Тайновидец. Том 6: Упрямый хранитель

Первый том находится здесь: https://author.today/work/407098

Погода была замечательная. Я пил кофе на балконе, облокотившись о перила и наслаждаясь зябким летним утром. И вдруг мне прислал зов Игорь Владимирович.

— Доброе утро, Саша, — вежливо поздоровался дед. — Я не слишком рано?

— В самый раз, — улыбнулся я. — У вас что-то стряслось?

— Нет, все в порядке, — ответил Игорь Владимирович. — Но я бы хотел посоветоваться с тобой по важному вопросу.

— Слушаю вас, — удивленно ответил я.

— Ты знаешь, что скоро отправится наша экспедиция к Месту Силы, — сказал Игорь Владимирович. — Это очень большое событие, пожалуй, даже грандиозное. Событие, которое может прославить род Воронцовых на всю империю. Ты со мной согласен?

— Пожалуй, что так, — улыбнулся я. — Думаю, что в учебники истории мы после такого точно войдем.

— Вот и я о том же, — подхватил дед. — Вчера вечером у меня был господин Черницын, и он предложил очень любопытную идею.

После исчезновения графа Мясоедова Игорь Владимирович все-таки купил газету «Магические сплетни» и, по моему совету, назначил репортера Черницына главным редактором.

— Так что же предложил господин Черницын? — заинтересовался я.

— Он считает, что нужно шире освещать дела нашего рода в прессе. Разумеется, не все, а только те, о которых можно говорить. Пусть широкая публика читает, обсуждает. Господин Черницын думает, что известность пойдет на пользу нашему роду, и я склонен с ним согласиться.

— В этом есть резон, — подумав, ответил я. — На что конкретно предлагает репортер?

— У него большие планы, — порадовал меня Игорь Владимирович. — Заметки из наших мастерских, репортаж с корабельной верфи, несколько интервью со значимыми членами рода. Как тебе эта идея?

— Мне нравится, — улыбнулся я.

Все же именно я в свое время рекомендовал господина Черницына Игорю Владимировичу. И теперь было приятно услышать, что репортер развил такую бурную деятельность.

— Значит, ты одобряешь? — уточнил дед.

— Одобряю, — решительно ответил я.

— Вот и замечательно. Тогда я передам господину Черницыну, чтобы приступал к этой работе сегодня же. Знаешь, Саша, он просил меня договориться с тобой о том, чтобы ты дал ему интервью.

От удивления я чуть не пролил кофе.

— Я?

— Ну конечно, — ответил Игорь Владимирович. — Посуди сам. В нашем роду ты очень значительная фигура. Кроме того, самая интересная.

— А вы не преувеличиваете? — недоверчиво спросил я.

— Нисколько, Саша. Твои магические приключения будут очень интересны читателям нашей газеты. Так сказал господин Черницын, и я думаю, что он прав.

— Игорь Владимирович, вы хитрый старый лис, — рассмеялся я. — Уж простите, что я вас так называю. Но как ловко вы подвели разговор к этому интервью. Вы сделали все, чтобы я не смог отказаться.

— Но ты же сам сказал, что это хорошая идея, — возразил дед.

— Я и сейчас так говорю. Но вы же понимаете, Игорь Владимирович, многие дела, которыми я занимаюсь, так или иначе касаются тайной службы. Не думаю, что господин Зотов будет в восторге, если подробности этих расследований выплывут на свет.

— Мне кажется, господин Черницын не глуп, — осторожно сказал дед, — и тоже это понимает. Ну, а в тебе я никогда не сомневался. Ты прекрасно сообразишь, что можно рассказать репортеру, а о чем следует помолчать. Так что мне передать Черницыну?

— Передайте ему, что я подумаю, — улыбнулся я. — Игорь Владимирович, вы сами учили меня не принимать торопливых решений. Мне нужно время. Я пришлю господину Черницыну зов.

— Спасибо, Саша, — ответил Игорь Владимирович.

