Тайна сгоревшего дневника

15 сентября.

Завтра к десяти – идти на занятия. Я экономист. Но зачем мне это? Моя стихия – физика.

У меня в рюкзаке моток золотой проволоки. Тонкая, блестящая, будто сотканная из лунного света. Её хватило бы снять квартиру, купить еды и детали для эксперимента. Но вместо этого я устроился ночным сторожем в парк культуры и отдыха. Летом здесь смеются дети и пахнет сладкой ватой. А осенью парк выдыхает и замирает.

Директор парка долго разглядывал мои документы, но к ним не придерешься. Даже смешно. Ещё вчера я был Колей Орловым, а сегодня – Михаил Лещенко. Вчера мне было двенадцать, а сегодня – восемнадцать. Рубин постарался. А дед достал документы и уехал обратно в лагерь. Живая вода ему в помощ.

Мне дали сторожку на краю парка. Одно окно, печка‑буржуйка и дыра в полу, которую я заделал ящиком из‑под «Беломора».

Но я хотел что-то своё. И начал строить сарай за домом. Крепкий. Настоящий. Чтобы шуметь, паять, ронять железки, разговаривать с рубином. Чтобы никто не спросил: «Откуда у сторожа паяльная лампа, и почему на стене висит не график уборки, а тензоры кривизны пространства-времени?»

Сегодня вбил последний гвоздь в стропила. Рубину затея с сараем понравилась. Он лежал в кармане старой телогрейки, висевшей на гвозде возле двери, и излучал тусклое, тёплое удовлетворение. Ему нравится, когда создаётся что-то новое. Напоминает прежние времена.

Завтра начну обшивать стены, потом привезу стол, лампу, и тогда… можно будет изучать Вселенную. Всерьёз. Начну с Эйнштейна. С того места, где он остановился. С общей теории поля.

Все созданные людьми знания – это дерево, вершина – это самые важные, истинные знания, которые только можно достичь. Корни – аксиомы, которые никто не оспаривает. Ствол – фундаментальные законы, проверенные веками. Ветви – теории, гипотезы, споры. Все они ведут к вершине – к истине. Я хочу сразу прыгнуть к вершине.

– Эйнштейн! Помоги мне! – вырвалось у меня.

Что‑то шевельнулось в углу сарая.

Я замер, держа в руке молоток.

– Эйнштейн, это ты?

Тишина. Только ветер шуршит по крыше, да где‑то вдали скрипит старая «Ракета» – будто кто‑то качает её за крыло.

Я медленно повернул голову. В углу, в кармане телогрейки, дрогнул свет. Тёплый, янтарный, будто от горящей смолы.

– А, это ты, рубин...

Я достал его из кармана телогрейки – он пульсировал, как живое сердце, и в каждой пульсации слышался шёпот.

– Он искал. Ты ищешь. Теперь ты знаешь, где искать.

– Где? – прошептал я.

Свет сгустился, обрёл форму. Это были не провода, не схемы, не чертежи. Это было изображение, сотканное из света.

– Рубин, что это?… – прошептал я, сжимая камень в ладони. Он горел, как раскалённый уголь, но не обжигал.

– Это рисунок из египетского храма богини Хатхор в Дендере.

Свет раздвинулся, и в его центре я увидел, как два человека, стоящих по краям, держат две колбы, внутри которых пульсирует энергия молний. Линии энергии проходят насквозь колб к стенам, к полу, к самим фигурам – словно замыкая круг.

– Это подсказка? Они в древности создали единую теорию поля? – спросил я.

– Если считать «древность» – вершиной знаний одной внеземной цивилизации – то да. Древние искали форму. Эйнштейн искал математику. Но суть одна: мир – это сеть взаимодействий, где гравитация и электромагнетизм – два потока в едином течении. Чтобы увидеть их вместе, нужно… изменить угол зрения.

