Та, кто подходит медведю

Неприятный посетитель.

- Пошёл вон, Альберт! Тебе здесь не рады! - Повышаю голос на выскочку, который припёрся в мой магазин уже пятый раз за неделю. Первые разы я старалась быть вежливой, но парень упорно не понимал намёков, поэтому пришлось послать открытым текстом. - Я тебе сто раз сказала, что не буду с тобой встречаться. Ты не в моём вкусе!

- Маррррии, - тянет он со злостью, — не зли меня! Хватит разыгрывать недотрогу! - Его бесстыжие глаза жадно шарят по моей фигуре, останавливаясь на груди. Ниже талии он не видит, прилавок скрывает всё ниже пояса.

Я одета совершенно нормально. Не вызывающе и не вульгарно. На мне узкие чёрные джинсы, сейчас такие в моде. Красная водолазка под горло подчёркивает небольшую грудь. Волосы заплетаю в длинную косу, что сейчас перекинута через правое плечо. Сверху на плечи накинут вязаный большой платок, который достался от бабушки.

Его ноздри раздуваются в гневе, пытаясь различить мой запах, но хрен тебе. В магазине столько трав, что всё смешивается в одну кучу. Я дёргаюсь от отвращения, в моих ушах звенят длинные серебряные серьги с зелёным камнем, такие же, как мои глаза. Хотя глаза скорее зелёно-карие. Ореховые. Орешек, так звал меня дедушка.

Парень высокий, шкафообразный, как и все оборотни, с вытянутым лицом и раскосыми глазами. Ухмыляется нагло и гадко, поигрывая ключами от мотоцикла. Кто-то даже сочтет его симпатичным, но только не я.

Его энергия гиены-оборотня бьёт во все стороны тугими жгутами, подавляя разум. Он альфа и красуется, не сдерживаясь, но меня это только бесит.

- Если ты сейчас не уберешься с глаз моих, я вызову полицию. - Шиплю, а сама нащупала внутри прилавка арбалет с пятью болтами. Это, конечно, крайний случай, но я клянусь себе им воспользоваться. - Всех клиентов мне напугал! Уходи! Мне нужно работать!

Он вальяжно делает ещё два шага и упирается в невидимую стену. Выкуси, придурок! Ведьма я или кто? Около самого прилавка стоит защитный контур, который я активировала против оборотней. Хрен он ко мне приблизится.

Он рычит и бьёт в невидимую стену. Надо было изменить заклинание так, чтобы его в ответ током шибало. Хорошая мысль, на досуге подумаю, как доработать.

- Мари! Ты доиграешься!

- Пошёл вон!

На улице взвизгнула полицейская сирена, машина остановилась около входа, и помощник шерифа появился на пороге. Гиена сразу напрягается и недобро сверкает глазами.

- Проблемы, Марианна? - Грей габаритами не уступает Альберту. Как же я рада его видеть.

- Да! Этот оборотень мешает мне работать и отнимает моё время! - Указываю на дебошира. - Распугал посетителей! Повышает голос!

- Мы просто мило болтали, помощник шерифа, ничего противозаконного, — Альберт отступил на два шага боком, чтобы держать полицейского в поле зрения. Обстановка накаляется, двое альф смотрят друг другу в глаза. Один волк, другой гиена. Глаза обоих полыхнули потусторонним светом, и Альберт первым опустил взгляд и отступил на шаг. - Ещё увидимся, куколка, — бросает мне мудак и отходит к двери, попутно зацепил вазу на стеллаже.

Раздаётся звон, и осколки брызжут по полу.

- Ой, прошу прощения, — неискренне говорит мудак, мерзко скалясь. - Пришли мне счёт, Мари. - И нежеланный гость выходит из помещения.

- Сволочь, — выдыхаю и убираю руку с арбалета. Теперь осколки убирать. Свинья он, а не гиена.

Грей покачивает головой, смотря, как мудак уезжает на мотоцикле.

- Хочешь, я его за что-нибудь засажу на пару суток, чтоб неповадно было?

