Тайна запертой двери

ГЛАВА 1

Александр сидел за кухонным столом, листая журнал о продаже загородной недвижимости. За окном медленно сгущались вечерние сумерки, а в комнате уютно горел тёплый свет настольной лампы. Он методично просматривал страницы, тут и дома с просторными террасами, и котеджи у реки, старинные усадьбы, с вековыми деревьями. Каждое объявление сопровождалось фотографиями и подробным описанием, где указывали площадь участка, год постройки, наличие коммуникаций.

Александр делал пометки в блокноте, прикидывая возможные варианты переезда за город. На пятой странице, взгляд невольно зацепился за неожиданную небольшую историческую заметку с заголовком: «Русско- тлинкитские конфликты- война России с индейцами на Аляске.» Александр удивлённо приподнял брови, конечно это совсем не то, что искал. Но любопытство оказалось сильнее, и он погрузился в чтение.

«Ну ничего себе, с индейцами воевали, как в кино!» - подумал удивлённо Саша. Эта статья рассказывала о драматических событиях конца 18 века- начала 19 века, когда русские колонисты столкнулись с индейцами племени тлинкитов на Аляске. Александр заинтересовался и читал о первом вооружённом столкновении 1792 года. Ещё о масштабном нападении тлинкитов на форт Михаила Архангела в 1802 году. Там присутствовали долгие переговоры и штурмы укреплений.

А вот ритуальные особенности ведения войны, которые делали конфликты особенно затяжными. Его очень поразило то, что формальное перемирие 1805 года тлинкиты не признали, ведь по их обычаям, оно не соответствовало необходимым ритуалам. «Надо же, получается, - размышлял Александр, - что почти два века они считали, что война между Россией и индейцами не закончена.»

В статье упоминалось и о последующей продаже Аляски США в 1867 году, и о символической церемонии примирения, состоявшейся лишь в 2004 году. Тогда праправнучка Александра Баранова, главного правителя русских поселений в Америке, приняла участие в ритуале захоронения топора войны, традиционным для тлинкитов обряде завершения конфликта.

Александр отложил журнал, задумчиво глядя в окно. Ещё пять минут назад, он планировал обустройство будущего сада, представлял, как будет пить утренний кофе на веранде. А теперь мысленно путешествовал по суровым берегам Аляски двухсотлетней давности, видел дым костров, слышал бой барабанов и крики воинов. Он снова взял журнал, вернулся к объявлениям о домах. Но теперь, разглядывая фотографии уютных веранд и цветочных клумб, он невольно думал о том, как причудливо переплетаются судьбы людей и эпох.

Где-то между строчками о квадратных метрах и коммуникациях, скрывалась целая история- далёкая, и почти забытая, но от этого не менее реальна.

Саша задумчиво смотрел в монитор. Его давно интересовала история Русской Америки- тех далёких времён, когда русские поселенцы осваивали Аляску. А тут эта заметка опять всё всколыхнула. «Ну, что ж, пора загуглить», - подумал он и ввёл в поисковик: Михайловская крепость. Аляска.1802 год- бои с индейцами». Первые же ссылки вывели его на статьи об истории русско- аляскинского освоения.

Саша кликнул по самой подробной. На экране развернулась картина далёкого 1802 года. Александр читал и буквально видел перед собой остров Ситка, где стояла Михайловская крепость. Русские поселенцы основали её, чтобы вести промысел морского бобра и сивучей, чей мех ценился на вес золота. Но земли эти издавна принадлежали воинственному народу- тлинкитам, которых русские называли «колюжанами».

«Так, понятно, - пробормотал Александр, - конфликт назревал из-за охоты на бобров. Тлинкиты считали это вторжением.» Он продолжал читать, что весной 1802 года индейские кланы объединились. Их вождь Катлиян решил нанести удар. Шестьсот тлинкитских воинов подкрались к крепости, на тот момент, там оставалось всего пятнадцать человек, ведь основная «ситкинская» партия ушла на промысел. «Ничего себе, всего пятнадцать человек против шестисот!» - проговорил Саша.

