Тайна Валуевской усадьбы.

За окном шел белый пушистый снег. От дуновения порывистого ветра вереница снежинок, как по хорошо отрепетированному сценарию, куражилась в волшебном зимнем вальсе. Заботливо и нежно превечный белый покров окутывал землю.

Близился конец года. В преддверии нового этапа жизни в Энском историко-археологическом университете шла усиленная подготовка к празднованию Нового года и Рождества. Коллектив вуза кипел в предпраздничной суете. Педагоги в содружестве со студентами творили настоящую новогоднюю сказку. Ребята вспомнили заложенные еще в школе навыки творчества и умело украшали университетскую ель. На зимней красавице появлялись пестрые шарики, красочные конфеты и ароматные шишки. Раззадорились не на шутку и смастерили еще разноцветные фонарики, затейливые остроносые звездочки, собственноручно сшили карнавальные костюмы.

Старинное учебное заведение превращалось в диковинный дворец с чудесными новогодними декорациями и историческими инсталляциями под селфи. В каждом уголке здания можно было отыскать интересующую реконструкцию того либо иного исторического периода…

Все старались на славу, не только из-за праздничного карнавала и новогодней дискотеки — в универе намечалось очень важное мероприятие: День открытых дверей. Учебное заведение было заинтересовано в пополнении рядов обучающихся, а для этого следовало не упасть лицом в грязь и достойно показать свой вуз.

Студенты, приехавшие из других городов, также не сидели на месте, тщательнее остальных трудились в облагораживании помещений. Еще бы, ведь они ожидали на праздник своих родителей!

Молодой хранитель артефактов, преподаватель старинного вуза Андрей Весенний, мало-помалу приходил в себя от путешествий по мирам и пространствам. Он подолгу находился в университетском архиве, приводя в порядок реликвии. Воспоминания бередили его сердце и подталкивали к итоговому осмыслению произошедшего.

Вот он, сумасбродный девятиклассник, заигрался со сверстниками в пейнтбол в энских окрестностях, набрел на заброшенную хижину. Ветхий домишко когда-то принадлежал леснику и тайному стражу казацких сокровищ Петрову Александру Ивановичу.

По неосторожности провалился в подвал, наткнулся на сундук с драгоценным перстнем и дневником хозяина. Дальше были поиски сокровищ и знакомство с настоящими археологами.

Клад они все-таки нашли, и не один! Тогда львиная часть найденных богатств пополнила экспозицию Национального музея истории государства, а четверть казацкого наследия досталась городскому краеведческому музею.

Историки-поисковики, помогавшие мальчугану, отказались от своей доли вознаграждения в пользу Андрея, так как считали, что именно этот неугомонный паренек достоин распоряжаться дальнейшей судьбой клада.

Ну, а Весенний, в свою очередь, направил средства, которые ему дало государство за найденные драгоценности, на реконструкцию почти разрушившегося дворца Лещинских.1 В конце концов, помещичье имение появилось во всем величии и красоте, превратившись в культурную, историческую и туристическую жемчужину Энщины.

Окончив школу, Весенний долго не раздумывал, куда поступать, и подал документы на истфак местного университета. После этого события в городе стали происходить настоящие чудеса. Ученые из историко-археологического вуза находили ценнейшие артефакты, среди которых были не только старинные клады и сокровища, но и таинственные захоронения с оловянными гробами тевтонских рыцарей. В народе прошла молва о необычном преподавателе истории Андрее Весеннем, к которому так и липнут древние ценности и артефакты.

Но все-таки последнее приключение напрочь выбило его из жизненного равновесия. Принцесса амазонок Брунис появилась в его судьбе как гром среди ясного неба. Смелая и отважная, она попыталась спасти свой маленький народ «дочерей цветов», прорвавшись в земной мир из другого измерения.

Команда археологов при вузе «Золотая лопата» решила помочь девушке в поиске и возвращении утраченных сокровищ амазонок. Вернуть волшебную реликвию их мира — кристалл. Археологический союз «Золотая лопата» в очередной раз блестяще выполнил поставленную задачу, осуществив сложную комбинацию поисковых мероприятий. Теперь научным умам предстоит скрупулезная работа по систематизации и анализу полученных знаний. А это значит — быть новым учебникам, сборникам и научно-популярным журналам.

