Там, где кончается зима

Тепло, исходящее от огня, убаюкивало, расходилось по телу. От него накатывала такая приятная усталость, что вставать совсем не хотелось. Аврора бросила быстрый взгляд на окно. Там крупными хлопьями падал снег. Наступающий Йоль обещал быть снежным и морозным.

Аврора склонила голову, прислушиваясь к треску поленьев в камине. От них исходил приятный, чуть сладковатый запах. Она отложила вязание, глянула в сторону кухни. Сейчас бы чашечку горячего ягодного морса, а еще может то самое печенье с изюмом, которая она испекла накануне. Испекла сама, воспользовавшись магией самую чуточку, чтобы печенье вышло таким же хрустящим, как и то, которое пекла её бабушка.

Аврора почти заставила себя подняться с кресла, чтобы пройти на кухню, когда внезапно раздался настойчивый стук в дверь. Она застыла, стиснула в пальцах край одеяла. Стояла глубокая ночь. Кто бы стал к ней приходить так поздно?

Стук раздался снова, еще более настойчивый и громкий, вмиг разрушивший уют её дома. Аврора быстро поднялась. Люди не пришли бы к ней в такой час. Почти никто из смертных не решился бы. Значит, неожиданный гость пожаловал из Вечного леса.

Беспокойство сползло неприятной волной, осело тяжестью в желудке. Аврора подошла к двери, почувствовав, как чужая магия неприятно впилась в кончики пальцев. Холодная, жуткая, такая, которая может принадлежать только зимним созданиям.

Аврора стиснула дверную ручку, распахнула дверь. Сперва ворвался холод, обдал её ледяным порывом, прошелся по телу колючей волной. Аврора вздрогнула, а потом посмотрела на того, кто стоял на её пороге.

Из всех созданий Вечного леса к её порогу пожаловал именно он. Проклятье.

– Пусти меня, ведьма, – совсем тихо произнес незваный гость.

Аврора стиснула ручку крепче, чувствуя, как металл впивается в кожу. Охотник посмотрел на нее, его бледные губы разомкнулись снова.

– Пусти. Прошу. Всего на одну ночь.

Аврора ни разу не слышала, чтобы Зимний охотник о чем-то просил или умолял. Говорили, он силой брал то, что нужно. Разрезал ночной воздух вместе с ледяными вьюгами, скакал в темных небесах с Дикой охотой, набрасываясь на тех, кому не посчастливилось оказаться на их пути.

– Ты просишь убежище, – наконец произнесла Аврора, надеясь, что её голос звучит твердо и уверенно. – И убежище ты получишь. Дом примет тебя. Но только на одну ночь, Охотник.

Он кивнул.

– Одна ночь, ведьма, – тихо отозвался он. – Утром я уйду.

Она только кивнула, а потом отошла в сторону, чувствуя, как от страха ноги становятся ватными. Охотник перешагнул порог, и Аврора передернула плечами, ощущая, как магия её собственного дома сопротивляется холоду и льду, исходящим от него.

Но дом его принял, пусть и с трудом. Аврора сперва глянула на нетающие снежинки в его светлых волосах, а потом опустила взгляд на темные капли, падающие с его пальцев.

Не так всё это должно быть.

Она подняла ошарашенный взгляд на Охотника, но не успела ничего сказать. Тот сделал еще один шаг, а потом неожиданно рухнул на пол. Под ним стало быстро расширяться черное пятно.

Аврора на мгновение застыла, глядя на кровь, даже стоя чувствуя, как стремительно уходит из него зимняя магия. А потом стиснула пальцы и, решительно засучив рукава свитера, склонилось над ним. Действовать необходимо было быстро.

Её магией всегда был огонь. Неизменный и для мира людей, и для тех, кто обитал на той стороне. Она помогала всем, кто приходил к ней. Таково было её призвание. Ведьмы вечного леса. Той, которая следит за гранью между миром живых и миром иных.

Охотник был тяжелый, но Авроре удалось его перевернуть. Она старалась не думать ни о том, почему он к ней пожаловал, ни что именно с ним случилось. Её задача помочь ему и дать ему убежище. Остальное не стоит спрашивать.

Его магией были долгие зимние ночи, колющий снег и пронизывающий ветер. От нее сводило руки, не гнулись замершие пальцы, когда Аврора пыталась его исцелить. Он истекал холодом, от его крови заледенел пол, изнутри покрылось инеем окно. Аврора выдохнула облако пара, а потом позволила своему огню течь сильнее.

В какой-то момент его рана закрылась, кровь перестала идти. Ей удалось запечатать эту зиму внутри него. Сразу же стало теплее. Аврора поднялась, чувствуя, как её бьет крупная дрожь. Было так холодно, что хотелось залезть внутрь камина, лечь прямо в огонь, выпить его до дна, забрать себе всё то тепло, которого сейчас так не хватает.

Но ведьма только тряхнула головой. Это темные зимние мысли. Алчные до любого тепла, которое им попадается. Это пройдет. Ей надо просто немного отдохнуть.

Она стянула одеяло, села у камина. Пламя в камине заплясало сильнее, стало жарче. Огонь внутри отозвался, разгорелся. Аврора закуталась в одеяло. Наконец тепло, исходящее от камина, согрело. Она бросила усталый взгляд на лежащего Охотника. Он уже не был так бледен, как тогда, когда перешагнул порог её дома. Опасность миновала.

Вот, и хорошо. Охотник будет жить. А потом уйдет.

Сейчас она так немного посидит, а потом всё же пойдет на кухню за морсом. И печеньем.

Усталость толкнула её на пол, придавила к нему. Аврора закрыла глаза, думая, что это всего лишь на минуточку, а потом тотчас провалилась в сон.