Тлинкиты напали внезапно. Они были в масках, изображавших зверей, в деревянных доспехах, с ружьями и копьями. Крепость пала быстро, её просто сожгли и разграбили. Санёк представил языки пламени, крики, топот ног, и невольно вздрогнул. Ну, а дальше история становилась ещё мрачнее. У Александра кто-то пытался прорваться к нему по скайпу, но ему это было не интересно. Он отключил вызов. Его захватила история русских и индейцев. Он продолжал читать, что тлинкиты выследили и разгромили отряды русских и их союзников- алеутов.

Из двадцати девяти русских и двести алеутов, в живых остались лишь двадцать три человека. Их подобрало британское судно «Юникор», которое случайно оказалось поблизости. «Вот это поворот, - прошептал Саша, - британцы спасли выживших, но потом потребовали выкуп за пленников, ничего себе, жёстко очень!» Он пролистал вниз.

Осенью 1802 года, из России прибыла шестипушечная бригантина «Св.Елизавета», чтобы охранять Кадьяк- главный опорный пункт. Индейцы не решились штурмовать это поселение, но сумели уничтожить два разведовательных отряда. «Получается, что война затянулась, - подумал Саша, - и только в 1804 году Баранов вернулся, чтобы отбить Ситку». В конце сентября 1804 года, Александр Баранов подошёл к острову с флотилией, где сто двадцать русских промысловиков и триста пятьдесят алеутов и эскимосов, четырнадцати- пушечный шлюп «Нева».

После артиллерийского обстрела, русские пошли на приступ, но тлинкиты держались стойко. Бой был жестоким, погибли восемь русских и четырнадцать алеутов. «Ничего себе! – Саша откинулся на спинку кресла, - вот это сражение… А потом, всё же договорились о перемирии». Александр закрыл вкладку и задумался. История оказалась куда драматичнее, чем он ожидал, тут и предательство, и героизм, огонь и дым над Ситкой долгие годы, и наконец мир. «Надо будет ещё почитать потом, и про то, где и как жили тлинкиты.» Допив чай, Саша задумался. До этого конфликта, тлинкиты выступали посредниками между племенами и русскими, европейцами в деловом обмене. После 1804 года их роль в этой торговле сократилась, а русские стали опираться на алеутов и эскимосов.

Александр был открытый и жизнерадостный парень двадцати пяти лет, который легко находил общий язык с людьми, всегда был готов, поддержать разговор и зарядить окружающих позитивом. В любой компании он часто становился центром внимания, любил шутить, рассказывал интересные истории, но и умел слушать и вставить остроумное замечание.

Во внешности Александра ничего не было особенного, парень, как парень. Разьве что глаза красивые – ясно голубого цвета, очень выразительные, с длинными ресницами. Светлые волосы были у него с золотистым отливом. Санька любил их всегда на бок зачёсывать. Роста он был чуть выше среднего, обычного телосложения. Открытая улыбка и внимательный добрый взгляд, который всегда обезоруживал девушек. Он никогда не бросал слов на ветер, если сказал, то сделает. Он и свои добрые поступки никогда не офишировал. Александр очень ценил своих родителей, но всегда мечтал о своём доме, где будет тепло и уютно, а приведёт свою девушку, похожую на его маму: добрую, ласковую, любящую.

А жил Александр в небольшом городке, куда приехал сразу после окончания университета. Тогда это казалось временным решением, поближе к родителям, да и первая работа, в местной IT- компании подвернулась. Сам городок этот небольшой, зелёный, уютный, окружённый берёзовыми перелесками, да сосновыми борами. Улицы тихие, хотя есть тут и современные, высотные застройки, есть и четырёхэтажные кирпичные дома ещё советских времён, а есть и простые, частные домики, на окраине, где по утрам пахнет печным дымом.

В этом городке много церквей, как говорили местные старушки: «У нас тут намоленные места!». Ну и конечно же есть производственные площади в городе, несколько заводов. Александр жил недалеко от реки, в новом микрорайоне, где из окна его квартиры виден был красавец мост, недавно выстроенный. Обустроена новая трасса, где по ней мчались машины.

Работа у Саши была связана с разработкой програмного обеспечения по внедрению автоматизации в производство. Сам офис находился в двух остановках от дома. Здание современное, со стеклянными фасадами, контрастирующими с окружающей застройкой. Его коллеги, в основном, местные тоже когда-то вернулись из больших городов. Они нередко, после работы, заходили в кафе «У моста», где варили хороший кофе и пекли пироги с клюквой и черникой.

