Тайна цветочного венца

Прекрасной принцессе нужна сказка. С драконом, короной и королевством в придачу.

Прекрасной принцессе нужна сказка. Без трагедии, обмана и предательств.

Карета медленно ехала по старой дороге. За окном, куда ни глянь, раскинулось поле, покрытое ковром из белых цветов. Они казались ослепительно яркими на фоне царящей вокруг мрачной серости — и неба, и дорожного камня. Горизонт затянул туман, больше похожий на сизый дым.

В карете ехала принцесса. Прекрасная — ведь именно так положено в сказках — принцесса Элейна. Ей предстояло выйти замуж за принца. Наверное. Может, за короля. Она сама не знала, за кого её отдают, но ни выбора, ни права голоса всё равно не давали.

Тихо скрипнув, карета остановилась. Никто ничего не сказал, да и некому говорить: Элейна совсем одна. Нет ни рыцарей, ни кучера, ни лошадей. Стоило ногам коснуться мягкой, словно недавно вскопанной земли, как исчезла и карета. Дурманяще сладкий запах цветов отдавал на языке ядовитой горечью, тяжёлым облаком обволакивал сознание.

Шаг. Другой. Только хруст неосторожно задетых стеблей нарушал повисшую вокруг тишину, но откуда-то издалека едва-едва доносилась мелодия. Смутно знакомая. По какому поводу её исполняли? Мысль билась на краю сознания, не в силах вырваться из невидимой клетки.

Элейна лежала на цветочном ковре, смотрела на небо, к бездонной голубизне которого тоже примешалась серость, и чувствовала на себе взгляды множества опечаленных глаз. Её охватило чувство странной безмятежности. Словно больше ничего никогда не случится. Туман поглотил Элейну, как грозовые тучи поглощают солнце.

***

— Принцесса, просыпайтесь: пора готовиться к церемонии.

Прикосновение холодной руки к плечу взбодрило и заставило поморщиться. Церемония? Ах, да, точно. Из-за усталости, вызванной долгой дорогой, Элейна плохо помнила вчерашний вечер и прибытие в замок.

Помнила первое впечатление: мрак, зловещая и давящая атмосфера. Тяжёлые ворота, открывшиеся с пугающим протяжным скрипом. Окружившие карету слуги в чёрных одеждах, чьи лица казались восковыми. Элейна не успела выйти, как ей вручили чёрную вуаль — по местным правилам первым лицо её должен увидеть супруг. Ещё ей сказали, что завтра состоится церемония помолвки, поэтому нужно как следует отдохнуть. Элейна слишком устала, чтобы задавать вопросы.

Выделенная ей комната была мрачной и холодной, как и весь остальной замок. Массивная мебель из тёмного дерева, плотные тяжёлые ткани. Тени казались особенно густыми и словно приходили в движение, стоило отвернуться. Элейна думала, что дело в усталости и позднем часе, но приход утра ничуть не исправил ситуацию. Бледные лучи не греющего солнца только усиливали пронизывающее всё вокруг ощущение… Безжизненности.

Слуги со скрытыми капюшонами лицами уже подготовили белое платье и всё ту же совсем не подходящую невесте чёрную вуаль. Луна и ночное небо — вот что пришло Элейне на ум при виде этого сочетания.

Мягкая ткань, слабо пахнущая цветами, приятно касалась тела, но заставляла чувствовать себя неуютно из-за слишком светлого цвета, неуместного в столь мрачном окружении. Пшеничные волосы, ниспадающие до талии мягкими волнами, не стали заплетать в сложную причёску, только убрали от лица пряди и сзади скрепили заколкой. Голову покрыли вуалью.

Элейна посмотрела в зеркало. Сквозь ткань всё казалось каким-то мутным, подёрнутым чёрной дымкой, а лица становились размытыми. Едва заметное движение, пойманное краем глаза. Ощущение чужого взгляда, мазнувшее холодком вдоль позвоночника. Эфемерный женский силуэт позади. Элейна резко обернулась, но увидела только двух служанок с опущенными головами.

«Это всё из-за волнения от предстоящей церемонии и незнакомого места», — попыталась успокоить себя.

— Если вы готовы, нам стоит отправиться в зал, — раздался из-за двери голос слуги.

— Конечно. Сейчас выйду, — откликнулась Элейна и бросила ещё один взгляд на зеркало — никого лишнего оно не отражало.