Я протянул руку к светящемуся изображению. Пальцы прошли сквозь свет, но я почувствовал вибрацию – как если бы коснулся струны, натянутой между мирами.

– Почему знание скрыто в подземелье храма, а не в текстах книг? – спросил я.

– Потому что это ключ к пониманию. Он здесь не в формулах на бумаге, а в образах.

– Мне надо скопировать форму колб из стекла и металла, чтобы понять их смысл?

– Нет. Это не прибор. Это принцип. Вот видишь, большие люди держат две колбы. Это сил Вселенной создают гравитационные векторы. Они взаимодействуют и под ними появляются маленькие человечки – магнитные силы.

– Но ведь гравитация, не может создавать электромагнитные силы! – возразил я.

– Ты уверен? А что, если понятие «гравитации» не совсем верное?

– То есть? Гравитация – это то, что притягивает все атомы и тела к Земле.

– Сейчас ты поймешь, что это не так. Гравитация – это не бесформенное поле, а множество узких векторов, имеющих силу и направление в пространстве. Все они сходятся в центральные точки наших атомов, взаимодействуют между собой, суммируются, удерживаются в них, и создают материальную основу атома, и всего нашего мира.

– Ты хочешь сказать, что массу и твердость вещества создают какие-то векторы?

– Да. Он строят наш мир.

– А поля?

– А поля – это то, что находится между атомами. Это их сила взаимодействия.

– Значит гравитационные векторы – тоже сила взаимодействия, но чего?

– Того, что уже создано и устойчиво находится выше нас.

– Те же самые атомы Вселенной, только вокруг нас?

– Да. По одному узкому проходному вектору – от каждого атома внешних сил Вселенной, и все они доходят до центральных точек наших атомов и суммируются в них.

– Создают наши атомы? А магнитное поле что создает?

– Только внутри молекулы состоящей из двух и более атомов может возникнуть магнитное поле, как последствие их взаимодействия, на уровне гравитационных полей. Но один атом, без молекулы, не может создать магнитное поле. Он может создать – заряд, как стремление к взаимодействию с другим атомом. Вызывающее движение более слабого, асимметричного атома в сторону более сильного симметричного атома.

На рисунке, под колбами, сидят маленькие человечки – это два «зеркальных» сверх узких магнитных вектора, то что осталось от взаимодействия «на равных»двух встречных по направлению «колб» – гравитационных векторов «инерции покоя» боле слабого, асимметричного атома «истинной» гравитационной молекулы.

– Так на рисунке две «колбы» одного атома, а где второй, более сильный атом?

– Женщина сидящая на высоком постаменте и держащая над головой первую «колбу» – это и есть второй, более сильный атом «истинной» гравитационной молекулы. Вообше на этом рисунке показано взаимодействие узкого «проходного» вектора центрального сверхатома R12 Солнца – колено женщины сидящей на постаменте, с более слабым центральным сверхатомом R10 Земли виде двух «колб».

Узкий «проходной» вектор центрального сверхатома R12 Солнца, проходит до центральной точки более слабого центрального сверхатома R10 Земли, забирает часть силы от первого, встречного по направлению, из двух векторов «инерции покоя» центрального сверхатома R10 Земли. Добавляет эту часть силы – себе, и так создаёт молекулярное взаимодействие с центральным сверхатомом R10 Земли, на огромном, космическом расстоянии между Солнцем и Землей. А в центральной точке более слабого центрального сверхатома R10 ядра Земли, появляется магнитное поле в виде маленьких человечков сидящих под колбами.

– И этими гравитационными векторами Вселенной, все атомы связаны между собой? Но почему два вектора «инерции покоя» суммируются «до нуля» в центральной точке более слабого атома, а узкие «проходные» векторы более сильного атома проходят сквозь нее, и попадают в центральную точку слабого атома молекулы?

– Потому что один вектор «инерции покоя» имеет в своем R уровне внешних сил Вселенной – второй встречный по одной линии вектор, а у «проходного» вектора нет в своем R уровне второго, равного по силе и встречного по направлению вектора по одной линии.