Мой дед прекрасно знал, когда нужно настаивать, а когда стоит отступить.

— Благодарю тебя за разговор, а теперь, с твоего позволения, я займусь делами.

Закончив разговор с дедом, я изумленно покачал головой. Надо же, Игорь Владимирович и господин Черницын решили прославить меня на всю столицу. Эта идея мне не слишком нравилась. Я привык жить уединенно, а после статьи в газете вокруг моего дома, того и гляди, начнут собираться зеваки. Но и отказывать сразу я не хотел.

Подумаю, а там будет видно.

— Завтрак готов, ваше сиятельство, — торжественно объявил за моей спиной Игнат.

Обернувшись, я замер от удивления. Игнат выглядел очень представительно. С утра пораньше он облачился в безупречный темный костюм. Вид у старого слуги был таинственный.

— У нас что-то случилось? — осведомился я.

— Прошу к столу, ваше сиятельство, — с легким поклоном повторил Игнат и посторонился, пропуская меня.

Следующий сюрприз ожидал меня в столовой. Я уже привык к уютным домашним завтракам, которые готовила Прасковья Ивановна. Но сегодня я увидел на столе перепелиные яйца, фаршированные черной икрой, тонкие ломтики розовой ветчины, твердый сыр из козьего молока, который поставлял нам один знакомый фермер.

В блестящей кастрюльке исходила пара, сладкая гурьевская каша с изюмом. Пахла она просто умопомрачительно.

Возле стола, улыбаясь, стояла Прасковья Ивановна. Сегодня она была в своем лучшем праздничном платье, поверх которого надела белоснежный накрахмаленный фартук.

— Кушать подано, ваше сиятельство, — сказала Прасковья Ивановна.

— Да что случилось-то? — изумился я. — Почему вы такие нарядные?

Но все же сел за стол, а Игнат встал рядом с Прасковьей Ивановной.

— Ваше сиятельство, мы решили пожениться, — сказал он.

— Это отличная новость, — улыбнулся я, начиная понимать, в чем дело. — Так вам нужно мое благословение?

— Так точно, — подтвердил Игнат.

— Что ж, я очень рад за вас и совершенно не против. Женитесь на здоровье.

— Благодарю, ваше сиятельство, — торжественно ответил Игнат.

— Спасибо, Александр Васильевич, — пробормотала Прасковья Ивановна, утирая чистой салфеткой набежавшую слезу.

— Когда намечена свадьба? — с улыбкой поинтересовался я.

— Так это как вы решите, Александр Васильевич, — сказал Игнат.

— Ну хорошо, — кивнул я, — мы непременно это обсудим. А сейчас давайте завтракать все вместе, как мы привыкли.

После завтрака я сварил себе еще чашечку кофе и спустился в кабинет, уселся в кресло, откинулся на спинку и поднял взгляд к потолку.

— Ты слышал, что происходит? — с улыбкой спросил я у дома.

Дом ответил теплым ментальным импульсом. Разумеется, он все прекрасно слышал и, судя по моим ощущениям, одобрял решение Игната и Прасковьи Ивановны.

— Да, мне тоже нравится эта идея, — согласился я. — Игнат и Прасковья Ивановна удивительно подходят друг другу, да и мне будет за них спокойнее. Но теперь нужно подумать над подарком на свадьбу. Ты же знаешь, что Игнат и Прасковья Ивановна — это самые близкие для меня люди. Если не считать Игоря Владимировича. Хочется подарить им что-то значительное. У тебя есть варианты?

Еще один теплый импульс приятными мурашками пробежал по коже и коснулся сердца. Мой дом не умел говорить, он объяснялся только эмоциями, но в большинстве случаев я отлично его понимал.

— Думаю, что небольшой, но солидный счет в имперском банке будет хорошим подарком, — улыбнулся я. — Но все-таки деньги — это деньги, нет в них ощущения праздника. Нужно что-то еще, что-то символичное.

