Такси

Не люблю я весну. Особенно начало: март, апрель, вот это всё. Снег и лёд тают и превращаются в грязное месиво под ногами, снегопад становится обычным дождем, а на улице всегда промозгло и сыро.

Ещё больше невзлюбил я весну после одного случая, который я, как бы мне ни было страшно его вспоминать, подробно опишу ниже...

С чего бы начать?

Был поздний вечер, скорее даже ночь. Около двенадцати или часа ночи. Я только что прибыл из Москвы, куда ездил на поезде в командировку. Я сидел на перроне, на деревянной скамейке и курил, смотря на снег, кружащийся в жёлтом свете фонарей.

Хоть и наступила весна, прошла уже половина марта, ночи всё ещё были по-зимнему холодными и снежными. И если днём, как максимум, мог пойти, так называемый, снегодождь, то ночью, при отрицательной то температуре, вполне возможным становился настоящий снегопад.

Я посмотрел на часы (подарок отца на последний день рождения), вздохнул, затушил сигарету и встал со скамейки. Пора возвращаться домой. Там меня ждал мой кот Стёпка, голодный, наверное...

Командировка моя длилась полторы недели, и всё это время кота должен был кормить мой сосед Фёдор. Но Фёдор был постоянно занят, работа да работа... Если я не ошибаюсь, работал он в полиции. Из-за его постоянной занятости, мне легко представлялся голодный Стёпа, устроившийся на диване и умоляющее мяукавший, ожидая еды.

Я вышел с вокзала и принялся заказывать такси через приложение. Но телефон работал очень плохо, постоянно зависал и "выбрасывал" меня из приложения.

— Чёрт... — проскрипел я сквозь зубы. — Ну!

Я сильно потряс телефон, да так, что он выпал у меня из рук на асфальтную дорогу.

— Твою мать...

Я поднял телефон, посмотрел на разбитый вдребезги экран и попробовал включить устройство, но ничего не произошло. Я тихо выругался себе под нос.

Попробовав ещё раз, я пришёл к выводу, что телефона у меня больше нет. Был только ненужный кусок металла.

Итак, я стоял в центре города, около вокзала, со сломанным телефоном. Была уже глубокая ночь, метро закрыто, автобусы не ездят, а шанса поймать сейчас такси почти не было. Да и попутку в центре города, к тому же, ночью, тоже без шансов. Вариант идти пешком до дома, до моего спального района, куда ездят всего два-три автобуса, и вовсе не рассматривался.

Ближайшие кофейни и рестораны были давно закрыты, прохожих на улице почти не было, поэтому мне осталось надеяться на то, что я встречу какой-нибудь продуктовый магазин, работающий двадцать четыре часа.

Долго скитался я по улицам ночного Петербурга, за всё это время встретив всего нескольких людей, и то, в основном, это были влюблённые парочки, считающие романтичным ночные прогулки (с чем я, уставший ходьбой по улицам в поисках помощи, был абсолютно не согласен).

Совсем измученный и уставший, я наконец нашёл то, что искал — магазин с гордым названием "Продукты 24". Я зашёл в помещение и был вынужден поджать плечи — тут было очень и очень тесно. Стеллажи с продуктами чуть ли не прижимались друг к другу, и чтобы между ними пройти, нужно было либо быть очень худым, а точнее — тонким, либо, если ты не обладал смертельной худобой, можно было попробовать пройти просто так, главное — не забыть помолиться, чтобы стеллажи не упали.

Кассиршей в этом замечательном магазине была толстая женщина лет сорока — сорока пяти лет, которую, если верить бейджу на ее груди, звали Валерия.

— Извините, женщина... — начал я, подойдя к кассе. Я старался говорить и выглядеть как можно более адекватным, изобразив на лице доброжелательную улыбку. — Вы не могли бы мне помочь?

Кассирша Валерия молчала, презрительно смотря мне в глаза.

— Вы не могли бы вызвать мне такси? У меня просто телефон сломался, и вот... — я замялся. — Я обязательно переведу вам денег. Потом.