- А толку? Эта скотина всё равно ничего не поймёт, только больше обозлится ещё и на тебя. - Иду за совком, чтобы убрать бардак. Начинаю заметать. - Кстати, как-то вовремя ты появился?

Мы с Греем друзья, точнее познакомила нас его жена, которую я вылечила от проклятия дорогих родственников. Они живут в этом городе давно, старше меня, и взяли своеобразное шефство надо мной, когда я сюда переехала. А было это полгода назад.

София, жена Грея, была моим первым клиентом. Женщина никак не могла забеременеть. Медицина говорила, что оба в паре здоровы. Врач-оборотень тоже не нашёл никаких отклонений здоровья у верволка и верволчицы. София пришла ко мне и попросила посмотреть её на предмет порчи, проклятья или ещё какой-нибудь ерунды. Это её слова дословно. В результате выяснилось, что тётка Грея, которая не любила Софию, сходила к ведьмам с вещью волчицы, и те прокляли её на бездетность.

Десять лет брака и ни одной беременности. Да, ведьмы могут и такое, но платит всегда заказчик, последствие всегда возвращаются к отправителю. Бумеранг. Не каждая ведьма возьмётся за тёмные делишки, это плохо сказывается на энергетике. Можно потом болезней нацеплять и много чего ещё интересного. Мы, конечно, живём дольше простых людей, но не бессмертны. Так что в результате я сняла проклятие. Софи на шестом месяце. Теперь пара оборотней меня опекает, присматривая. С тех самых пор дела в моей лавке «Скрижали Судьбы» пошли в гору.

Сработала вереница сплетен и слухов, как всегда бывает в маленьком городке, и ко мне клиенты пошли строем.

Только вот приходили не только хорошие индивидуумы, но и такие, от которых хотелось отмахнуться ссаной тряпкой. Такие, как Альберт, вергиена, один из альф стаи. У вергиен матриархат, самцы где-то внизу ступени, но они всё равно есть. А так как в стае они должны подчиняться женщинам, с другими они ведут себя как говнюки.

Не люблю гиен. То ли дело волки или пантеры. В полиции в основном они служат. А ещё есть лисы, медведи и даже клан змей с востока. Ещё есть оборотни-птицы, знаю несколько воронов, орлов и сов.

Вообще городок у нас занятный. Семьдесят процентов оборотней всех мастей, тридцать людей. И одна ведьма, то есть я, на весь город. Специально узнавала, когда решила сделать остановку. Мне не нужны были конфликты с ковенами. Последняя ведьма здесь жила семьдесят лет назад.

Ко мне приходят с тем, с чем не может справиться медицина. Болезнь ауры, дефектная энергетика. Так называемые сверхъестественные недуги.

Грей смотрит через витрину на другую сторону улицы, где расположена булочная «Сладкоежка», владелец которой толстушка Анни машет нам рукой от входа. А машу ей в ответ, а Грей кивает. Анни человек, очень смелая женщина, зато муж у нее рыжий верлис, который любому голову открутит за свою женщину.

- Анни позвонила, как увидел мотоцикл этого балабола у твоей двери. Он не только тебе не нравится. Всех девчонок в округе задолбал своим вниманием. К дочери Анни, Терезе, тоже подкатывал.

- Святая женщина, надо будет поблагодарить ее, — я выбрасываю осколки в ведро и топаю за прилавок. - Надеюсь, Альберт словит по морде от чьего-нибудь недовольного отца или брата.

- Допрыгается, не сомневайся. Ладно, я поеду, береги себя. - Грей собирается уходить, а я вспоминаю, что у меня есть заказ от Софии.

- Подожди. Твоя жена просила кое-что, — хватает пакет снизу витрины и передаю мужчине.

Он сует нос внутрь и чихает.

- Что это? - Серые глаза смотрят с удивлением.

- А на что похоже? - улыбаюсь.

- Пахнет жасмином.

- Массажное масло. Расслабляет, помогает заснуть. Твоя жена жаловалась на бессонницу и тревожность.

