Тайна старинного портрета

Николь тяжело вздохнула и откинулась на спинку удобного рабочего кресла. Наконец-то она закончила все дела и разобрала необходимые документы. Совсем скоро начнется туристический сезон, и на Санторини хлынут толпы желающих посмотреть на местные красоты и насладиться райским отдыхом. Но вот для Николь настанут горячие дни. Отель Аstra Suite, принадлежащий ее семье, один из лучших на острове, и номера на летний сезон в нем бронируют едва ли не за полгода. Сейчас еще в Имеровигли довольно тихо, но подготовка к приему гостей идет полным ходом. Именно эту готовность и проверяла Николь, с самого утра сидя за ноутбуком и документами в своем кабинете, который находился тут же, в отеле, рядом с ее номером-квартирой.

Она встала из-за стола, потянулась, расправляя спину и плечи, и, засунув руки в карманы брюк, расслабленно подошла к окну. Ее привлек рев мотора, раздавшийся снизу. По звуку это был явно мотоцикл. Николь кинула взгляд на парковку около отеля и, действительно, увидела там молодого парня, который парковал своего Харлея. Мощный черный круизер сиял на солнце отполированными до блеска алюминиевыми частями и выглядел немного устрашающе. Николь равнодушно перевела оценивающий взгляд дальше, осмотрела территорию и отошла от окна, чтоб налить себе освежающий напиток. Конец апреля радовал теплом, комфортной погодой, еще не было удушающего пекла, на улице находиться было вполне себе комфортно.

Из номера Николь был отдельный выход на террасу с бассейном и лежаками. Недолго думая, она решила провести там ближайший час, который в ее расписании значился как обеденный перерыв. Девушка нацепила широкополую шляпу, позвонила на ресепшен, попросила принести вазу с фруктами и мороженое, взяла ноутбук и спустилась по лестнице вниз к террасе. Отдыхать она не особо умела, поэтому, с удобством расположившись в шезлонге, продолжила работу.

Николь была младшим ребенком в семье. Старшие братья, Алексис и Леонидас, управляли одним из крупнейших финансовых холдингов Греции. Отельный бизнес, которым также владела семья Афанасиу, некоторое время находился без должного присмотра, пока его не заграбастала в свои, хоть и девичьи, но очень цепкие и сильные ручки младшая из наследников. Братья были довольны вдвойне: и сестра при деле, и гостиницы под надежным присмотром. То, что присмотр был стопроцентным и очень качественным, они не сомневались. Афанасиу-младшая с детства демонстрировала пытливый и изворотливый ум, железный характер, тягу к знаниям, великолепную обучаемость и способность договариваться. Ну и невероятную красоту, которая к двадцати пяти годам расцвела в полную силу.

Николь была красива. Очень красива. Яркая внешность девушки всегда привлекала внимание окружающих. Ей не надо было использовать различные ухищрения, чтоб выгодно преподнести себя. Она была хороша всегда. И неважно, с макияжем или без макияжа, в джинсах и футболке или в элегантном костюме. Ее удлиненные, густые, иссиня-черные волосы обрамляли идеальной формы лицо, на котором сияли большие, янтарного цвета глаза. Длинные пушистые ресницы делали взгляд еще более выразительным. Довольно пухлые губы могли капризно или язвительно поджиматься, а могли сложиться в очаровательную улыбку-сердечко. Высокая, стройная, излучающая одновременно и силу духа, и изящество, она отличалась от большинства девиц ее круга не только внешне, но и внутренне. Николь, конечно, интересовали все эти штучки, вроде моды, косметики и шмоток, но это были не главные ее увлечения. Она много читала, владела иностранными языками, любила живопись, получила блестящее образование и совершенно не стремилась поскорей выйти замуж, чтоб присесть на кошелек какому-нибудь богачу. Николь хотела работать и заниматься серьезным делом, поэтому управление отелями ей идеально подошло. Невероятная харизма, уверенность в себе и огромный запас знаний помогли ей довольно быстро утвердиться на должности и вызвать уважение как со стороны подчиненных, так и со стороны инвесторов и руководителей тех компаний, с которыми Николь сотрудничала.

Она была настолько серьезна, что братья даже не сомневались, когда отпускали ее из Афин на Санторини. Старшие знали, что легкомысленность — это не про Николь. Они были уверены, что сестра не только не вляпается ни в какую сомнительную историю, а еще и настучит по голове любому желающему ее в такую историю втянуть. Братья еще хорошо помнили те времена, когда все вместе ходили в секцию восточных единоборств. Тогда Николь одна из немногих добилась небывалых результатов и единственная из девушек получила черный пояс по тхэквондо.

Это был прямо идеальный образ, без единого изъяна. Но старшие все же переживали. После зачисления в университет Николь никогда не проявляла никакого интереса к парням и к романтическим отношениям. Вернее, отношения у нее были, она пыталась, но ощущала все эти свидания и общение с молодыми людьми пустой тратой времени. Выслушивать комплименты не хотелось, девушка себе и сама цену знала. Получать букеты было неприятно, потому что она не выносила цветы в срезке, но поклонники ее не слышали и все равно «таскали свои веники», как называла это сама Николь. В один прекрасный момент девушка решила, что все это не для нее и перестала реагировать на заинтересованные подкаты мужчин, а особо непонятливых отшивала довольно грубо и язвительно.