— Мужчина... — начала кассирша Валерия. Уже по её интонации было ясно, что помощи от неё ожидать не следует. — Вы в магазин пришли, или куда?!

— Простите, у меня телефон сломался...

— Мужчина... Вы покупать что-то будете?

Я вздохнул.

— Вы не понимаете...

— Мужчина... Всё я понимаю! Алкаш, да?

Я закатил глаза и молча вышел из магазина, провожаемый презрительным и недоверчивым взглядом кассирши Валерии.

На улице было холодно и пустынно. Ни души. Вообще никого. Куда-то пропали влюблённые парочки и редкие автомобили.

Я медленно поплёлся прочь от магазина "Продукты 24", кутаясь от холода.

Вдруг сзади послышался приглушённый шум машины. Автомобиль медленно подъехал ко мне и остановился. Это был немного потрёпанный чёрный Хендай Солярис. Фары машины были включены, в их свете роились снежинки. Я внимательно посмотрел на автомобиль.

Окно опустилось и мне предстал водитель — коренастый мужчина лет двадцати пяти — тридцати в очках и клетчатой рубашке.

— Подвезти? — спросил он.

— Такси? — спросил я, тупо смотря на машину и её водителя.

— Конечно, — ответил таксист. — Вот, рабочий день закончился, домой еду. Могу и вас подвезти.

Я кивнул.

— Залезайте. — сказал водитель и открыл дверь.

Я залез в машину и сел на пассажирское сиденье рядом с водителем.

— Ну что, куда едем? — спросил таксист.

Я назвал адрес.

— Далековато... — задумчиво сказал он. — Ладно, поехали.

Машина сорвалась с места, как собака с цепи, и понеслась вперёд, в темноту ночного Петербурга.

— Я Артём. — представился таксист.

— Виктор.

Мы пожали друг другу руки.

В машине пахло свежестью. Такая свежесть обычно присутствует в больницах, особенно — в операционных. Пахло антисептиком и чем-то ещё. Чем-то бодрящим... Наверное, автомобильный ароматизатор, в простонародье — вонючка, с мятным ароматом.

— Угощайтесь — сказал Артём, указывая на жестяную баночку с маленькими разноцветными конфетками.

— Спасибо — я взял одну. Конфета оказалась очень вкусной. Внутри, за слоем глазури, скрывалась нежная шоколадная начинка.

— Берите, берите. Я сладкое не ем, это для пассажиров. А вы ведь сегодня мой пассажир.

Взяв ещё несколько конфет, я прикрыл глаза и облокотился об стенку машины. Я не спал уже почти день. Вчера, начиная чуть ли не с четырёх утра, я носился по Москве, перебегая с одного завода на другой, одним глазом успевая проверить работу новых станков для металла. Такая вот у меня работа. Времени перекусить у меня почти не было. Всего один раз я поел за вчерашний день, и то, это была второсортная забегаловка со второсортным фастфудом. После их бургеров у меня ещё пол дня живот болел.

Телефон Артёма вдруг зазвонил, нарушив приятную тишину. Вместо привычного рингтона на весь автомобиль заиграла какая-то бодрая классическая музыка. От неожиданности я вздрогнул.

— Извини, Вить — сказал он и взял трубку.

— Нет, ничего — ответил я ему, отметив его неожиданный переход на ты.

— Да, скоро буду. Примерно через полчаса, может час. — говорил Артём по телефону. — да-да-да, со мной. Всё нормально.

Я снова облокотился на стенку машины и закрыл глаза. Спать. Вот всё, чего мне тогда хотелось. Волнения улеглись, беспокойства исчезли, и я провалился в хороший такой, глубокий сон.

Проснулся я примерно через полчаса, от сильной тряски. Я потёр глаза и посмотрел на дорогу. Куда-то делась асфальтная мостовая, вместо неё машина ехала по грязной тропе, украшенной кочками и вмятинами. Рядом, вместо магазинов и жилых домов, стояли высокие деревья, в темноте казавшиеся гигантами.