Ведь гравитационные векторы в R уровне сил Вселенной, могут быть как одиночные – «проходные» через центральную точку атома, так и взаимно компенсированные, двойные – встречные по направлению векторы. Двойные векторы «инерции покоя» создают ядро атома и его массу. А одиночные «проходные» векторы – создают «электронную оболочку» атома.

– Два встречных по направлению вектора «инерции покоя» пройдя такое огромное расстояние по Вселенной, встречаются в центральной точке нашего земного атома?

– Да. Проходят они по одной, бесконечно тонкой линии. А когда взаимодействуют в центральной точке атома, проявляют свою полную силу. Любой атом, с самого своего рождения, чувствует присутствие всех атомов Вселенной. Сначала он – условная точка пространства, но когда в нем встречаются всё больше и больше равных по силе и встречных по направлению векторов – он превращается в полноценный, сильный атом.

– Но ты говоришь, узкий «проходной» вектор, не нашедший встречного вектора в своем R уровне Вселенной, не создает массу атома, то есть не входит в его силу «инерции покоя», а остается не компенсированным? Но он потенциально существует? И как бы принадлежит этому атому, хоть и является «проходным», насквозь через его центральную точку?

– Конечно он существуют, и принадлежит этому атому, ведь узкий «проходной» вектор – один из многих векторов R уровня Вселенной создающих данный атом. Кстати, узкий «проходной» вектор может стать материальной частью атома, только тогда, когда пройдет дальше, сквозь центральную точку атома, и остановится – провзаимодействует с одним из двух встречным по направлению вектором «инерции покоя» второго, близко расположенного атома. Возьмет от него недостающую часть силы, и добавит эту силу – себе, с противоположной стороны пространства, и вернет её в центральную точку этого более сильного, симметричного атома молекулы. И тогда, ставший компенсированным, узкий «проходной» вектор более сильного, симметричного атома молекулы, перейдет в состав сил «инерции покоя» этого более сильного, симметричного атома молекулы. И будет создавать и поддерживать массу атома.

– Получается, если узкие, «проходные», не компенсированные векторы, отвечают за взаимодействие атомов в молекуле, то создают «электронную оболочку» атома и в этом взаимодействии увеличивают массу атома? Это и есть увеличение массы атома на массу электронов?

– Да. Множество узких «проходных» векторов создают «электронную оболочку» атома, но получают массу, только компенсировав свою силу внутри молекулы. Но преимущество компенсации узких «проходных» векторов всегда будет у более сильного, симметричного атома молекулы. Именно его узкие «проходные» векторы «электронной оболочки» создают молекулярное взаимодействие с более слабым, асимметричным атомом.

– А почему не наоборот? Ведь он хоть и более сильный, симметричный атом, но его векторы слабее и уже, чем векторы более слабого, асимметричного атома.

– Сами силы Вселенной ставят более сильный, симметричный атом в центр любой структуры и любого взаимодействия. И поэтому узкий, слабый вектор более сильного, симметричного атома может брать часть силы от широкого вектора более слабого, асимметричного атома созданного более близким R уровнем Вселенной. Но как ты понимаешь, это «заимствование» части силы широкого вектора, происходит не напрямую в открытом космосе, а только с опорой на центральную точку более сильного, симметричного атома молекулы.

– Это похоже на перетягивание каната, – засмеялся я.

– А когда, по-твоему, должно остановиться это перетягивание?

– Когда победит сильнейший.

– И всё? А если тянут после дождя и обувь скользит по траве. Тогда кто победит?

– Понятно, что кроме силы, нужна надежная точка опоры. Но все же, у более слабого, асимметричного атома с широкими векторами, может вообще не найтись широкого «проходного» вектора, ровно по одной линии с узким «проходным» вектором более сильного, симметричного атома.

