Тайна поместья "Юдифь"

Зима давно вступила в свои права. Больше месяца она была мягкой, а в последнюю неделю грянули небывалые морозы, и все завалило снегом. Старики удивленно качали головой, не припоминая еще такой стужи. И вот, по такому морозу, мы едем в поместье «Юдифь», пятьсот лет принадлежащее роду Браун. Лэнд-лорда Югенса Брауна утром нашли убитым. Так как он был не только аристо, но и магом, полиция передала дело нам.

Как нам сообщили, тело нашел личный камердинер лорда. Он каждое утро первым входил в спальню хозяина, открывал окна и помогал одеться. Но в этот раз все было иначе: двери в спальню оказались заперты. Слуге пришлось дойти до дворецкого, у которого были ключи от всех замков. Когда они, наконец, попали в помещение, лорд лежал на ковре посреди комнаты, уже холодный. Был вызван семейный доктор, при беглом осмотре установивший примерное время и причину смерти и вызвавший полицию. Приехавший полицейский наряд уже уведомил Тайный Сыск.

Из-за расстояния от поместья до столицы пришлось оформлять длительную командировку – та еще морока. И вот мы на служебном мобиле едем за три сотни километров к востоку от столицы.

– Здорово! – я потерла ладошки, – никогда не была в настоящем мэноре!

– Что, серьезно? – Аттил с интересом перегнулся через сиденье, – не забудешь теперь никогда? Внукам расскажешь, если будут?

– Успокойся, Атт, – бросил шеф с места рядом с шофером, – я надеюсь, мне не придется за тебя краснеть?

– Так точно, шеф! – Аттил шутливо вытянулся и козырнул, – я в таком примерно вырос. Это, скорее, остальным будет в новинку.

Парни неопределенно хмыкнули, но промолчали.

Я подумала и решила обидеться на толстяка: даже сейчас, когда неизвестно, что впереди, он не смог сдержать свой характер. Надеюсь, его отправят в паре с Дэном. Суровый северянин не будет терпеть его выходки, а шеф одобряет террор при учебных поединках. Аттил уже несколько раз огребал от Дэниела в спортзале, но до него так и не дошло.

Чтобы отвлечься, вытащила блокнот и погрузилась в очередные расчеты: к своему удивлению, я обнаружила, что артефактов для сушки продуктов в продаже не существует! Оказывается, везде используют обычные сетчатые ящики и солнце, либо незатейливо подвешивают продукты над огнем. Что дало идею запатентовать ту сушилку, что стоит у меня в пещере. Ничего особенного, но это добавит мне репутации: одно дело – узкая прослойка криминалистов, а совсем другое – каждая домохозяйка! Сейчас, наработав определенный опыт, я поняла, что конструкцию можно сделать и проще, и дешевле. Как раз подойдет для массового производства на какой-нибудь мануфактуре. И Вайндзорский патент мне в помощь.

Поместье появилось внезапно: вот мы едем по дороге посреди густого леса, а вот вдруг справа, в конце очень короткого прямого проезда, нам преградили путь монументальные ворота из гладких стальных листов. Мощные каменные столбы с каменными же шарами поверх «шатров», и скромная табличка: «поместье «Юдифь». И все.

Шофер посигналил. Одна из створок приоткрылась, оттуда выглянул детина в рабочей кепке и глухой охотничьей куртке.

– Открывай, – властно приказал Смайт и показал знак Тайного Сыска.

Верзила ойкнул и поспешил открыть ворота. В окно я заметила, как он растерянно сорвал картуз с вихрастой башки и поклонился, пропуская мобиль.

Мы проехали еще несколько сот метров и развернулись на широком мощеном дворе перед величественным зданием.

В дверях стоял седой мужчина в строгом сюртуке. Бакебарды у него были подстрижены на военный вкус, а в бордовом галстуке сверкала бриллиантовая булавка. Как-то слишком дорого для дворецкого.

– Добро пожаловать, господа, – негромко начал он, стоило шефу покинуть мобиль, – меня зовут Юджин Браун, я – младший брат покойного лорда. Прошу вас, проходите. Мы постарались сохранить все так, как это было обнаружено утром. Тело забрали в морг городской больницы Джоржинга.

– Хорошо, – Смайт кивнул нам, – ведите сразу на место преступления. Все за мной.

Мы поднялись по мраморной лестнице с резными перилами и скульптурами, держащими светильники. Тонкая работа, даже глядеть страшно. На стенах висели картины, тут и там стояла роскошная мебель. Всюду ковры, даже на ступеньках. Богатство через край.

В коридоре верхнего этажа стоял старик. Ага, вот это точно дворецкий! Так оно и оказалось.

– Стюард, – властно скомандовал наш провожатый, – откройте двери!

– Слушаюсь, милорд, – он побренчал внушительной связкой ключей и поклонился, – прошу!

Мы вошли в... наверно, именно это и называется «покои»: огромный зал, роскошная мебель из драгоценного дерева с инкрустацией и позолотой, зеркала и картины, хрустальные светильники, куча безделушек. На ковре раскинулся фантом – магический артефакт, создающий точную копию тела. Лорд лежал ничком, полуповернувшись на правый бок и подогнув правую ногу, руки были согнуты в локтях, перед грудью, будто покойник пытался подняться. Или от кого-то защищался. На лице – страх и удивление. На шее видны синие пятна. Одет он был в длинную ночную сорочку и стеганный шелковый шлафрок.

– Удушение? – негромко бросила я, внимательно разглядывая фантом.

– Не факт, – Тони присел рядом с ним, – на руках нет следов. Он не сопротивлялся. Смерть, похоже, была мгновенной, он вообще не среагировал. Странгуляции как таковой нет, синяки только походят на следы пальцев, но на самом деле, они располагаются не так, это во-первых. Во-вторых, они крупнее, чем даже от самого здорового мужика, и, наконец, их не по пять, а по шесть.

– Ого! Это возможно?

Эксперт только пожал плечами:

– Я о таком даже не слышал. Интересно, почему они так поспешили увезти тело? Врач должен знать правила. Артефакт фантома используют только при угрозе утраты тела, для срочной консервации. А тут он точно мог полежать до нашего приезда.

– Подозрительно. Обрати внимание, как широко распахнуты глаза.

– Как будто он увидел что-то странное или страшное.

– Или что-то, чего увидеть никак не ожидал. Или кого-то.

– Надо пообщаться с этим доктором, – Тони достал из саквояжа первый набор инструментов, – как-то мне это все не нравится.

– Осмотрим место и поедем?

– С шефом только согласуем.

По просьбе шефа нам выделили кабинет для совещания. Смайт активировал артефакт приватности и начал:

– Итак. Что дал осмотр места?

