Там, где ветер не помнит имен

Вместо низкого потолка крохотного гостиничного номера на меня смотрела морда. Большая кошачья морда. С бакенбардами, которые топорщились в стороны, и усами, как у старого моржа. В янтарных немигающих глазищах читалось что-то вроде лёгкого удивления.

Закрыть глаза. Открыть глаза. Повторить пару раз. Морда никуда не делась.

- Нихрена себе Киса!... - просипел я. Голос был чужой. Ниже, с хрипотцой, будто я глушил вискарь не весь вчерашний вечер и половину ночи, а уже как минимум неделю.

Кот тоже моргнул. Медленно. Один раз. Второй.

«А ты кого ожидал увидеть? Будду?»

Мысль пришла не словами, а скорее образом. Каменная статуэтка толстого человечка с умиротворенным выражением лица, стоящая возле храма на Лантау. И огромный кот (рысь?), сидящий рядом, точно с таким же выражением морды. Откуда в кошачьей голове взялся Будда, а в моей голове – кот - отдельный вопрос, но думать над ним прямо сейчас не хотелось.

Что-то было не так. Точнее, не так было вообще всё.

Вчерашний вечер, слившийся в сплошную линию ярких красок, звуков, запахов самых разных кабаков и баров на Ван Чай в Гонконге должен был закончиться вполне традиционно – конкретным таким утренним похмельем, напоминающим уже немолодому, в общем-то, человеку, что годы его студенчества давно прошли и обороты пора бы сбавить.

Головной боли не было. Совсем. Как не было и других «прелестей» абстинентного синдрома. Тем не менее, тело чувствовалось чужим. Не больным или замедленным, а просто другим. Руки длиннее, пальцы тоньше, и на кончиках – когти? Короткие, аккуратные, скорее даже утолщенные ногти, но всё же.

- Ни хрена себе, - сказал я себе вслух чужим голосом.

Кот склонил голову набок, вернул её на место и брезгливо отвернулся.

«Алкаш»

Однако. С котом будет непросто.

Я огляделся. Вместо гостиничного номера - какая-то странная юрта. Стены из шкур, натянутых на жерди. Во множество щелей между ними пробивается свет - оранжевый и тёплый, непривычный. Пахнет дымом, кислым молоком и ещё чем-то травяным и горьковатым. Есть ещё один запах, и он повсюду - тяжёлый, животный, запах фермы. Но именно он почему-то кажется привычным, как запах подземки кажется обыденным жителю большого города.

На полу подо мной – циновка из сухой травы. Кот сидит на точно такой же. Рядом - глиняный горшок, а у горшка – глиняная миска. Пустая.

- Ну и кто хлебал в моей чашке и всё выхлебал? - поинтересовался я у кота.

Кот дёрнул ухом. Не оборачиваясь. Очень выразительно.

«Твоей?» - прилетело в голову. И следом - образ миски, которую кто-то (я?) поставил на пол специально для кота. И кота, который эту миску честно вылизал. Потому что мясо было вкусным, а он голодный.

- Ладно, - вздохнул я. - Ладно. Твоей.

Я попытался встать. Тело слушалось неплохо, на удивление. Особенно если учитывать вчерашний рейд по кабакам на Джаффе-роуд и финальный аккорд в баре для байкеров, где передвигаться я мог уже исключительно с чьей-то помощью. Однако движения меня сегодняшнего были слегка странными. Центр тяжести смещён. Ноги чуть длиннее? Да ладно! Я сделал шаг к выходу и чуть не споткнулся о собственный хвост. Стоп. У меня есть хвост?!

Я обернулся. Хвост действительно был. Тонкий, гибкий и чешуйчатый, длиной до колена. Я попробовал им пошевелить - получилось.

- Киса, - сказал я на удивление спокойно. – У меня хвост!

«У меня тоже», - образ: куцый хвост огромной кошки. Короче, чем у рыси, длиннее, чем положено иметь курильскому бобтейлу.

Удивления почему-то не было. Откинул полог, шагнул наружу, замер, сощурившись от лучей палящего солнца.

Степь.

Красно-жёлтая, бескрайняя, уходящая во все стороны сразу. Низкое солнце - оранжевое, крупное, чужое - красит сухую траву в десятки оттенков. Бежевый, золотистый, красноватый, коричневый. Позднее лето? Слабый ветерок, сухой и тёплый, тихо шелестит в траве.

Вдалеке виднеются тёмные точки - стадо коров? Буйволов? Слышу их мычание - низкое, вибрирующее, оно проходит сквозь грудную клетку и отзывается где-то в позвоночнике. Юрта снаружи – как живая иллюстрация к старому фильму про индейцев. Рядом - ещё с десяток похожих жилищ, хаотически разбросанных по степи. Между ними ходят... ходят…

Я прищурился. Зрение у этого тела было острее, чем моё родное. Я мог видеть каждую деталь за сотню метров!

Существа, ростом с человека, одетые в туники из кожи. Вот одно сидит на корточках, длинными пальцами перебирает сухие стебли каких-то растений. Другое существо тащит на плече какую-то тушу - крупного грызуна, размером с небольшую собаку. За спиной – копьё с наконечником из тёмно-серого камня. Несколько похожих фигур направились в сторону стада, несут какие-то тюки. Их кожа... совсем не человеческая. Мягкая, как у варана, с лёгким рисунком или узором. Цвета тоже разные – светло серый, оливковый, песчаный. Движения плавные, текучие.

Мимо прошагала высокая самка(?) с плетеным кувшином на плече. Увидев меня, она остановилась и подняла руку(лапу?) с открытой ладонью. Что-то сказала - гортанное, щёлкающее, с шипением. Не понял ни слова. Но через секунду - с запозданием - смысл начал доходить. Как будто мозг перебирал варианты и подкидывал мне самый вероятный. Или процесс «разархивации» требует некоторого времени?

«Утра доброго, Толкователь»? «Светлого дня»? Это что-то на приветственном?

Я кивнул ей. И даже что-то пробормотал. Кажется, правильно. Она улыбнулась - пасть длинная, зубы мелкие, острые - и пошла себе дальше.

- Киса, - сказал я. - Что она сказала?

Кот, уже успевший вылезти наружу и усесться на солнышке, посмотрел на меня. Взгляд «прибил бы гада!» был вполне понятен и без слов.

«Сказала привет. Пожелала удачи. Спросила, как спалось». Образ: циновка, на ней спящая фигура, свернувшийся рядом кот. И огромное оранжевое солнце, встающее над степью.

- А... - я замялся. - А я ей что ответил?

Кот прикрыл глаза. Ему было всё равно. Или он устал от моих глупых вопросов.

Далеко в степи вновь замычал буйвол. Ветер донёс запах дыма и варёного мяса - без приправ, просто мясо. И тут же, как удар под дых, пришёл голод. Дикий, звериный, как будто я не ел неделю. Или две.

- Киса, - поинтересовался я. - А ящерам из другого мира пожрать тут дают? Или корпоративные обеды положены только сотрудникам компании?

Кот встал, отряхнулся и неторопливо потрусил к одной из юрт - оттуда пахло особенно вкусно. У входа обернулся, дёрнул ухом.

«За мной. Руками ничего не трогай!».

И я пошёл. Потому что лучших вариантов пока не наблюдалось.