– Ты так ни чего и не понял, – побагровел от злости рубин. – Два «проходных» вектора, будь то узкий или широкий, не могут взаимодействовать где-то посередине молекулы. Они же оба «проходные» и проходят насквозь, через центральные точки двух атомов. Они могут взаимодействовать только при равной силе, а она у них разная. Вот и получается, что узкий «проходной» вектор, проходит насквозь через центральную точку более сильного, симметричного атома, доходит дальше, до центральной точки более слабого, асимметричного атома, взаимодействует с одним из двух широких вектора «инерции покоя» более слабого, асимметричного атома, и смещает соотношение их сил в центральной точке более слабого, асимметричного атома.

– Начинает смещать их силы с нуля? Так для взаимодействия надо чтобы сила одного из двух широких векторов «инерции покоя» более слабого, асимметричного атома, встречного по направлению с узким «проходным» вектором более сильного, симметричного атома, была равна силе узкого «проходного» вектора более сильного, симметричного атома. Иначе они не будут взаимодействовать.

– Как я уже сказал: любой атом, с самого своего рождения, чувствует присутствие всех атомов Вселенной, – уже спокойно ответил рубин. – И это происходит благодаря узким «проходным» векторам его «электронной оболочки». А это значит, что узкий «проходной» вектор более сильного, симметричного атома, всегда, и на большом растоянии, смещает соотношение двух широких векторов «инерции покоя» у множества более слабых, асимметричных атомов. А при приближении к нему слабого атома, это смещение возрастает, вплоть до момента получения узким «проходным» вектором более сильного атома – максимально полной силы компенсации, от одного из двух векторов «инерции покоя» более слабого асимметричного атома.

– И на этом сближение прекращается?

– Да. Сначала, два атома создают «первичную» молекулу на огромном, космическом расстоянии. Но при дальнейшем сближении, узкий «проходной» вектор электронной оболочки более сильного, симметричного атома, получит максимально полную компенсацию – на встречном по направлению широком векторе «инерции покоя» второго более слабого, асимметричного атома. И слабый, асимметричный атом остановит свое сближение и создаст «истинную» гравитационную молекулу. Получится довольно устойчивая молекулярная структура.

– Значит, на Земле все атомы стремятся создать «истинные» гравитационные молекулы, которые всегда стремятся к устойчивому положению атомов в молекуле, и все колебания прекращаются, и молекулы остывают? А если искусственно, еще ближе приблизить два атома, намного ближе, чем момент устойчивой связи?

– Тогда они, временно, создадут «вторичную» гравитационную молекулу, но сразу же оттолкнутся обратно, требованием силы узкого «проходного» вектора более сильного атома, вернуть себе максимально полную силу компенсации на одном из двух, встречном по направлению широком векторе «инерции покоя» второго более слабого, асимметричного атома. И вернутся обратно в устойчивое состояние «истиной» гравитационной молекулы.

– Понятно. Значит, в молекуле, как буферная пружина, работает гравитационная сила узкого «проходного» вектора более сильного, симметричного атома. Именно она успокаивает все тепловые колебания атомов в молекуле. А магнитное поле? Оно возникает от избытка или недостатка силы компенсации узкого «проходного» вектора более сильного, симметричного атома?

– Узкий «проходной» вектор проходит насквозь через центральную точку более сильного атома. А будет ли или нет, реализована его сила, в центральной точке более сильного атома, это всегда остается под вопросом. Узкий «проходной» вектор – является как бы потенциальным вектором для сильного атома. А вот слабый атом - реализует этот потенциал более материально. Тогда как магнитное поле – не совсем материально, и больше похоже на силу узкого «проходного» вектора. Только с тем отличием, что узкий «проходной» вектор создают не внешние силы Вселенной, а магнитную силу – центральная точка более слабого атома «истинной» гравитационной молекулы.

– Поэтому, магнитное поле доступно нам в использовании, а гравитационная сила - нет?