– Мы осмотрели спальню. Следов борьбы нет. На месте трупа оставлен артефакт-копия, – начал доклад эксперт.

Все внимательно слушали.

– На лице убитого маска удивления и страха, на шее синяки от шестипалого субъекта крупнее человека.

– Что-то еще?

– В спальне два окна и три двери. Две ведут в смежные ванную и гардеробную, последняя в коридор. Тайных дверей и проходов не обнаружено. Окна заперты на защелки изнутри. Шторы задернуты.

– Что у тебя, Дорри?

– Артефакты показали остаточный магический фон возле тела, характеристики отличаются от фона мэнора. На лицо воздействие чар или артефактов. Новый детектор зафиксировал наличие следов ихора дроу. Такие же следы возле постели.

– Вот как? – шеф задумчиво потер подбородок, - порталы?

– Портальной магии не обнаружено.

– Шеф, – добавил Тони, – стоит допросить доктора по поводу правомочности замены трупа артефактом. Вы не хуже меня знаете, что это возможно, только если без консервации труп разложится. Но не в данном случае. Я бы как можно скорее поехал в морг. Как бы и там нам не подгадили.

– Едем. Остальные продолжат допросы обитателей мэнора. Особенно насчет событий последнего месяца.

Шеф стремительно поднялся, и мы на мобиле рванули в Джоржинг. Городской госпиталь располагался в центре городка, как положено в Империи. Предъявив удостоверения, спустились в морг: стандартное подвальное помещение с длинными коридорами, залами для вскрытия трупов и холодильниками. Заведующий – толстячок в белом халате провел нас в нужный:

– Добрый день, господа, – он поклонился, – доктор Томаш Райли, к вашим услугам. Признаться, я жутко удивился, когда доктор Ливси привез тело. Даже не в специальном мобиле, а на своем, личном. Я молчу уже про неприкосновенность места убийства.

– Вот и нам это очень интересно, док, – негромко ответил шеф, – я надеюсь, тело не трогали?

– Нет, конечно! Я использовал стационарный стазис.

– Прекрасно.

Открыв длинный стазисный шкаф, он вытащил носилки с телом. Мы с Тони тут же подошли ближе, активируя свои инструменты. Магический фон оказался схожим с обнаруженным в спальне, но сильнее.

– Тони, ты видишь?! – я указала пинцетом на воротник ночного халата убитого.

– Сейчас возьму образец. Доктор, распорядитесь доставить из мобиля походный кофр с инструментарием. Тело в прозекторскую.

– Где я могу найти этого доктора Ливси? – одновременно поинтересовался шеф.

– Доктор Ливси живет и работает в своем доме, Фонтанная улица, четыре. Это надо вернуться на три квартала назад, как вы ехали, и на площади с памятником повернуть налево. И там всего несколько домов по правую руку. Сейчас все организуем, господа.

Шеф и патологоанатом ушли, а мы занялись своей работой. Меня вообще заинтересовала одежда покойного:

– Обрати внимание, Тони. Она жутко дорогая, но при этом весьма заношена, – я показала на потертости под мышками и на заду, на обтрепанный край обшлага, – мне казалось, лорд его уровня не должен опускаться до такой... экономии.

– Может, великосветский психоз? Я слышал, в высшем свете модно иметь какую-нибудь дуринку. В качестве «фирменного» штриха к образу. Этот лорд ходит в старых вещах.

– Надо будет уточнить у Аттила.

– Да, хорошо, что есть Атт.

Мы переглянулись и фыркнули. В прозекторскую два санитара во главе с доктором втащили наши кофры.

– Отлично, – мы показали, что куда поставить, и занялись вскрытием.

Закончили далеко за полночь. Доктор Райли, сидевший с нами и по мере сил помогавший, был так любезен, что отвез нас на больничном мобиле обратно в мэнор, где нам, как и остальным членам группы, были выделены гостевые комнаты.

Не знаю, кому как, а мне спалось хорошо и крепко. Моя комната не отличалась особыми излишествами, но постель была удобной, а простыни пахли лавандой.

Стоило мне встать, как с осторожным стуком вошла молоденькая горничная:

– Госпожа проснулась? Меня зовут Джули, позвольте вам помочь. Ванна? Корсет? Какое платье вы желаете надеть?

Я засмеялась:

– Джули, я не ношу платьев. Я – маг в Тайном Сыске, и предпочитаю мужскую одежду. А вот от ванны не откажусь.

– Как пожелает госпожа, – служанка присела в книксене и бросилась выполнять поручение.

Завтрак для нашей группы накрыли в малой гостевой столовой. Когда я вошла, шеф уже сидел во главе стола.

– Ты рано, – нейтрально заметил он, – я думал, вы с Тони раньше полудня не проснетесь.

– Мне не надо много спать, – я расправила салфетку и хищно оглядела стол.

– Поздно вернулись?

– Далеко за полночь. Док привез нас на больничном мобиле.

– Что нашли интересного?

– Есть кое-что, – я проводила взглядом горничную, подавшую свежие ягоды в хрустальной вазе.

Поняв, что я не хочу обсуждать следственные тайны при посторонних, шеф одобрительно кивнул и перевел разговор на всякие пустяки.

Постепенно к завтраку вышла вся группа. Позже всех пришел, разумеется, Тони.

– Ты уже здесь? – он удивленно покачал головой, – я думал, еще дрыхнешь. Я еле глаза продрал.

– Мне не нужно много спать, – повторила.

Шеф подождал, пока горничные внесут последние блюда для завтрака, жестом велел Натану закрыть двери на ключ и активировал артефакт конфиденциальности.

– Итак, – он приподнял бровь на эксперта.

Тони торопливо проглотил кусок:

– Лэнд-лорд Югенс Браун, шестьдесят два года. Вскрытие показало перелом шейных позвонков. Причем, третий позвонок был сломан посередине, практически перпендикулярно к оси. Будто перерублен острым и очень тонким лезвием. При таком повреждении лорд умер мгновенно, не успев даже ахнуть. Мягкие ткани шеи над позвоночником не повреждены. Странгуляция больше походит на ожоги: обугливание клеток кожи, термическое свертывание крови. Внутренние органы в состоянии, характерном для возраста и образа жизни. Обнаружена язва желудка, небольшое загрязнение легких, скорее всего, от курения. Печень в норме, остальное тоже. Есть старые шрамы, давно зарубцевавшиеся, скорее всего, от военного оружия: на левом плече, длиной в ладонь, явно сабельный, несколько пулевых ран: на бедре и левом предплечье. С нервной системой интереснее – продолговатый мозг и шейная часть спинного превращены в кашу, как раз сразу под позвонками. Скорее всего, имеет быть воздействие магии, не различимой имеющимися у нас детекторами.