Жизнь в этом городке размеренная, по весне много зелени и цветов, а осенью, дорожки усыпаны золотыми листьями с деревьев, а зимой, всё покрывается пушистым снегом, и город становился похож на открытку. Александр привык к этим пейзажам, к знакомым лицам в магазине, к тому, как старожилы здороваются с ним, уже считая своим.

Именно эта тихая гармония, этот ритм маленького города и стал для него домом, где по воскресеньям, колокольный звон разливался над городом и плыл над крышами домов, над парками и речкой, и казалось, что сам воздух наполнился теплом и покоем. Здесь время течёт иначе- неторопливо, по-домашнему. Но одной тишиной и праздностью сыт не будешь.

Александр подошёл к внедрению своего програмного обеспечения для автоматизации производства основательно. Он понимал, что успех зависит не только от качества кода, но и от грамотной организации процесса. Он общался с технологами, мастерами, экономистами. Был выбран им небольшой металлообрабатывающий завод, с мотивированным директором, а так какусловия,пилотного проекта были хорошими, то руководитель этого предприятия согласился с Александром, да и риски были минимальны.

Александру была выдана премия, которая, как раз тянула на хороший домик в деревне. Мечта парня приближалась к своей кульминации, и домик был найден. Одно из объявлений его очень заинтересовало. Ему всегда хотелось иметь домик в деревне, в тихом уголке, где можно укрыться от городской суеты, вдыхать аромат хвои и слушать пение птиц. Александр перебирал варианты, где новые котеджи, дачи с удобствами, но всё казалось не настоящим, лишённым души. Однажды приятель рассказал ему о старинной деревне, в двадцати километрах от города.

Это место, где время, будто остановилось. «Там есть один дом, - говорил он, - старый, бревенчатый, который стоит на краю деревни, рядом лес и два пруда. Хозяева продают, но покупателей пока не нашлось, уж слишком он «деревенский» для наших времён, но они всё равно дали объявление, может кому надо будет». Александр решил съездить посмотреть, тем более, знакомый рассказал, как туда добраться. «Я просто посмотрю!» - говорил себе Саша.

Его туда просто тянуло, и он не мог себе объяснить это чувство. Дорога петляла среди полей, потом ныряла в берёзовую рощу, и вот наконец показалась деревня- несколько домов, утопающих в зелени. Дом он заметил сразу: приземистый, с покатой крышей, сложенный из толстых сосновых брёвен, потемневших от времени. Вокруг был заросший травой двор, за ним начинался лес, а чуть в стороне, мерцали зеркальные глади прудов. Он подошёл ближе, потрогал тёплую от солнца древесину. Этот дом, словно дышал историей. В каждом его сучке, каждой трещинке, чудилась память о прежних хозяевах, о долгих зимах у печи, о летних вечерах на крыльце. Александр обошёл его кругом. Окна небольшие, но светлые, дверь крепкая, с кованой ручкой, сени просторные, пахнущие сушёными травами.

Зайдя внутрь, он огляделся. Внутри было просторно и тихо. Лучи солнца пробивались сквозь занавески, выхватывая из полумрака старинную печь, широкие лавки вдоль стен, потемневшие от времени половицы. Александр закрыл глаза и представил: вот он разжигает печь холодными вечерами, вот выходит на крыльцо с чашкой чая и слушает, как шелестят листья в лесу, как квакают лягушки в пруду. Он вышел во двор, присел на старую колоду. Воздух здесь был особенный, свежий, наполненный запахами земли и хвои. Вдалеке прокричала птица, где-то зашуршали листья, наверно заяц проскочил.

Александр понял, что это именно то, что он искал. Неторопливо и обстоятельно он обсудил условия с хозяевами, оформил документы. Вот этот дом стал его, не просто недвижимостью, а местом, где можно начать новую главу жизни. Саша знал, что предстоит много работы, это и подлатать крышу, обновить печь, привести в порядок двор, но это не пугало его. Напротив, казалось частью большого, важного дела. Этот старый бревенчатый дом, лес и пруды, стали для него не просто пейзажем, а живым пространством, где время течёт медленнее, а душа находит покой. Ну а работа, ведь работу на удалёнке никто не отменял, и ещё единственный плюс, то, что в эту деревню провели ещё прошлый год интернет, как говорили старые хозяева, но это надо было ещё проверить.