В коридоре запоздало настигла мысль, что стоило взять с собой шаль. Раздавать здесь приказы она не осмаливалась — мало ли, какими ещё странностями удивят местные порядки? Элейна поёжилась. До чего же неуютное место. Почему её отправили именно сюда? Кому отдали?

«И где все сопровождавшие меня слуги? Раз они не местные и уже видели лицо, им было бы проще помочь с подготовкой».

Что-то не сходилось. Нет, может, здесь тоже замешаны правила чужой земли, и слуги не смогли бы подготовить Элейну к церемонии в соответствии с ними, но… Дома же знали, куда отправляли. Так почему не предупредили? Брак важен для заключения союза между королевствами, не логично ли как следует подготовить принцессу?

Ощущение неправильности происходящего царапало по сердцу ледяными когтями. Хотелось сбежать, но вокруг грозные рыцари, а впереди — двери. До встречи с женихом осталось всего ничего. Не время для слабости в коленях.

Высокие створки распахнулись перед Элейной, призывая зайти в огромный зал, освещённый множеством чёрных свечей. Длинные тени извивались на зеркально-гладком полу. Сильный запах воска и ладана душил, из-за чего, несмотря на размеры, зал казался тесным. Гости в торжественных тёмных одеяниях одновременно обернулись ко входу. Пристальные взгляды ощущались на коже прикосновением сотен игл. Элейна привыкла к вниманию. Она же принцесса. Но здесь и сейчас — в этом ослепительно белом платье — хотелось одного: потеряться в самой глубокой тени.

Нервный вздох — хоть бы никто не заметил. Шаг через порог. Расположившийся впереди на возвышении алтарь больше напоминал саркофаг. Рядом с ним стоял мужчина в чёрных одеждах, что напоминали то ли оперение, а то ли чешую, и отливали металлическим синим, зелёным и фиолетовым. Он протянул Элейне тёмно-серую руку с чёрными когтями. Блеснул обсидианом перстень на среднем пальце.

Слуга, притаившийся в тени за алтарём, тихо прочистил горло и на весь зал объявил о начале церемонии заключения помолвки между королём Мортосом и принцессой Элейной, однако смысл большей части слов прошёл мимо неё. Она со страхом смотрела на руку, надеясь, что вуаль сокроет позорные эмоции. Элейна несмело вложила подрагивающую ладонь в чужую. Тёплую. На контрасте с холодным воздухом — горячую.

Теперь их разделял только шаг. Через окружавший Мортоса запах горьких трав едва уловимо пробивались ноты гари и холодной земли. Остывшее пепелище. Элейна подняла взгляд, но лицо будущего супруга скрывал непроглядный мрак. Возможно, всё дело в вуали и его тёмной коже? Только глаза хищно, гипнотически поблёскивали, подобно обсидиану на кольце.

«Прямо как у дракона».

Драконы встречались редко, однако в детстве Элейне довелось встретить одного, и сильнее всего в память врезались глаза, в коих читались мудрость и предостережение.

Принцессам не место подле драконов. Принцесс — особенно прекрасных — драконы похищают и едят. Так говорили дома.

— Что от меня требуется? — шёпотом спросила Элейна; по пути и при подготовке ей почти ничего не сказали, в основном — что всё на месте поймёт, но она не понимала.

— Быть частью торжества и держаться рядом, — также тихо ответил Мортос, низкий голос отдавался в теле вибрацией, как рык чудовища.

По обе стороны от них появились люди в церемониальных одеждах. Стихли шепотки гостей. Скрипнуло дерево, и зал наполнила завораживающая мрачная мелодия, рождённая органными трубами. Подчиняясь её ритму, зазвучали слова на незнакомом языке. Благословение? Заклинание? Почему помолвка всё больше напоминала древний тёмный ритуал?

Вместо того, чтобы поднять вуаль, Мортос водрузил поверх золотой венец с белыми цветами. Холодные металлические веточки кольнули кожу, пуская волну мурашек. Элейна не сдержалась — поёжилась.

— У нас не принято обмениваться кольцами, — пояснил Мортос, склонившись. — После свадьбы венец заменит корона.

— Я всё ещё должна скрывать лицо?

— Конечно, ведь первым увидеть его должен супруг.

Элейна кивнула. Да, пока Мортос всего лишь жених. Держась за руки, они спустились к разошедшимся в стороны гостям — начало празднеству должен положить танец молодых. Они кружили по залу, но не музыка, не тепло чужого тела поглощали мысли Элейны. Беспокойство. Не оступиться. Не выдать волнение взмокшими ладонями. Не ошибиться. Если платье из белого станет красным, она принесёт родному королевству не союз, а беду.

