Немногочисленные свечи лишь слегка развеивали темноту молельного дома, освещая грубо сколоченные деревянные скамейки, простой крест на небольшом возвышении, пастора и дворянина, одетого в дорожный костюм. Оба чего-то ждали, порой переглядываясь.
- Ну и где, она? Мне обещали, что церемония состоится сегодня - нетерпеливо произнес невысокий мужчина, внешность которого выдавала в нем уроженца Юга Франции. Звучный голос и плавное произношение подтверждали эту догадку. Тонкое сукно его черного костюма стоило достаточно дорого, но сам крой был по-гугенотски прост: прямые линии дублета, чуть удлиненные штаны, кожаные сапоги, короткий плащ через плечо и черная шапочка с пером, за поясом заткнуты перчатки. Никаких кружев, никакой вышивки. Простой прямой ворот рубашки, простые же манжеты, выглядывающие из рукавов дублета. Украшений он не носил, хотя пояс и ножны для шпаги выделялись изящной отделкой. Держался сеньор по-военному прямо. Пронзительные темные глаза смотрели внимательно и цепко, подмечая любые мелочи. Хищные черты лица придавали дворяну сходство с ястребом, впрочем эффект слегка смягчала ухоженная борода, подстриженная по последней моде. Он ждал, напряженно глядя на пастора.
- Терпение, месье маркиз. Королева Наварская лично направила меня сюда, сообщив время и место. Вы знаете, что она не склонна к пустым обещаниям, –
Маркиз де Монтобер, а это был именно он, хотел гневно выругаться, когда его внимание привлек скрип открываемой двери. Вошли трое. Худенькая невысокая девушка в строгом платье шла посередине. По обеим сторонам от нее двигались два солдата, в которых легко узнавались люди Жанны дАльбре. Они очень походили на конвой, который привел пленницу. Маркиз перевел взгляд на предполагаемую невесту. На ее лице, не выражающем никакого испуга, застыло выражение упрямства и строптивости. Она молча подошла к пастору, поприветствовала собравшихся легким поелоном и сообщила, что готова.
Протестантские свадьбы не столь пышны и многословны, как у католиков. Жених и невеста не возражали, поэтому все завершилось довольно быстро. Агнесса де Бопре стала маркизой де Монтобер. Помпе де Карназе обзавелся седьмой женой. Он взглянул на новоиспеченную супругу, которая, по словам королевы, должна была немедленно ехать в Льеж по делам веры, и заметил тот же строптивый взгляд. Ее по-монашески простое платье было лишено малейшего намека на украшения. Светлые волосы собраны в тугой пучок на затылке, из которого не выбивалось ни единой пряди. Строгая, похожая на старую деву, она не пришлась по вкусу маркизу. Он слышал, что эта невероятно набожная мадемуазель буквально извела свою покровительницу Жанну дАльбре требованиями богатого и титулованного мужа, поэтому решил тут же прояснить ситуацию.
- Поздравляю вас, сударыня, теперь же прошу подписать брачный контракт, по условиям которого вы лишаетесь прав на мое имущество, в том числе и права наследования, -
Агнеса не смотрела новоиспеченному мужу прямо в глаза. Он не был молодым юнцом, но и не казался старым. Самоуверенный, загадочный и очень опасный. Хотелось подчиниться ему, либо оказаться подальше отсюда. Однако маркиза ответила:
- Нет.
- Что ж, сударыня, вы об этом пожалеете, - Помпе де Карназе развернулся и быстрым шагом направился к выходу. Хлопнула дверь, надолго отделив счастливых молодоженов друг от друга.