Я посмотрел на Артёма. Мужчина пока не заметил моего пробуждения и внимательно смотрел на дорогу, вглядываясь в освещённую светом фар темноту леса. Он шёпотом ругался на дорогу себе под нос.

— Артём? — спросил я. — Куда мы едем?

Таксист вздрогнул.

— Так, Вить, — серьёзным тоном начал он — меньше вопросов — больше шансов добраться до места невредимым.

— До какого места? — спросил я, до сих пор ничего не понимая, хотя внутри меня уже росла тревога.

— Просто молчи, и всё. — Сухо ответил Артём.

Я вжался в кресло и начал лихорадочно думать, как выбраться из такси, при этом оставшись живым. Дверь? Нет, она скорее всего заперта. Окно? Нет, нечем разбить, тем более, Артём точно не даст мне этого сделать.

— Господи... — прошептал я себе под нос.

Артём не обратил на меня внимания и продолжил езду по грязевому месиву из снега и льда.

— Не убивайте меня. Пожалуйста. — взмолился я.

— Молчи. — только и сказал водитель.

— Господи, помоги мне... Господи...

Артём со всей силой ударил меня локтем в живот.

— Молчи. Скоро приедем.

Я откашлялся и как можно дальше отодвинулся от него.

Машина медленно катила по грязной дороге, которая пролегла прямо в лесу, между больших деревьев, которые с безразличием смотрели на машину Артёма. Ели, сосны, дубы — им было абсолютно всё равно на меня и на то, что меня, видимо, хотят убить.

Дорога неожиданно стала нормальной, и машину перестало трясти. Теперь мы ехали по выложенной камнем дорожке, по бокам которой стоял невысокий деревянный забор.

Впереди показалась небольшая площадка, окруженная таким же, только немного выше, забором. На площадке стоял маленький одноэтажный домик, больше похожий на сарай. Вид он имел уставший: старенькие, немного обветшавшие доски, окна со сгнившими ставнями, крыша, прогибающаяся немного под толстым слоем снега — всё это давало понять, что в доме, скорее всего, никто не живёт.

Но из дома, вопреки моим предположениям, вышли пятеро человек в длинных тёмно-красных мантиях. Лица их были тщательно скрыты под масками клыкастых чёртиков.

Я принял их за сатанистов, и, как позже выяснилось, был почти прав. Для удобства, я и далее буду звать их так.

— Выходим. — сухо сказал Артём, вышел из машины и подошёл к моей двери.

Вспоминая сейчас ту ужасную ночь, я корю себя за то, что в этот момент не среагировал. Ведь я мог заблокировать дверь в машину, и, возможно, всё было бы по-другому...

Страх в тот момент сковал меня железными цепями и не желал отпускать. Я не мог пошевелиться. Я просто сидел на сиденье и тупо смотрел на странных людей в масках чёртиков. А они смотрели на меня через прорези в своих масках...

Дверь открылась, и Артём вытащил меня из машины. Ноги мои подгибались и дрожали, глаза были красноватыми от слёз. Таксист взял меня за запястье и повёл к сатанистам.

— Братья! — Провозгласил он — Рад представить вам новую жертву для Великого!

— Великого? — прошептал я себе под нос.

Они хотят меня убить. И убьют, если я ничего не сделаю. — подумал я и собрал волю в кулак. — Отсюда нужно бежать. Срочно. Иначе эти чокнутые сектанты принесут меня в жертву своим чокнутым богам...

Главное — сделать это резко и неожиданно. Чтобы никто не успел среагировать. Что ж...

Я выпрямился и быстрым движением оттолкнул от себя Артёма. Он отпустил мою руку и я побежал по каменной дороге, пока люди-чёртики что-то кричали мне вслед.

Неужели за мной никто не побежит? — подумал я и обернулся. Тотчас меня за плечо схватила сильная рука Артёма. Второй рукой он несколько раз ударил меня в живот, потом крепко схватил меня за запястье и потащил за собой.