Я уловил третий теплый импульс, и тут мне в голову пришла отличная мысль.

— Ну конечно, — рассмеялся я, — подарю-ка я им дом. Знаешь, такой небольшой, уютный особнячок, где-нибудь у воды, с палисадником и балконом. Как тебе эта идея?

Судя по накатившей волне эмоций, дому моя идея понравилась. Но я все же уловил некоторое сомнение.

— Ты думаешь, что Игнат и Прасковья Ивановна не согласятся жить отдельно? — уточнил я. — И свадебный подарок будет пустовать? Да, это не слишком хорошо. Ну, а что, если построить для них новый дом прямо здесь, в саду? А что, места у нас достаточно. Поместилась же здесь обсерватория, и выглядит она просто замечательно. Поместится и дом для Игната и Прасковьи Ивановны.

Вот теперь мой старый особняк был совершенно со мной согласен.

— Значит, так и решим, — улыбнулся я, делая глоток кофе. — Но тогда стоит послать зов господину Куликову. Как ты думаешь? Господин Куликов — лучший архитектор из всех, кого я знаю, и строит очень быстро.

Савелий Куликов обладал уникальным даром сноходца. В свое время я спас Куликова от темного мастера снов. И Савелий, в благодарность, выстроил для меня удивительную обсерваторию. Он построил ее за одну ночь. Просто лег спать, и обсерватория ему приснилась, а я с удивлением обнаружил ее в своем саду.

— Уверен, господин Куликов не откажет мне в этой маленькой просьбе, — улыбнулся я. — А деньги за заказ не будут для него лишними. Пожалуй, стоит послать ему зов прямо сейчас. Наверняка он уже проснулся и собирается на службу.

Я откинулся на спинку кресла и приготовился поговорить с Савелием Куликовым. Но не успел это сделать, потому что мне прислал зов Миша Кожемяко.

— Саша, здравствуй, — торопливо сказал Миша, — у тебя есть минутка?

— Конечно, дружище, — улыбнулся я, — у тебя какие-то новости?

Мы с Мишей дружили еще с лицейских времен. Сейчас Миша работал полицейским следователем на Городовом острове и совсем недавно помог нам с Никитой Михайловичем Зотовым поймать темного мага.

— Так что стряслось? — спросил я.

— Помнишь ту историю с темным магом Стригаловым? — спросил Миша. — Никита Михайлович доложил полицмейстеру о моем участии в этом деле, и мое начальство выдало мне премию.

— Поздравляю, дружище, — улыбнулся я. — Рад за тебя.

— Саша, я наконец-то могу съехать со съемной квартиры, — поделился своей радостью Миша. — В общем, я решил купить себе дом и даже присмотрел один.

— Дом? — удивился я. — Целый дом?

— Ну да, — ответил Миша. — Ты же знаешь, что я собираюсь жениться.

— Теперь знаю, — рассмеялся я, — и еще больше рад за тебя.

— Я присмотрел подходящий вариант, — сказал Миша. — Это на Городовом острове, недалеко от полицейского управления. Знаешь, Каштановый бульвар? На нем продается симпатичный двухэтажный особняк со своим садом. И цена, кажется, подходящая. По крайней мере мне, она теперь по карману.

— Да это просто мечта, — одобрил я. — Свой дом, да еще и рядом с местом службы.

— Вот и я о том же, — подтвердил Миша. — Я отпросился до обеда у начальства, сейчас поеду его смотреть. Нужно торопиться, пока кто-нибудь другой не купил. Саша, я прошу тебя поехать со мной.

— А я-то тебе зачем? — удивился я. — Возьми с собой Настю.

Настей звали невесту Миши Кожемяко. Когда-то она работала продавщицей в магазине зелий купца Сойкина. Я познакомился с ней, когда расследовал дело о сбежавшем оборотне, а потом познакомил Мишу. И, как оказалось, с далеко идущими последствиями.

— Мне нужна помощь опытного человека, — признался Миша. — У меня ведь никогда раньше не было своего дома. А у тебя целый особняк. Да еще и не простой, а магический.