Вот уже два года она являлась генеральным директором сети гостиниц, занималась этим увлеченно и считала себя счастливым человеком. Она умна, образована, красива и самодостаточна, поэтому и в душе у нее царило абсолютное спокойствие, Николь была полностью довольна своей жизнью.

Сейчас, сидя на террасе около бассейна, она увлеченно вычитывала отчеты, поступившие из других отелей и не заметила, как на площадке рядом с ней появился человек и уже минут пять с интересом разглядывал ее, не решаясь прервать углубившуюся в работу красавицу.

***

Доюн увидел, как незнакомка, наконец, оторвалась от ноутбука и тут же, почувствовав на себе чей-то взгляд, подняла голову и посмотрела на него. Мужчина остолбенел. Такой красоты видеть ему еще не приходилось. Но Доюн быстро взял себя в руки и мило улыбнувшись, поприветствовал девушку.

— Здравствуйте, — начал он вежливо и по-деловому. — Простите, если помешал. Но лестница из моего номера привела меня сюда.

— Добрый день, эта терраса рассчитана на три номера, все правильно. Располагайтесь, Вы нисколько мне не помешаете, — Николь слегка повела рукой, приглашая мужчину на расположенные рядом шезлонги.

— Так мы, получается, соседи, — улыбнулся молодой человек. — Меня зовут Чон Доюн.

— Николь Афанасиу, — ответила девушка, слегка склонив голову, — рада знакомству. Вы надолго в эти края?

— Ну, как Вам сказать, — пожал плечами Доюн и сел на шезлонг рядом с Николь. — Не знаю. Я здесь впервые. Вырвался в отпуск, хочется все тут посмотреть.

— Вот как? — Николь заинтересованно повела бровью и продолжила, улыбаясь:

— Тут много интересного, долго придется ходить пешком.

Доюн немного подвис, увидев очаровательную улыбку собеседницы, но все же собрался и ответил:

— Зачем пешком? Я на мотоцикле. Специально переправил его сюда на пароме.

— Предусмотрительно, ничего не скажешь, — произнесла Николь. Девушка поняла, что это именно тот парень, байк которого она разглядывала из кабинета, поэтому добавила:

— У Вас отличный круизер.

Чон чуть нахмурился, не понимая, откуда у его новой знакомой такая информация, и уточнил:

— Разбираетесь в мотоциклах?

— В них не надо особо разбираться, чтоб знать, что Харлеи одни из лучших.

Заметив, что Чон все же удивлен, та добавила:

— Я просто видела, как Вы парковались, — решила успокоить Доюна Николь. О том, что модель байка она узнала с довольно большого расстояния, девушка умолчала.

— А Вы тут чем занимаетесь? Мне, почему-то, кажется, что Вы здесь по работе, — приветливо улыбнулся Доюн и указал на ноутбук, решив вернуться к первоначальной теме.

— Да, можно и так сказать, — подтвердила Николь, решив не вдаваться в подробности.

— Успеваете отдохнуть? Или не первый раз здесь?

— Я не трудоголик, — добродушно ухмыльнулась девушка. — Об отдыхе стараюсь не забывать, поэтому объездила этот остров вдоль и поперек.

— Как интересно, — задумчиво посмотрел на нее Доюн. – Мне бы такого гида.

Николь изучающе посмотрела на Чона. Мужчина не вызывал отторжения, он не демонстрировал превосходство или желание подчинить, держал под контролем свои эмоции и слова. Разговор шел естественно и непринужденно, поэтому Николь продолжила:

— Если хотите, можете ко мне присоединиться. Я планировала вечером прогуляться.

— Предлагаю поехать на байке, если Вы не возражаете, — сомневаясь в ответе, произнес молодой человек. Но не попробовать не мог. Что скрывать, девушка ему понравилась, показалась замечательным человеком. Захотелось познакомиться с ней поближе. — Думаю, так будет быстрей и интересней.

— С удовольствием, — согласилась Николь и, взглянув на часы, встала с шезлонга, накинула снятый ранее легкий пиджак и учтиво добавила:

— Вынуждена Вас покинуть, извините, дела. А Вы отдыхайте. Очень рада знакомству, Доюн.

— Вечером увидимся? — уточнил еще раз мужчина.

— Непременно. Думаю, в шесть на парковке будет в самый раз.

— Договорились.

Подхватив закрытый ноутбук, девушка легким шагом направилась по лестнице обратно в номер. Чон залюбовался ее стройной фигурой, облаченной в легкий костюм из струящейся ткани небесно-голубого цвета. Николь так гармонично вписывалась в окружающую действительность, так естественно смотрелась среди белоснежных домов, голубого неба и синей глади Эгейского моря и транслировала вокруг себя атмосферу роскоши и довольства. Она походила на разнеженную кошку, готовую, однако, в любой момент собраться и совершить стремительный и точный прыжок.