Моя попытка к бегству не увенчалась успехом. А Артём, оказывается, хорошо бегает. Чёртов сатанист!

Люди в мантиях оживлённо перешёптывались, поглядывая на меня.

— Ну что, братья! — Прервал их Артём. — Давайте же начнём наш обряд!

Сатанисты перестали шептаться и зааплодировали.

— Твари! — кричал я, — отпустите меня!

Сатанисты молча ушли в дом. Со мной остался Артём, всё ещё держащий меня за запястье.

— Сбежать хотел, да? — спросил он, когда все сатанисты скрылись в доме. — Не стоит. Им это не понравится.

Я зло посмотрел на Артёма и плюнул ему в лицо.

— Тварь. — только и сказал я.

Артём вытер лицо рукавом куртки и посмотрел мне в глаза:

— Зря ты так...

Выйдя из дома, сатанисты увидели меня, лежащего в снегу около машины Артёма с разбитым носом и синяком под правым глазом.

— Брат, мы готовы. Да начнётся Ритуал! — сказал один из них, стоящий впереди с толстой старой книгой в руках.

Артём взял меня за воротник куртки и поволок по грязному снегу к дому. Сатанисты затащили меня внутрь. Тут было тепло, но, довольно пустынно. В доме почти ничего не было, кроме батареи, нескольких стульев и стола, отодвинутого в угол. В центре комнаты мелом был начертан большой белый круг, куда меня и посадили.

Артём встал у входной двери с пистолетом в руках. Он с презрением и усмешкой смотрел на меня.

— Братья! — воскликнул, как я понял, главный сектант — Мы собрались здесь, чтобы встретить Его, Великого!

Комната наполнилась аплодисментами.

— Именно сейчас, в эту ночь, Он явится к нам! А проводником нашим станет этот, э-э... этот молодой человек!

Главный сектант выглядел как зазывала на ярмарке, который хочет показать зрителям свой дешёвый фокус и получить за это немалые деньги. Остальные сатанисты внимательно смотрели на него, их глаза блестели, это было заметно через их уродливые маски.

Главный сатанист открыл свою толстую книгу, полистал жёлтые от древности страницы и остановился примерно на середине.

Я попытался встать с холодного пола, но Артём тотчас пригрозил мне пистолетом.

А сатанисты тем временем хором читали какое-то заклятие, или молитву, я до сих пор не знаю, что это было. Но говорили они явно не на русском, сопровождая свои слова активной жестикуляцией. Наверное, это был латинский. Ведь именно на этом языке читаются всякие старые проклятия.

Сатанисты вдруг прекратили читать заклятие, и хором крикнули:

— О, Великий, приди! — дом содрогнулся от громкости.

В первое время ничего не происходило. За окном падал снег, был небольшой ветерок, а сатанисты чего-то ждали, молча смотря на меня и на круг, в котором я сидел.

Вдруг деревянный пол затрещал. Что-то рвалось сюда из под земли. Пол затрещал ещё сильнее, доски задрожали и затряслись.

Сатанисты, улыбаясь, смотрели на всё происходящее. Артём стоял у стены с пистолетом в руках, тоже улыбаясь. Вот только улыбка его была ненастоящей, натянутой. Внутри, как мне показалось, он трясся от страха.

— О, Великий, покажись нам! — крикнули сатанисты.

Отчаянно заскрипели половицы, затряслось стекло в окнах, сатанисты улыбались и смотрели на белый круг.

Я посмотрел на Артёма. На мужчине лица не было от страха, он побледнел и весь сжался.

В последний момент я успел выскочить из круга, решив, что Артём от страха не выстрелит в меня. К счастью, я оказался прав. Таксист вжался в стену и дрожал.

Доски в центре комнаты провалились, и сектанты начали аплодировать. Из темноты донёсся рёв, принадлежащий явно не человеку и не животному. В темноте мелькали мелкие жёлтые точки, что-то шевелилось, извивалось...

— О, Великий! — сказал главный из сатанистов.