Странное дело. Больше, чем загадочного жениха, у которого не разглядеть, то корона столь причудливой формы или тянутся вверх рога, Элейна боялась не понравится ему. Они знакомы — ха, да куда там? — несколько минут, но что-то в Мортосе притягивало, пробуждая… Нет, не симпатию. Любопытство. Она прослушала, в каком королевстве оказалась, и ещё нескоро осмелится уточнить, однако правитель этих гнетущих земель… Определённо непрост.

На следующей мелодии к танцу присоединились гости. К звонкому стуку множества каблуков примешался другой звук, не до конца перекрываемый музыкой. То был стук… Костей? Холодный поток воздуха скользнул по ноге. На очередном па Элейне показалось, что кружащая рядом пара не отражается в большом зеркале, украшавшем стену напротив. То с одной стороны, то с другой доносился невнятный шёпот, больше похожий на завывание ветра. Да только не было в зале окон, и слишком хаотично дрожали огоньки свечей.

— Моя дорогая невеста, вы не устали? — поинтересовался Мортос, стоило затихнуть очередной мелодии.

— Пожалуй, пришло время перевести дух и познакомиться с гостями, — призналась Элейна, в действительности надеясь, что светские беседы будут вызывать меньше волнения, чем танцы.

Дома ей часто доводилось общаться с приезжими аристократами. Несмотря на культурные различия, в большинстве своём разговоры казались похожими. Что раньше, что сейчас, от Элейны в первую очередь требовалось вежливо улыбаться, не болтать и не спрашивать лишнего и подстраиваться под других.

Принцессе не положено проявлять характер. Принцесса должна быть прекрасной куклой и всем нравиться.

Она потеряла счёт количеству пожатых рук — часто нечеловечески холодных и твёрдых. Множество имён и фамилий — иногда смутно знакомых — смешалось в клубок, который предстояло до свадьбы распутать. Блюда с едой, расставленные на столах вдоль стены, пользовались на удивление малой популярностью у гостей, а сама Элейна сначала от волнения, а позже — от усталости почти не разобрала вкуса новых угощений. И был ли вкус?

Похоже, утомлённость её стала слишком заметной, потому что Мортос вежливо прервал мучительно затянувшуюся беседу и вывел Элейну из зала.

— Нам придётся расстаться здесь, моя дорогая невеста. Надеюсь, вы хорошо отдохнёте и освоитесь до свадьбы. Чувствуйте себя свободно, — сказал он, прежде чем отдать слуге приказ о сопровождении и вернуться в зал.

«Он выглядит пугающе, но по-своему заботлив. Внимателен. Быть может, семейная жизнь окажется хотя бы сносной?»

После долгого многолюдного торжества и громкой музыки длинные коридоры замка казались особенно тихими и зловеще пустыми. Эхом отражались от стен шаги. Элейны. Редких слуг. В тёмных углах мерещились любопытные светящиеся глаза.

— Ехала карета к нам издалека. У кареты этой нету колеса, — напевал незамысловатую песенку вприпрыжку проходящий мимо мальчик. — Не было и крыши. Не было дверей. Сколько уже встретили мы таких гостей?

Слишком простая мелодия, чтобы судить о знакомости, но слова отозвались внутри. Как дурное предзнаменование. Колыхнулась вуаль, но не та, что на голове, а укрывавшая нечто важное в памяти.

Служанки со скрытыми капюшонами лицами помогли раздеться и принять ванную. Тёплая вода с цветочными маслами не помогла ни согреться, ни унять тревогу. Только усталость неумолимо усиливала сонливость. Лёжа на кровати, Элейна вертела в руках венец, рассматривая. Белые цветы. Прямо как во сне. Только вот, кажется, одного не хватало.

***

Новый сон переместил Элейну не на поляну, а в заброшенную комнату замка. В воздухе висела дымка. Стены покрывали плесень и паутина. За стеной скребли и стучали мелкие коготки. Крысы. Посреди комнаты виднелся призрачный женский силуэт.

— Кто вы?

Незнакомка обернулась. На её бледном лице навсегда отпечаталось выражение безмерной печали, отогнать которую не смогла и мимолётная приветственная улыбка.

— Ириэль. Прошлая невеста Мортоса.