Николь, будто почувствовав на себе пристальный, изучающий взгляд нового знакомого, обернулась, не доходя до первой ступеньки и с улыбкой отсалютовала тому.

Чон был покорен.

***

Доюн тоже довольно быстро вернулся в номер. Он планировал разобрать рюкзак и небольшую сумку, а также пройтись по магазинам, чтоб докупить все необходимое для комфортной жизни. Молодой человек путешествовал на своем Харлее, поэтому не мог позволить себе тащить за собой много вещей. Можно было добраться привычным способом, на самолете, но Доюн очень любил мотоциклы и давно мечтал о такой поездке. Поэтому и объединил две свои мечты в одну. Поездка на любимом круизере на давно ждущий его Санторини, что может быть лучше? Он даже не испугался трудностей с перегоном транспорта паромом, все решил и был сейчас доволен и счастлив.

Этот отпуск Чон ждал давно, он его, можно сказать, выстрадал. Младший сын владельца LussoGroup, Доюн сразу после окончания школы посвятил себя работе в семейном бизнесе, параллельно получая образование в Неаполитанском университете. Компания занималась призводством предметов роскоши, состояла из нескольких подразделений, и снабжала своей продукцией большую часть европейского рынка. Именно поэтому отец, господин Чон, так рано привлек обоих своих сыновей к работе в LussoGroup. Ему нужны были толковые и надежные управленцы, знающие дело на практике. Ждать получения сыновьями дипломов он не собирался, натаскивал их сам, непосредственно в офисах фирмы.

Доюну нравилась его работа. И учился он тоже отлично. Все успевал, со всем справлялся. Только вот кроме этого, жизни он почти не видел. Увлечения, друзья и отношения с противоположным полом отошли не то что на второй, а на десятый план, усталость накапливалась, и, к моменту, когда он закончил университет и занял достаточно высокую должность в LussoGroup, молодой человек вообще перестал ощущать вкус жизни. В таком режиме прошли еще пара лет, и тут на помощь пришел старший брат. Тот давно заметил, что даже в свободные дни его обычно шустрый и веселый младший сидит дома, валяется на диване, тупо пялясь в потолок, и ничего не делает.

— Что с тобой происходит? — задал, наконец, давно мучающий того вопрос Соджин, когда Чон в очередной раз отказался от предложения прогуляться, сходить в кино или навестить бабушку.

— Ничего не происходит, хен, все хорошо.

— Да неужели? — Соджин бесцеремонно уселся на диван, на котором валялся Юн, заставив его тем самым пододвинуться и поджать ноги.

— Правда, я не знаю, что тебе сказать, хен.

— Ты последнее время ничего не хочешь, что бы я ни предложил. И сам как в футлярчик залез, ничего не предлагаешь. Юни, есть хоть что-нибудь, чего ты хочешь?

— А какой смысл хотеть, Джин-хен? Если все равно нет возможности реализовать? — недовольно пробурчал Доюн.

— Что-о? — Соджин аж подскочил. — Ты принадлежишь к одной из богатейших семей Италии и что-то не можешь реализовать? Что такое ты задумал, Юни?

— Да ничего такого, что потребовало бы огромных денег, хен, — разоткровенничался младший. — Ты же знаешь, как я любил мотоциклы… Когда я последний раз садился на байк? Все дела, дела… Помнишь, я увидел в журнале фотографию Санторини и хотел поехать туда? Поездка сорвалась, партнеры перенесли сроки переговоров… И так всегда. Такое ощущение, что я в рабстве у LussoGroup, а не один из совладельцев. Иногда я думаю, что хотел бы жить проще, но свободней. Но это, скорей всего, невозможно. Так что, ничего не хочу. Не переживай, хен, я привыкну.

Соджин смотрел на младшего брата и думал. По сути, он был прав. Зачем все эти баснословные доходы, роскошные виллы, яхты и прочее барахло, если воспользоваться всем этим просто нет времени. И тот решил попросить у отца отпуск для Доюна. Хотя бы месячный перерыв от этой бесконечной гонки, в которой младший находился последние лет семь.

И у Соджина получилось. Получилось убедить отца в том, что Юн заслужил этот отпуск своей многолетней упорной работой, своим отличным дипломом, да и просто тем, что уже очень давно он толком не отдыхал. Господин Чон отпустил Доюна на месяц, с условием, что Соджин лично будет курировать все недоведенные до конца проекты брата.

Когда младший услышал от своего хена эти новости, он сначала не поверил, а потом обрадовался и отреагировал так бурно, что схватил Соджина в объятия и кружил по комнате, радостно визжа: «Спасибо, спасибо, Джин-хен, Ты лучший!» Соджин пытался сохранить серьезный вид, но его хватило ненадолго и, громко смеясь, он хлопал Юна по плечам, повторяя: «Боже, Юни, ты такой ребенок! Поставь меня на место, Юни! Ю-у-н!»

И вот, наконец, Доюн на острове своей мечты, на Санторини. Он потратил на дорогу почти двое суток, добирался не спеша, любуясь красотами пейзажей и очарованием маленьких деревень Италии и Греции. Наконец он отдыхал. Путешествовал. Жил. Хотел жить.