– Мы с такой еще не сталкивались, шеф, – добавила я, – в Академии нам показывали все варианты, известные в Терре, включая некромантские. Такого! Мы еще не встречали.

– На теле, – продолжил Тони, – под левой лопаткой, так же обнаружена татуировка: череп в колесе с девятью ступицами. На каждой ступице – руна. Мы зафиксировали рисунок в протоколе. Татуировке не больше пяти лет, либо ее регулярно обновляли.

– Тони, со срочной почтой отправь копию рисунка в архив.

– Есть.

– Что еще?

– Судя по характерным пятнам на слизистой желудка, лорд долгое время принимал настойку Люффа.

– Вот как? Разве она не запрещена?

Мы просто пожали плечами. Модная несколько десятков лет назад настойка Люффа, пришедшая к нам с Дрависа, произвела эффект оружия массового поражения: приятная на вкус и запах, она давала эффект эйфории и расслабления. В качестве «бонуса» эффект сопровождался отключением страха. Ее прописывали параноикам и людям, страдавшим от панических атак, пострадавшим после тяжелых переживаний, пока не обнаружилось, что настойка вызывает привыкание: без постоянного приема снадобья человек терял возможность самостоятельно справляться с любым взрывом эмоций. По стране прокатилась волна преступлений в состоянии аффекта, и настойку Люффа запретили употреблять на территории Империи специальным указом. Впрочем, тот, у кого есть деньги, вполне может воспользоваться контрабандой, так что периодически в криминальной сводке фамилия дравийского алхимика нет-нет, да и всплывала.

– И заметьте, лорд в момент смерти удивился или испугался.

– С учетом вскрытия, распахнутые глаза могут являться первичной реакцией на боль от разрушения позвонка.

– Возможно, очень даже возможно. Что еще?

– Небольшая ссадина на внутренней стороне левого бедра, почти зажившая. Возможна при неудачном соскоке с лошади. Я похожую как-то получила на занятиях по верховой езде в Академии.

– Что дал опрос домочадцев?

– Я опросил дворецкого, – начал Натан, – лорд был рабом прочно устоявшихся привычек. Четкий распорядок дня, все по ранжиру, все давно утверждено и привычно. Даже его питание было расписано по дням и часам. Что и когда едят остальные – лорда не волновало. Он не требовал совместных трапез. Его можно было назвать отшельником посреди толпы.

– Основные занятия и увлечения?

– В основном, лорд занимался делами Рода. Брауны – одни из крупнейших держателей имперских акций. Никаких мануфактур, никаких предприятий. Поместье являет собой самообеспечиваемую систему. В общем, эдакие рантье.

– Я говорил с младшим лордом, – вступил Дик, – в поместье он живет только последние полтора года, до этого путешествовал по всем континентам. Имеет докторскую степень по географии и геологии и занимался многолетними исследованиями по гранту Императорской Академии Наук. Полтора года назад завершил экспедицию и теперь занят обработкой собранных данных.

– И долго он путешествовал?

– С момента получения диплома геолога-исследователя. Все диссертации написаны в полевых условиях, защита была проведена при кратких наездах в столицу.

– Ни фига себе! – Атт ошарашено потер шею, – то есть, я хотел сказать, вот это да!!

– На грант не особо пошикуешь, – заметил шеф.

– У лорда Юджина собственное состояние, полученное по завещанию матери, еще во время его обучения в академии. Та происходит из Орвудсонов.

– А, дравийские родичи Орвудов! Да, она вполне могла так поступить. Ну что ж, с этим все понятно. Что еще?

– Лорд Юджин крайне удивлен и немного напуган ситуацией. Вполне естественная реакция законопослушного гражданина. По складу ума и интересам он – типичный ученый. О брате смог рассказать только самую общую информацию, они никогда не были близки. За то время, что он живет в поместье, брат с ним говорил от силы раза три и крайне формально, как с чужим человеком. Из них все – при традиционной общей трапезе в Новый год и при проведении ритуалов в Бледную Луну. День Империи в поместье не празднуется, хотя никому не запрещено как-то отметить его лично, в частном порядке.

– Вот как?.. Странно.

– Увы, это все, что я смог выяснить у лорда Юджина. Лично он на День Империи всегда уезжал в столицу, общаться с коллегами в Академии.

– Что нарыли у слуг?

– Я поговорил с прислугой, – Дэн раскрыл блокнот. – Служанки ничего особенного не сказали. Обычная хозяйственная рутина. Зато конюший сообщил, что в последние два года старый лорд взял за правило совершать долгие конные прогулки в одиночку, хотя никогда раньше даже близко к конюшне не подходил. Каждую вторую пятницу, в одно и то же время, он приказывал поседлать коня и уезжал один, без грума и охраны, за пределы поместья.

– Вот откуда ссадина! – Тони потер ладони, – если только два года и нечасто ездит, вполне мог и пораниться. В этом деле важна постоянная практика.

– Да, логично. Что еще?

– Камердинер, Бард Кьют, рассказал, что в последнее время лорд стал как-то по-особенному замкнут. Нет, он и так никогда не был общителен, но это вообще стало как… – Дэн помахал рукой, – будто застыл статуей, боясь сделать лишнее движение или сказать слово.

– Хм, интересно, – шеф задумчиво потер подбородок, – в свою очередь, допрос доктора дал еще одну интересную деталь: использовать артефакт и срочно отвезти тело в морг велел сам лорд Югенс. Доктор Ливси предъявил мне его официальное письмо.

– Вот как? – Энтони почесал бровь, – а ведь это интересно! Почему ему было важно так срочно удалить свое тело из поместья?!

– Погодите… – я напряженно пыталась поймать мелькнувшую мысль, – а если состояние лорда перед смертью и распоряжения доктору связаны? Чего боялся лорд настолько, что боялся шевельнуть рукой лишний раз, а тело надо было убрать с места преступления?!

– О… – все задумались.

– Какие-то проблемы с некромантией? – Дэниел.

– Возможно, – медленно кивнул шеф после раздумий, – надо проверить его жизнь за последние десять лет. Круг общения, увлечения и прочее.

– Я еще раз поговорю с дворецким, – предложил Дик, – все распоряжения лорд отдавал или ему, или камердинеру. Они же и больше всего знают о внутренней жизни хозяина.

– Действуй, – шеф кивнул, – Тони и Дорри, еще раз обыщите спальню, всеми доступными способами. Ищите всякие мелочи и скрытые тайники. Будет крайне удачно, если лорд вел дневник или что-то вроде. Помнится, лет пятьдесят назад была такая мода, к возрасту лорда Брауна подходит. Нат, съезди к доктору Ливси, обсуди прием настойки Люффа.

