу знала и умела больше, чем давала тебе увидеть? Разве не интереснее будет работать с драконом вместе с человеком, который может им управлять?

Еще один жест и вокруг Леши нависли тени. В руках у них была та самая, по-видимому, сеть.

- А если мне потребуется от него, допустим, что-нибудь отрезать? - заинтересованно осведомился Марк, подходя ближе.

- Милый, - ласково улыбнулась Татьяна, - уж поверь, я от животных понаотрезала точно больше всякого, чем ты!

"Давай, сделай еще шаг", - мысленно умоляла его женщина, не сгоняя с лица маниакальной улыбки, - "Ну подойди поближе. Я не знаю, что за штуку ты держишь в руке, и чем мне это вообще поможет, но иначе мы все одно тут все погибнем. Значит, я должна попытаться".

Медленно, будто под гипнозом, Марк делает шаг к Татьяне. Она встает на цыпочки, целует холодные, осточертевшие, столько раз при ней искривлявшиеся в крике губы. Терпеливо, секунду за секундой дожидается ответной реакции. А потом - ухватить, рвануть, взмах, артерия. С артериями-то она хорошо знакома.

Марк смотрит изумленно, будто не веря, падая, снизу вверх. Тают вокруг серые фигуры. Дракончик, фыркая, сбрасывает горящую сеть. Поднимается с пола, потирая затылок, Диана. Оглядела оплавленную Лешину чешую, Татьяну, с ног до головы в каплях крови. Моргнула. Вздохнула. И переключилась.

- Ну что? - бодро поинтересовалась она, - теперь в Гималаи?