Влюбленные же друг в друга Андрей и Брунис договорились дальше дружбы не заходить, ведь связать свои жизни брачными узами пока не получалось, а жить на два измерения не под силу даже особенным людям.

Молодой ученый погрузился в изучение старинных свитков, его карие, наполненные светом глаза сосредоточенно взирали на диковинный текст. Темные волосы, зачесанные набок, овальное лицо со слегка бледной кожей тонко гармонировали с небольшим ртом и немного полноватыми губами. Преподаватель предпочитал носить мужские классические костюмы, сочетая их с разнообразными по цвету рубашками.

По длинному коридору быстрыми шагами шел человек в новогоднем костюме. Резко дернув дверь, огромный, под два метра ростом белый заяц ввалился в просторную комнату. Плюшевый зверек заговорил громогласным голосом историка Володи Хлебникова:

— Эй, братишка, ну сколько можно тебя ждать, спускайся, все наши собрались в холле. — Андрей растерянно посмотрел на него. «Ни капельки не изменился, такой же, как и прежде, добряк и богатырь с синими глазами и пшеничными кудрями», — пронеслось в голове у историка. — Да ладно тебе грустить, ну хочешь, мы выдадим тебе нормальный костюм рыцаря или казака? Это ж я для прикола в зайца нарядился! Может, гусаром или викингом предстанешь на карнавале? Хотя нет, — беззаботно продолжал вещать Владимир, — все-таки бери костюм гуляки-кавалериста, твоя Брунис оделась в наряд Наташи Ростовой.

— Как, Брунис здесь? — удивленно спросил Андрей.

— Да, брат, тут. Оказывается, ее пригласила к Новому году Анастасия. Ну ты же знаешь этих женщин, если они спелись, то бишь подружились, значит, на всю жизнь! А Настя наша по ним, амазонкам этим, опять новый роман пишет, и они теперь еще больше наговориться не могут. Ходят с утра вместе, прям рядом, и не вклинишься. Хохочут, радуются. Сходили в гардеробную, костюмы выбрали.

— Как по мне, прихоти Настены непредсказуемы. Нешаблонная личность, никогда не угадаешь, что у нее в голове.

Весенний невольно представил образ своей лучшей подруги и коллеги Анастасии Моисеенко-Черниговской.

Обладательница изящной фигуры, кареглазая ученая с шапкой пышных волнистых рыжих локонов, элегантно убранных в аккуратный пучок на затылке. Небольшой курносый носик, обворожительная улыбка и озорные ямочки на щечках дополняли ее миловидный образ. Девушка-археолог не была неженкой и тепличным цветком — обладала крутым нравом и железной силой воли. Давно позади доброе аспирантское прошлое, сейчас она работала преподавателем факультета археологии, являлась секретарем и членом Союза археологов «Золотая лопата», автором серии книг об отважных амазонках.

Во время исследовательских экспедиций вместе с участниками союза Анастасия обнаружила старинные казацкие сокровища. Изможденные и запутанные поиском древних артефактов историки неожиданно наткнулись на скифский курган, в котором были останки настоящей царицы амазонки. Вдохновившись реликвиями принцессы-воительницы, Настя завершила работу над большим научным исследованием, доказав гипотезу о существовании на нашей территории этих удивительных женщин, а после написала еще и серию художественных романов об отважных девах, которые, согласно сюжету, жили на благодатной скифской земле. Издание стало бестселлером, прославив девушку в качестве писателя.

— Андрей, просыпайся! Спускайся с небес к нам, грешным! — громко крикнул другу Владимир. — Сейчас чай пить все будем, тебя только ждем.

Нехорошо заставлять дорогих людей подолгу ждать, Андрей отложил незаконченную работу, вышел за другом из кабинета. Спускаясь по резной винтажной лестнице, он внимательным взором обвел просторный холл университета. Мужчина как будто бы проснулся от долгого затяжного сна. Полностью погрузившись в труды, он и не заметил, как пришла зима. Зал сказочно блистал к зимним гуляньям. Причудливо горели разноцветные гирлянды. Возле пышной новогодней ели собрались все его друзья. Вот супруги Настя с Даней Моисеенко-Черниговские, два стареньких профессора, Стельмах и Пилипенко, преподаватели Макс Марковский, Володя и она — прекрасная Брунис. Статная, белокурая девушка с темно-карими миндалевидными глазами, смуглой кожей, прямым небольшим носом и аккуратными алыми губами.

