Та, кто приводит зиму

В этом лесу зима никогда не наступала сама. Её приводили.

Она знала это с детства, хотя никто не объяснял — знание жило в костях. Когда приходило время, одна из хранительниц выходила из человеческого мира и шла туда, где деревья стояли слишком ровно, а снег ложился без ветра.

Сегодня это была она.

Платье на ней не грело — оно помнило. Каждый узор был чьим-то решением, каждым листом когда-то заплатили за чужое спасение. Ткань шуршала тихо, будто предупреждала лес: я пришла.

Между елями медленно загорался свет. Это не было солнце — скорее, его след. Если подойти ближе, можно было увидеть, как время здесь ведёт себя иначе: мгновения растягивались, прошлое не исчезало, а просто отходило в сторону.

Она остановилась в центре поляны. Снег под ногами был нетронутым — значит, предыдущая хранительница ушла окончательно. Хороший знак. Плохой — потому что теперь некому было передумать вместо неё.

Она сняла перчатки. Холод сразу узнал её — коснулся ладоней, как старый знакомый. Она опустилась на колени и положила руки на снег.

— Я здесь, — сказала она, и лес услышал.

Ответа не было. Но где-то глубоко под землёй что-то сдвинулось: зима закрепилась, день замер, мир получил ещё один год.

Когда она поднялась, платье стало тяжелее. Значит, плата принята. Возвращаться можно было, но не сразу — хранительницы никогда не уходили теми же, кем приходили.

Она пошла обратно, не оглядываясь. В человеческом мире её будут помнить смутно, как сон под утро. А лес — точно. Он всегда помнил своих.