«Невеста. Не жена», — мысленно отметила Элейна.

— Что вы делаете в моём сне?

— Пришла предупредить об опасности. Сейчас у нас совсем мало времени, поэтому запомни следующее: в комнате в левой прикроватной тумбе есть тайник. Он спрятан при помощи светлой магии, поэтому местные не могут его обнаружить. Там ты найдёшь то, что мне удалось узнать о других невестах.

— Других? Сколько нас было?

— Достаточно. Мне пора. Мы обязательно встретимся вновь, только ложись спать с венцом!

Ириэль растаяла, и Элейна осталась совсем одна в комнате без окон и дверей. Нет, возможно, сюда всё-таки проберутся крысы… Злые от голода крысы с маленькими блестящими глазками и острыми зубами. Тогда найдётся занятие поинтереснее, чем размышления о полученной информации.

Можно ли доверять Ириэль? Она точно призрак, а не порождение разыгравшегося после необычной церемонии воображения? У Мортоса были невесты? Ещё и не одна? Об этом обязательно расползлись бы слухи. Как бы мало ни сообщили Элейне перед отъездом, подобные сплетни о женихе она бы услышала.

«Есть одно место, о котором почти ничего неизвестно, но с чего бы мне оказаться здесь? Нет-нет, такой союз мы бы не заключили».

***

До свадьбы от Элейны не требовалось ничего, кроме как привыкнуть к новому месту, поэтому после завтрака слуги без вопросов оставили её одну. Стоило начать с поиска тайника: по крайней мере, если он обнаружится, Ириэль не выдумка.

«Надо было уточнить, относительно чего сторона левая», — подумала Элейна, рассматривая одну из тумб.

Обычно у светлой магии сильный фон, только если её не подавляло большое количество тёмной или некротической. Здесь она ощущалась очень слабо. Но ощущалась. Странно, что этого не замечали местные.

«К светлой магии невосприимчивы только…» — закончить мысль Элейна не успела: пальцы, нащупав узор на дне ящика, прошлись по особенно выступающим точкам, и чары рассеялись.

В тайнике обнаружились неумело связанные между собой листы. Судя по скачущим буквам и обилию сокращений, исписывали их в спешке. Элейна пробежалась взглядом по страницам. Множество заметок, разбавленных схематичными рисунками, в которых даже при беглом осмотре улавливались признаки тёмного колдовства. Возможно, к Ириэль стоит прислушаться.

Напротив окна располагался стол, и продолжить чтение Элейна решила за ним, предварительно раздвинув тяжёлые шторы. Намного больше света не стало, а вид за окном навевал уныние: ни одного яркого пятна и очень много камня. Элейне померещилась плывущая по двору крупная тень, но, подняв взгляд, она увидела только облака и холодное бледное солнце.

Найденным записям не хватало упорядоченности. На первой странице были перечислены имена прошлых невест. Некоторые казались знакомыми… Что-то из старых слухов, историй, истинность которых ныне сложно подтвердить. То были имена… Пропавших принцесс?

«Бриэн… Она из нашего рода. Мне говорили, она погибла во время неудачной попытки переворота, но если её просто не нашли и посчитали мёртвой… Ниару из южных земель. Она не вернулась из плавания. Мне часто рассказывали её историю, когда я упрашивала взять меня с собой».

Элейна нахмурилась. Неужели на самом деле всех этих принцесс похитил Мортос? Но её никто не похищал. Она точно приехала сюда на своей карете. Хотя, может, тех, о ком не слышала или не помнила, тоже отдали замуж.

Дальше шло множество разрозненных заметок. Не только о невестах, но и о чём-либо обнаруженном в замке. Вот несколько строк о большом кладбище недалеко от замка, где удалось обнаружить могилу принцессы Шарарати, надгробие которой обвивал айезенский плющ — растение, растущее только на земле, пропитанной проклятьем, в том числе над захоронениями проклятых.

Запись о дальней комнате в восточном крыле, где можно найти коллекцию ритуальных ножей, скрижаль с заветами самого древнего тёмного бога, чьё имя запрещено произносить во всём мире, и только за океаном — в глубине проклятого континента — дикие племена каннибалов продолжали приносить ему в жертву своих врагов и соплеменников.