— Понял тебя, дружище, — ответил я. — Конечно, я посмотрю дом вместе с тобой. Встречаемся на Каштановом бульваре через полчаса.

***

Извозчик быстро доставил меня по нужному адресу.

Каштановый бульвар был одним из самых уютных местечек городового острова. Здесь среди густой зелени рассыпались небольшие старинные особняки, каждый со своим двориком и садом. Море было совсем недалеко. Оттуда налетали порывы свежего соленого ветра.

Миша уже ждал меня вместе с хозяевами дома. Они стояли возле низкой ограды и о чем-то переговаривались.

— Познакомься, Саша, — сказал мне друг. — Это господин Померанцев и его супруга. Они продают дом.

Господин Померанцев протянул мне руку.

— Виталий Сергеевич Померанцев, адвокат, — представился он.

Померанцев и выглядел как типичный адвокат: слегка за сорок, с аккуратной седеющей бородкой и большими залысинами на крупной голове. Он был одет в серый деловой костюм. Кроме того, его ладонь оказалась влажной и холодной.

Пожимая ему руку, я заметил в Померанцеве некоторую нервозность, но не придал ей значения. Наверное, адвоката волновала предстоящая продажа дома, и он гадал, состоится она или нет.

— Александр Васильевич Воронцов, — улыбнулся я.

Жена Померанцева выглядела типичной домохозяйкой. Она была в домашнем платье. Каштановые волосы небрежно выбивались из прически.

Женщина с испугом смотрела то на мужа, то на меня. Заметив ее страх, я предположил, что господин Померанцев слишком строго обращается со своей женой. Если не сказать больше.

Зато Миша был в восторге.

— Посмотри, какой дом, Саша, — радостно сказал он.

Дом действительно был хорош. Двухэтажный небольшой особняк, старый, но крепкий. Он был построен из маленьких кирпичиков темно-зеленого цвета. Насколько я знал, такие дома строили сразу после Смуты. Дом глядел на нас высокими окнами с частым переплетом. Наверху, под самой крышей блестело круглое чердачное окошко.

Участок вокруг дома был засеян мягкой травой. Я заметил, что траву недавно подстригали. Кроме того, рядом с домом росли несколько лип и одна старая береза.

— Выглядит очень уютно, — с улыбкой сказал я, — но этому дому лет двести, не меньше. Наверное, ему требуется ремонт.

— Дом в прекрасном состоянии, — заверил меня Померанцев.

— Вы сейчас здесь живете? — спросил я.

Померанцев покачал головой.

— Нет, этот дом принадлежал моему дяде. Дядя умер год назад, и тех пор дом пустует. А у нас своя квартира на девятой линии.

— Кто же в таком случае ухаживает за домом? — удивился я. — Он не выглядит заброшенным.

Померанцевы испуганно переглянулись.

— Мой муж присматривает за ним, — объяснила жена Померанцева.

— Траву тоже он подстригает? — улыбнулся я.

— Да, — закивала женщина. — Конечно.

— Что ж, приятно видеть имущество, о котором заботятся.

Я толкнул калитку, и она отворилась абсолютно бесшумно. Петли были хорошо смазаны. От калитки к крыльцу вела узкая дорожка, выложенная плоскими разноцветными плитками. Я заметил, что несколько плиток совсем недавно заменили.

— Дорожку тоже вы привели в порядок? — с улыбкой спросил я хозяев.

— Да, — торопливо закивал Померанцев, — пришлось повозиться.

И в эту минуту я понял, что он меня обманывает. Это ощущалось очень ясно. Недаром же я обладал магической способностью к эмпатии. Я удивленно нахмурился. Зачем бы адвокату врать о мелочах? Какая, в сущности, разница, кто именно ремонтировал дорожку? Нас ведь интересует только ее состояние.

— Давайте посмотрим дом изнутри, — предложил я, поднимаясь на крыльцо.