– Есть!

– Все, работаем! Дэн и Атт, мы с вами еще раз осматриваем тело лорда, заодно отправлю запрос в архив по рисунку татуировки.

Мы разошлись выполнять задания. Дворецкий без лишних слов отпер покои лорда, а потом его взял в оборот Ричард. Я вытащила из саквояжа поисковик:

– Давай попробуем нетривиальные методы?

– Отчего нет? – эксперт усмехнулся, – все положенное по инструкции мы все равно тогда использовали.

Поисковик – мраморная пирамидка с бронзовым флюгером на вершинке, покрутился, померцал, а потом четко повернулся в дальний угол покоев.

– Смотри-ка!.. – Тони встал с кресла, в которое сначала уселся.

Шаг за шагом, артефакт привел нас в дальний угол спальни.

– Стена и портьеры, – он хмыкнул.

– Тайник!

– Не…

– Спорим? На шоколадный ваффер из кондитерской «Смитчесс и сыновья»?!

– А спорим!.. – Тони разбил рукопожатие свободной рукой.

Я раздвинула портьеры как можно шире и внимательно осмотрела стену, практически, уткнувшись в нее носом.

– Вот!!! – я с триумфом ткнула пальцем в почти незаметную выпуклость.

– Откроешь?!

– Попробую. Хотя, лучше бы это сделать при шефе.

– Это да. Но пока можно просто найти способ открыть, а уже разбираться с шефом. И еще дальше поискать: нашли один тайник, может найтись и второй.

– Логично. Ладно…

Я прищурилась, потрогала пальцами находку, прислушалась к интуиции. Потом нажала на выпуклость. Раздался сухой щелчок, и чуть выше отскочила небольшая досочка. Только это был не тайник, а панель с четырьмя рукоятками и окошечками над ними. В каждом окошке была видна цифра.

– Шифр? – Тони разочарованно махнул рукой, – подбирать можно до посинения.

– Это верно. Давай поищем в комнате подсказки.

– Думаешь, лорд такой кретин, что оставил нам подсказки?!

– Если бы он хотел спрятать все концы в воду, не оставил бы распоряжение доктору. Кто знает, что случилось бы с трупом без стазиса в морге?

– Думаешь, он предполагал такой вариант?

– Лорда характеризуют, как крайне педантичного и обстоятельного человека. Значит, он обязательно бы подумал об обыске.

Говоря это, я внимательно осмотрела комнату и подошла к бюро красного дерева возле окна. Осторожно обошла вокруг… оппа!!

– Смотри!!! – я показала на заднюю стенку мебели.

– О!.. – эксперт достал лупу и прищурился, – четыре-крестик-пять-звездочка. Думаешь, это код?

– Да, слишком вероятно. Заметь, в шифре не только цифры. Значит, подбирать код к сейфу намного сложнее, чем с одними цифрами. Давай еще посмотрим, может, еще что найдем?

Мы добросовестно излазили все помещения вдоль и поперек, но нашли только золотую сережку, закатившуюся далеко под кровать.

– Сережка, женская, – Тони прицелился лупой, – современная огранка топаза, средняя цена.

– Хм… Тони, интересно, а как у покойного было с… – я помахала рукой, – с метрессами и мизи?

– Любовница?

– А почему бы нет? Вдовец, и давно вдовец. Бездетен. Хм…

– Это может знать камердинер. Самый приближенный слуга. Но вот расскажет ли?

– Да куда он денется?! Еще и не таких раскалывали!

– И то верно.

– Хе-хе!! Кстати, ты должен мне шоколадный ваффер!!

– Когда вернемся в столицу.

– Разумеется.

– Сладкоежка!

– Сухарик!!

От веселой пикировки нас отвлек звук раскрывшейся двери и голос шефа:

– Тони! Дорри!

– Мы тут!

Мы вышли в гостиную.

– Что-то нашли?

Тони доложил. Шеф разгладил усы:

– Молодцы! Просто герои! Показывайте!

Я показала панель и место, где написана подсказка, сережку мы тоже продемонстрировали.

– Камердинера позже допросим. А пока открывай.

Я набрала шифр. В стене снова щелкнуло, и за портьерой, так и отодвинутой вбок, распахнулась дверца. В небольшом сейфе лежала стопка толстых тетрадей и пачка писем.

– Переписка и… дневник?! Тони, отпечатки!

Мы сняли отпечатки всеми возможными способами со всего, с чего было возможно, и шеф бережно разложил на столе находки. Всего в сейфе обнаружилось семь толстых тетрадей и около десятка писем.

– Интересно, крайне интересно! – Тони зафиксировал последний отпечаток в протоколе, – взгляните, шеф! Только отпечатки покойного, везде! Понятно, что на дневнике – вещи секретной и крайне интимной, но и на письмах тоже! А где отпечатки прислуги, почтальона, отправителя, наконец?!

– Адрес… главпочтамт, абонентский ящик.

– Странная бумага, шеф, Тони, не находите? – я пощупала ближайший конверт.

Они повторили мои действия и переглянулись.

– Странная, – согласился Тони, – бархатистая и слишком плотная для стандартного конверта. Эту бумагу встретишь в дамском альбоме, а не в письме. Разве что…

Он достал из кофра самую сильную лупу и тщательно осмотрел места отреза и склейки.

– Ух, ты!! Да они же самодельные!! Взгляните! Вот тут, тут и тут! Это явно отрезалось ножницами по карандашной линии!

– Хм… – шеф тоже посмотрел, убедился и задумчиво потер подбородок, – действительно, странно. Сам делал конверты, хотя, в принципе, в писчебумажных лавках можно найти любые готовые конверты на любой бумаге. Если же нет – их легко сделают на заказ, по любым запросам и требованиям.

– Может, он не хотел давать никаких объяснений? – Тони положил лупу на место.

– А вам не кажется странным, что это письма лорда кому-то, а не наоборот? – я присела на стул и задумчиво оглядела потолок.

– Писал и не отправлял? – мужчины переглянулись.

Сидя на стуле немного сбоку от стола, я взглянула на конверты и вдруг на одном заметила интересную деталь. Хмыкнула, прищурилась:

– Ше-еф… взгляните, на уголке конверта, это, часом, не ливадийский уксус[1]?!

– Что?!. – Смайт схватил указанный конверт и принялся его разглядывать под разными углами.

– О! – Тони включил ультрафиолетовый фонарь и подсунул шефу.

– Точно! – шеф показал ярко засветившийся алым значок.