А вот строки из одной обнаруженной в библиотеке книги: детальное описание кровавого ритуала, от которого стало дурно. Элейна отодвинула записи. На сегодня хватит. Нужно пройтись и обдумать прочитанное. Как бы реалистично и жутко всё ни звучало, это может оказаться выдумкой. Стоило найти хотя бы одно подтверждение. Прежде чем выйти из комнаты, Элейна достала из ящика стола карту, о которой рассказал сопровождавший вчера слуга, и нашла на ней путь до кладбища.

— Принцесса, вам нужна помощь? — бесцветным голосом уточнил дежуривший у двери стражник.

— Нет. Я всего лишь желаю осмотреться в замке. С этим же нет никаких проблем? Необходимо ли мне передвигаться только с сопровождением?

— Никак нет. Здесь вам ничего не угрожает. Я могу сопроводить вас, если боитесь потеряться, в остальном — можете обращаться к любому встречному.

— Благодарю. Я предпочту пройтись одна.

На самом деле Элейну пугала перспектива потеряться, однако не больше местных обитателей. Их восковые лица и мрачные одежды только усиливали гнетущее чувство, полноценно не отпускавшее ни на миг после прибытия в замок. По коже вновь и вновь пробегал холодок. Казалось, холодные стены вот-вот заговорят голосами мёртвых.

Элейна замерла, уловив обрывки разговора… Нет, не духов. Местных слуг. Они доносились из-за… Да, вон той двери. Судя по множеству голосов, шагов, постоянному шуму на фоне, там какая-то служебная комната. Много разобрать не удалось.

— Появится ли новый цветок?

— Печально, если так, но ещё никто не…

— Я бы ни на что не надеялся.

— Такая молодая… Но ничего не поделать: всё предопределено судьбой.

— Сколько ещё… Будет повторяться?

— Надеюсь, она хотя бы не попытается…

— В тот раз отмывать алтарь…

Элейна резко отпрянула от двери и скрылась за ближайшим поворотом, зачем-то зажав рот руками. Из комнаты вышли две служанки и направились в противоположную сторону, теперь уже говоря о делах насущных. На мгновение порыв ветра приподнял вуаль, и Элейне показалась, что рука одной из девушек… Какая-то слишком белая.

«Да что не так с этим местом?!»

До кладбища Элейна почти бежала, стараясь ни с кем не столкнуться по пути. Ей не нравились разговоры слуг. И сами слуги. Ей всё здесь не нравилось! Каждый угол пугал, усиливая давящее чувство нависшей опасности.

И вот она увидела могилу. Ту самую, о которой говорилось в записях. Обвитую плющом с багровыми листьями. Значит, спустя столько времени, наложенное на принцессу проклятье так и не развеялось полностью.

***

Элейна проводила дни, изучая записи Ириэль, а после осматривала замок. Ей сообщили, что Мортос отбыл по делам, и только это приносило немного спокойствия. Потому что казалось, что без него ничего не случится.

Слуги вели себя тихо и покорно. Элейна редко отдавала приказы, но каждый исполнялся беспрекословно. И ей это… Нравилось. Дома было иначе. Там всегда приходилось держать в голове, что её приказы не противоречат словам отца, матери, брата. А они определили за неё всё. Что носить, что есть, что читать. Когда и как говорить. С кем общаться. Чем увлекаться.

Прекрасной принцессе не положено командовать и что-то решать. Принцесса должна улыбаться, кивать и слушаться старших.

Потому что кроткий товар легче продать. Потому что все вокруг знают лучше. Потому что это забота… Нет-нет, не только о королевстве и собственной выгоде, но и о ней тоже. Ей всё мерещится — от незнания и неопытности. Её никто не душит. У золотой клетки нет прутьев, а даже если это не так — она слишком просторная, чтобы на что-то жаловаться! И нечего возражать. Да что пустоголовая принцесса может знать!

А она знала. Всегда знала, что недостаточно быть прекрасной. Такие долго не живут. Исполняют после продажи долг, а затем от них избавляются умные. От прекрасных — и добрых — нужна только кровь. Но чем лучше Элейна это понимала, тем сильнее задыхалась от навязанной роли.

Здесь же, в землях, название которых отчего-то так и не получалось узнать, она чувствовала себя по-другому. К страху примешивалось новое чувство, доселе на собственном опыте незнакомое, но такое невероятно приятное! Позволяющее вздохнуть полной грудью.

Элейна не сдержала смешка, наблюдая за тем, как суетятся служанки, стоило сказать, что сегодня она не в настроении есть оленину, заправка у салата неприятно горчит, а украшающие столовую подсвечники с горгульями портят аппетит. Последнее, к слову, неправда, но так хотелось проверить реакцию!