Померанцев нервно откашлялся.

— Простите, Александр Васильевич, но дело в том, что я опаздываю на службу. У меня сегодня важное судебное заседание, а нам пришлось вас ожидать. Я не думал, что осмотр так затянется.

Он запинался, с трудом подбирая слова, а я с интересом смотрел на него.

Кое-как, добравшись до конца фразы, Померанцев достал из кармана ключ и протянул его Мише.

— Осмотрите дом сами, — предложил он, — там все в полном порядке. Вы можете оставаться здесь сколько хотите. Если вам все понравится, просто пришлите мне зов, и мы сможем завтра же заключить сделку.

Поведение Померанцева удивило меня. Я впервые в жизни столкнулся с продавцом, который упускал возможность подчеркнуть достоинства своего дома и скрыть его недостатки. Было в поведении Померанцева что-то подозрительное. Кроме того, я чувствовал, что адвокат напуган, да и его жена тоже.

У Миши не было моей магической способности. Поэтому он согласно кивнул.

— Конечно, господин Померанцев. Мы посмотрим сами, и я сразу же пришлю вам зов.

Он с нетерпением вставил ключ в замочную скважину.

— Идем, Саша.

— Подожди, — остановил я друга.

И посмотрел на Померанцева.

— Дом выглядит подходящим вариантом, но я не уверен, что нам стоит осматривать его без хозяев. Ведь там есть какая-то мебель?

— Конечно, — подтвердил Померанцев, — дом полностью обставлен.

— Ну вот, — кивнул я, — наверняка, кроме мебели, хранятся и еще какие-то вещи.

— Да, — ответил Померанцев, — после смерти дяди мы ничего не трогали. В доме все, как при нем.

— Вот видишь, — сказал я Мише, — а если после нашего осмотра что-нибудь пропадет? И господин Померанцев захочет предъявить обвинение.

— Что ты говоришь, Саша? — смутился Миша. — Виталий Сергеевич выглядит вполне приличным человеком. Я наводил справки.

— И тем не менее, я настаиваю на том, чтобы мы осмотрели дом вместе с хозяевами.

— Но я очень спешу, — занервничал Померанцев. — Господа, мне очень жаль, но я вынужден перенести осмотр. Мне нужно ещё подумать. Я не уверен, что хочу продавать дом.

— А вот это еще удивительнее, — нахмурился я. — Вы сами назначили встречу, а теперь под надуманным предлогом отказываетесь от осмотра.

— Почему же под надуманным? — возразил адвокат. — Я ведь говорю, у меня важное судебное заседание.

— Но не только у вас есть важные дела, господин Померанцев, — строго сказал я. — Может быть, вы не расслышали как меня зовут? Я граф Александр Васильевич Воронцов из тех самых Воронцовых. Как вы думаете, у меня есть важные дела?

— Конечно, ваше сиятельство, — закивал Померанцев. — Несомненно.

— Вот именно, — подчеркнул я. — И тем не менее, я отложил свои дела и специально приехал сюда, чтобы осмотреть дом. А мой друг, Михаил Кожемяко, работает полицейским следователем. У него тоже полно важных дел, и он также перенес их, чтобы встретиться с вами. А теперь вы заявляете, что осмотра не будет.

Я посмотрел на Мишу.

— Знаешь, дружище, эта история мне решительно не нравится. Мне кажется, что господа Померанцевы хотят что-то скрыть. Я этого так не оставлю. И докопаюсь до причины. Как ты думаешь, может быть стоит вызвать сюда городовых и осмотреть дом официально?

— Вы неправильно меня поняли, господа, — торопливо заговорил Померанцев. — Я вовсе не хотел вас обидеть, и мне нечего скрывать. Конечно, я отложу судебное заседание и сам покажу вам дом, если вы настаиваете.

— Мы настаиваем, — строго кивнул я. — И будьте добры, сами отоприте дверь. Миша, отдай господину Померанцеву ключ.