Приятели и коллеги устремили на него свои добрые взгляды, и от этих ясных, согревающих лучиков у Андрея на душе рассеялись серые тучи.

— Добрый день, друзья! Как же я соскучился по нашим встречам. С наступающим Новым годом! — Андрей поочередно пожимал руки мужчинам и целовал румяные щеки девушек.

Профессор Пилипенко, не выдержав затянувшегося приветствия, сам подбежал к Весеннему и, протягивая к нему руки, провозгласил:

— А я жду, жду от тебя приглашения на ежегодное расхламление архива, а ты не пишешь и не звонишь. Вот сам напрашиваюсь: помогать тебе буду, всю грязную работу возьму на себя. Приготовлю разных растворчиков, возьму свои насадочки и как наведу порядок! Учти, отказа не приму категорически, —аргументировал ученый на пенсии, важно поправив очки на переносице.

«Все тот же непреклонный характер, — пришло на ум молодому хранителю. — Пусть и дальше в нем горит его неиссякаемая жажда к работе». Он не удержался и обнял Александра Сергеевича, тот еще пуще натянул свои очки с коричневыми стеклами, нарочито пряча под ними серо-зеленые глаза, на которых уже выступили слезинки.

— Андрюшенька, непременно соглашайся, иначе он нам всю плешь проест. Я его еле с октября сдерживал, чтобы он не надоедал тебе, — вмешался в разговор бывший ректор университета Вадим Данилович Стельмах. — Неугомонный, все о своем: время составлять ежегодный список инвентаризации архивных реликвий, нельзя нарушать график.

Андрей смотрел на своего дорогого профессора Вадима Даниловича и не мог сдерживать радость от встречи с любимым наставником. Коричневый шерстяной костюм, как всегда, безукоризненно сидел на его подтянутой фигуре. Короткие седые волосы; кроткие карие глаза, как и прежде, светились отеческой любовью и радостью.

— Если вы не против, то не откажусь и от вашей помощи также. — Заслуженный научный деятель просиял от одобренного чаяния.

Очередь подошла к Брунис, Андрей поздоровался с ней и поцеловал в щеку.

— Я тоже хочу помочь тебе, если ты не против, мое умение в шлифовке оружия может пригодиться для артефактов, ну на худой конец помою стекла и натру витрины, — улыбаясь, предложила она.

— Конечно, буду рад, а разве ты можешь задержаться здесь на несколько дней? — поинтересовался преподаватель.

— Да. Я попросила жрицу Ардону выдать мне браслет и тиару матери царицы Фэйи, по ним я вышла из мира Дочерей цветов, как раз на три дня.

— Ладно, — просто и вежливо ответил он.

В этот момент высокий темноволосый мужчина с большими серо-зелеными глазами, в красивом темно-синем костюме и голубой рубашке отошел от общей компании. Встав напротив товарищей, он стал настраивать фотоаппарат. Это был Данил Черниговский — муж Насти. Громким чистым голосом он обратился к друзьям и коллегам:

— Встаньте ближе к елке, сфотографируемся на память!

Все вплотную подошли друг к другу и по команде Черниговского весело растянули рты в сахарных улыбках.

— Максим, встань ближе к Андрею и Брунис, — обратился к еще одному человеку Даня, — тебя опять не видно в кадре.

— Да не люблю я все эти съемки и фото, — скромно ответил историк.

— Это память в хронологию вуза. Мы и наш дружный университетский коллектив! — обиженно упрекнула его Настена.

Марковский скромно подошел к друзьям и дружески обнял их. Смуглый, коротко стриженый, статный, с пронзительными темно-карими глазами, Макс отличался покладистым характером, невозмутимостью и трудолюбием. Неотъемлемый и важный участник всех экспедиций, он всегда выполнял сложную и кропотливую работу. Среди первых брал лопату, показывая остальным пример.

Друзей ждал теплый и уютный вечер в приятной компании с общими воспоминаниями и приключениями.

1 Лещинские — угасший в XVIII веке великопольский шляхетский род, из которого происходили король Станислав Лещинский и его дочь Мария — жена Людовика XV.