Замок всё ещё казался подозрительным. Заметки Ириэль — жуткими. Но во всём этом мраке Элейна начинала видеть огонь. Не уютный и дающий надежду, а тот, обуздав который можно получить силу. И власть. Лишь бы только не последовать за остальными невестами. Но как? Всё указывало на то, что свадьба — тёмный ритуал, который никому ещё не довелось пережить.

«Смогу ли я вымолить у Мортоса жизнь? Успеем ли мы поговорить до свадьбы?»

Элейна нахмурилась. Из записей она узнала одну очень важную вещь: Мортос — дракон. Принцессе нечего предложить дракону, кроме самой себя.

***

Снова сон. Не поляна и не заброшенная комната. Зал, подобный тому, где проходила церемония помолвки, но вместо гостей он был наполнен печальными молчаливыми девушками. Они никак не реагировали на проходящую мимо Элейну, а та раз за разом обращала внимания на золотой венец на голове у каждой. Они различались только количеством белых цветов.

Дойдя до Ириэль, — единственной хоть сколько-то «живой» — Элейна молча шагнула мимо и оказалась перед зеркалом. Глядя на свой венец, она поняла, что количество цветов соответствует количеству невест. И единственный недостающий — её.

За спиной возник силуэт. Ириэль. Будучи призраком, та не могла полноценно отражаться в зеркале. Значит, тогда в комнате тоже была она? На плечо легла полупрозрачная рука. Невесомая, но даже во сне ужасно холодная. Элейна резко развернулась, сбросив руку. Ещё немного, и от холода стало бы больно.

— Ты — наша последняя надежда, — печально заявила Ириэль.

Слова отдались внутри крайне неприятным чувством. Пресным, безысходным, вызывающим отвращение, как если бы пришлось стать свидетелем акта неприкрытого лицемерия. Ей уже доводилось слышать подобное. Элейна не помнила, чем закончился прошлый раз, но точно знала — ничем хорошим.

— Надежда на что?

— На освобождение. Наши души связаны с цветами и не могут найти покоя. И даже подать голос…

— А что насчёт тебя? — с сомнением уточнила Элейна.

— Как видишь, я успела определить, что меня ждёт, но… — Ириэль вздохнула. Глаза заблестели, словно она вот-вот расплачется. — Но в конце поняла, что уже не успею придумать, как спастись. Поэтому наложила на венец заклятие, желая отвести беду хотя бы от следующей невесты. И всё время в ожидании тебя составляла план спасения.

— Я изучила твои записи и, если честно, не понимаю, ни что мне делать дальше, ни как освободить вас.

— В первую очередь отказывайся от свадьбы. До моей оставалось совсем мало времени — её дату уже нельзя было изменить, но твою обязаны перенести, если настоишь. Выигранного времени хватит для подготовки к побегу. В комнате есть ещё один тайник, там я спрятала карту с отмеченным на ней тайным ходом. Ты сможешь воспользоваться им, если…

Элейна слушала сложные объяснения Ириэль, водя взглядом по восковым лицам прошлых невест. Столько молодых девушек принесли в жертву. Ради чего? Раз по воле жестокой судьбы они не заслужили долгой жизни, то хотя бы заслужили найти покой. Элейна обязана помочь им, разве нет?

Прекрасная принцесса не должна жить для себя. Прекрасная принцесса живёт для того, чтобы приносить пользу другим.

— Допустим, я сделаю всё так, как ты и сказала. Как это поможет вам?

— Ритуал нужно проводить с определённой периодичностью. Если ты сбежишь как можно ближе к новой дате свадьбы, они не успеют найти другую невесту. Чары начнут разрушаться, и мы освободимся. Ты ведь поможешь нам?

От заискивающего взгляда стало мерзко. Так до отъезда смотрела мать, прося Элейну на новом месте стать безропотной тенью мужа, ведь если в ней разочаруются, то отошлют обратно и разорвут союз.

— Конечно, — заверила Элейна с прекрасной, годами отточенной улыбкой.

***

Сегодня Элейна отправилась проверить старый каретный сарай. В записях Ириэль говорилось, что туда отвозили транспорт, на котором прибывали принцессы. Судя по отметкам на найденной в очередном тайнике карте, здесь же проход к потайному ходу.

Элейна уже привыкла к жутким находкам, но не была готова к тому, что увидит в сарае. Карета. Её карета. Без колеса, крыши и двери.