– Гравитационная сила исходит прямую от сил Вселенной, а магнитное поле, прошедшее через центральные точки атомов, частично погашено во взаимодействии атомов в молекуле.

– И в какой момент оно возникает?

– Магнитное поле есть и при начальном взаимодействии атомов на большом расстоянии – в «первичной» гравитационной молекуле, и в «истинной», и во «вторичной», только проявляется в них с разной силой. Особенно сильно оно проявляется в момент резкого смещения более слабого атома, от точки устойчивой связи – с сильным атомом «истинной» гравитационной молекулы. Чем быстрее колебание – смещение, тем больше по силе переменное магнитное создастся в центральной точке более слабого атома молекулы.

Из центральной точки более слабого, асимметричного атома, будут выходить сверх узкий вектор магнитного поля, и даже световое излучение. Вспышки, квантов света – фотоны, а при колебании двух атомов в проводнике – и кванты переменного магнитного поля.

– Почему квант света и квант электромагнитного излучения равны у всех молекул? Ведь там разные по силе атомы, и у них своя сила узких проходных векторов. А кажется, что одинаковая. Значит, у них должно быть что-то общее. Может это местная гравитация Земли вместе с Солнцем? По ней атомы стабилизируют свое положение в пространстве? И поэтому амплитуда колебания у всех равная?

– Свет и электричество – это недостающая часть компенсации узкого «проходного» вектора более сильного атома «истинной» молекулы – то, что вышло за предел устойчивой компенсации первого широкого вектора «инерции покоя» более слабого атома, в миг избыточного сближения двух атомов.

Но не надо забывать, что при этом, в центральной точке более слабого атома смещаются одновременно два широких вектора «инерции покоя». Так как один – компенсирует другой. Потребность и недостаток. Направление и раскачивание. Добавление в одном направлении, и потребность компенсации узкого «проходного» вектора на первом векторе «инерции покоя» более слабого атома, и возникновение недостаток силы компенсации у второго широкого вектора «инерции покоя» более слабого атома.

Три гравитационных вектора задействованы в создании «истинной» гравитационной молекулы. Внешние силы Вселенной тянут на себя силу компенсации, поэтому и магнитные силы тоже имеют требовательный характер компенсации, то есть тянут на себя – в центральную точку более слабого атома, соседние слабые атомы молекул. В итоге, все три гравитационных вектора двух атомов «истинной» гравитационной молекулы, находят компромисс сил, но при этом все три вектора теряют часть силы необходимой им до максимально полной компенсации.

Силы Вселенной продолжают требовать компенсации этой недостающей части силы, проходя и требуя через центральную точку более слабого атома «истинной» гравитационной молекулы, в виде сверх узких векторов магнитного поля.

– Но ты так и не ответил на вопрос: почему квант света и квант электромагнитного излучения равны у всех молекул?

– Так же как и ускорение свободного падения одинаковое у разных по массе тел. Тело состоящее из сильных, симметричных атомов, будет сильнее разгонятся узким «проходным» вектором более сильного центрального сверхатома R10 ядра Земли, но при этом будет и сильнее затормаживаться в пространстве внешними силами Вселенной создающих этот падающий атом. А тело состоящее из слабых атомов, будет в меньше степени затормаживаться внешними силами Вселенной, но при этом узкий «проходной» вектор более сильного центрального сверхатома R10 ядра Земли, будет хуже смещать силу двух широких векторов «инерции покоя» слабого, падающего атома. Вот и получается что ускорение свободного падения у таких разных падающих атомов будет одинаковая. Так и в истинной гравитационной молекуле. Колебание атомов одинаковое, а сила свечения зависит от амплитуды раскачивания.

– Но в молекуле все сложнее. Это не просто падение. Это раскачивание трех гравитационных векторов, при вынужденном смещении слабого атома «истинной» гравитационной молекулы, относительно более сильного атома. Смоделируй этот процесс.