– Ого! Череп?

Мы осмотрели остальные конверты, но помечен оказался только один, тот самый, что я углядела.

– Ну, ты глазастая! – эксперт уважительно покрутил головой.

– Среди вещей лорда никакого уксуса не было, я точно помню.

– Интересно… – мы переглянулись.

– Впрочем, порция уксуса могла быть им полностью истрачена, а склянка из-под нее – выкинута.

– Вполне возможно. Кстати, лорд Юджин в своей профессии как раз широко использует этот минерал.

– Надо спросить, не одалживал ли он лорду Югенсу флакончик уксуса.

– Спросим. Хотя… он же сказал, что брат с ним не общался, кроме как в официальных случаях.

– Тем более интересно.

Ради самоуспокоения мы просветили ультрафиолетом все найденные вещи, включая страницы дневников, но больше никаких пометок не нашли.

Шеф осмотрел разложенные на столе вещи, подумал и постановил:

– Думаю, нам правильнее сначала прочитать последний дневник лорда, причем, при всей группе. Так что ждем Натана, а пока побеседуем с камердинером.

Мы вышли в коридор и направились в комнату совещаний. По дороге шеф велел первому попавшемуся слуге позвать к нам камердинера.

В ответ на первый заданный вопрос камердинер пожал плечами:

– Милорд велел достать совсем немного уксуса поздно вечером, почти ночью. Когда? Два месяца назад. Да, так вот. Я даже не представлял, где такое продается, да еще господин настаивал на срочности. Обратился к Дику, это камердинер младшего лорда. Они всю жизнь путешествовали, так что он наверняка доставал хозяину еще и не такие диковинки. Дик тогда засмеялся, сообщил, что у них полно этого уксуса, и принес мне фиал. Ну и вот.

– Хорошо. А что вы можете сказать о личной жизни лорда Югенса?

Слуга смутился:

– Со мной он никогда не откровенничал. Но я иногда находил в постели длинный русый волос, когда перестилал. Думаю, он платил за услуги кому-то из служанок, это часто случается, если лорд брезгует борделями. Правда, у нас почти все обитательницы поместья русоволосы, так что точно вычислить, кто это, я не смогу при всем желании.

– С этим ясно. Не слышали, чтобы кто-то терял украшения?

Мужчина задумался, но с сожалением покачал головой:

– Нет, господа. Увы, не припомню. Может, Стюард в курсе? Все проблемы со слугами по его части.

– Ну что ж, благодарю, – шеф кивнул и махнул рукой, – вы свободны.

Стоило за слугой закрыться двери, он осмотрел нас:

– Мда, и тут тупик.

– Шеф, – влез Атт, – а может, в дневниках будет зацепка? Давайте почитаем!

– Нат вернется, и начнем.

Натан приехал через час. Мы пока выпили чаю и слегка перекусили.

– Что сказал доктор? – шеф кивнул подчиненному на стул.

– Доктор Ливси удивился результатам вскрытия, клятвенно заверил, что настойку Люффа никогда не прописывал, но припомнил, что последний месяц у лорда были какие-то неприятности, отчего он жаловался на нервы. Доктор выписал ему мятные капли и укрепляющее для сердца.

– Какие именно неприятности, не сказал?

– Нет, доктор не в курсе. Уверял, что даже то, что он вообще пожаловался, для лорда Югенса крайне необычно.

– То есть, можно предположить, что на самом деле, лорд умирал от страха.

– Предполагать, господа следователи, – шеф обвел нас взглядом, – можно, что угодно. Нам нужны не предположения, а факты.

– А дневник? – снова вылез Атт.

– Дойдем и до дневника. Нат, пообщайся с дворецким, найди хозяйку серьги.

– Есть, – сыщик кивнул.

Шеф еще раз обвел нас взглядом, фыркнул на умоляющие глазки Аттила, и раскрыл дневник, на обложке которого стоял позапрошлый год:

– Похоже, это как раз последний. Итак…

Мы слушали чтение дневника, отмечая в блокнотах основные детали. К сожалению, даже в дневнике лорд был крайне немногословен: только сухое перечисление дел и событий за день, без чувств, эмоций или отношения к происходящему. Но кое-что мы узнали: за два месяца до гибели в дневнике появилась запись: «сегодня утром пришло письмо от К.Н.Од.» Почему мы обратили на это внимание? Просто, до этого никаких писем в дневнике не упоминалось. Никоим образом.

– Странно, – шеф прервал чтение.

– Странно, – все покивали.

– Интересно, кто это такой? – Аттил усиленно изображал из себя умудренного опытом сыщика.

– Нат, вызови сюда дворецкого, – распорядился шеф.

Сыщик встал и вышел в коридор, через некоторое время вернувшись в сопровождении дворецкого.

– Присаживайтесь, – Смайт махнул на стул на противоположной стороне стола.

Тот неторопливо устроился, сложил руки на столе и изобразил внимательный интерес.

– Итак, – шеф поправил записную книжку, – вопрос первый. Вам известно, кто из прислуги навещал лорда Югенса по ночам?

– Да, мэтр следователь. Это Юдит, старшая горничная. Работает у нас больше двадцати лет.

– Она теряла что-то из украшений?

Дворецкий покачал головой:

– Мне это не известно. Я знал, что лорд оплачивал Юдит дополнительные часы работы, – он намекающе покачал рукой, – законами это не запрещено.

– Лорд Югенс не посещал… специальные заведения? – уточнил Дик.

– Нет, – дворецкий слегка улыбнулся, – милорд ненавидел толпу и шум. А в таких местах шумное веселье, насколько мне известно, в порядке вещей.

– Понятно. Он дарил ей что-нибудь, кроме дополнительного жалования?

– Нет, – сразу отозвался Стюард, – я лично слышал, потому что метресса Джонс, это наша старшая кухарка, у нее спрашивала, утверждая, что такие подарки положены при таких отношениях. Мы как раз прервались на чай и сидели в общей служебной столовой. Дело было только между старшими слугами, так что мы могли говорить свободно.

– В таком случае, не припомните, кто из женщин в поместье мог носить золотые серьги с топазами?

– Служанки в поместье вообще не носят украшения, им это было запрещено лордом Югенсом. Высшие слуги имеют право носить только скромные украшения из серебра: маленькие сережки или часики. Гостей же у нас почти не бывает. В последний раз мы принимали леди два года назад, на юбилее лорда Югенса. Были чета Дермизо и вдова Оджерони.

– Оджерони? – тут же встрепенулся шеф, а мы навострили уши: письмо от некоего Од., упомянутое в дневнике!