Резкий приступ боли. Элейна согнулась, схватившись за живот. Вуаль слетела, покатился со звоном по полу венец.

Воспоминания накрыли тяжёлой волной.

Поездка. Нападение. Охрана убита. Голова кучера влетела в окно. Взбесившиеся лошади. Падение. Обломок кареты, торчащий из живота. Бескрайнее сероватое небо над чужой землёй и ощущение близости неминуемого конца.

Некогда прекрасная принцесса лежала в гробу в окружении белых цветов, густой и тяжёлый аромат благовоний скрывал запах гниения. Мелодичным плачем разносилась по залу похоронная мелодия. Над телом склонялись люди, и в этот момент ни на одном лице не мелькало даже притворной скорби.

В конце в ритуальном зале остались только родственники, и маски слетели окончательно. Мать, отец, брат, сестра, дяди и тёти… Никто ни капли не сожалел о смерти принцессы. Одни радовались осуществлению плана, другие — что план исполнили не за их счёт.

— Она хорошо отыграла свою роль, — сказала мать, вынимая из гроба белый цветок.

— Могла бы и лучше, но сгодится и так, — холодно возразил отец.

Мать усмехнулась, мол, ты правда ждал большего от этой куклы, и воткнула стебель в живот. Прямо в дырку, прикрытую тканью белого платья.

— Жалко, лицо испортили, — отметил дядя, с отвращением глядя на правую половину, сильнее всего пострадавшую при падении. — Сколько ни маскировали, всё равно всю церемонию портила настроение своим уродством.

— Неужели ты не успел налюбоваться на него при жизни? — проворковала тётя, явно напоминая брату обо всех тех моментах, когда он вертелся вокруг Элейны с очень конкретными намёками.

— Не отказался бы забрать себе и после смерти. Но не такую мерзость можно только крысам на корм сбросить.

Знали бы они, что не упокоенная душа всё слышит… Ничего бы не изменилось. Зачем думать о чувствах мертвеца? Чувства принцессы и при жизни никого не волновали. Родственники немного держали себя в руках только потому, что понимали: если перегнуть палку, даже кукла способна взбрыкнуться и нарушить планы.

Горячие слёзы обиды и гнева потекли по щекам. Элейна тоже не питала к родне тёплых чувств, но… Не настолько, чтобы предавать! Семья изначально не хотела брака. Семья хотела создать повод для начала войны. И этим поводом стала ими же подстроенная смерть принцессы на чужой земле.

Её трясло. Хотелось прямо сейчас призвать к ответу всех этих отбросов, звавшихся семьёй. Использовать в качестве жертвы в одном из ритуалов. Их здесь такой выбор — на всех хватит!

Рвано вдохнув, Элейна выпрямилась. Небрежно вытерла щёки. Раз она погибла, значит, ещё в самом начале правильно предположила, где именно находится. Мёртвые земли. Это многое объясняло.

Элейна подошла к венцу и подняла его. Задумчиво посмотрела на белые цветы. Слепо помогать другим? Обойдутся. Пришло время помочь себе.

Прекрасной принцессы больше нет.

***

Какой бы ни была цель, её не достичь без встречи с Мортосом. К счастью, он должен был скоро вернуться.

Сидя в комнате, Элейна заметила кружащего в небе чёрного дракона, чешуя отливала на солнце металлическим синим, зелёным и фиолетовым. Он сделал круг над замком и пропал из виду. Раздался протяжный и величественный звон колоколов: хозяин в замке.

Элейна отложила в сторону книгу и потребовала у стражника позвать служанку. Как только переоденется, можно отправиться на встречу с Мортосом. Она всё ещё не знала, чем задобрить дракона, поэтому для начала собиралась узнать о своём положении от него самого, а не с чужих слов.

Перед дверью Элейна застыла. Когда она без разрешения приходила к отцу, то получала строгий выговор, а если нарывалась на него в особенно плохом настроении… Голени потом болели долго. Со временем она начала цепенеть от одной только мысли, что придётся постучать королю.

Пока Элейна боролась с собой и старыми травмами, дверь открылась.

— Вам что-то нужно? — участливо поинтересовался Мортос.

Элейна едва заметно вздрогнула и подняла голову. Из-за вуали она всё ещё могла разглядеть только глаза. Зато более не сомневалась: вверх тянутся именно рога.