– Как скажешь. Слушай. Сначала, узкий «проходной» вектор сильного атома, получает максимально полную силу компенсации от первого вектора «инерции покоя» более слабого атома, но при этом, второй вектор «инерции покоя» более слабого атома – теряет часть силы компенсации от первого, и не может ее вернуть, так как преимущество взаимодействия всегда будет за узким «проходным» вектором более сильного атома молекулы.

Равновесие двух векторов «инерции покоя» в центральной точке слабого атома нарушается, и внешние силы Вселенной создающие второй вектор «инерции покоя» слабого атома, лишившись компенсации первого вектора, начинают тянуть центральную точку слабого атома – в свою сторону, в сторону сильного атома «истинной» гравитационной молекулы. То есть создавать движущий «остаток» силы слабого атома, направленный в сторону более сильного атома, вынужденно смещая слабый атом – в сторону сильного.

Этот «остаток», считается притяжением или действием гравитационной силы более сильного атома, но на самом деле, это проявление возникшего в центральной точке слабого атома – избытка одностороннего действия внешних сил Вселенной создающих второй вектора «инерции покоя» более слабого атома. При возникшем недостатке сил компенсации со стороны первого вектора «инерции покоя» этого же более слабого атома. То есть недостаток сил компенсации Внешних сил Вселенной первый вектор «инерции покоя» более слабого атома этой «истинной» гравитационной молекулы.

– Ну а забирает силу от первого вектора «инерции покоя» более слабого атома – узкий «проходной» вектор более сильного атома этой «истинной» гравитационной молекулы,– добавил я.

– Все верно. И так, в слабом атоме создалась движущая сила «остатка», и слабый атом движется в сторону сильного. При приближении слабого атома к сильному, узкий «проходной» вектор сильного атома начинает терять максимально полную силу компенсацию на первом векторе «инерции покоя» более слабого атома.

При этом, первый вектор «инерции покоя» слабого атома частично восстанавливает свою силу и повышает силу компенсации второго вектора «инерции покоя» в центральной точке этой «истинной» гравитационной молекулы.

Движущая сила «остатка» второго вектора снижается, и слабый атом отдаляется обратно от сильного. В этот момент, узкий «проходной» вектор более сильного атома опять начинает требовать максимально полной силы компенсации от первого вектора «инерции покоя» слабого атома. Приближая к себе слабый атом и добавляя себе максимально полную силу компенсации.

В итоге таких колебаний, возникает компромисс сил всех трех гравитационных векторов двух атомов «истинной» гравитационной молекулы. Но даже при наступлении покоя положения слабого атома относительно сильного, у второго вектора сохранится движущая сила «остатка» вынужденно смещающая слабый атом в сторону сильного. С потерей части силы компенсации узкого «проходного» вектора сильного атома, на первом векторе «инерции покоя» слабого атома.

– Но, ведь преимущество в создании молекулы и компенсации – будет за начальной силой сближения, по требовательной силе к компенсации узкого «проходного» вектора более сильного атома. И это будет как бы начальным фактором взаимодействия двух атомов молекулы. А завершение – в создании силы «остатка» второго вектора.

То есть крайними, при создании «истинной» гравитационной молекулы, всегда будут внешние силы Вселенной, со светлой стороны, создающие второй вектор «инерции покоя» слабого атома. Они больше всего будут терять силу.

– Все верно. И это отразится на формировании магнитного поля более слабого атома «истинной» гравитационной молекулы. Рассмотрим, какие силы требуют компенсации, проходя через центральную точку более слабого атома.

Сначала, узкий «проходной» вектор более сильного атома, будет требовать с темной стороны атома, часть внешних сил Вселенной создающих первый вектор «инерции покоя» слабого атома.