Адвокат Померанцев открыл дверь. Я вошел вслед за ним и остановился, удивленно прислушавшись. В доме было тихо, но я совершенно отчетливо услышал, как где-то мерно тикают часы.

А еще я обратил внимание на то, что в доме идеальный порядок. Полы блестели, как будто их недавно натерли. Нигде не было ни пылинки.

— Прошу вас, господа, проходите, — пригласил Померанцев.

Широкая дверь из небольшой прихожей вела в просторную гостиную, которая соединялась со столовой. Посреди комнаты стоял большой стол, к нему были аккуратно придвинуты тяжелые дубовые стулья.

У стены я заметил камин, выложенный изразцами. Камин сверкал начищенной медной решеткой, а рядом с ним два мягких кресла.

В комнате не ощущалось запаха нежилого помещения. Наоборот, вкусно пахло дымом, как будто камин недавно топили. Я мельком заглянул в топку и увидел в ней свежую золу.

Миша, кажется, не заметил ничего необычного.

— Замечательный дом, Саша, — воодушевленно сказал он. — Посмотри, как здесь просторно.

— А что на втором этаже? — спросил я.

— На втором этаже две спальни, — сказал Померанцев. — А здесь гостиная, столовая и кухня. К кухне примыкает комната для прислуги.

— Идеально для нас с Настей, — простодушно улыбнулся Миша. — Комнату для прислуги можно перестроить в детскую.

И он слегка покраснел.

На второй этаж вела лестница из темного дерева. Я поднялся по ней. Ступеньки чуть слышно скрипели под моими ногами. На втором этаже я увидел две одинаковые двери. Очевидно, они вели в спальни.

В простенке между дверями стояли большие напольные часы в тяжелом деревянном корпусе. Часы шли. Бронзовый маятник мерно раскачивался из стороны в сторону.

Перегнувшись через перила лестницы, я посмотрел вниз на Померанцевых. Они, задрав головы, смотрели на меня.

— Кто заводил часы? — спросил я.

— Это я завел их вчера, — торопливо ответил Померанцев.

Я снова почувствовал, что он мне врет. Приоткрыв дверь, я заглянул в спальню. Комната была полностью обставлена, кровать застелена тяжелым покрывалом. Незаметно, чтобы на нем кто-то лежал.

Я заглянул в шкаф, он был пуст. Затем вернулся на лестницу.

Миша все еще восторгался гостиной. Померанцевы, стоя вплотную друг к другу, следили за ним и время от времени поглядывали на меня.

Я спустился к ним.

— Скажите, в доме кто-то живет?

— Нет, ваше сиятельство, — замотал головой Померанцев. — Я же вам говорю, после смерти дяди дом стоит пустым.

— Хорошо, — не стал спорить я. — А где кухня? Я хочу на нее взглянуть.

— Прошу сюда, — пригласил меня Померанцев.

На кухне меня первым делом заинтересовал холодильный шкаф. Приоткрыв дверцу, я заглянул в него и увидел на нижней полке бутылку молока, а рядом с ней начатый торт. Кто-то аккуратно вынул из него кусочек.

Торт выглядел совсем свежим, да и молоко в бутылке тоже не свернулось. Но я не стал ничего говорить Померанцевым о своем открытии. Наверняка они в очередной раз что-нибудь соврут.

Эта история интересовала меня все больше и больше. Кроме того, я вспомнил странно знакомое ощущение, которое промелькнуло, когда я проходил мимо часов. Поэтому я молча вышел из кухни и снова поднялся на второй этаж. Подошел часам вплотную, затем отступил на пару шагов и снова подошел.

— Александр Васильевич, может быть, мы закончим осмотр? — все больше нервничая, окликнул меня Померанцев.

Но я ему не ответил.

Да, вот оно, точно!

Я отчетливо ощутил упругую невидимую преграду, как будто воздух сгущался передо мной, не пуская дальше. Очень знакомое ощущение — передо мной была граница магического пространства.