— Нам предстоит стать супругами, но мы ни разу не поговорили нормально. Я пришла исправить это. У вас найдётся время?

— Конечно, моя дорогая невеста. Прошу.

Мортос отошёл в сторону, пропуская Элейну внутрь, и проводил её до дивана, сам сел напротив. Его комната выглядела такой же мрачной, как и остальной замок, но не казалась холодной. Или дело в тепле, которое подарило недолгое прикосновение к руке? Элейна посмотрела на свою ладонь и сжала пальцы. В её теле тепла теперь тоже меньше, чем раньше.

— Пока вас не было, я много времени провела за исследованием замка.

— Слуги сообщили мне об этом. Как ваши успехи?

— Они есть. Как и вопросы, которые мне бы очень хотелось вам задать.

— Что вас интересует?

Вдох-выдох. Не видя лица сложнее понять эмоции, но голос Мортоса звучал успокаивающе, внушая уверенность, что Элейне не придётся пожалеть о затеянном разговоре. Принцесс учат не верить драконам, но иногда приходит время поступить вопреки заветам учителей.

— Почему у вас столько книг о тёмных ритуалах и инструментов для их проведения?

— Мёртвые земли должны хранить всё, что связано со смертью. Приводящие к ней запретные знания — тоже.

— Почему на могиле одной из прошлых невест растёт айезенский плющ?

— Она попала к нам, умерев из-за сильного проклятья.

— Почему мы попадаем сюда?

— Мёртвым землям нужна королева, но на правящий род наложено заклятье, запрещающее брать в жёны как живых, так и подданных своих — мёртвых. Нам остаётся переносить сюда тех, кто оказался в пограничном состоянии, которое помогает сохранить помолвка. Однако брак должен быть равным и честным, поэтому подходят только незамужние аристократки.

— Вас устраивает жениться на незнакомке?

— Такова моя судьба.

— Что будет, если я откажусь?

— Вы станете последним цветком и обретёте покой вместе со своими предшественницами.

— Это случится, как только я заявлю, что не собираюсь становиться вашей женой?

— Не совсем, — качнул головой Мортос. — Я должен буду три раза уточнить, окончательное ли ваше решение. Вы упокоитесь, если откажете трижды.

Элейна нахмурилась. Значит, дело именно в отказе? Ириэль не могла не знать этого, однако убеждала ни за что не соглашаться. Её «план спасения» был ничем иным, как предложением умереть ради других. Снова.

— Что я получу, согласившись стать вашей женой?

— Любой дар, кроме свободы. Вы будете частью мёртвых земель, покуда жив я.

— Я стану вашей полноценной супругой или украшением соседнего трона?

— Мёртвым землям нужна королева, — повторил Мортос, — а не красивая говорящая голова.

Ей это подходило. Свобода всегда была недостижимой роскошью, да и куда деваться? Она мертва, а дома никто не ждёт. Так есть ли причина отказываться от заманчивого места? Что в итоге случится с душами прошлых невест Элейну не волновало. Если Ириэль вновь заявится во снах, она найдёт способ заткнуть надоедливого призрака.

— Давайте проведём свадьбу как можно скорее.

***

Элейна зашла в зал уверенно, с высоко поднятой головой. Её белое платье вновь притягивало взгляды множества гостей, но теперь они не кололи, не пробуждали желание забиться в тёмный угол. По углам должны прятаться те, кто попадёт в немилость будущей королеве.

Мортос снова ждал у алтаря. Протянутую руку она приняла без заминки.

— Станете ли вы супругой мне, Элейна? — Ещё ни разу её имя не произносили с таким уважением, а особенно восхитительно услышать его от дракона.

— Да, — уверенно и громко ответила она.

Воспылать друг к другу чувствами они ещё успеют, а пока Элейне нужны сила, власть и готовый исполнить желание дракон, чтобы отомстить за предательство, за свою прерванную жизнь.

«Вы хотели войны? Вы её получите».

Цветы опали, вуаль осыпалась под ноги пеплом. Венец превратился в корону, а платье почернело. Теперь оно тоже напоминало то ли оперение, а то ли чешую, отливающую металлическим синим, зелёным и фиолетовым.

— Мёртвые земли приветствуют королеву! — объявил Мортос.

— Мёртвые земли приветствуют королеву! — вторили ему гости.

Злой королеве не нужна сказка. Ей нужны дракон, корона и королевство в придачу.

Злой королеве не нужна сказка. Она создаст трагедию, обманет и отомстит за предательство.