– Вдова недавно почившего троюродного кузена лордов Браун, по материнской линии. У них были общие пакеты акций, доход от которых распределялся особым образом на две семьи. После смерти кузена его вдова стала владелицей пакета. Ну и, родственница все-таки, пусть и дальняя.

– Вы в курсе таких подробностей?

– Не сочтите за спесь, – дворецкий смутился, – но покойный лорд Югенс ненавидел покидать поместье. Поэтому все особые бумаги лорд поручал отвозить мне. А для этого мне приходилось быть в курсе дел, хотя бы немного.

– У лорда было много родственников?

– Из близких – только младший брат, теперь титул и все состояние перешло к нему. Есть троюродные и пятиюродные кузены, но лорд с ними не общался. Единственное исключение – семья Оджерони. Но теперь лорд Джон Оджерони мертв…

– Лорд Югенс был с ним близок?

– Ближе, чем с братом. Лорд Джон был по складу характера крайне похож на милорда.

– А лорд Юджин?

– О, они с милордом – полные противоположности! Милорд был домоседом, он ненавидел шум и толпу. Пока в поместье командовал его отец, милорд Юстас, лорд Югенс страдал.

– Его отец любил праздники?

– Пожалуй, да. Лорд Юстас давал балы на каждый Новый Год и День Империи. Ну и, разумеется, пышно отмечал все дни рождения всех членов семьи. Так вот, лорд Юджин всегда был веселым, шумным, любознательным мальчиком, живо интересующимся окружающим миром. Он с детства увлекся естествознанием, окончил географический факультет Академии Наук и всю жизнь путешествовал. Вернулся полтора года назад, систематизировать и изучать собранное в экспедиции. В парке отремонтировал за свой счет старый флигель, превратил его в лабораторию и хранилище собранных экспонатов и пропадает там сутками.

– А старший?

– Он... – дворецкий замялся, явно подбирая слова, – лорд Югенс с детства увлекся юридической литературой, едва научившись читать. Мы думали, что он станет юристом, но вскоре милорд открыл для себя мир ценных бумаг и игру на бирже. Лет в четырнадцать, когда получил первый банковский счет. И с тех пор милорд интересовался только этим. Он закончил Академию экономики и права, на факультете глобальной экономики и биржи, вернулся в родное поместье и с тех пор почти его не покидал.

– То есть, он все-таки куда-то уезжал?

– Вы удивитесь, но – да. Десять лет назад милорд ездил на Дравис, в одну из имперских колоний, по биржевым делам. Всего на два месяца. И пять лет назад съездил в столицу, обновлять договора по акционным патентам, на неделю.

– Хорошо, – шеф вздохнул, – благодарю, можете пока быть свободны. Пожалуйста, пригласите к нам Барда Кьюта.

Стоило за дворецким закрыться двери, шеф сообщил:

– Похоже, разгадка смерти лорда – в тех поездках. Насколько я помню, именно в дравийских колониях дольше всего шли противостояния с дроу.

– Ихор дроу возле тела, шеф? – припомнил Тони.

– Именно. Натан, ответ из архива по поводу татуировки не пришел?

– Нет, шеф. Хотя я заказывал сверх-срочную депешу.

– Странно. Ну ладно, подождем.

В дверь постучали.

– Войдите, – шеф знаком велел Натану убрать артефакт конфиденциальности.

В комнату вошел новый лэнд-лорд Юджин Браун с толстой тетрадью в руке:

– Прошу прощения, что прервал вас. Я сейчас разбираю записи брата и вот тут, в деловом дневнике, нашел одну странность.

– Прошу, – шеф указал на свободный стул.

– Послушайте, – лорд раскрыл тетрадь и начал зачитывать, – «недавно Од. внезапно появился в клубе. Шутил, громко восхищался всем, что попадалось на глаза. Акционеры встретили его настороженным молчанием. Я не понимаю, зачем его вообще пустили? Акций у него нет, кроме, разве что, доли в «Восточной Армаде». И он предложил всем присутствующим вложиться в новую экспедицию по поиску Скрытых земель. Да, вот именно так это прозвучало! Я лично, даже не собираюсь, а вот Джейми решил рискнуть. Впрочем, он всегда был склонен к азартным играм, совсем неподходяще для почтенного инвестора. Ну, да и череп с ним!»

Лорд Юджин обвел нас взглядом:

– Понимаете, в этих дневниках брат подробно расписывал свои стратегии инвестирования, записывал всякий компромат и инсайдерскую информацию. Для него это было делом всей жизни. Сейчас я могу спокойно продолжать – все подробно расписано чуть ли не на столетие. Сухо, по-деловому. И вдруг такая исключительно живая и жизненная запись! Странно, вы не находите?

– Вы правы, – шеф сделал себе пометку, – а что за упоминание черепа?

– Это его излюбленное ругательство, – пояснил лорд, – брат с детства не позволял себе обычной ругани, только выбрал некоторые негативные слова и ругался именно ими: череп, могила, гроб… в общем, все, что связано со смертью.

– Понятно. Лорд Юджин, вы не знаете, были ли у вашего брата какие-нибудь отметины на теле? Шрамы, татуировки?

– Нет! Я брата не слишком хорошо знаю, лично увидел только полтора года назад, считайте, через полвека после детских лет. Но он всегда презирал тех, кто прокалывает уши и прочее для украшений, или делает татуировки. У нас в мэноре, когда мы были еще детьми, служил пожилой сторож-привратник, бывший моряк, весь в наколках. Брат всегда отзывался о нем крайне презрительно. Так что я уверен, что он бы и под страхом смерти не стал делать с собой такое. Шрамы же… брат всю жизнь просидел дома за столом, какие могут быть шрамы? – он пожал плечами.

– Благодарю за информацию.

Лорд откланялся, а Натан за ним снова включил защиту.

– Дик, срочную депешу с запросом про «Восточную Армаду» и все их дела.

– Есть.

– Ладно, пока отдыхаем.

Мы вышли из кабинета и буквально столкнулись с дворецким. Он схватил ближайшего к себе – Ричарда, за лацкан, и воскликнул:

– Господа!! Скорее! Там… Барда убили!!!

– Веди!! – Дик подтолкнул слугу, приводя в себя.

Мы понеслись вслед за Стюардом по коридору, вниз по лестнице и через переход в хозяйственное крыло.

Кьют лежал ничком, сложив руки перед грудью, посреди общей комнаты для слуг.

– Тони, Дорри, – шеф указал на труп, – Стюард, как давно его видели живым?

– Полчаса назад, на ланче в служебной столовой. Был живой и веселый. Потом обнаружил, что капнул соусом на брюки, и пошел переодеться.

– Успел?