Из дыры в полу снова донёсся рёв. Я поспешил убраться из дома. Здесь было довольно темно, и я смог пройти в тени никем не замеченный. У входа кто-то схватил меня за руку.

— Вить, ты куда собрался? — дрожащий от страха Артём затащил меня обратно в дом.

— Прими же в дар жертву нашу! — сказал главный сатанист.

Существо, которое пробудили сектанты начало яростно извиваться и брыкаться, показывая своё недовольство.

— Вот он, — сказал Артём, толкая меня к сатанистам. Сам он не посмел приблизиться к ним. — сбежать хотел, гад.

Главный сектант, высокий мужчина с бородкой, торчащей из под маски чёртика, взял меня за запястье и подвёл к дыре.

— Извини нас, о, Великий! Прими же нашу жертву сейчас! — сказал он и подтолкнул меня к самому краю.

Я взял сектанта за руку и со всей силой оттолкнул его. От отшатнулся к стене и медленным движением руки достал из кармана пистолет. Я отшатнулся и чуть не упал в дыру.

Время словно замедлилось. Сектант подошёл ко мне вплотную, пистолет упёрся мне в живот. В глазах мужчины сверкала жестокость и непоколебимость. Он стиснул зубы и подтолкнул меня к бездне.

"Плевать" — подумал я и схватился за пистолет, уводя его в сторону.

Выстрел.

Время как-будто остановилось. Подземное существо, этот Великий, и тот перестал шевелиться. Пуля угодила в ногу Артёма, стоящего у входа. Сектанты в испуге разбежались, и таксист, ковыляя, побежал с ними на улицу.

Выстрел.

И время снова пошло. Пуля оцарапала мне бок, но боли я почти не чувствовал. Пылая яростью, я набросился на предводителя секты и выбил пистолет из его рук. Мужчина лежал на самом краю бездны и улыбался. Я ударил его по лицу, потом ещё раз, и ещё. Затем встал, и, подтолкнув его ногой, сбросил в образованную в полу дыру.

— Наслаждайся, Великий. — сказал я и вышел из дома.

На небольшой полянке перед домом собрались сектанты. Они окружили раненого Артёма. Таксист стонал, осматривая ранение. Я подошёл и выстрелил в воздух. Сатанисты разбежались, оставив нас с Артёмом наедине.

Я улыбнулся. Таксист попытался встать на, но боль в ноге остановила его.

Выстрел. На этот раз последний, решил я. Пуля попала в лоб Артëма, прямо между глаз.

Вдруг из дома донёсся крик. Кричал молодой парень, один из сектантов.

Я поспешил в дом, чтобы узнать, что там произошло, но не успел...

Стекло в окнах, дребезжа, разбивалось и вылетало из ставен, стены рушились, доски разлетались в разные стороны а крыша быстро разлеталась на щепки. Из разрушенного дома лезло огромное существо с тысячами глаз, смотревших на меня. Оно быстрыми рывками рвалось из дома, оно улетало ввысь, не переставая смотреть на меня...

Мои ноги подкосились, голова закружилась, в глазах потемнело. Последним, что я тогда почувствовал, стал сильный удар головой об землю...

Я пришёл в себя примерно через час на площадке перед местом, где раньше стоял дом — база сектантов. Теперь на этом месте в земле зияла огромная дыра, ведущая в недры земли. Никакого Великого там не было. Не было и сектантов, все до одного исчезли. Зато остался труп Артёма, от которого я поспешил избавиться, сбросив в дыру.

Было уже восемь часов утра, восходящее солнце сияло на горизонте, освещая мне путь. До города я добрался на машине Артёма. Человек он, может быть, и был плохой, зато машина у него была хорошая.

Я до сих пор не знаю, было ли то, что произошло в том доме правдой, или всего лишь видением, но до сегодняшнего дня я никому не рассказывал эту историю. Правда это или всего лишь мой сон, решать тебе, читатель.

Ну а я, пожалуй, пойду. Постараюсь как можно скорее забыть эту историю.