Первый вектор, лишившись части силы, не сможет как прежде, полностью компенсировать силу второго вектора «инерции покоя» слабого атома, и поэтому, внешние силы Вселенной создающие второй вектор будут требовать недостающую силы компенсации и тянуть на себя (в светлую сторону расположения этих сил), силу дополнительной компенсации, через центральную точку слабого атома, с темной стороны слабого атома, выходя наружу в виде одного «зеркального» вектора южного магнитного полюса слабого атома молекулы. К нему будет добавляться требование части силы к недостающей компенсации узкого проходного вектора более сильного атома. И вместе они создадут магнитное поле южного (S) магнитного полюса слабого атома.

Со светлой стороны слабого атома будет выходить всего один «зеркальный» сверх узкий магнитный вектор северного (N) магнитного полюса слабого атома. Являющийся требовательной частью внешних сил Вселенной создающих первый вектор.

– Один требовательный сверх узкий магнитный вектор северного (N) магнитного полюса – выходящих со светлой стороны слабого атома, против двух сверх узких магнитных векторов южного (S) магнитного полюса выходящих в темную сторону слабого атома? Но мы знаем, что сила северного и южного магнитных полюсов равна в магните. Как же тогда, со стороны южного (S) магнитного полюса будут выходить два сверх узких магнитных вектора?

– Суммарная сила двух сверх узких векторов магнитного поля южного (S) магнитного полюса, будет равна силе одного сверх узкого вектора магнитного поля со стороны северного (N) магнитного полюса.

– Объясни, почему так?

– Узкий «проходной» вектор более сильного атома меньше всего теряет силу, затем идет первый (1) вектор «инерции покоя» более слабого атома истинной гравитационной молекулы, который чуть больше теряет силу. И замыкает цепочку потерь второй (2) вектор «инерции покоя» более слабого атома, который всех больше теряет силу, но и создает при этом «остаток» движущей силы слабого атома, и повторно приближает слабый атом – к сильному атому, с ещё большей потерей силы компенсации узкого «проходного» вектора более сильного атома.

В итоге, с большей потерей сил окажется первый (1) вектор «инерции покоя» более слабого атома истинной гравитационной молекулы. От которого компенсируют силу два гравитационных вектора: узкий «проходной» вектор более сильного атома и второй (2) вектор «инерции покоя» более слабого атома.

Две требовательные силы суммируются по одной линии и создают южный (S) магнитный полюс более слабого атома истинной гравитационной молекулы.

Вот и получается, что суммарная сила выхода двух сверх узких векторов магнитного поля со стороны южного (S) магнитного полюса, будет равна силе выхода одного сверх узкого вектора магнитного поля – со стороны северного (N) магнитного полюса.

Внешние силы Вселенной, создающие первый вектор инерции покоя слабого атома, и выходящие – со светлой стороны слабого атома, северного (N) магнитного полюса, требуют в два раза больше силы компенсации, чем каждый в отдельности сверх узкий вектор магнитного поля выходящие с тёмной стороны южного (S) магнитного полюса.

– А будут ли два, каждый в отдельности сверх узкие векторы магнитного поля выходящие с тёмной стороны южного (S) магнитного полюса равны по силе? Или между ними будет разница сил?

– Сильнее тот, который адресован узкому проходному вектору сильного атома – инициатору создания молекулы. Потому что инициатор первичен. Он начинает сдвигать соотношение двух широких векторов в центральной точке слабого атома. Его требование удовлетворяется в первую очередь. А затем идет сила сверх узкого магнитного вектора, созданного недостатком компенсации второго широкого вектора. Но суммарно два сверх узких магнитных вектора южного (S) магнитного полюса, будут равны – одному сверх узкому вектору северного магнитного полюса.

Получается, что в компенсации колебания участвуют три вектора, и все они являются гравитационными, а магнитное поле всегда выходит только из центральной точки более слабого, асимметричного атома и является собственностью молекулы, а не внешних сил Вселенной. В этом хрупком равновесии трех сил в молекуле и будет заключаться наша собственная жизнь на Земле. Независимая от внешних сил Вселенной. И это показано на втором рисунке храма богини Хатхор в Дендере.

В воздухе начало возникать второе изображение.