Дворецкий растерянно пожал плечами, но потом что-то сообразил и метнулся к корзине в углу. Заглянул и вытащил такие же черные штаны, как на трупе:

– Да, вот пятно!

– Значит, примерно десять минут… – шеф потер подбородок, – так! Дик и Дэн! Осмотреть все выходы и входы! Нат и Аттил! Расспросить всех, кто в последний час был в хозяйственном крыле. Стюард, в эту комнату часто днем ходят?

– Нет. Разве что, случится казус, как с Кьютом… Работы в мэноре много, а слуг не хватает. Люди в комнаты только ночевать приходят. Я ждал Кьюта в столовой, вместе пойти, проинспектировать хозяйскую спальню, чтобы переселить в нее лорда Юджина, а его все не было и не было. И я решил пойти за ним сюда, поторопить.

– То есть, – шеф ласково взял дворецкого под локоток, – если бы не договоренность, его обнаружили только вечером?

Тем временем мы осматривали труп. Я аккуратно отогнула жесткий воротничок и на шее обнаружила уже знакомые пятна:

– Тони, опять!

Эксперт мне помог полностью обнажить шею трупа и кивнул:

– Да, но уже по три пятна с каждой стороны. И обрати внимание, снова поднятые руки, на этот раз – обе. Глаза не расширены, но это не показатель. Вскрытие покажет остальное. Шеф?

– Наш служебный мобиль может перевозить и трупы.

– Понятно. Стюард, нужны будут двое для переноски носилок.

– Сейчас организуем, – кивнул дворецкий.

Тони принес носилки из мобиля, а тем временем в комнату пришли двое дюжих молодцев. А пока они ходили, я замерила магический фон в комнате. Снова ихор дроу, но вместе с ним – еще что-то странное, похожее на некромантию, но иное.

– Шеф, есть кое-что! – продемонстрировала показания Смайту.

Тот заинтересованно кивнул:

– Что значит, сразу обнаружили!.. Уже есть, с чем работать.

В больнице нас без вопросов впустили в морг. Доктор Райли показал свободную прозекторскую. Мы с удобством расположились и занялись делом.

– Что нашли? – встретил нас шеф. Все снова собрались на совещание, делиться собранными данными.

Эксперт вздохнул, но достал протокол и начал читать:

– Бард Кьют, сорок два года. В целом, здоров. Поражений печени и почек нет, пищеварение в норме, легкие чистые, сердце здоровое. Если бы не убийство – дожил бы до глубокой старости. Шрамов и татуировок на теле не обнаружено. Смерть наступила от разрушения продолговатого мозга. Опять такая же картина, как на лорде, разве что настойку не пил. И снова сломанный поперек позвонок. Смерть была мгновенной, он даже не успел понять, что мертв.

– Вот как? – шеф задумчиво потер подбородок.

– На лице в момент смерти зафиксировалось нейтральное выражение. Однако, положение рук таково, будто он держит что-то в руках на уровне сердца.

– Хм… – шеф встал и прошелся туда-сюда, – значит, он вошел в комнату, переоделся, кинул грязное в корзину… пошел к двери и посреди комнаты… он не видел убийцу. Но почему поднял руки?!

– Шеф, – я задумчиво рисовала завитушки на листке блокнота, – а что сделаете вы, если вдруг к вам в руки полетит мячик?..

– Поймаю, – автоматически ответил он и вдруг замер, – думаешь…

– Портал. Что-то безобидное на вид прилетает в руки, срабатывает, и – оп!

– Артефакт?

– Мы не зафиксировали следов живых, только магический фон. История учит, что Ушедшие были теми еще затейниками. Особенно, дроу. У них считалось особым шиком не просто убить врага, а как можно изощреннее.Теоретически, артефакт можно сделать так, чтобы он воздействовал на орган-мишень из любой точки. Принцип порчи. Наверно, в случае лорда был посильнее, вот и следов на шее больше. Единственный вопрос: зачем убивать слугу?!

– Но следов портала не обнаружено! – возразил Энтони.

– Замаскировать – не проблема. Тем более, по портальной магии дроу данных нет. Считается, что дроу порталами вообще не пользовались. Соответственно, и выявить их, случись что, мы не сможем. А вот найденный необычный фон может как раз указывать на ранее неизвестный вид магии. Отчего бы не портала дроу?

– Возможно, Кьют что-то узнал или увидел, – предположил Нат, – на слуг редко обращают внимание, могли его не заметить, а он что-то увидел. Или узнал.

– Нат, нужно поминутно восстановить все, что происходило с погибшим в последние дни. Если что-то и произошло, то только сейчас, после смерти лорда.

– Есть, шеф!

– Дик. Что с выходами?

– Никто не выходил из главного здания в течение двух часов. Из задней двери хозяйственного крыла выходили горничные утром – выносили мусор, отправили белье в прачечную. Из кухни все время туда-сюда шастают: то выносят помои, то принимают продукты, но до кухни из хозяйственного крыла напрямую не пройти. Только кружным путем, через служебную столовую и все общие помещения. Новый лорд двое суток ночевал в своем флигеле, даже еду ему туда носили. Привратник клянется, что в поместье никто не приезжал, кроме поставщиков продуктов, но это люди, которые не одно десятилетие ездят.

– Слуги не смогли припомнить ничего особенного. Только Юдит наедине упомянула, что утром Бард жаловался – такое место теряет, перейдя из персональных камердинеров в простые слуги. Она и сама недовольна, что подработки больше не будет. Но тут ничего не поделаешь, на все воля нового лэнд-лорда, а у него и свой камердинер есть, и борделями он не брезгует. Да еще, говорят, скоро вполне жениться сможет: слугам велено проверить и привести в порядок женскую половину покоев.

– А вот это уже интересно, – шеф кивнул, – помнится, по словам дворецкого, покойный был вдовцом и о повторной женитьбе не помышлял. Надо поговорить с лордом снова.

В комнату постучались. По кивку шефа Нат встал, снял защиту и открыл дверь. Вошел дворецкий:

– Господа, вам два пакета сверх-срочной почтой. Я позволил себе расписаться.

– Прекрасно, Стюард, – шеф поощрительно улыбнулся и кивнул, – благодарим вас.

Стоило слуге удалиться, как он распечатал первый:

– Так. Ага! По татуировке. Слушайте! Данный знак соотнесен с малоизвестной сектой «Свидетелей Смерти», действовавшей на территории Дрависа двести лет назад. Официально прекратила свое существование после массового самоубийства его членов во главе с организаторами во время Великого солнечного затмения. Основатель секты убеждал паству, что жизнь есть зло, а истинное предназначение людей – умереть. В настоящее время последователи этой секты не известны.