- О, благодарю. То, что надо. Звони, если нужна помощь. - Он улыбается искренне и клыкасто и, махнув рукой, уходит.

Хорошие они, что Грей, что София.

Я снова погружаюсь в работу, перебирая травы, вспоминаю, почему переехала сюда.

Мои дедушка и бабушка умерли, погибли трагической смертью при странных обстоятельствах. Они вырастили меня в любви и согласии, передавая свои знания и опыт, наставляя, обучая. Дедушка был ведьмаком, бабушка ведьмой, оба старые и могущественные из древнего рода.

Почему меня не воспитывали родители? Очень просто, у их дочери, моей матери, не было дара, уснул. Оказалось, такое бывает, и дар передался через поколение. Маме осточертело, что всю ее жизнь кто-то что-то от нее ждал, она была непослушной и своенравной, вильнула хвостом в шестнадцать, уехала в другой город учиться на актрису, провалила экзамены, повстречала моего отца, музыканта, и забеременела. Потом родила и отдала меня на воспитание дедушке с бабушкой, сама куролесила по стране вначале, видимо, с папашей, а потом с очередным хахалем. Гастроли, вечеринки, красивая жизнь.

Помню её подарки на день рождения, плюшевые кролики, сладости, платья. Всё из разных мест и городов.

Потом выяснилось, что это всё покупал дед, не хотел меня настраивать, а мамаша даже не вспоминала, что у нее есть дочь. До сих пор не могу понять, как можно бросить своё дитя и укатить развлекаться. В первый раз я увидела ее не на фото в десять. На Новый год.

Час общения с незнакомой женщиной, которая изображала заинтересованность. Было неловко. Когда она ушла, я сказала бабушке, чтобы мама больше не приезжала. Мы и так хорошо живём без нее. Бабушка сдерживала слезы, а дед впервые на моей памяти выпил крепкий алкоголь в тот вечер.

Второй раз я видела маму в пятнадцать. Был какой-то скандал дома, мне ничего не говорили, но из подслушанного поняла, что мама требует свое наследство. Ей нужны были деньги.

Дедушка продал часть своих акций горнодобывающей компании и отдал все дочери. А через год мама умерла. Авария. Как не жёстко это говорить, для меня ничего не изменилось. Я не знала эту женщину. Тяжело было опять только дедушке с бабушкой, это они потеряли дочь. Горевали долго, но жизнь продолжалась.

Все было хорошо до поры до времени. Дед имел связи с администрацией города, к нему часто обращались по поводу поиска людей или оборотней. Бабушка занималась многими вещами, так сказать, специалист широкого профиля. Она могла и защиту поставить, и порчу снять, и амулет изготовить, всему этому учила и меня. К двадцати трем годам я уже обладала большим ведьминским опытом.

Тут случился пожар. Сгорел наш дом дотла, до подвала. И погибли мои родные, самые близкие люди. Меня не было в доме, была на задании в пригороде, лечила стаю лис-оборотней. Приехала уже на пепелище. Полиция выяснила, что кто-то запер Лизу и Теодора Морган в доме с помощью древнего амулета и поджёг дом. Сгорело всё моментально. Деда нашли перед дверью, он пытался открыть дверь топором, бабушка умерла в гостиной, видимо, задохнувшись дымом.

Неизвестной магией провоняло все вокруг. Я никогда не забуду этот запах, он снится мне ночами в кошмарах. Дело так и не расследовано. Тупик, говорят копы. Свидетелей нет, улик почти нет.

Тот древний амулет рассыпался в прах, как только истощился. Пожар стёр все возможные следы, а я осталась одна и чуть не двинулась умом.

Было так тяжело на душе, и после похорон и принятия наследства я решила уехать. Собрала все, что осталось от моей жизни, в фургон и направилась куда глаза глядят. Меня вело предчувствие, как нить, что дёргала за сердце. Бабушка всегда говорила: слушайся своей интуиции. Моя интуиция привела меня сюда.