– Однако, лорду татушку кто-то ведь набил, – задумчиво протянул Дик.

– И ругался он, помните, как? Черепа, гробы и прочее…

– Но ругался он с детства. А татуировка – свежая. И откуда она взялась?!

– Ой… – мне вдруг пришла в голову одна сумасшедшая мысль, – а если Кьюта потому и убили, что он мог рассказать нам, что, откуда и почему?! Путешествуют-то лорды всегда со слугами! Просто камердинер мог не придавать значения этому, потому и не рассказал. Да и про поездки лорда мы узнали только вот недавно, поэтому и не спрашивали.

– Бред! – не выдержал Аттил.

– Почему бред? Лорд ведь ездил именно на Дравис! Мало ли, что секта считается вымершей! Встретил там кого-то из скрытых последователей, может, ругнулся черепом при нем… ну и!..

– Тогда за Бардом Кьютом должны следить тут, чтобы контролировать, что он рассказал следствию.

Я выдохнула: шеф не возразил, а начал развивать мою идею.

– Кто-то из слуг?

– Вполне возможно.

– Шеф, а что второй пакет? – Атт снова подал голос.

– Ну да, шеф! – Дик энергично кивнул, а Аттил расцвел от поддержки.

– По поводу, – Смайт раскрыл плотный картон бандероли, – да, по «Восточной Армаде». Молодцы, быстро обернулись. Так… ага… «Восточная Армада», паевое общество судовладельцев. Грузоперевозки, пассажирские корабли. Фрахт судов. В последние два года ратуют за организацию официальной экспедиции по поиску Срытых земель – гипотетических материков Ушедших. Это краткое резюме.

– Шеф, держу пари, с этим Од – ложный след, – негромко уронил Натан, – смысла убивать за это никакого. А вот секта эта…

– Хм… – шеф глубоко задумался. Мы ждали.

Наконец, он отмер:

– Срочно, вот прямо сейчас закрываем поместье в осадное положение, и проводим телесное освидетельствование всех обитателей! От лорда до последнего слуги. Начнем с лорда.

И мы пошли. Сначала к лорду Юджину. Он без вопросов сам разделся догола и продемонстрировал отсутствие любых тату на теле. Потом его камердинер и дворецкий. А после лорд своей волей поднял осадные щиты на мэноре и велел всем собраться на большой лужайке, где поставили шатер для осмотра.

– Сейчас вы будете входить в шатер и следовать всем командам следователей, – объявил он челяди, – кто прошел осмотр – отправляется дальше работать. И я запрещаю вам сообщать что-либо о том, что увидите или узнаете в шатре!

Мы разделились: я осматривала женщин в левой части палатки, а парни занимались мужчинами. Благо, что женщин в поместье было действительно намного меньше, иначе бы работать мне пришлось несколько суток без передышки. Впрочем, женщины оказались дисциплинированны и расторопны: входили по двое, быстро раздевались, помогая друг другу, давали себя осмотреть, и так же споро одевались. Я осмотрела всех старших служанок, горничных и взялась за поварих, когда за полотняной стенкой раздался шум и крики.

– Спокойно, – я подняла руку, – все хорошо. Не обращайте внимания. Продолжаем.

– Да, мизи, – очередная пара кухарок скинула платья и белье.

И только когда последняя девочка-прачка вышла из палатки, я перевела дух и отправилась к начальству с докладом.

Те сидели усталые, но довольные. Правда, Дэн машинально потирал костяшки пальцев, а у Аттила красовался синяк на половину толстощекой морды. Я соотнесла это и негромко спросила:

– Дэн, Атти, что, опять на твою трепку нарвался?

– Что? – боевик удивленно вскинулся, но сразу сообразил и усмехнулся, – нет, это при задержании ему случайно прилетело.

– Что, поймали?!

– А как же, – шеф устало выдохнул, – один из камердинеров и старший истопник. Это ж надо, так облажаться? Если бы мы сразу выяснили, кто приехал с Дрависа в поместье вместе с вернувшимся хозяином… Эх… старею, что ли?

– И что с ними?

– Мы их в стазисную камеру засунули.

– Не сдохнут?

– Под амулетами целительного сна – нет.

– А, – я кивнула, – ну да. Но зачем в стазис?

– Чтоб на себя руки не наложили. А они порывались.

– А, понятно.

Я оглядела команду и внезапно сообразила:

– Шеф, это ж получается, что дело раскрыто?

Все вздрогнули.

– Ха!!! – Аттил победно вскинул кулаки, забыв про страдания.

– Молчи уж… герой! – Дик отвесил Аттилу дружеского леща.

И все засмеялись, даже Аттил.

После обязательного обыска вещей задержанных мы попрощались с поместьем и поехали в столицу: дальше все следственные действия можно и нужно проводить там.

Разбудив наших «спящих красавиц» мы их допросили и узнали, что из всей секты в живых остались они двое. Мыкались на разной случайной работе, пока не встретили лорда Брауна, путешествовавшего по собственным делам в сопровождении слуги. Услышав от лорда интересное ругательство, они решили, что это – шанс возродить секту. Владея гипнозом, практиковавшимся в секте, они без труда втерлись в доверие к лорду и уехали в Империю вместе с ним. Татуировку тоже они ему сделали. Все было хорошо, пока лорд не решил свести ее. Кроме того, он решил жениться снова и даже начал ездить на свидания. А однажды женщина приехала к нему в гости. Кто? Дама в черном плаще с капюшоном. Лорд провел ее в свои покои, потом вывел, никто из слуг не видел, но они-то не просто слуги! Поэтому пришлось отправить лорда к Великой Смерти. Слугу пришлось убить, когда он вдруг вспомнил их встречу на Дрависе и решил пойти к следователям.

– Мда… – шеф закрыл последнюю страницу протокола и поставил штамп «закончено», – ну что, мы молодцы? За такое дело можно и повышение получить.

– Урра!! – Аттил подскочил.

– Успокойся, Атт, – Дик поймал толстяка в прыжке и приземлил обратно на стул, – это еще вилами по воде писано.

– Но отметить-то окончание дела можно?

– Хм, – он обвел нас взглядом, – почему бы нет?

– Кондитерская «Смитчесс и сыновья», – тут же предложил Тони, – я все равно должен Дорри ваффер оттуда.

– Годится, – шеф кивнул.

И мы пошли праздновать.

[1] Ливадийский уксус – редкий минерал, добывается в горах в Ливадии, небольшом государстве на материке Арктос. Представляет собой концентрат различных веществ, светящихся алым в ультрафиолетовом свете. Применяется в химии и геологии, для изготовления скрытых чернил, некоторых эликсиров военного назначения и в металлургии.